Из-за начавшегося дождя ночь мы провели в брошенном доме. И хотя приблизились к нему, видневшемуся с дороги издалека, с намерением переночевать в хозяйской конюшне, обнаружили здесь лишь пустое жилище.

Воспользовавшись очагом, мы развели огонь и, смешав воду с мукой, начали готовить простейшее блюдо. Обычно розжиг огня занимает у меня немало времени, но благодаря магии Зеро сделать это получилось невероятно быстро. Удобная штука эта магия.

— И что, неужто я не могу пользоваться магией? Хотя бы этим Лекс?

— Нет, наверное. Ведь недавно ты зачитывал заклятие, но ничего не произошло.

«Значит, нет у тебя таланта к Словам охоты» — такой смысл этих слов опечалил. А ведь чтобы разводить огонь без кремня, я был готов учиться этой ненавистной и ужасной магии, только заинтересовался в ней…

— Так чем все же определяется талант к магии?

— Способностями, пожалуй. Сила воображения, практика применения… и так далее. Как я уже говорила, в книге четыре главы, но предрасположенность к магии разнится. Например, Тринадцатый почти не способен к магии Слов защиты, зато ужасающе силен в Словах захвата.

— И почему так?

— Вероятно, потому что он любитель собирательства. Что единожды попалось в руки — не выпустит.

— А это точно нормально? Он точно надежный товарищ?

Да уж, беспокойства мне не скрыть.

— Как знать, — слегка усмехнулась Зеро. — Хочешь попробовать магию из других глав? Пусть Слова охоты тебе недоступны, Слова захвата пригодились бы. Они идеальны для отлавливания зверья живьем. Да и рыбы с ними наловить можно много.

— Нет. Если выяснится, что у меня вообще нет таланта к магии, это будет обидно.

— Даже без таланта, если практиковаться лет этак десять, тогда, наверное, сможешь пользоваться магией начального уровня. Я могу тебя обучать. В этом случае смогу вечно оставаться рядом с тобой.

Я чуть не перевернул котелок. Что она говорит-то? Попробовал разглядеть на ее лице следы сарказма, но ничего такого не увидел.

— Эй, я ведь подумаю, что ты хочешь быть всегда рядом, после таких-то слов.

— А чего так удивляешься? Ведь именно это я и сказала. Быть с тобой рядом весело.

Какое счастье, что я весь покрыт мехом. Я ведь наверняка заалел. От слов этой ехидной ведьмы лицо наверняка приобрело жалкий красный цвет.

— Что с тобой, Наймит?

— Ничего! В любом случае магию не использую! — накричав на девушку, я оттолкал ее в уголок и сосредоточился на приготовлении ужина.

— Слушай, ведьма.

Ужин подошел к концу… Разделив ножом полученный от торговца фрукт пополам, одну половинку я положил себе в рот. Вторую перекинул Зеро, которая с удовольствием вгрызлась в нее.

Со словами «Пойду подышу свежим воздухом» Альберт покинул комнату и вышел в дождливую ночь.

Я прекрасно понимаю, что ему противно делить со мной одно пространство. Видимо, не в силах сдерживать себя после того, как я оскорбил Сорену, Альберт то и дело кидал на меня косые взгляды, поскольку наверняка опасался.

— А вообще… Как, думаешь, было на самом деле? Правда ли Сорена стала причиной болезни?

— И ты спрашиваешь такое у меня, у ведьмы? — оживившись, спросила Зеро. Я пожал плечами и ответил:

— Просто больше не у кого спросить.

— Тогда ты, наверное, и дальше о многом меня спрашивать будешь.

— Намекаешь мне замолчать?

— Нет, — покачала головой Зеро. Поднявшись, она перешла ко мне и уселась под бок. Оперевшись о мое тело, обхватила колени.

— Я довольна этим, Наймит. Мне почему-то нравится вот так говорить с тобой. Ты спрашиваешь, я отвечаю. Так мы придем к взаимопониманию… Если вдруг ты найдешь кого-то другого, у кого можно спросить, я начну чувствовать себя одиноко.

Я молча жевал фрукт. Зеро тоже неторопливо грызла свою половинку.

— Эй… Чего замолкла? Отвечай, что ли.

— А?

— На вопрос… который я задал.

— А-а. — Зеро улыбнулась. — Полагаю, я должна ответить. Вероятность того, что Сорена наслала болезнь, очень низка.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что пользы от этого она бы не получила.

Повернув голову, я глянул на Зеро. Девушка слизнула сок, капнувший ей на палец.

— Наколдовать болезнь — это начальный уровень колдовства. Будь то начинающая ведьма, я бы не сомневалась; теоретически ведьма Лунной песни тоже могла, но это не тот эксперимент, ради которого рискнешь стать целью охоты.

— Эксперимент? По распространению болезни?

— Если это не чей-то заказ, существует только такая возможность. Вот только жители деревни охраняют ведьму, а в компенсацию за гадания обеспечивают ее едой и одеждой, поэтому, исчезни деревня из-за болезни, ведьме от этого ноль выгоды.

«Как говорится, безопасна та деревня, в которой свой вор; с ведьмами, скорее всего, так же».

— Впрочем, я не говорю, что ведьмы добры. Ведьма всегда стремится к максимально выгодному ей результату. Поэтому-то я и считаю маловероятным то, что ведьма Лунной песни вдруг решила устроить эпидемию.

Выходит, люди и впрямь сожгли ту, которая их спасла. Просто потому, что рядом с пострадавшей деревней жила колдунья.

Впрочем, и у меня был похожий опыт. Я зверочеловек, и поэтому нередко случалось, что на меня нападали, обвиняя в убийствах и изнасилованиях, которые я не совершал.

И раз уж Сорену действительно убили за попытку спасения, вполне очевидно, что ведьм это сильно озлобило. Оттого они в гневе обрушили на деревню море огня…

Получается, войну начали люди.

— Ведьмы тоже бывают разные, Наймит. Есть такие, которые по собственной воле вредят людям, и такие, которые ищут в этом выгоду.

Я был несправедлив, считая, что все ведьмы до единой — это зло, которое необходимо уничтожить.

«Щелк», — раздался звук парадной двери, и продрогший Альберт зашел в комнату. Судя по его недовольному выражению лица, мальчишка подслушивал.

Но я не разозлился, даже наоборот…

— Извини. За оскорбление…

Альберт распахнул глаза от удивления и скривился. Гримаса, вызванная попыткой скрыть облегчение.

— Ну, бывают идиоты, которые ошибаются, а я добродушный, так что сейчас прощаю. В следующий раз думай, прежде чем что-то ляпнуть.

На секунду захотелось от души его треснуть, но это свело бы на нет мои извинения, и я сдержался.