"Слышал о Некроманте в бегах?"

Ухо Тайрона вздрогнуло, и он чуть не уронил столовые приборы, услышав это. Он попытался быть спокойным и сделать вид, что закашлялся, однако сомневался, что получит какие-либо награды за своё актёрское мастерство. Он продолжал есть, пока разворачивал голову, дабы лучше подслушивать пару, сидящую позади него в общем помещении.

"Не слышал. Некроманте, говоришь? Разве это не редкий класс?"

"Очень. Более того, знаешь Сталеруков?"

"Конечно же."

"Это их сын!"

"Да ну нахер..."

"Уоллес! Следи за языком!"

"Извиняюсь, моя дорогая, ты застала меня врасплох. Уверена в этом?"

"Уверена! Можно увидеть перед офисом маршала размещённое на доске разыскиваемых объявление."

"Ну... вот же не повезло. Представь себе, посвящаешь всю свою жизнь защите королевства, а твой собственный ребёнок оказывается вне закона... просто ужасно."

"Ох, а всё становится ещё хуже," голос женщины стал тише, пока она склонялась к своему мужу. "Как мне рассказывали, Сталерукам дали обязанность арестовать мальчика."

Тайрон втянул воздух так быстро, что чуть не заглотил свой столовый прибор, и сразу же изошёлся кашлем, что раздавался по всему помещению. Множество людей обернулось, дабы посмотреть, что за шум, и он слабо помахал им, как только сумел взять дыхание под контроль, однако внутри его сердце стучало с такой силой, что появлялось ощущение, будто его рёбра могут сломаться.

Его родителей послали выследить его?

Это была такая жестокость. Столь бессмысленная жестокость. Были сотни людей, которых можно было послать сделать это, почему это обязаны были быть они? Разве не было бы нелепой и пустой тратой ресурсов охота двух сильнейших во всей провинции людей за кем-то низкоуровневым, только пробудившимся, вроде него? Это было безумие!

И также безнадёжность.

Расстройство и отчаянье разраслось внутри него, пока он осознавал, что это означает для него. Они будут вынуждены подчиниться, Магнин и Беори. Тайрон не знал как, или почему, но знал, что для высокоуровневых устранителей было невозможно отказаться от приказа, что означало, что со временем они придут за ним, даже если будут откладывать это изо всех своих сил, они всё равно придут за ним. И что он должен делать? Как он должен был отбиваться от них?

Его руки на столе сжались в кулаки, пока он осознавал безнадёжность ситуации.

Что бы он не сделал, его поймают. Он никуда не мог уйти, где был способен избежать их, он никуда не мог сбежать, где его не найдут. Он с таким же успехом мог попытаться убежать от ветра, или спрятаться от воздуха. Он изучал карьеру его родителей лишь как только мог восхищающийся ребёнок, он знал, на что они были способны почти лучше кого бы то ни было, он абсолютно не имел иллюзий о его способности избегать их. Что означало, что ему придётся сразиться с ними, если хотел остаться на свободе.

Что было... шуткой.

Как он должен был сражаться со своей собственной семьёй? И даже если он мог заставить себя это делать, что это изменит? Он точно так же мог попытаться победить солнце. Они настолько превосходили его, даже Устранители в крепости здесь, каждый из которых мог разломать его, будто веточку, не имели шансов против любого из них, не говоря уж об обоих.

Молодой Некромант боролся со слезами, пока пытался подавить всепоглощающее чувство разочарования, горящее в его груди. И вот так просто его будущее было отрезано. Несмотря на все риски, что он взял на себя, и все усилия, что вложил, это больше не имело значения, никогда не имело. Его время было ограничено. Со временем его поймают, притащат и приговорят, это был лишь вопрос времени. Единственное, что осталось определить, что он сделает с оставшимся ему сроком.

"Ты в порядке?" Раздался позади него обеспокоенный голос.

"А, чт-" Тайрон вздрогнул и обернулся, дабы увидеть встревоженные лица парочки, что обсуждала касающуюся его тему.

"Я заволновался, в порядке ли ты, молодой человек, ты закашлялся, а затем только сидел и дрожал," сказал ему муж.

Вздрогнув, Тайрон осознал, что это было так, даже сейчас перед ним на столе было два его явно трясущихся кулака. Он отдёрнул их на колени под столом и попытался выдавить из себя улыбку.

"Я-я в порядке," сказал он, "Просто... просто еда пошла не в то горло. И-и я был удивлён услышать, что вы обсуждаете. Что-то о том, что Сталеруки арестовывают своего собственного сына?"

Жена, Ясмин, кажется её звали, решительно кивнула, когда он спросил по их теме обсуждения.

"Да, просто скандал! Как я слышала, здесь, в Опушколесе, чуть не случился разрыв, и что же Барон приказал делать двум своим платиновым устранителям? Вынудил охотиться за своим собственным ребёнком! Как ужасно..." она поморщилась, и муж, Уоллес, сочувствующе кивнул. "Только вот, как я слышала по сообщениям, они не приняли это покорно, разгромили целую ферму и половину кладбища после отдачи приказа. Маршалы в ярости, но что они сделают? Арестуют их?"

Выражение на её лице предполагало, что ей хотелось бы посмотреть, как они попытаются это сделать, пока Тайрон пытался проглотить комок в горле. Конечно же они так поступили. Его сердце ныло за Мэра Аррина, однако он знал Магнина и Беори, они в любом случае бы слетели с катушек, получив подобный приказ.

Он не смог удержаться, чтобы позволить кривой улыбке изогнуть его губы, пока думал о них двух, закатывающих истерику.

"Ну, спасибо, что поделились," сказал он парочке, вежливо кивнув им, обернулся к своему собственному столу и аккуратно сложил столовые приборы в чашку, прежде чем оттолкнул назад стул и поднялся, удостоверившись, что перед уходом задвинул стул обратно под стол.

Уорти бы дыру в его ушах сделал, сделай он жизнь обслуживающего персонала сложнее, блокируя им дорогу своей собственной ленью.

Пока шёл к магазину мясника, Тайрон пытался переварить то, что узнал. Когда он попытался подумать, что должен делать, то почувствовал оцепенение, как если бы будущее, что не так давно было трудной дорогой, полной испытаний, теперь было пустотой, которой будто никогда и не было. Его путь был обрублен так резко, что он даже не мог ощутить боль от отрезания. Он всегда знал, что, если маршалам не удастся его найти, кого-то отправят его выслеживать, однако предполагал, что у него будет больше времени. Он предполагал что работу дадут обычной команде устранителей, не Устранителю Века и Боевой Ведьме! Это как разламывать ветку боевым топором! Даже не осознавая этого, Тайрона оказался заброшен в клетку, из которой не мог надеяться вырваться, всё, что ему оставалось, это тарахтеть решётками до его неизбежной поимки.

И его родители очевидно не были счастливы по этому поводу, судя по тому, что они наделали в Фоксбридже.

Если и было что-то одно в мире, что эти двое ненавидели больше чего бы то ни было, это когда им говорят что-то делать. Он давно подозревал, что причина, по которой они расположили базу в такой дали от центра власти и богатства, несмотря на достижение редких высот платинового ранга устранителей, в том что они гораздо чаще избегали того, чтобы им говорили, что делать, чем нет. Конечно, их просили решать проблемы, закрыть ту брешь, убить этого монстра, но подобные вещи они бы всё равно сделали, даже если бы никто не попросил. Бродить повсюду, сражаясь с порождениями бреши, было по своей сути единственным, что они любили.

Кроме друг друга. И его.

Он мог лишь представить ярость, которую они должно быть испытали. Он ужасно себя чувствовал, вынудив их оказаться в таком положении. Хотя... по правде сказать это не была на самом деле его вина. В конце концов он не просил этот класс, лишь сделал выбор оставить его. Он был уверен, что Магнин и Беори поддержали бы это решение, именно так они бы и поступили на его месте, в этом он не сомневался. Какие бы средства не использовались, дабы заставить его родителей подчиняться, они должно быть действительно ужасные, если даже они не могли перебороть их. Он отчаянно надеялся, что они не страдают.

Неудивительно что они обрушили такие разрушения на мэра, неудивительно что они в такой степени потеряли над собой контроль.Он мог лишь представлять их потребность выпустить свой гнев. Несмотря на свою огромную силу и неисчислимые заслуги по защите других, его родители были эгоистичными личностями, их желание уничтожить ближайшую возможную к ним вещь, когда они в гневе, была абсолютно понятной для него, человека, знавшего их лучше всех.

Когда он подумал об этом разрушении, его ноги замерли по пути на секунду, когда мысль поразила его, прежде чем он продолжил шаг. Магнин и Беори закатили истерику и одним махом отомстили Мэру Аррину, но было ли в этом нечто большее? Чем больше он размышлял об этом, тем больше у него появлялось чувство, что подобный уровень воздаяния, масштаб разрушения казался чрезмерным даже для этих двух. Подобный очевидный, громкий поступок несомненно отразится на западной провинции. Через ещё неделю там вероятно не будет трактира или таверны в даже самой маленькой деревне, где ещё не слышали об этом. Возможно они пытались обратиться к нему? Что если они пытались послать ему сообщение.

Борись.

Они собирались бороться со своей судьбой, они не примут это покорно. Он мог в это поверить, они были наименее контролируемыми людьми из всех, о ком он слышал, даже их любви к нему не было достаточно дабы удержать их на одном месте. Пытаться заставить их выслеживать его против их воли? Они будут с каждым шагом бороться с этим, что незамедлительно и показали, выместив эмоции на Мэре Аррине. Они будут бороться против этого, что означало, что он должен делать то же самое.

Он мало верил в свою собственную способность преодолеть трудности, но эти двое? Они делали это всю свою жизнь. Возможно он ошибся, отчаявшись так скоро. Ещё была надежда, ещё был шанс. Он мог теперь это видеть, но они придут, что означало, что ему нужно было быть готовым. Они выкупят необходимое ему время, так что ему нужно было пробиваться дальше, и возможно, лишь наверное, где-то в будущем, представится возможность, благодаря которой он сможет продолжать быть свободным.

Безнадёга медленно вытекла из него, и он остался с чувством опустошённых эмоций, слабость от волн, что налетали на него одна за другой. Однако времени терять было нельзя, он не мог стоять и ничего не делать. Раз его семья собиралась рискнуть всем, дабы выкупить ему время, то он не мог позволить себе ни секунды, потраченной впустую. Снова преисполнившись уверенности, он с разрастающейся решимостью удлинил свой шаг в сторону точки назначения. Когда он наконец добрался до магазина мясника, Хак уже был там, помещая ключ в дверь. Увидев идущего к нему Тайрона, он прервался, так как осознал какие-то перемены во взгляде парня.

"Уже?" Он покачал головой, пока парниша останавливался перед ним, "хошь так скоро нарушить своё слово?"

"Я не хочу нарушать своё обещание, но чувствую необходимость убраться отсюда," ответил он размеренным тоном, "вы были терпеливыми и более чем справедливыми. То, чему вы научили меня за последние несколько дней, было тем, чему я никак не смог бы научиться самостоятельно."

И он был серьёзен. Общая работа с умелым Хаком по разделке была фантастическим обучающим опытом, мужик имел бесконечный поток хороших советов, подсказок и приёмов, как и детальных способов упростить работу в поле.

"Я более чем счастлив возместить остаток обещанного вам времени, когда буду в городке," предложил Тайрон, "я не хочу обманывать вас."

Хак фыркнул.

"Ес быть честным, причина, по которой я держал тя здесь так долго в попытке убедить тебя не отбрасывать свою жизнь. Видась не вышло, да?"

Тайрон усмехнулся и покачал головой.

"Никогда не было таких намерений."

Мясник пожал плечами.

"Незя винить старика за попытку," проворчал он.

Он, Хакот, был хорошим мужиком, и при других обстоятельствах Тайрон был бы более чем счастлив закончить своё время, узнавая, как правильно разделывать, прежде чем перейти к следующей части плана, но то, что узнал этим утром, означало, что он не мог позволить себе лишнего времени. Он не хотел спешить, однако мир не собирался его ждать.

"Ну хорошо, Лукас," протянул свою руку большой мясник, "увидимся на работе, када вернёшься."

"Спасибо, Мистер Хакот."

"Заткнись."

Они пожали руки, и затем Хакот развернулся, шагнул в магазин и пропал с поля зрения, оставив Тайрона стоять на улице ранним утром со внезапно жуть каким количеством дел. Утро было ещё раннее, вероятно в ближайшее время не будет никаких направляющихся в разрываемые земли команд устранителей, так что у него было время на подготовку. Его разум начал ускоряться, пока он обдумывал все вещи, с которыми надо было разобраться, и ему потребовалось несколько долгих секунд, дабы осознать, что несмотря на все его размышления, он по прежнему не сдвинулся ни на шаг.

"Блин!"

Снова придя в себя, он рванул с Железного района, только чтобы осознать на полпути, что не принёс свои деньги, что потребовало пробежку обратно к трактиру, от чего он был запыхавшийся и хрипящий. Ему правда нужно было поработать над своей физической формой...

С мешочком для монет в руке он вернулся к рынку и окунулся в расточительство, что по завершении оставило его финансы в ужасном состоянии. Для предстоящей экспедиции ему нужно было предоставить своё собственное снаряжение, и чем больше он мог принести, тем более привлекательным он будет для потенциальных нанимателей. Он просто надеялся что ничего не забыл в своей спешке.

Он отнёс вещи обратно в свою комнату и сразу же принялся собираться. Его спальные принадлежности и другое разнообразное дорожное снаряжение было тщательно изучено, прежде чем упаковано, вместе с новоприобретёнными принадлежностями мясника, походными пайками и маленькой заначкой конфеток мага. С мечом на бедре, новёхоньким посохом в руке, он ещё раз пробежался по мысленному списку, не обнаружив ничего пропущенного.

Выйдя наружу, он запер дверь, прежде чем помчал вниз по лестнице и за дверь раньше, чем у официанток был шанс спросить его, что за спешка. Далее он побежал по улицам в сторону северных ворот с зарождающимся в груди детским волнением. Быть устранителем, как его родители, и бродить по разрываемым землям, сражаясь с существами брешей, было первой мечтой почти что всех, кого он когда-либо встречал, и если ему повезёт, он мог оказаться там в этот самый день. Было трудно не волноваться.

Со стучащим сердцем он едва заметил перемену окружения вокруг него, пока приближался к воротам. Прохожих и магазинов там стало меньше, на районе работало несколько торговцев, специализирующихся либо на чрезвычайной медицинской помощи, либо на оружии. Здесь также можно было найти четыре храма Опушколеса, так что устранители проходили мимо них, пока покидали крепость и выходили из городка.

Когда врата наконец показались взору, Тайрон также впервые увидел нечто совершенное другое: его конкурентов.

Вдоль дороги он мог видеть сотню, может даже больше, молодых взрослых, прямо как он, только пробудившихся мечтателей, что поспешили на границу в надежде построить для себя новую жизнь, по чуть-чуть получая уровни, пока наконец не будут считаться полноценными устранителями, выпустившимися из этих улиц в жизнь опасности и славы в крепости.

Он замедлился, пока подходил ближе, пытаясь рассмотреть всё. Здесь собрались всевозможные личности, молодые мужчины и женщины в лоскутных доспехах, вооружённые потрёпанными мечами и топорами вместе с другими мечтателями в робах или даже лохмотьях. Некоторые держали таблички, объявляющие об их навыках и квалификации, намалёванные с различной степенью мастерства в написании.

Некоторые из них были фермерами, не желающими смиряться со своей судьбой работы над землёй, другие молодыми магами, рейнджерами или бойцами, что не могли позволить себе какого-либо обучения, подвергая себя крещению огнём дабы преобразовать свои жизни.

Он мог сочувствовать на нескольких уровнях.

Его прибытие не прошло незамеченным и многие лицезрели на него с недовольными выражениями. Он сразу же осознал, что несколько выделялся от остальных, качество его снаряжения и одежды не отмечало его на месте, как бедного, в отличии от почти что всех остальных, не говоря уж о явно дорогом клинке на бедре. Нежели отчаявшийся только пробудившийся паренёк, надеющийся присоединиться к команде устранителей в качестве наёмной силы, он выглядел как сын торговца.

Он почти что задумался о возвращении в трактир, дабы переодеться, но в последний миг отбросил идею. Он уже был здесь так что можно было остаться и посмотреть, сумеет ли он наняться. Он сжал зубы и пошёл вперёд, нацеливаясь на менее людную область, где мог комфортно стоять, не занимая чьё-либо пространство.

Определённо казалось, будто находящаяся ближе к крепости область улицы была наиболее заполненной, что было логично, так как это были люди, которых устранители увидят в первую очередь по пути наружу. На этом отрезке дороги он в итоге расположился на две третьих пути до ворот, ближе к хвосту толпы. Пока он занимал своё место, стараясь выглядеть компетентным, но недорогим, сидевшая на траве справа от него девушка улыбнулась ему со своего места.

"Первый раз?" Спросила она спустя несколько неловких минут, пока Тайрон поддерживал ту же позу и выражение лица вплоть до судорог.

"Так очевидно?" Вздохнул он.

"О да," усмехнулась она. "Не переживай, вначале я была по своей сути такой же. Пиздец как отчаянно желающей произвести хорошее впечатление."

Он посмотрел сверху на то, как она лениво расположилась, и нахмурился.

"Так... что изменилось?" Из любопытства спросил он.

"Ох, не пойми неправильно, тебе по-прежнему нужно произвести хорошее впечатление. Однако раз я собираюсь быть на чёртовом солнце всё утро, то уж устроюсь поудобнее. Когда из крепости выйдет команда устранителей, у тебя будет куча времени, дабы принять презентабельный вид до того, как они доберутся до тебя, поверь мне."

Тайрон взглянул вдаль и подумал, что она вероятно права. С места, где он стоял, снующая толпа мечтателей всё равно блокировала вид на крепость. Вздохнув, он стянул с плеча рюкзак и присел. Девушка улыбнулась и протянула руку.

"Я Силла," сказала она, "добро пожаловать на дорогу Победы."