Глава 6.

Как и ожидалось от женщины-призрака, её пронзительный крик эхом разнёсся по небу и сотряс землю, поистине напоминая смесь воя призрака и волка.

Чжу Ян немного заволновалась, что этот крик раздавит её барабанные перепонки. В конце концов, согласно здравому смыслу, призраки хоть и были достаточно непредсказуемыми, но оставались слабыми существами.

Не зря ведь говорят, что если до смерти испугаться, то душа может покинуть тело, так что говорить о призраках, у которых нет физического тела?

Конечно, это было всего лишь предположением, в конце концов, Чжу Ян раньше даже не знала, что существуют настоящие призраки, поэтому и не могла применять здравый смысл к существу, которое вдруг появилось перед ней с тем, что было за пределами её понимания.

– Да ладно, чего ты воешь? Разве призраки не проходят тренировку, прежде чем занимают своё место? Ты же уже призрак, так почему настолько нелепа?

Кричащая женщина-призрак вдруг услышала ленивый голос, доносящийся со стороны двери.

Обернувшись с широко раскрытыми глазами, она увидела сучку, стоящую позади неё со скрещенными на груди руками, одетую лишь в нижнее бельё.

И хоть тело Чжу Ян было почти обнажено, её, казалось, это ничуть не волновало. Она держалась высокомерно и небрежно, нисколько не смущаясь. Руки Чжу Ян были скрещены на груди, длинные ноги слегка вытянуты вперёд, а одна ступня ритмично постукивала по полу.

Поэтому обычно неловкая и постыдная для людей ситуация предстала абсолютно в другом ключе.

Чжу Ян была словно полуобнажённая модель, запечатлённая на картине искусным мастером, а эта маленькая тёмная комната, которая долгие годы выглядела старой, тёмной и почти пустой, вдруг стала представлять собой красоту течения времени лишь благодаря существованию девушки.

Женщина-призрак заскрежетала зубами, её зависть, казалось, увеличилась до размера тонких игл, и она также испытала странное чувство паники из-за того, что кто-то вторгся на её территорию.

Очевидно, что люди, которых женщина-призрак раньше втягивала в сны, чувствовали лишь тёмное отчаяние и подвергались с её стороны безостановочным пыткам, поэтому до наступления крайнего срока она шаг за шагом успешно подвергала их психологическим пыткам, и в итоге их тела и разум настолько окунались в отчаяние, что она легко лишала их жизни.

Чжу Ян заметила, как женщина-призрак уставилась на неё горящими глазами, не говоря ни слова. Злоба в глазах призрака казалась невероятно реальной, но Чжу Ян всё же полагалась на то, что это просто сон.

Предполагаю, что эта часть снова призвана создать чувство отчаяния от невозможности проснуться, даже если ты осознаёшь, что застрял в глубоком сне, – поэтому Чжу Ян понимала, что всё это лишь осознанное сновидение, а её логика и мышление абсолютно не были парализованы страхом.

Игнорируя выражение лица женщины-призрака, Чжу Ян спросила:

– Что? Не можешь говорить? Или тебе стыдно передо мной, потому что твой голос отвратительно плох? Давай, быстрее возвращай мне мою сорочку, я знаю, что ты завидуешь, поскольку мы с тобой уже прилично общаемся, – говоря это, она красиво изогнула тело. – Или, может, тебе не по себе из-за взгляда на мою дьявольски прекрасную фигуру?

Лицо женщины-призрака исказилось ещё сильнее, но Чжу Ян продолжила издеваться над ней:

– Почему продолжаешь стоять? Она на потолочном вентиляторе. Ты можешь достать её, встав на табурет…… а, прости, я не заметила, что у тебя такие короткие ноги. Забудь, я сама достану её.

В этот момент женщина-призрак окончательно пришла в ярость, ощущая себя униженной. Она принялась широко открывать рот, пока её челюсть не достигла своих пределов раскрытия, но не остановилась на этом, продолжая обнажать рот полный гнилых зубов и зияющей пустоты.

Языка у призрака не было, но из горла стал раздаваться булькающий звук, словно кто-то душил её, а глаза закатились вверх настолько, что был виден лишь белый белок.

После этого женщина-призрак протянула обе руки и шагнула к Чжу Ян.

В этот момент Чжу Ян как раз стянула с вентилятора сорочку и натягивала её обратно на тело, как заметила, что к ней тянутся две бледных руки с кривыми пальцами и гниющими серо-чёрными ногтями.

Машинально протянув руку, чтобы остановить её, Чжу Ян положила руку на лоб призрака, та принялась махать руками, но никак не могла дотянуться до девушки.

Причина была проста, в сравнении с Чжу Ян, руки женщины-призрака были слишком короткими.

От этого прикосновения Чжу Ян стало дурно, ей отчётливо казалось, что она нажимает на что-то склизкое, но девушка даже не хотела думать о том, что именно это.

Её, с юных лет любившую чистоту и красоту, прикосновение руки к чему-то липкому буквально сводило с ума.

Чжу Ян с силой толкнула женщину-призрака, одновременно отскакивая назад, и, воспользовавшись тем, что та отшатнулась, подняла табурет с пола, ударяя им призрака по голове.

– Ты совершенно не умываешься, лицо в дерьме, рот слишком широкий, а зубы гнилые, ты серьёзно настолько хочешь мои руки, что готова засунуть их в свой рот? Ты копируешь Садако целыми днями, но даже не задумываешься о своём поведении. Госпожа Садако была прекрасной девушкой со сверхспособностями при жизни, а после смерти стала большой фигурой в мире призраков. Она – самая влиятельная женщина-призрак на протяжении множества лет, – неизвестно было ли это из-за того, что во сне можно было злиться, не затрачивая при этом энергию, но Чжу Ян, которая изначально была слабым бойцом, сейчас яростно орудовала небольшим табуретом. – Думаешь ты достойна сравнения с ней? Ты и достойна? Как можно думать, что ты хоть на каплю достойна! Ты даже пытаешься подражать Чу Ренмэй, которая была известной кантонской оперной актрисой при жизни. Ха-ха, я считаю, что ты просто дура, у которой нет таланта, но есть куча высокомерия. Так почему бы тебе не притвориться ещё и Не Сяоцянь?

Удовлетворившись тем, насколько она избила её, Чжу Ян поднялась и пригладила свои волосы. Женщина-призрак свернулась креветкой, она пыталась уползти, сгорбившись и издавая хнычущие звуки, словно плакала.

Способность женщины-призрака затягивать людей в свои сны на деле была не настолько ужасной, но упреждающая атака этой суки смогла напугать её.

Как говорится в пословице, когда на узкой дороге встречаются двое, то побеждает тот, кто первым наносит удар. И поскольку сон – это столкновение двух духовных миров, хозяином в нём становился тот, кто первым брал на себя инициативу.

В тот момент, когда женщина-призрак проявила свою слабость, тут же потеряла инициативу. И просто надеялась, что Чжу Ян не знает правил, а потому её можно будет подавить.

Если бы это был кто-то другой, им бы с самого начала овладел страх, едва он был втянут в сон женщиной-призраком, а затем был напуган. Таким образом мир сновидений стал бы управляться призраком и изменяться по её желанию, так она смогла бы даже заставить человека пережить ночь Судного дня или десятки тысяч различных смертей.

Но это работало и наоборот, поэтому после того, как Чжу Ян получила контроль, женщина-призрак оказалась в подавляемом положении, поэтому даже когда её избивали, у неё не было возможности дать отпор.

Испугавшись, женщина-призрак воспользовалась беспечностью Чжу Ян и сбежала из сна, а чувство стыда, которое она испытала, глубоко укоренилось в её душе.

Пожалуйста, дайте мне возможность поскорее показать свою физическую форму, чтобы убить эту суку, – царапая всё вокруг ногтями, призрак ожидал наступления 7-го дня.

А как только женщина-призрак исчезла, Чжу Ян моментально проснулась. За окном уже начало постепенно расцветать.

Быстро вскочив с постели, девушка бросилась в ванную, где принялась энергично тереть мочалкой правую руку. Пусть это и был сон, но ощущения в нём были слишком яркими, а то ощущение касания чего-то склизкого крайне отчётливо отпечаталось в памяти.

Чжу Ян не знала, как долго она занималась этим, но всё равно продолжала ощущать на своей руке нечто неприятное, потому не могла ничего сделать на завтрак, поскольку всё продолжало казаться отвратительным.

Придётся тётушке покормить меня!

Когда мастер Се вышел из комнаты, чтобы позавтракать, он был изумлён, увидев происходящее:

– В последний раз, когда я видел, как кого-то кормят, был с моей племянницей, которой меньше 3-х лет и одним из моих клиентов, страдающих церебральным параличом, которого кормила дочь.

Закатив глаза, Чжу Ян рассказала ему о своём сне.

Выслушав это, мастер Се торжественно спросил:

– У вас есть планы на будущую карьеру? Если нет, то как насчёт ловца приведений? Доход крайне хороший. С вашей смелостью можно голыми руками разрывать привидений, а значит мы определённо заработаем огромное состояние.

– Ты не успел осмотреть роскошный особняк, который принадлежит мне и в котором ты сейчас живёшь, чтобы прийти в себя? – усмехнувшись, спросила Чжу Ян, проглотив клубнику, которой её кормила тётушка-домработница. – Кроме того, даже если я и правда соберусь ловить призраков, чтобы заработать денег, зачем мне искать кого-то, кто будет сдерживать меня отсутствием способностей?

Если судить по ценам на жильё в городе, то этот особняк обойдётся не меньше чем в 20 миллионов, – подумал мастер Се, быстро оглядываясь по сторонам.

Более того, этот дом был куплен лишь для удобства Чжу Ян во время обучения. Даже если семью Чжу нельзя было назвать известной или влиятельной, они по крайней мере были богаты.

После этого Чжу Ян отправилась в институт. Ей до сих пор было крайне противно от отвратительности женщины-призрака этой ночью, поэтому девушка посчитала, что должна заставить её ощутить такое же отвратительное ощущение.

Унижая и избивая призрака почти всю ночь, Чжу Ян всё ещё считала себя пострадавшей.

После этого Чжу Ян позвонила Чжу Лине, которая пережила всё это и знала закономерности.

Получив звонок от неё, ноги Лины начали невероятно дрожать от страха, что Чжу Ян испугалась в своём сне и поэтому хочет выместить свой гнев на неё.

Но как только Лина пришла, Чжу Ян лишь бросила в неё стопку бумаги для рисования:

– Я не умею рисовать, а ты уже рисовала уродливое лицо этой сучки. О, и этой ночью она прямо у меня на глазах превратилась в Чу Ренмэй. Ты ведь представляешь, как она выглядит, подражая Чу Ренмэй? Нарисуй и так тоже. И поторопись, мне нужно это до полудня.

Чжу Лина чуть ли не плакала. Ей не хотелось снова вспоминать призрака-женщину, если это было возможно, но она не могла пойти против слов Чжу Ян.

Поэтому Лина могла лишь рисовать один набросок за другим в соответствии со своими впечатлениями с дрожащим сердцем, следуя приказу Чжу Ян, выбирая лишь уродливые перспективы и моменты.

Хоть женщина-призрак и так изначально выглядела не очень.

Во время обеда Чжу Лина в оцепенении протянула несколько листов Чжу Ян. Члены женского общества, наблюдавшие за ними, стали задаваться вопросом, правда ли их глава одержима злыми духами.

– Ты достойна звания талантливой студентки художественного факультета, – посмотрев на рисунки, довольно кивнула Чжу Ян, хваля Лину. – Степень передачи именно такая, какую я и хотела, – а после этого она без малейшего колебания бросила бумаги с наброском перед Линь Си и высокомерно приказала. – А ты отсканируй эти рисунки и загрузи на форум, создав тему. Темой будет выбор десятки самых уродливых женщин-призраков. Собери женщин-призраков или героинь фильмов ужасов, известных своим уродством, как на их родине, так и за рубежом и начни голосование.

– Но общественным мнением придётся управлять за кулисами. Двумя основными шагами: первый, высмеивание фальшивой Садако и Чу Ренмэй за то, что из-за неё оказались в списке, второй, сделать так, чтобы именно она оказалась наверху. И после этого нужно будет отфотошопить все её рисунки. Тот, кто сможет отфотошопить её так, чтобы она стала самой абсурдной и смешной, а не ужасающей, получит бонус в размере от 2 000 до 10 000 юаней за первые 3 места в топе. Не волнуйся, я заплачу из своего кармана. Но всё это нужно сделать сегодня, крайний срок – завтрашний полдень.

Линь Си растерялась, ощутив, как Чжу Ян покровительственно похлопывает её по плечу.

– В любом случае я хочу, чтобы ты сделала это самой горячей темой института за один день. Жди моего сообщения завтра в полдень.

– По, подожди! – Линь Си поспешно отодвинула от себя бумагу с рисунками. – Что всё это значит? Чжу Ян, ты и правда одержима? Неужели ресурсы моего новостного канала должны использоваться для подобных розыгрышей?

– Судя по тому, сколько времени требуется, чтобы эта тема разогрелась и распространилась, думаю, что тебе следует начинать действовать уже сейчас, а не задавать мне вопросы сидя здесь, – сказала Чжу Ян, с полуулыбкой смотря на неё. – Если только ты не хочешь пропустить мою вечеринку в это воскресенье.

Линь Си была ошеломлена. Не приглашение на групповое мероприятие было равносильно завуалированному исключению из женского общества, кроме того, там должен был быть старший Чэн, поэтому Линь Си требовалось быть начеку, чтобы не упасть в его глазах из-за шутки Чжу Ян.

Поэтому, как бы она ни была недовольна, девушке пришлось принять задание и начать выполнять его.

Отослав Линь Си, Чжу Ян вернула внимание к еде, но поскольку её правая рука всё ещё ощущалась неприятно, ей нужен был кто-то из женского общества, кто покормит её.

Сегодня за столом женского общества справа от Чжу Ян сидела Чжу Лина, поэтому она и получила назначение личной горничной.

На тарелке перед ней было несколько сочных и красивых виноградин, которые возбуждали аппетит, поэтому Чжу Ян приказала:

– Дай мне виноград.

– Хорошо! – но почему-то ответ Чжу Лины прозвучал немного жутко и хрипло.

Чжу Ян уже собралась открыть рот, как посмотрела на Лину, длинные волнистые волосы той, окрашенные в модный светло-каштановый цвет, внезапно превратились прямые чёрные пряди.

Красивое лицо стало обычным и неухоженным, а в уголках губ заиграла зловещая и кривая усмешка.

Рука Лины поднялась, но виноградина на вилке вдруг превратилась в глазное яблоко.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –