Глава 24.

Судебные приставы растерялись от неожиданно бурной суматохи. Хозяин гостиницы испуганно дрожал.

Он боялся, что его сговор с погибшими будет раскрыт, но крики и шум толпы не давали ему привлечь к себе внимания.

– Э-эх, – Родно прищурился, а затем округлил глаза. Казалось, он погрузился в свои мысли.

– Суд может укрепить авторитет господина Родно, – прошептал его близкий соратник.

– Отлично, – купец, казалось, заинтересовался этой идеей.

– Как лучше будет проверить это – водой или огнём?

– Э-эх. Проверить водой или проверить огнём? – согласился с советом Родно, предоставляя Гэвину выбор.

Наверное, огнём, – подумали те, у кого ещё сохранилась хотя бы капля здравомыслия.

В испытании огнём ладонь человека прижигали раскалённым железом и перевязывали. После этого рану осматривали через несколько дней.

Если ожог оказывается не сильным, значит Бог позаботился о человеке, и он невиновен. В обратном случае он признаётся виновным.

Выбирай огонь, огонь. Проклятый ублюдок, – беспокойно думал Соринт.

Огонь, конечно, оставляет шрам, но шанс выжить куда выше. А вода……

– Я выбираю проверку водой, – рыбак разрушил его ожидания.

Силы покинули тело Соринта, глаза Родно расширились, а толпа возликовала.

– Воду!

– Принесите воду!

– Нужно открытое пространство!

Люди, как внутри, так и снаружи гостиницы, высыпались на улицы.

Родно, до этого сидевший, встал и потянул за верёвку, которую держали наёмники. Гэвин с трудом зашагал туда, куда его вели.

– Чёрт побери! – запоздало выругался Соринт.

Таверна внезапно опустела. Хозяин, его дочь, гости и, казалось, даже крысы, грызущие зерно, отправились наблюдать за самым захватывающим событием в истории Салифе.

Осталась лишь юная служанка, которая пряталась, испугавшись внезапного наплыва толпы людей.

– …… – Моджири осторожно вышла из сарая.

Вдали виднелась толпа людей, толкающих и тянущих друг друга, поднимая в небо облака пыли.

А ещё там медленно шёл кто-то, кто, казалось, не имел никакого отношения к этой толпе. Это была стройная фигура, облачённая в плащ.

– Господин гость? – невольно пробормотала Моджири, заметив одежду, за которой лично ходила в город.

*****

– Вода! Вода! Вода! – эхо скандирования толпы разносилось, словно грохот от огромного барабана.

В центре площади стояла большая деревянная бочка, а прямо за ней виселица.

Когда бочку, стоящую на земле, начали наполнять водой, кто-то спросил:

– Это святая вода?

– Нет, морская, – ответил мужчина, стоявший рядом.

– Эй, если это морская вода, то это символ того, где родился и вырос этот рыбак? Для него она, должно быть, так же священна, как святая вода! – зашумела толпа ещё активнее.

Эти слова были пощёчиной для духовенства, но сейчас они были единственным символом этого суда.

Изначально перед проверкой священник должен был освятить воду, только ни у кого из толпы не хватало терпения ждать пока монах преодолеет трёхдневный путь от монастыря. Всем хотелось увидеть чудо, про которое говорил рыбак, немедленно.

– Он слышал слова Триэль?

– Правда?

Перешёптывалась толпа. Ожидание, подозрение, удивление и зависть смешивались в единое целое.

Даже среди священников, наделённых особыми полномочиями, было бесчисленное множество тех, кто за всю свою жизнь никогда не слышал слова Небесного.

– Лейте воду! – закричали люди.

Рабочие выливали воду в бочку ведро за ведром.

Плеск-плеск, – уровень воды в огромной бочке поднимался и опускался из-за всплесков воды.

По воздуху разлился сильный рыбный аромат. Изначально это была бочка для хранения рыбы. Ёмкости, достаточно глубокой, чтобы вместить человека целиком, было невероятно мало.

– Угх, – лица людей исказились, когда они увидели плавающие в воде склизкие внутренности рыб и чешую.

– Готов? Э-эх, – спросил Родно.

Гэвин, молча наблюдавший за наполнением большой бочки, глубоко вздохнул:

– Да.

Теперь рыбаку предстояло войти в эту воду.

Испытание водой обычно проводилось путём погружения обвиняемого в воду. Если он всплывал, это означало, что Небеса его отвергали и он был виновен. Если оставался в воде, значит Небеса его принимали, и он невиновен.

– Сколько нужно ждать? – нетерпеливо спросил Соринт.

– Не знаю, одной щепы ведь будет достаточно? – ответил один из его помощников.

Конечно, пятнадцати минут было достаточно, чтобы задохнуться. Всё равно в воде было не выжить, а если проверяемый всплывал, чтобы глотнуть воздуха, его признавали виновным, и он должен был умереть. А если продолжить оставаться в воде, можно было утонуть.

– Чёрт побери, – снова не смог сдержаться Соринт. Его гнев был настолько силён, что он забыл, что стоит перед Родно, а всё из-за понимания того, что его планы по повышению статуса рухнули.

– Э-эх, залезай, – махнул рукой Родно. Ему было любопытно увидеть своё первое божье испытание, но в остальном он выглядел равнодушным.

Топ, – несмотря на эту вялую реакцию, Гэвин благоговейно шагнул вперёд.

Взгляды, переполненные подозрением и злым любопытством, следили за каждым его шагом.

Топ, топ, – рыбак поднимался по лестнице.

Бочка была столь большой, что пришлось соорудить импровизированные ступеньки.

– Ху-у, – Гэвин медленно выдохнул, смотря на грязную, маслянистую воду.

Та могла стать его могилой. Только если чудо не случится, то именно так и будет. И всё же……

– Святой Триэль! Я верю, что ты присматриваешь за мной! – воскликнул Гэвин, смотря в небо.

Люди в первом ряду вздрогнули от его голоса и переглянулись.

– ……Это правда?

Рыбак, которого высмеивали как будущего утопленника, почему-то казался таким же решительным, как священник. Лишь великие святые и паломники могли встретить смерть с подобным достоинством.

– Третье крыло, что хранит волю Единого на Небесах и несёт священный щит! Я принимаю испытание по твоему слову! – Гэвин собрал все свои силы для этого крика и спрыгнул вниз, проявив поразительное, почти невероятное для рыбака, красноречие.

И прежде, чем мужчина успел рефлекторно закрыть глаза, он заметил в толпе напротив фигуру.

Фигура в плаще была тем, кто приходил к нему в дом. Лицо Гэвина озарилось радостью.

Триэль ответил на моё благочестие. Он пришёл похвалить меня за то, что я с радостью принял испытание архангела.

Теперь я отправлюсь на небеса, – подумал Гэвин.

За секунду до того, как он коснулся воды, их взгляды с ангелом встретились.

На его губах была не дружелюбная улыбка, восхваляющая верного слугу, а насмешливая ухмылка. Гэвин понял, что что-то не так.

Всплеск!

Однако было слишком поздно, тело рыбака рухнуло в глубокую воду.

Плюх, плюх! – вода отчаянно заболталась в бочке.

Толпа шокировано смотрела на отчаянно сопротивляющегося рыбака. Тот, кто с таким хладнокровием собирался прыгнуть в воду, вдруг начал странно дёргаться.

– Почему он делает это?

Неужели он теперь пожалел?

Только прежде, чем люди успели развеять свои сомнения, всплески постепенно стихли, словно конечности Гэвина потеряли свою силу.

– …… – на площади воцарилась мёртвая тишина. Толпа завибрировала от напряжения.

Что, если он и правда слышал слова божьи?

Если рыбак сотворил чудо, выжив под водой.

Если бы Гэвин действительно получил благословление, название города попало бы в историю, а самого рыбака канонизировали бы.

Предания гласили, что девушка из сельской местности, утверждавшая, что встретила апостола Света, была канонизирована.

Конечно, тот факт, что ей пришлось пройти строгую проверку в Церкви, сейчас не имел особого значения.

– ……

Люди не знали, сколько времени прошло. Волны на поверхности воды стали неподвижны.

– О.

В этот момент спокойная водная гладь потемнела. Что-то поднималось снизу.

Глаза людей расширились и наконец пришло понимание.

– Закончилось! – взревела толпа и прежде, чем наёмники успели остановить их, люди хлынули вперёд.

Всем хотелось увидеть, что стало с подсудимым, проходящим испытание Господа.

Если рыбак выжил, людям хотелось ухватиться хотя бы за край его одежды. Не зря говорили, что прикосновение к телу святого принесёт удачу.

– Проверьте!

– Поймайте!

Руки протягивались одна за другой, цепляясь за тело, всплывающее из воды. Всем хотелось проверить, живо или мертво мокрое тело.

Плеск, плеск.

И, наконец, людям удалось перевернуть тяжёлое человеческое тело, пропитавшееся водой.

– А, – крикнул кто-то.

Толпа последовала к голосу, протискиваясь в щели между людьми. Всем хотелось лично запечатлеть результат.

– Мёртв, – те, кто вытащил тело, увидели, как посинело тело, захлебнувшегося водой.

– Мёртв.

– Мёртв.

– Мёртв!

Новость, передаваемая одному за другим, достигла ушей Родно и Соринта. Родно, который последние пятнадцать минут изнывал от скуки, лучезарно улыбнулся, ведь это означало, что всё наконец-то закончилось:

– Э-эх, теперь можно разойтись?

– Чёрт! – схватился за голову Соринт.

Толпа также не могла скрыть разочарования.

– Говорил получил откровение.

– Обычный мошенник.

– Вот почему так сопротивлялся……

Люди у бочки сплюнули и отступили. В воде, где плавал рыбий жир, образовались пузыри.

– Пошлите.

Те, кто участвовал в полуденной суматохе, начали расходиться, намереваясь вернуться к своей повседневной жизни. Присутствие тела умершего рыбака уже было забыто.

Площадь, освободившаяся от огромной толпы, мгновенно опустела.

Петля виселицы колыхалась на ветру, а труп продолжал покачиваться на слабых волнах бочки.

*****

Бам!

– Чёрт! – Соринт ударил по столу. Едва покинув площадь, он вернулся в свой кабинет. – Чёрт побери!

В мужчине бушевала ярость.

Зачем этому тупому ублюдку вообще понадобилось проводить столь бессмысленное испытание духа?

Конечно, мёртвые молчали, поэтому никто не мог ответить на оскорбления.

– Я собирался нацелиться на отдалённые рынки!

Знать и духовенство, живущие вдали от побережья, любили рыбу, но не могли есть её вволю из-за короткого срока хранения.

Соринт нашёл решение в способе хранения рыбы Гэвина. Однако сейчас его блестящее будущее в торговом деле и последующее повышение статуса были потеряны, ведь рыбак покончил с собой.

Тук-тук.

– Что! – раздражённо рявкнул Соринт.

Даже стук в дверь был грубым. Но единственным преимуществом невежественного наёмника, охранявшего дверь, были его крепкие нервы, позволявшие не обращать внимание на взрывной темперамент Соринта.

– Мелкий здесь.

– Кто? – переспросил Соринт, раздражённый до глубины души.

Если кто-то попадётся мне под руку, его ждут горькие последствия. Однако эта тупая охрана не может уловить даже такого моего настроения.

Топ.

– Рад снова видеть вас, – поздоровался Иван, входя в кабинет, его капюшон был сдвинут на затылок.

Но даже полуулыбка юноши не смогла смягчить гнева Соринта.

– Кто разрешил тебе свободно входить сюда?

Это было время, когда ни один благоразумный представитель высшего общества не осмелился бы побеспокоить его, только вот ученик Кэмпбелла даже глазом не моргнул:

– Вы велели мне прийти к вам, когда я добьюсь какого-нибудь успеха.

– Итак. В чём успех? – строго и грозно спросил Соринт. Он не собирался оставлять без внимания его беспокойство ради чего-то незначительного.

– Я разгадал секрет Гэвина, – улыбаясь, ответил Иван.

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –