— Вот адрес, — шеф протянул записку и раздосадовано произнес, наигранно надув губы. — Денюшки нам так и не вернули, поэтому разберись с этим.

Кир прочёл адрес и сложил записку пополам, прогладив фальц. Наконец, оторвав взгляд от тонкой бумажки, он поднял голову в готовности выслушать какие-либо нюансы. Сложно было не заметить, как Савелий за секунду поменялся в лице: от этого изменения появилось неприятное ощущение оцепенения, даже дышать становилось всё тяжелей, а бумажка практически выскользнула из сомкнутых пальцев. Кир неловко покашлял и опустил голову, всматриваясь в грязные от брызг грязи берцы.

Шеф с недовольством и некоторым разочарованием глазел на подопечного, постукивая пальцами по рюмке, а затем резко добавил:

— Чтобы не было, как в прошлый раз! Прежде чем делать должника инвалидом, хорошенько подумай: как тогда он будет деньги возвращать, если нет правой руки, а работает человек электриком?

— Но он сам кинулся…— Кир вовремя понял, что оправдания сделают только хуже, поэтому отмахнулся. Сейчас это было единственное верно принятое решение. — Ладно, не важно! Я Вас понял.

— Вот и славно, — в снисходительной улыбке проговорил шеф. — Завтра отчёт должен быть у меня на столе. Сейчас, можешь быть свободен.

Эти слова прозвучали ровно также, как если бы его просто вытурили за дверь. Но такая холодность была обычной для Савелия в рабочее время и обижаться на это Кир не мог.

Он, не смея больше задерживаться, молча вышел из кабинета и захлопнул за собой дверью. Дел оказалось предостаточно: сейчас нужно успеть разобраться с должником, прежде чем вечером прийти в Сад.

— Зарябье, 10-й комплекс… — задумчиво проговорил Смирнов написанный чёрной ручкой адрес на маленьком ярко-жёлтом квадратике, пока медленно переставлял ноги по ступеням, продумывал, как бы сэкономить время на дорогу.

На автобусе поездка займёт не меньше часа. И уже на месте его будут ждать помощники, которые являлись непосредственными подчинёнными Савелия. Несмотря на то, что Смирнов был обычным ребёнком, который не отличался ни силой, ни умом, для работников он также являлся приближенным Имбирского — этот факт давал ему частичку влияния, но это не мешало ему иногда добираться до места самостоятельно, главное: быть осторожным и не вляпаться в сюжет для криминальных хроник.

За этими мыслями он в спешке покинул здание и только на секунду остановился на крыльце, чтобы надеть на себя пальто. Натянув капюшон толстовки как можно ниже и убедив себя в том, что придётся снова идти под проливным дождем до остановки, Кир сделал несколько шагов в сторону калитки, но его тут же окликнули:

— Кир Миронович!

Он в удивлении оглянулся: на парковке, облокотившись на чёрный внедорожник, стоял знакомый ему работник — Алексей Фёдорович. Этот мужчина работал на Савелия уже долгое время и ему часто поручали приглядеть за Киром во время поручений.

— Здравствуйте, — Смирнов приветливо кивнул, торопливо приближаясь к мужчине в кожаной куртке-косухе и чёрных солнечных очках, которые скрывали глаза.

— А мы тебя ждём, — из опущенного окна высунулась рука с сжатым между среднем и указательным пальцем окурком сигареты. — Садись в машину, простудишься а-то!

Без каких-либо колебаний и сомнений он влез в машину, устраиваясь на заднем сиденье около окна: так между ним и мужчиной в чёрной водолазке с широкой цепочкой на шее оставалось пустое сиденье. Коллектор выбросил окурок в окно и теперь активно размахивал рукой, в явно провальной попытке избавится от сигаретного дыма, сопровождаемая недовольными возгласы другого члена коллектива.

— Вот кто тебя просил здесь курить? — недовольно пробормотал смуглый мужчина с небольшой щетиной на лице. Он сидел спереди, но теперь обернулся вглубь салона, наверно решая замять неловкость перед подростком:

— Здравствуй, Кир Миронович…

Так он стал свидетелем того, как Кир пристегнув ремень безопасности, недовольно корчится и прикрывает рукавом нос и рот. Данное зрелище стало спусковым крючком для предстоящей нотации о вреде курения.

— Сеня, из-за тебя Кир стал пассивным курильщиком! Травись сам этой дрянью! — мужчина снова обратился к коллеге, сидящему позади, хмуря от негодования морщинистый лоб.

— Матвеич, Вы так говорите, будто мы не в городе живём, — обиженно пробормотал Сеня и закрыл окно. Запах сигарного дыма практически исчез, возможно остаточное исходило от самого Сени, который сейчас закидывал в рот жвачку под нравоучения с переднего сиденья.

Алексей, который некоторое время стоял на улице напряжённо ведя разговор по телефону, обошёл машину и залез на водительское сиденье.

— Прекращайте спор, — он прервал назревающий конфликт между коллегами громким хлопком двери.

Автомобиль выехал на трассу, прямиком направляясь в совершенного новый район города — Зарябье. Кир молча смотрел в окно покусывая потрескавшиеся губы, задумавшись о предстоящем вечере, который его сильно беспокоил, но от тревожных мыслей его отвлек Алексей, решив прервать возникшую тишину:

— Слушай, Кир, тебе детали рассказали о должнике?

— Мне не важны другие детали, кроме суммы, что должны вернуть, — тут же отозвался Кир. — Зная детали, будет сложнее выбивать деньги.

Сеня усмехнулся:

— И то верно. Порой забываю, что ты подросток, — он с нескрываемым сочувствием посмотрел на него и покачал головой. — Не этим ты должен заниматься в свои-то годы.

Кир незаметно сжал руку, царапая ногтями кожаное кресло, и отвернулся к окну, прикрывая глаза. Он и без напоминаний знал об этом, но самостоятельно принял решение. Иногда раздумья приводили к мысли, что он завидует подросткам, которые развлекаются с друзьями после учёбы или смотрят вечерами напролёт глупые фильмы. Тем, кто думает о обычных жизненных проблемах, какие переживает практически каждый, а не о том, что нужно завершить до завтрашнего утра отчёты и остаться в живых на очередной сделке в грязном, страшном месте…

Смирнов приоткрыл глаза и посмотрел на вид из окна. В глазах начало рябить пестрыми красками. Повсюду сверкали невероятные стеклянные здания с экранами, на которых сменялись различные картинки. Кажется, что за секунду они переместились в совершенно другой мир: его теперь не окружали старые потрёпанные десятилетиями дома, переполненные урны мусора и граффити, вперемешку с неприличными рекламными листовками на стенах, даже наоборот — всё на высшем уровне! Смирнов не мог оторвать и глазу от всей этой завораживающей картины.

— «Подумать только, кто-то и впрямь живёт здесь? Они явно выиграли лотерейный билет в жизни!»

Машина остановилась на светофоре, в этот момент рука самовольно потянулась к окну, осторожно касаясь пальцами прохладного стекла.

— Мы точно в пределах города? — поинтересовался Кир, рассматривая пейзаж города, жалея, что нельзя отбросить все дела и просто погулять по окрестностям словно какой-то турист.

— Это Центр. Никогда не был здесь? — Алексей усмехнулся, поправляя рукой зеркало заднего вида.

— Был, но мы всегда объезжали по окраине, мимо частных секторов… Я думал, что те дворцы меня сильно удивили, а тут вон, — Кир стукнул пальцем по стеклу. — Какой-то Изумрудный город.

— Ну, — протянул Михаил Матвеевич и сложил руки на груди, приготовившись ворчать. — Сливки общества так и живут. Обычные смертные могут только глазеть. Но эти, в стекляшках — Бог с ними, а вот принцесски в дворцах! Те же знаменитые в городе Преображенские, только кичатся своей фамилией, а откуда они взялись? Никто и не знает! Зато посмотрите, как живут припеваючи! Что не новости, так Лев Преображенский или Мила Преображенская.

— Что-ж тебе сделали Преображенские? — отозвался Сеня с призрением. — Неужто задолжали?

— Нет, просто не понимаю, чем они так людям интересны?

Кир слегка улыбнулся, услышав знакомую фамилию старосты и не смог сдержаться, чтоб не вставить свои пять копеек:

— Я учусь в одной школе их сыном. Два года назад даже одноклассниками были.

— Ого! Интересно, как их угораздило отправить сына в школу для обычных смертных? —недовольно буркнул Михаил Матвеевич. Кажется, он и впрямь не питал к Преображенским симпатии.

Сеня закатил глаза и повернулся к Кире, по-доброму улыбаясь, как взрослый пытающийся поддержать разговор с ребёнком:

— Повезло учиться с таким человеком, верно?

После его слов спереди раздалось недовольное цыканье, на что мужчина в водолазке грубо толкнул спинку сиденья перед собой.

Кир неловко кивнул и снова уставился в окно, сожалея, что не сдержал себя и упомянул фамилию одноклассника. Картину города быстро сменил вид на широкую и быструю реку «Рябку». Это и впрямь было поистине прекрасно: сверкающие воды под лучами солнца на мгновение позволяли забыться и разрешали насладиться красотой окружающего мира.

Уже после моста они окажутся на территории нового района города, что находится по другую сторону реки. В Зарябье Кир был лишь второй раз, наверное, потому что мало кто только после покупки квартиры будет лезть в сделки с сомнительными личностями. По крайней мере таких дураков он встречал лишь два раза в своей жизни. И этот раз — второй.

— Десятый комплекс, — изложил мужчина, паркуя машину перед единственным подъездом цветной многоэтажки. — Пятнадцатый этаж, 58 квартира.

Двое коллекторов в компании подростка, были выпровожены Алексеем из машины. По пути взрослые мужчины не переставали перекидываться колкостями по только что зародившемуся спору, от чего Кир болезненно потер переносицу, недовольно хмурясь.

— Тут повсюду камеры, — пробормотал Кир оглядываясь по сторонам, медленно шагая к подъезду, параллельно натягивая на руки кожаные перчатки.

— Да не паникуй, — Сеня положил крепкие руки ему на плечи, воодушевленно продолжая. — Это всё муляж, да и мы не будем привлекать много внимания.

— Муляж? — Кир скептически посмотрел на него и невзначай сбросил с плеч чужие руки.

— Конечно! У шефа связи, так что он всё разузнал.

Смирнов ещё раз взглянул в сторону камеры, сосредоточенно щуря глаза, и поднялся к подъезду по аккуратным ступенькам, выложенным узорчатой плиткой.

Выйдя из лифта, он заметил на нужной им двери записку, слова в которой давали составить приблизительный портрет жильца этой квартиры.

— Буйный алкоголик? — Кир усмехнулся, сорвал листок, приклеенный на кусочек скотча к двери, и повернул его в сторону мужчин, чтобы они могли тоже прочесть.

— Сейчас и увидишь, — отозвался Сеня, натягивая черную маску на лицо, и указал пальцем в сторону двери. — Стучи давай!

Сеня и Михаил Матвеевич встали по разные стороны от входа в квартиру, чтобы не попадать в видимость глазка, пока Смирнов настойчиво стучал в дверь. Услышав громкий шум за ней, походящий на треск стекла, подросток немедленно сделал шаг назад, заметив, как на лицах коллекторов появилось напряжение. Через несколько мгновений послышался скрежет замка, а дальше и сама дверь медленно распахнулась.

В нос тут же ударил резкий запах спирта, от которого заслезились глаза, а в горле пересохло. Смирнов сдержанно покашлял, прикрыв рот и нос рукой.

— Чего тебе пацан? — пробубнил небритый мужчина в грязной футболке с сальными тёмными волосами на голове, почесывая руку. Он в негодовании посмотрел на невинное детское личико, но не успел снова задать вопрос, как его уже впихнули в квартиру крепкие мужские руки в кожаных перчатках.

— Вопросы задаём мы, — с ухмылкой шикнул Сеня, усаживая хозяина квартиры на стул, придерживая за плечи, как бы показывая, что лучше играть по их правилам. Он и Михаил, который зашёл за ним следом, чтобы осмотреть квартиру-студию на наличие непрописанных жильцов, приглашающе махнули Киру.

Смирнов с брезгливостью окидывал помещение заваленное мусором взглядом и аккуратно перешагивал через сваленные кучами вещи. Пробираясь по тесному коридору в сторону компании взрослых, он задел ногой стеклянную бутылку из-за чего она повалилась на бок, разлив содержимое на пол.

— Отвратительно, — промямлил он и пнул её в стену комнаты, настолько сильно, что она с дребезгом разлетелась на мелкие осколки. Следом в комнату зашёл Кир, ступая по осколкам стекла, которые хрустели, словно декабрьский снег, под толстой подошвой обуви.

Кир снял с головы капюшон толстовки и исподлобья посмотрел на должника, который в эту минуту, широко распахнув глаза, наблюдал за Матвеевичем. Тот крутил в руках полную бутылку дешёвого алкоголя, видимо взятую с кухонного стола, где помимо неё стояла тарелка с закусками и рюмка.

— По крайней мере не стеклоомывателем травится, — пробубнил мужчина, морщась от запаха алкоголя из бутылки, который только что поднёс к носу.

Кир похлопал в ладони, пытаясь отвлечь внимание должника на себя. но он не реагировал, продолжая как завороженный смотреть в сторону бутылки водки.

— Давай так, ты задолжал нам, — он сделал шаг к должнику, он схватил того за волосы, слегка наклонив вперёд. Наконец он дождался нужной реакции и мужчина испуганно посмотрел на подростка. Задумчиво пересчитав и выставив три пальца на руке, Кир натянуто улыбнулся. — Три миллиона царков.

Он грубо отпустил заемщика и брезгливо отряхнул руки. Хоть те и были в кожаных перчатках, но сильное желание вымыть их хозяйственным мылом поселилось в голове.

Мужчина вскинул брови с скептицизмом окидывая подростка взглядом, в следующее мгновение его губы дрогнули, кривясь в нахальной улыбке. Он развел руки с старыми порезами в стороны и разразился громким хохотом, за что удостоился ударом по челюсти со стороны Михаила.

— Странно, такая сумма на плечах, а он смеётся, — с искреннем удивлением шепнул Кир, смотря на то, как должник корчится от боли и извивается из стороны в сторону.

Он поставил стул, который выдвинул из кухонного стола, напротив должника. Сейчас мужчина был занят сплевыванием крови на кафельный пол. Затем он потерся лицом о футболку, чтобы вытереть остатки крови, не прекращая бубнить что-то под нос.

Смирнов сел, закинув ногу на ногу, и высокомерно вскинул подбородок, в ответ на это получая лишь косой, но злой взгляд.

— Дядь, ты не понимаешь в каком положении находишься?

Мужчина задрал голову и посмотрел на Сеню, улыбаясь разбитыми губами, с которых стекала струйками кровь:

— Что за детский сад в вашей конторе? Ребёнок-коллектор, серьёзно? — должник опустил голову, скорчив грустную гримасу, он обратился к Киру в сюсюкающемся тоне. — В игрушки ещё не наигрался? Где твои родители, мальчик?

Смирнов, вытянув руку ладонью вверх, издевательски усмехнулся. Матвеевич, явно нехотя, но достал из кармана бензиновую зажигалку в металлическом корпусе и неуверенно положил её на ладонь рассерженного подростка.

— Тебя не должен волновать возраст коллекторов. Лучше бы позаботился о долге в три миллиона, который сегодня должен быть у нас в руках, — Кир щелкнул зажигалкой и маленький огонёк жёлтого пламени, словно исполняющий танец на кончике фитиля, не предвещал ничего хорошего. С искусанных до крови губ слетела уже обыденная фраза, с которой начинается жестокое и омерзительное представление:

— Ну так расскажи нам: где эти наши деньги?