– Ай! — Пацан вскрикнул от боли, и нож с металлическим лязгом выскользнул из его руки, упав на землю.

Увидев, что Кид Кинг больше не угрожает, Мерлин отпустил его.

Генри был ошеломлён, когда увидел Мерлина. Он прекрасно помнил, что этот тип целыми днями бездельничал, окружённый толпой женщин, в общем, вёл жизнь отъявленного развратника.

– Дядя Мерлин!?

Мерлин нахмурился, взглянув на избитого Генри, и с досадой подумал: "Я уже сто раз повторял — я не дядька! Я старший брат, чёрт возьми! С моей-то внешностью я хоть завтра в старшую школу пойти могу, кто посмеет сказать, что мне не 17? Ну попробуй только, одним ударом отправлю на перевоспитание.

– Валите отсюда! — Рявкнул он недохулиганам.

Кид Кинг увидел, что Мерлин уже взрослый и испугался, поэтому сбежал поджав хвост. Остальные мальчишки, не раздумывая, бросились врассыпную, как стая напуганных воробьёв.

Мерлин усмехнулся. "Неужели я настолько страшный?" Присев на корточки, он внимательно посмотрел на Генри:

– Всё нормально? Сможешь встать?

– Все хорошо! — Сквозь стиснутые зубы процедил Генри, упрямо поднимаясь с земли:

– Я не хочу, чтобы меня жалел такой ничтожный дядя.

Мерлин нахмурился:

– Кто тут, по-твоему, ничтожество? Разве я не тусуюсь с женщинами каждый день? Ты, пацан ещё позавидуешь мне, когда вырастешь. Ты побитый, опять расстроишь свою мать

– Хмм! От женщин — сплошные проблемы... — Генри буркнул с видом умудрённого жизнью старика.

Эй-эй-эй, ты, засранец мелкий! Где ты такому, интересно, набрался?

Мерлин криво усмехнулся: этот сорванец Генри, у него скверный характер да острый язык. Вырастет и выйдет в реальную жизнь, ему несдобровать.

– Зачем лезть в драку? Их же целая орава — как ты один собрался их победить?

– Даже если побьют, всё равно буду драться! Они оскорбили мою мать, а я им этого не могу позволить! И моя техника меча, как у отца! Пусть сейчас у меня нет опыта и силы владения им, но я получу силу! — Генри говорил с упрямой настойчивостью, но, осознав, что разболтался, покраснел и буркнул:

– В любом случае, я сильнее тебя, который только и умеет, что вытаскивать меч из ножен. И я не какой-то жалкий лузер!

– Эмммм… — Мерлин сделал длинную пренебрежительную паузу, его лицо выражало смесь эмоций:

– Ты вообще понимаешь, насколько я силён? В этом мире, возможно, просто нет никого, кто мог бы со мной сравниться.

– Дядя Мерлин, хватит пороть чушь! Я это уже сто раз слышал! Хотя мечтать — это конечно приятно, но если вы будете слишком много врать, вы станете никчёмным человеком, который кроме своего лица ничем не вышел, — Генри сердито встряхнулся, развернулся и пошёл:

– Я иду домой.

Вот же дрянь мелкая, я ведь правда сильнейший.

Ты же каждый день боготворишь этих воинов среднего ранга! Они же действительно полные слабаки, их тронешь, уже дохнут.

Неужели до тебя не доходит, что перед тобой сильнейший мечник во всём мире?

Мерлин с досадой покачал головой. Он изначально был на пути в таверну, поэтому он зашагал следом за Генри, наблюдая, как тот ковыляет, опираясь на ногу. Внезапно в голове мелькнул странный вопрос:

– Твоей маме плевать на эти слухи, Почему ты так из-за них переживаешь?

– Моя мама хорошая! И уж точно не какая-то распутная шлюха! Но раз уж нашлись подонки, которые клевещут на неё, я обязан за неё постоять! — Генри стиснул зубы, и в его голосе звучала такая убеждённость, что даже Мерлин на секунду задумался.

– Зачем так упорствовать? — Мерлин не понимал такой категоричности:

– Сплетни — это странная штука: чем больше их опровергаешь, тем причудливее они становятся. Гораздо мудрее просто сохранять нейтралитет.

– Разве не очевидно? Отец не дома, значит, я — единственный мужчина в семье! И я должен защищать маму! Никаким подлецам не позволю её обижать, даже словами! — Генри стукнул кулаком по груди, и в его голосе звенела горячая решимость:

– Я знаю: мама хорошая и верная, она никогда не предала бы отца. А раз я мужчина — значит должен за неё постоять! Дядя Мерлин, тебе такого не понять.

Мерлин смущённо замолчал. В уголках глаз Генри уже блестели слёзы — видимо, мальчишке в его годы пришлось вынести слишком много, и теперь обида переполняла его.

– Все эти мерзкие типы, что пристают к маме и клевещут на неё — отбросы! Я буду ненавидеть их вечно. Топтать то, что для другого дороже жизни, это бесчеловечно. Такого не прощают!

Генри, весь дрожа от обиды продолжал идти. Его детские плечи подрагивали, а потрёпанный деревянный меч у пояса едва держался, будто вот-вот сломается.

Мерлин тихо вздохнул и подумал: "С тех пор как он переродился в демона, не стало ли в нём меньше человеческого тепла? Не превратился ли он в того, кто лишь холодно наблюдает со стороны?"

– Генри, хочешь научиться моему искусству меча?

Я могу научить тебя, если ты достаточно талантлив.

Не скажу, что станешь таким же сильным, как я...

Но сможешь на равных сражаться с обычными воинами святого ранга.

Как? Заинтересован?

Просто отдай мне свои карманные деньги за этот месяц...

(･ω<)?»