Тайрон резко проснулся и обнаружил над собой неявные очертания стоящей Арилл.

"Вставай, грызун, ты на стрёме."

Он моргнул несколько раз, пока его мысли медленно догоняли ситуацию. Точно, он дежурил этой ночью, чтобы остальные могли отдохнуть. Он кивнул во мраке, и разведчица погладила его по плечу, прежде чем отошла, дабы найти свою собственную постель. Он слегка затряс головой, пока садился, пытаясь согнать туман из его головы, прежде чем вытянул себя из своих одеял и бросил плащ поверх плеч перед тем как пристегнул свой меч обратно на пояс. Он мало чем сгодится в его руках против настоящего монстра, однако был лучше, чем ничего, и давал ему лёгкое ощущение безопасности.

Он прошёл под продолжающий трещать огонь к краю костра и нашёл пенёк, на котором мог с удобством расположиться, пока Арилл устраивалась позади него в своей постели. Три устранителя последние несколько дней усердно загоняли себя, и даже с их суперчеловеческой выносливостью нуждались в отдыхе. И если они были уставшими, то Тайрон был измождён. Без своего необычайно высокого телосложения для кого-то его уровня, он бы вероятно давным давно отрубился и вынудил остальных отступить.

Подобный уровень утомления был тем, с чем он был способен справляться, так что он сидел, обернув вокруг себя свой плащ, пока пытался высматривать всё, что может пожелать убить их. Они отошли далеко назад от брешей, прежде чем разбили этот лагерь, сказать по правде они и вовсе уже не были внутри разрываемых земель, что давало ему некое чувство безопасности. И даже так, он смог найти порождений бреши в километрах от этого места, по другую сторону Опушколеса, так что в округе наверняка ползало много тварей. Ему лишь приходилось надеяться, что они не смогут найти его раньше, чем он сможет предупредить остальных.

Лунный свет местами пробивался через листву сверху, создавая на земле меняющиеся узоры из бледного серебра, раскрывающие в мимолётных проблесках кору, листья и сухую растительность лесной подстилки. И пусть у него была черта Ночной Совы, помогающая сохранять бдительность в течении ночи, у него ничего не было для обеспечения большей видимости во тьме, что означало почти что непроницаемые для него тени, пока он пытался оставаться начеку.

В общем-то это был волнительный опыт, и его жалкая коллекция навыков и заклинаний ощущались далеко не достойными похвалы, когда у него не было ничего, на что мог положиться.

Всё было бы по другому, будь у него прислужники. Он был бы способен сражаться, у него были бы дополнительные глаза для надзора, он был бы способен безопасно, или по крайней мере более безопасно, перемещаться по этим лесам, дабы найти необходимые ему ресурсы. Он оглянулся за спину, дабы увидеть, что Арилл уже укуталась в своей постели, авось и уже уснула, прежде чем достал из своего плаща карту.

"Свет," прошептал он.

Он едва напитал заклинание, обеспечив достаточное количество энергии для производства малейшего освещения, такого слабого, что он едва мог видеть чернила на листе, несмотря на удержание шара в нескольких сантиметрах от него. Сейчас на бумаге было отмечено семь мест, расположенных по западной и восточной стороне бреши. Нахождение останков не было и близко таким же трудным, как он боялся, просто водя глазами по земле, пока они шли, он обнаружил более чем достаточно костей, к которым мог вернуться.

Это и было его целью всё это время, источник материалов, по которым никто не будет скучать, или даже не осознает пропажу которых. Это было единственный способ, с которым он мог практиковать своё ремесло и улучшать свой статус, не давая кому-либо понять, что имело место быть, что являлось единственным способом поддерживать его безопасность. А вот чего он не ожидал, так это что тут будет так много трупов. Хакот не преувеличивал, говоря о том, сколь многие погибли здесь в разрываемых землях.

Он не знал, принадлежала ли большая часть увиденных им костей устранителям или крысам, он полагал, что это не имело значения. По завершении патруля он вернётся в городок, а затем найдёт способ безопасно выбраться обратно наружу для извлечения необходимых ему останков. Первые будут самыми сложными, в конце концов он будет абсолютно сам по себе, но, как только у него будет один единственный прислужник, будет проще достать второго, а затем третьего. Он прикидывал, что прямо сейчас вероятно не мог поддерживать больше трёх, что может измениться как только достигнет Некромантом пятого уровня, а затем заслужит первую черту своего класса.

Что-то шевельнулось во мраке, и Тайрон задержал дыхание, замирая, лишь мгновение спустя подумав затушить свой свет. С пропавшим шаром единственным источником света стал огонь за его спиной и луна высоко над головой. Он приготовил стрелу магики и дёрнул рукой вперёд, ладонь была готова, появись что-либо из тьмы.

Он ждал несколько напряжённых мгновений, его глаза метались из стороны в сторону, но постепенно, когда не проявилось никакой угрозы, он расслабился и опустил руку. Прождав ещё минуту, он снова призвал свет, на этот раз слегка ярче прежнего, и вгляделся в тени, отбрасываемые деревьями и упавшими ветками вдоль лесной подстилки. С парящим над его открытой ладонью шаром он протянул руку вперёд, надеясь высмотреть любой проблеск порождения бреши, но встретил лишь разочарование, когда не увидел никакого движения.

Затем он заприметил проблеск чего-то зазубренного, выглядывающего из-под бревна лишь в нескольких шагах от места, где он стоял.

Тайрон в тот же миг ощутил лёгкое покалывание вдоль головы, прежде чем обернулся, чтобы проверить трёх своих соратников позади него, завернувшихся в свои одеяла. Они судя по всему крепко спали, хотя он прошёл ближе, дабы точно удостовериться, прежде чем вернулся назад и приблизился к бревну, ступая осторожно, дабы минимизировать риски. Пока подходил ближе, он видел, что действительно был прав в его раннем предположении, этот зазубренный край, выпирающий из-под гниющей древесины, был на самом деле костью. Более того, человеческой костью, возможно большеберцовой костью, хотя он пока что ещё не был экспертом, когда дело касалось человеческого скелета.

Ему нужно быть экспертом, подумал он про себя. Ещё более тщательное понимание костей и как они совмещались будет важной информацией. У него не всегда будет доступ к человеческим останкам, аккуратно разложенным в могиле, на самом деле он по своей сути попрощался с получением доступа именно к этим захоронениям, когда решил избегать кладбищ. Нет, с этого момента он будет собирать своих прислужником трудным образом.

Сможет ли он купить какого-то рода текст о медицине? Обойдётся дорого, в этом не было сомнений, но возможно его оплаты за эту экспедицию будет достаточно, дабы покрыть его? Или будет слишком подозрительно для молодого парня, явно лишь недавно после своего пробуждения, приобретать том о скелетном строении?

Он подходил ближе, раздумывая над этим вопросом, и опустился, дабы ближе изучить находку.

Это точно был человеческий скелет, пусть и повреждённый. Выпирающая из-под древесины кость в действительности была предплечьем, разломанным ближе к запястью, руку нигде не было видно, однако, пока склонялся и заглядывал снизу, обнаружил почти полный полный набор останков, пусть и со значительными повреждениями. Поблизости не было никакого оружия, хотя среди опавшей листвы были признаки прогнивших кожаных доспехов. По предположению Тайрона он вероятно был раздавлен деревом, упавшим во время сражения, что не было замечательным способом уйти.

Не то чтобы была такая вещь как 'хороший' способ уйти во время сражения с порождением бреши. Смерть есть смерть.

С ускорившимся сердцем он прервался, дабы сделать глубокий вдох и ещё раз провести своим светом по округе. В конце концов он был на дежурстве и не мог позволить себе отвлечься слишком сильно, однако попросту не мог воспротивиться располагающемуся прямо перед ним в первый раз за неделю шансу применить свои навыки и развить его класс. Далёкая мысль с тем фактом, что он был повязан в гонке со временем, являлась постоянным источником давления и стресса. И вот наконец представился шанс для небольшого облегчения.

Было в частности две вещи, на которых он действительно хотел сосредоточиться, два навыка, что были ему изначально даны при получении класса: оценка и подготовка трупа. Два навыка ощущались его разумом смутными и неопределёнными, фрагменты, которые дали ему Незримые, мало чего могли рассказать. Пока он водил взглядом по костям, то ощутил, что знал о них больше, чем должен был в ином случае.

Состояние костей не было потрясающим, когда они оставались на открытом воздухе и под окружающей погодой бог знает сколько времени. Абсолютное отсутствие цепляющейся к останкам плоти могли что-то сказать о длительности их расположения здесь, или возможно больше связано с активностью хищников в округе, или возможно скорее уж монстров.

Нахмурившись, он попытался сосредоточиться на своих навыках, и том, что они говорили ему, обнаружив, что кроме слегка более чем поверхностной информации, он мало что получил, что бесконечно расстроило его. Наверняка этого недостаточно, дабы улучшить навык и поднять его уровень? Правда ли это тот случай что прогляди он достаточно костей и обдумывай о них, то поднимет уровень навыка? Это попросту не казалось верным. Он чувствовал, что что-то упускает.

Он на время погрузился в размышления, пока водил взглядом по костям, что мог видеть, жёлто-коричневый оттенок слегка отражал свет, что он держал над костями. Некромантия была процессом магикеческого приведения в действие мёртвых, будь то зомби, скелеты или другие, более продвинутые вариации. Правда ли было логичным, что от него ожидались оценка и подготовка трупа его глазами и руками?

Или был шанс что магика также была включена в эти навыки?

При изучении навыка ему не предоставили наброски заклинания, однако было множество примеров техник и методов, что применяли магику, однако не классифицировались Незримыми как 'заклинания'. Возможно всё дело было в одном из вложений?

Тайрон пригнулся, сев на корточки, пока смотрел на кости перед собой, ведя поиски внутри своего собственного ума в попытке встряхнуть эти фрагменты знаний для направления его действий. Как тянуться? Как применять свою магику для доступа к этим останкам? Должен был быть способ, он чувствовал уверенность в этом.

Использование магики было смесью искусства и науки, это было одной из первых вещей, которым его обучила его мать. Энергия, пронизывающая мир, приходила через бреши и могла быть затянута внутрь кого-то, формируя его собственный запас резервов магики, и именно из него черпали маги для исполнения своего мастерства. Было несколько способов контролировать магику. Слова силы, раскрытые тысячи лет назад, являлись общепринятым методом. Тайрон понятия не имел, существовал ли язык до открытия брешей, или было ли у него название в то время, однако с веками он стал известен как Магоговор, или попросту Слова Силы. Для более могущественных заклинаний, требующих точный контроль, сложное сплетение и твёрдый ум, слова к текущему моменту являлись лучшим методом сотворения, сам язык помогал формировать и направлять тайную энергию, уменьшая нагрузку на разум.

Для менее крупных и сложных заклинаний могло быть достаточно жестов. Его мать рассказывала ему о школах магики, что полностью полагались на лексикон запутанных символов и фигур, исполняемых в серии руками. Предположительно для подобных практиков существовало требование черты работы двумя руками, если они не были рождены с даром или не были способны самим тренироваться для его применения. Сам он использовал руки при сотворении, хотя лишь в упрощённой манере, которую он узнал в своих занятиях.

Последним, и возможно самым важным аспектом сотворения была способность направлять и сосредотачивать энергию с использованием разума. Личная магика реагирует на мысль, пока подкрепляется достаточно сильной волей. С достаточно могущественным разумом было возможно исполнять даже сложные заклинания, однако это требовало высоких характеристик, что приходили со значительным количеством уровней.

Будучи неуверенным, что делать, он попросту направил магику внутри себя и протянул струйку в сторону костей. Невидимая нить под его сосредоточенным контролем коснулась края того, что, как он считал, было голенью, и затем рассеялась.

Он нахмурился. Магика не вольётся в инородный объект сама по себе, её надо вдавить или влить, он это знал. Он сосредоточился и попробовал ещё раз, используя на этот раз больше магики и протягивая её в сторону кости, удерживая там, вдавливая в поверхность. Это была грубая работа, однако он чувствовал продвижение вперёд. И пока он удерживал тайную энергию у останков, ничего не происходило, однако он был терпелив, его острое, как лезвие, внимание, высматривало любые перемены. Прошла минута без какой-либо реакции, затем пять минут, однако он продолжал быть настойчивым. Он не был экспертом, но знал, что вливание магики в объект являлось медленным процессом, с которым не стоило спешить.

Спустя десять минут он наконец увидел награду. Бесконечно малое количество его магики начало просачиваться в прокалённую кость, будто вода, впитывающаяся в камень. Его глаза взволнованно расширились, и он склонился вперёд, даже если процесс и был невидимым, только чтобы нахмуриться несколькими секундами спустя, пока что-то отталкивало обеспечиваемую им магику назад. Внутри кости уже была магика, едва едва ощутимая, но она была сильной. Более того, у неё было странное ощущение, как если бы она была, тёмной, или голодной, каким то образом порченой.

Это магика смерти?

Порыв воздуха и щелчок прямиком позади его головы нарушили его концентрацию и вернули в настоящее.

"Дерьмо," ругнулся он, вскакивая на ноги и вспыхивая светом в его руке.

Показался маленький монстр, не выше колена, нелепое существо с ногами, на которых слишком много сочленений и перекрывающихся хитиновых пластин. Он сосредоточился, используя свой разум и простые жесты, дабы сформировать базовую стрелу магики, прежде чем дёрнул открытой ладонью вперёд. Заклинание пронеслось по воздуху, а зател угодило порождению бреши в бок, проделав небольшую выемку в его панцире и заставив существо завалиться набок.

Стремясь продолжить, Тайрон шагнул вперёд, дабы удерживать монстра в поле зрения, был произведена и готова ещё одна стрела, вылетевшая несколькими секундами спустя, однако напавший на него был резким и вскочил за мгновения, рванув в листву и исчезнув из вида. Тайрон легонько ругнулся, пока водил глазами по растительности, а стук его сердца заполнял его уши. Лёгкий звук шелестения можно было слышать во тьме, пока порождение бреши мчало по упавшим листьям и веткам, однако он ничего не видел, даже когда ярко разжёг свет и поднял тот над своей головой.

Он делал медленные, размеренные шаги назад в сторону костра. Если он не был способен разобраться с существом сам, то ему будет лучше разбудить устранителей. Подобное слабое существо может быть для него испытанием, однако на их взгляд оно было мелочью. Он планировал медленно двигаться, дабы иметь возможность пробудить одного из них. Закричи он ночью, то кто знает, кого может призвать на их головы? Лучше поостеречься.

Он не в первый раз пожелал наличие у себя прислужников. Возможно он за столь короткое время стал слишком привыкшем к своему классу, однако не чувствовал себя в безопасности, сражаясь без защищающего его скелета, не говоря уж про то что для него без прислужника не будет прогресса, как бы много сражений он не провёл. Лёгкий шум слева привлёк его внимание, и он обернулся, покрывающий его ладонь свет был направлен вперёд, пока он задерживал дыхание.

Там ничего не было.

Глупый зверь игрался с ним, как на скрипке! Он сжал зубы и предпринял ещё один осторожный шаг назад в сторону тихо горящего костра позади него. Ещё несколько шагов, и Моника будет в пределах его досягаемости. И затем ему на ум пришла мысль. Возможно для него был способ победить. Он не пробовал новое заклинание, которое заработал от класса Анафемы, он даже не исследовал его из-за смутного отвращения к тому, что оно предполагает, однако оно может оказаться как раз тем, что было ему нужно в данной ситуации. Он возможно и не мог увидеть порождение бреши, однако это не означало, что он не мог поразить его в разум.

Он потянулся внутрь к фрагментам дарованных ему знаний и начал стягивать их вместе в связанную структуру. По сравнению с Пронзанием Завесы или даже Поднятием Мёртвых это заклинание было как два пальца, однако даже так было рискованно испытывать заклинание в первый раз в боевой ситуации. Он ещё мог потянуться назад и разбудить устранителя, оставив ситуацию в его руках, однако почему то ему не хотелось этого. Раз он мог справиться сам, то затем мог вернуться к своему изучению костей до конца своего дежурства.

Он уставился в лес, пока работал над организацией своих мыслей для Подавления Разума. Спустя несколько долгих секунд он ощутил, что был готов попытаться сделать это. Сотворение не было долгим, однако работа над заклинанием была запутанной, с формированием канала между ним и целевым существом через заклинание, что атакует сознание существа напрямую.

Он высоко поднял свет и использовал свою свободную руку, дабы сформировать необходимые ему жесты, пока шептал вокальные компоненты и направлял мыслями магику. Закончив, он держал магику на изготовке, надеясь, что она сработает, как хотелось.

Снова этот звук, на этот раз справа. Тайрон быстро развернулся, дабы увидеть несущегося на него из-под куста монстра, собирающегося прыгнуть на Тайрона. Он бросился вперёд, развернулся налево и бросил готовое заклинание в монстра. И сразу же он ощутил, как оно присоединилось, а затем произошло нечто странное.

Заклинание столкнулось с грубым сознанием монстра, и началась война, пока существо пыталось отбиваться, и Тайрон боролся, дабы вдавить заклинание и раздавить мысли монстра. Физическая фигура порождения бреши дёргалась и извивалась, в то время как Тайрон вжимал заклинание, пока не ощутил, как сопротивление исчезло, а монстр не замер.

Рот Тайрона скривился в отвращении. Ощущение разрушения разума существа своим собственным не было приятным, однако пока что оно не было способно двигаться или как-либо сопротивляться. Он медленно вытащил свой меч и шагнул вперёд, быстрым ударом в голову окончив жизнь монстра.

Он тяжело дышал. Лишь маленькое, слабое существо, и уже принесло ему столько проблем. Он нуждался в прислужниках, высококачественных, срочно. Он проверил лагерь, дабы увидеть, что трое фигур не двинулись с момента начала сражения. Легонько вздохнув, он прошёл к своему рюкзаку и тихо вытащил ножи для мясницкого дела. Можно было уж и посмотреть, было ли у существа ядро.