Глава 3

…Следует отметить, что многие миры, несмотря на длительное существование Разыскивающих, до сих пор не были как следует изучены.

В частности, миры десятого типа, которые объясняются лишь концепциями и теориями.

Ведущий специалист ОИКМ

***

Лёгкая встряска, и всё закончилось.

Александр оказался посреди неизвестного места, которое он мог охарактеризовать только как средневековая комнатка, оглядывая разрушенный потолок и пол сквозь вызвавшие разрушение стены капсулы.

Он не целился именно сюда, но, видимо, пока он мгновенно перемещался, кто-то успел построить на этом месте дом.

Другого объяснения он придумать не мог, точнее, не хотел.

«Мда… Ну и халупа… Ремонт бы что ли заворганили».

С этими мыслями он переместился за стенку.

Ещё немного осмотревшись, Александр увидел вполне привычный для средневекового домика интерьер.

Сундук, шкаф и парочка спальных мест.

В целом, мало что могло выделить окружение на фоне классического средневековья.

«Так… Стопэ! Я…»

Обдумав сие убранство, Александр не на шутку перепугался и тут же принялся сверяться с памятью.

Но как бы он ни обдумывал, подобные средневековые штучки всё не мог вспомнить.

«Может, миром ошибся? — решил он и подошёл к окну. — А нет… Всё как надо».

Он смотрел на леса и холмы.

Вдали видел горы, утыканные маленькими деревушками, а на него светило незакрытое облаками солнце, ибо те были прямо под ним, как и гигантское поселение, разбившееся возле огромного озера.

«Да ну… Только… Хотя… Ладно, сделаем ставку на то, что это не клише».

Прямо сейчас он был в двухэтажной лачуге на краю огромного летающего острова.

Хоть он не видел весь остров, только по малому краю уже мог сказать, что тот был неимоверно огромным, словно астероид, зависший над поверхностью земли.

«Мда… А что будет, если он упа… Нет, сейчас не время для таких экспериментов», — решил Александр и снова сконцентрировался на том, что было перед ним, а конкретно на странной дамочке, которая удивлённо поглядывала на него из шкафа.

Александр естественно не мог упустить такой момент и скорчил рожу.

— Бу.

Но та не дёрнулась.

— Ты долго будешь там торчать?

— А что с-соизволите мне делать? — спросила она, чуть ли не плача от напряжения.

— …Ладно, не знаю. Тогда оставайся там.

На этом Александр перестал обращать на неё хоть какое-нибудь внимание, сосредоточившись только на том, что ему нужно было делать сейчас.

Александр совершил пару шагов к капсуле, щёлкнул пальцами, и от него с противным хлюпающим звуком отделился полностью голый Александр.

Хотя подобное неправильно описывать как отделился.

Ввиду весьма сложных конструкций человеческого тела, которые, несомненно, знал Александр, это был скорее двойник, порождённый частичкой его собственной души и клеток тела.

Именно благодаря этому тот и не падал замертво на землю.

Женщина же, увидев атлетичное сложение двойника Александра, начала действовать, но не так, как можно было подумать.

Скорее она смутилась, напугалась и дала дёру вниз по лестнице, перед этим тихо пробежав рядом с оголённым мужчиной.

— Эй! Я же не такой урод! — крикнул ей вдогонку нагой Александр, но та даже не соизволила ответить на его возражение.

— Думаешь? — проговорил одетый Александр, слегка потеребив жабо.

— Ты себя уродом считаешь? — в ответ усмехнулся голый.

— Знаешь ведь, что это можно исправить в любой момент.

— Да. Тогда поче… Знаешь, давай лучше закончим, а то никогда не прекратим.

— Согласен, — кивнул одетый и продолжил порождать двойников.

С каждой новой секундой его тело покидал всё новый и новый двойник, пока ими не заполнился весь этаж.

Следом занялась лестница, а потом и первый этаж, где удивлённо смотрели на прибывающих и прибывающих оголённых мужчин женщина, маленький мальчик и мужчина, нервно держащийся за кочергу.

Это пополнение закончилось только тогда, когда обручённая пара была вынуждена покинуть дом, а любой проходящий мимо, только взглянув в окно, увидит кучу однородных голых мужчин.

— Думаю, на этом хватит, — проговорил единственный одетый Александр среди нагой толпы.

— А теперь стройсь! Буду роли выдавать!

Тут же орава оголённых мужчин начала группироваться, выстраиваясь змейкой в огромную очередь, что проходила по всему средневековому домику аж до самой входной двери, откуда на улицу лишь слегка выглядывали два холма одного из Александров.

— Ты строитель. Ты администратор. Ты чиновник… Только не воруй слишком много. Ты художник…

С каждым назначением Александр, стоящий перед одетым, исчезал, а на его место вставал новый.

Недовольных ролью не было, а те, что находились, лишь придуривались, о чём одетый прекрасно знал, ведь они буквально один и тот же человек.

Постепенно очередь сходила на нет, и дом, заполненный лишь одними голыми мужчинами, постепенно возвращался к своему первоначальному виду, за исключением капсулы, всё ещё застрявшей посреди второго этажа.

— Ты солдат девятнадцатого века, — произнёс он последнюю роль только что исчезнувшему Александру и призадумался над тем, что ему делать дальше.

«Так… С этим покончил. Теперь что? Ладно, для начала прогуляюсь, а там решу».

Но его решение ненадолго отложилось.

Стоило ему развернуться, как он увидел огромную капсулу, в которой как раз и прибыл.

Конечно, он мог бы её оставить прямо тут, но что-то ему подсказывало, а точнее прямо кричало, что лучше от неё избавиться.

Вероятно, это был специальный маяк возврата.

Такие маяки были в каждой капсуле, так как делались они вовсе не из простых материалов, а потому угон или кража подобных изделий была очень накладна.

Но волшебнику было на это наплевать. Опасен же был сам маяк, который в случае, если начальство снова захочет сесть на Александров горб, мог выдать его положение.

Поэтому лёгким щелчком пальцев огромная капсула, что спокойно держалась под напором разрывающего давления междумирья, постепенно тлея, развеивалась по ветру.

«С этим готово… Нет, нужно перестраховаться», — решил Александр и возвёл руки к небу.

И тут по миру прошла волна.

Она была неощутима, невидима, но те, кто владел волшебством на том же уровне, что и Александр, в теории могли почувствовать эту ужасающую, смещающую всё мироздание волну.

«Всё, а теперь можно и погулять».

С этой мыслью Александр спустился со второго этажа и, миновав крайне озадаченную семью и прохожих, направился вглубь городских улочек, удивлённо осматривая средневековые пейзажи, архитектуру, грязь летающего острова, словно он видел это в первый раз, что было не так.

***

Постепенно вечерело.

На улицах скапливались представители всевозможных объединений вполне известных направленностей, которых очень редко можно было найти в предельно развитых мирах.

Путаны, бандиты, разбойники и попрошайки.

Но будто Александра это волновало?

«Так… Какой уже раз я сюда попадаю?»

На данный момент его больше заботило, как выбраться с вечно приводящих в одно и то же место улиц, в которые он приходит уже больше одного раза.

И это при том, что топографическим кретином его-то точно назвать нельзя.

Поэтому он предпочёл чуть более простое решение проблемы.

Он испарился с улиц города, в одно мгновение оказавшись на крыше ближайшего здания, откуда ему стало видно всё зодчество города.

Вдали виднелся громадный, даже нелогичный в своей архитектуре дворец, рядом с ним крепость, ниже разрослись улочки с богатыми площадями, магазинчиками, домами и в целом крайне дорогими удовольствиями.

Только после уже шли те самые крайне запутанные переулки, по которым почти час плутал Александр.

Заполненные криминальными элементами и обычными жителями, затопившими под конец дня все ближайшие пивные.

«В целом обычный средневековый городишко… Только летает. Нет, этот мир точно делался по «топ десять лайфхаков, чтобы средневековье превратить в фентези»», — раздосадовался Александр.

«Да плевать! Главное, подходит… И выход нашёл», — подумал он и телепортировался прямо в центр одной из городских площадей.

В целом её убранство было достойно восхищения.

Дома не опускались ниже третьего этажа, а первые захватили всяческие заведения и бытовые мастерские.

В центре самой площади возвышалась огромная статуя, не меньше четырёх метров, взирая на каждого.

Людей в округе было крайне много. Будто состоялось празднество, но общего духа не было.

Все они куда-то спешили, суетились, вбегая то в одно, то в другое здание, полностью игнорируя общую атмосферу.

И то же произошло возле Александра.

Он внезапно появился посреди небольшой группки людей, надеясь или, скорее, желая получить некоторые сведенья, не имеющие какой-то конкретный объект, но та быстро разбежалась.

От этого Александр не мог не выругаться.

«Я что? Настолько урод? — Появилось в его руках мелкое зеркальце, и он мигом осмотрел лицо. — Да вроде нет».

Только вот разбежались они не из-за него. Всё же группа даже не ощутила его присутствие.

Прямо на Александра неслась одинокая карета, подстёгиваемая кучером, а тот корчил такие рожи, будто мог в любой момент взорваться от переполняющих его экскрементов.

Сразу за ним летела вереница крылатых людей, оснащённых не просто лучше представившегося окружения, а буквально вырываясь на несколько эпох вперёд.

Те, размахивая светящимися крыльями, то и дело стреляли из однозарядных винтовок, тут же впихивая новый патрон на место старого.

Их одежда казалась очень практичной для фехтования, а длинный меч на поясе только дополнял впечатления.

Но всё это было не более чем лирикой для Александра.

Всё его внимание было приковано к металлическому нагруднику, сидящему столь плотно, что стеснял движения крылатых воинов, осложняя зарядку ружей.

Собственно, эта прикованость привела к последующему выкрику:

— Уйди, придурок! — Заорал кучер, явно не собираясь менять направление от Александра.

В это же время рядом с кучером то и дело свистели пули, что одна даже попала в нос Александра, с прерывающимся свистом улетев в статую.

«А? Я что… Нет, так дело не пойдёт. Нужно… Короче, вырублю пока. Всё же меня они убить не смогут… Надеюсь», — невнятно пробубнил он под нос, всё ещё смотря за воинами, пока его сносила карета.

В следующую секунду всё развернулось крайне странно для окружающих.

Несмотря на то, что в Александра явно врезалась карета, он как-то остался на ногах, но порядком перепачкался в собственной и лошадиной крови.

Он буквально разрезал карету и лошадь, как тупое лезвие, а его тело превратилось в смятое нечто, отдалённо напоминающее фарш.

Из кареты же вылетела накрашенная, напомаженная и в целом подготовленная для бала девица, ещё в полёте пойманная одним из крылатых воинов.

Кучер распластался по каменной брусчатке, а из его головы вытекало всё, что могло.

— Бедный человек… — Проговорил один из воинов, смотря в сторону кареты.

Для них также был неожидан подобный итог, а поэтому, даже поймав девицу и остановив кучера, всё казалось до ужаса сумбурным и нелепым.

Будто посреди героического эпоса выясняется, что все объекты подвигов умерли от сердечного приступа, даже здания.

Только спустя полминуты они опустили барышню на землю и стали выяснять, что вообще произошло.

Тем временем Александр, всё ещё стоящий истуканом посреди разбитой кареты, закончил себя ругать.

Он был крайне недоволен тем, что забыл выключить ещё кое-что, вызывавшее разрушение кареты.

Вместо нынешнего итога он планировал втихую подсесть к кучеру, когда тот бы сбил его, и насладиться поездкой.

Сейчас тело Александра уже успело частично восстановиться, но всё ещё выглядело так, будто ему нужен минимум год лечения.

Эту необычность также заметили и крылатые воины, немедленно окружив того, а вперёд выступила одна из представительниц воинства.

— У… Уважаемый месьё. Вы… Вы маг, п… Вы лекарь, — Протянула она за чем-то к нему руку, но Александр не отреагировал, вместо этого заглянув в её голову, став копаться в поверхностных мыслях.

То, что девушка заикалась, оказалось следствием её волнения, вызванного не страхом, а незнанием, как общаться с так называемыми лекарями, иначе именуемыми магами плоти.

Именно таким она его считала, увидев ужасающие восстанавливающие способности.

Сами «воины столицы», так называлось их подразделение, преследовали кучера из-за кражи важной особы некого правительственного дома.

Кучер же был подставным лицом, убившим настоящего и похитившим барышню.

Винтовки были результатами не заводского производства, а ремесленного, с использованием неизвестной девушке технологии.

Напоследок протягивала она руку, чтобы получить специальный жетон, подтверждающий его личность.

Более в её голове Александр не нашёл мыслей, и ни одна из них не отвечала на нужный ему вопрос.

Ему хотелось узнать про крылатый нагрудник, всё ещё показывающий грациозные крылья.

Волшебник хотел узнать, по какому принципу те работают, и больше всего он опасался, что это вживлённая модификация или они представители не человеческого вида.

Если что-то из последнего правда, мир будет обречён минимум на один геноцид.

— Дорогуша, — В ответ обратился к ней Александр, — Можешь обернуться?

Девушка застыла.

Она никак не ожидала встречного диалога. Тем более она не ожидала, что её тут же попросят что-то сделать, даже настолько простое.

Всё, чего она хотела, это получить его жетон и, изобразив проверку, заняться другими, более важными делами.

— А… А зачем? — нервно спросив, опустила она руку.

— Мне интересны крылышки. Не жаренные! Твои, — шагнул к ней Александр.

— Что? Зачем они вам? — отступила та.

Когда она отступала, её лицо не краснело, а глаза не опускались.

Взгляд был полон недоумения и сомнения, словно за тем была какая-то тайна, но не страшная, а скорее бытовая.

Всё это отозвалось облегчением на душе волшебника.

Крылья не были частью тела девушки, но её мысли всё ещё не выдавали, что это.

И это зародило то, что было куда страшнее геноцида, но уже лично для неё.

— Так избушка будет оборачиваться? — непроницаемо спросил Александр, но в его глазах уже плясал огонёк некого безумного любопытства.

— Нет! Это сек…

Тут же девушку прижало к земле ужасающей силой.

Весь воздух вышел из её лёгких под этой тяжестью, словно её мускулы, органы и вообще всё потяжелело в десять раз.

Слёзы стали вытекать из её глаз, а те судорожно вытаращились, пытаясь ухватиться хоть за что-то, способное объяснить происходящее.

Но единственное, что было, это безразличие.

Её товарищи продолжали стоять рядом, даже кто-то ковырялся в носу, а другие изнывали от прошедшего напряжения, мыслей бывшей погони и нарастающей скуки.

Никто не видел её страданий.

— Я же говорил, обернись… букашка, — сказал Александр в столь ироничной манере, что девушке инстинктивно ничего не оставалось, как согласиться.

Она действительно чувствовала себя букашкой.

Букашкой, на которую наступили ботинком и вдавливали в грязь.

Той, что прижали плотным стеклом, чтобы оставить высушиваться на солнце, перед тем как повесить на стенку аптечной лавки.

Пока девушка уже прощалась с жизнью, а её мозг начинал чувствовать нехватку кислорода, Александр рассматривал ту сверху.

Она в самом деле напоминала жука, приколотого к доске булавкой, с растянувшимися в стороны крыльями.

Волшебник лишь недолго подмечал этот факт, полностью сосредоточившись на её спине.

Там на спинной пластине притаился размером с горох красный кристалл, окружённый непонятными письменами, легко интерпретируемыми Александром как руны.

В каждом мире руны были свои, но сила, уходящая от них, как радиоволны или другая малая материя, выдавали их среди любой письменности.

Кристалл также не был обычен.

В нём была такая же сила, только если руны её источали, то тот, скорее, направлял.

Через его нутро проходила слабая нить и обращалась схожей с рунами силой, утекая в крылья.

Этим небольшим наблюдением Александр смог полностью удовлетворить любопытство и исчез, оставив девушку и её подчинённых самих по себе.

— Капитан! — тут же вскрикнули подчинённые, увидев, как та распласталась по земле, и помогли ей встать.

— Угх! — один раз простонала она, прежде чем исторгнуть содержимое желудка.

Избавившись от груза, девушка ненадолго осмотрелась, а потом злобно уставилась на подчинённых.

В ней бушевали демоны, что принимали как яростные, так и ужасающие для неё стороны.

Но важно было то, что все они были с лицами Александра.

— Какого чёрта! Почему вы не остановили его! — заорала она, скорей чтобы успокоить себя.

— К-капитан! О чём вы? О ком вы? — ошарашенно спросил подчинённый.

— Да об этом!

— Чём этом? Вы отошли к карете и вдруг упали… Мы лишь пришли помочь.

Он в самом деле не понимал, почему та кричала на него.

Даже подумал, что их желание помочь после столь изнурительной погони как-то повлияло на результат.

— Я не просто упала… — начала она напрягать голову, что только могла, но все её воспоминания, сколько бы усилий ни прилагала, оставались словно под замком или даже сжирались неясно чем, но вскоре и эти потуги ушли.

— Чего встали, остолопы! Быстрее отведите её к лекарю! — заорала капитан, словно недавно только и делала, что раздавала приказы.

Александр же, приманенный потаённой энергией, остановил свою экскурсию, встав на недалёкой крыше.

Он был крайне заинтригован, когда понял, что та вернула его назад к девушке, но ещё больше, когда осознал, что та воровала воспоминания.

Энергия была ещё более неуловимой, а самое главное – чуждой.

Как верблюд в море, та оставалась почти неощутимой, но при обнаружении вызывала странные ощущения.

Это была сила воздействия от другого волшебника.

Только вот она отличалась даже от неё.

Как будто кто-то завёл граммофон или слышал эхо через металлическую трубу.

Подобную энергию можно было обнаружить только при непосредственном лицезрении, и любой способ обнаружения ничего бы не заподозрил, потому что у силы не было живого источника.

«Механическое волшебство», — удивлённо пробормотал Александр.

Александр не мог представить, как подобное реализовать.

Только на примитивном уровне он подозревал, что такое было сродни заклинанию на кассете.

Отринув мысли, не дающие покоя, он также оценил другую сторону.

Сокрытие самого факта волшебства.

Если подобное происходило, при учёте крайне малого свода законов, таким промышляли только те, кто уже его нарушил.

«Преступный волшебник», — скривилось в недовольстве лицо Александра.

Он не испытывал отвращения, всё же он не на работе.

Скорей его одолело неприятное ощущение, как если бы он обнаружил в погребе своего дома незваного соседа, расставляющего там свои заготовки на зиму.

В целом Александр не собирался мириться с этим, а потому отследил, куда вела похитившая воспоминания энергия.

Она заканчивалась под землёй одного портового города, относительно недалёкого от летающего.

Тамошняя технологичность была куда выше, ведь по городу, а точнее на одном шоссе, катались десятки автомобилей.

В порту стояли как парусные, так и паровые корабли, а сам город делился на сектора, свойственные индустриальной эпохе.

Более Александр не мог почувствовать, только если бы ни видел всё это воочию.

Всё из-за того, что энергия продолжала углубляться, постепенно подходя к отметке в сотню метров, а он не хотел её терять.

На этом уровне она пропала, оставив Александра ощущать странную таинственность.

— Кто же ты, воин? — с улыбкой от предвкушения прошептал Александр, исчезнув с крыши.

***

Цели ЛИС остаются тайной и по сей день. Неясно, какую цель преследует корпорация, но одно известно точно, их вклад в обесценивание собственной продукции колоссален.

Последний выпуск междумирского глашатая.