Ян Дуоцзе вышел из двери бокового зала нижнего дворца и направился к следующему.

С самого начала снаружи не умолкал гром, раскаты то приближались, то удалялись, словно какое-то исполинское существо шагало по девяти небесам, готовое рассечь гору Бэйшань ударами молний.

Сердце Ян Дуоцзе почему-то бешено колотилось, и он вжал голову в плечи. Очередная молния ударила так сильно, что испугала одного из слуг, и тот наклонил зонт, окатив Ян Дуоцзе дождевой водой. Тот уже собрался было шагнуть внутрь, но вдруг замер и повернул голову в сторону главного зала.

Последний звук… Это точно был гром?

Деревья на склонах горы трепетали в сумрачном свете. Тучи на горизонте сгустились, словно чернила, разлитые по небу, наслаивались друг на друга и обрушивая вниз потоки воды.

Вдруг краем глаза Ян Дуоцзе заметил черную тень!

Ян Дуоцзе всмотрелся. Нет, это не иллюзия: кто-то действительно мчался вниз по склону. Это был тайный страж императора.

Страж бросил императора? Бежал в панике или отправился за подмогой?

В храме предков что-то случилось.

Ян Дуоцзе на мгновение заколебался, но чувство долга перевесило инстинкт самосохранения. Раз уж служишь государю, то будь верен до конца. Он вырвал зонт из рук испуганного слуги и быстрым шагом направился к главному залу.

Навстречу ему бежали двое, по одежде это были тайные стражи Сяхоу Даня:

— Господин Ян, подождите!

— Что там происходит?

Лица стражников были мрачными, и один из них коротко ответил:

— Люди из Янь — убийцы.

Ян Дуоцзе сразу всё понял и снова бросился бежать, но страж преградил ему путь:

— Мы идем за подкреплением к императорской гвардии, а вы, господин, ни в коем случае не идите в храм предков и не спускайтесь с горы. Найдите укромное место и спрячьтесь. Не губите доброй воли его величества.

Сказав это, они бросили Ян Дуоцзе и скрылись в темноте горного леса.

Ян Дуоцзе застыл на месте.

Добрая воля.

Да, император отослал его, потому что заподозрил неладное и намеренно уберег от опасности.

Государи в смертный час ждут, что подданные придут им на помощь, — но кто слышал о чудаке, который сам отталкивает их прочь?

Он вспомнил взгляд Сяхоу Даня. В нем не было ни тени улыбки, ни искры света, только холодный расчет. Этот взгляд «Святой муж бесстрастен» всегда вызывал у него неприязнь.

До сегодняшнего дня Ян Дуоцзе полагал, что Сяхоу Дань видит в нем лишь полезную пешку.

Теперь он понял: он и вправду полезен, но не для императора.

Тот даже перед лицом смерти старался его защитить, потому что Ян Дуоцзе нужен Поднебесной.

Речь Сяхоу Даня на прогулочной лодке он никогда не воспринимал всерьёз: «Стойте прямо! Станьте опорой Великой Ся!»

Но слово императора весит больше девяти треножников.

Ян Дуоцзе не мог толком осознать, что творилось у него в душе — лишь чувствовал, как немеют конечности и бурлит кровь. Он бездумно бросился к храму предков, но едва сделал несколько шагов, как услышал позади странный шум.

Один из тайных стражей, что преградили ему путь, лежал ничком со стрелой в спине. Оставшийся в одиночку отчаянно сражался с кем-то.

Ян Доцзе в панике шмыгнул за ближайшую колонну галереи и выглянул.

Присмотревшись, он заметил, что на земле меж деревьев валялись тела — и не только тайных стражей, но и людей в простой холщовой одежде.

Тот, кто сейчас сражался с тайным стражем, тоже был одет в грубую ткань. Нападавшие не носили опознавательных знаков, но Ян Дуоцзе не был дураком: немного поразмыслив, он понял, что это либо яньцы, либо смертники принца Дуаня.

Принц Дуань хотел позволить яньцам убить Сяхоу Даня и вдовствующую императрицу.

Уцелевший стражник дрался умело: даже раненым, стиснув зубы, он сумел прикончить врага, прежде чем упал сам.

Дыхание Ян Дуоцзе участилось. Он заметил, что, пока шла эта битва, к врагу не подошло подкрепление, значит, засаду в том направлении уже ликвидировали, и в кольце окружения образовался прорыв.

Возможно, сейчас…

Мысль даже не успела оформиться, как тело уже само рвануло из укрытия.

Ян Дуоцзе никогда в жизни так не бегал.

Он нырнул в лес, перепрыгивая чере через тела, отталкивая ветки и смахивая капли дождя. Склон становился круче, он скользил на каждом шагу, и вскоре путь вперед исчез вовсе…

— Вон он! — раздался крик позади.

«Сколько же людей, черт возьми, расставил этот ублюдок принц Дуань?»

Ян Дуоцзе подвернул ногу и шлепнулся лицом в грязь, руки утонули в жиже, и он никак не мог подняться. Борясь с болью, он обернулся и увидел, как на дереве позади лучник уже натягивает тетиву.

Ян Дуоцзе перестал пытаться встать и просто покатился вниз по крутому склону.

Мир кружился, и он, словно сломанная ветка, понесся в потоках грязи, быстрее, быстрее, пока не врезался в поваленное дерево.

Всё тело горело от боли, он не мог понять, сколько костей сломал. Одежда превратилась в лохмотья, кожа была в ссадинах и крови. Переведя дух, Ян Дуоцзе оперся на дерево и продолжил путь вниз.

Сквозь просветы в деревьях он наконец увидел подножие горы.

Ян Дуоцзе ещё не успел расплакаться от облегчения, как вдруг волосы на его спине встали дыбом. Где-то над головой вновь раздался звук натягивания тетивы.

Это мгновение растянулось в вечность, и в ушах зазвучал голос погибшего тайного стража: «Не губите доброй воли его величества…»

Глаза Ян Дуоцзе налились кровью.

«Я не должен погибнуть, не должен!»

Из последних сил он рванул в сторону.

Свист стрелы.

Глухой удар о землю.

Ян Дуцзе приподнялся, проверил, что все его конечности целы и обернулся. Стрелок лежал на земле с торчащим из тела ножом.

— Господин Ян? — окликнул его женский голос.

К нему бежали крестьянка и несколько мужчин, похожих на крестьян. Когда заговорила та женщина, Ян Дуоцзе с изумлением узнал голос Ю Вань Инь:

— Что с вами?

— Госпожа Ю! — выкрикнул он, не обращая внимания на приличия. — В лесу могут остаться ещё враги!

Ю Вань Инь остановилась и посмотрела вверх.

Среди дождя и деревьев не было видно ни души.

Вдруг что-то блеснуло, но не сверху, а из-за дерева!

Лезвие уже оказался у её лица…

Ян Дуоцзе услышал, как Ю Вань Инь резко вдохнула.

В последний миг рядом с ним грохнул оглушительный взрыв, едва не лишив его слуха. Звук был поразительно похож на тот, что ранее донёсся из храма.

Ян Дуоцзе в панике зажал уши. Сама Ю Вань Инь отшатнулась, и осела на землю. У врага, выскочившего из-за дерева, зияло кровавое отверстие в теле, но он был ещё жив и яростно занёс над ней меч.

Прозвучал еще один выстрел.

На этот раз Ян Дуоцзе разглядел в руке Ю Вань Инь странный предмет, направленный прямо в лоб нападавшего.

Мозги и кровь брызнули на дерево позади, оставив красно-белую массу. Тот пошатнулся и рухнул наземь, а его меч, покатившись, коснулся ноги Ю Вань Инь.

В прошлый раз, когда она убивала, то сделала это руками Добродетельной супруги и не видела трупа Сяо Мэй. Тогда её вырвало.

Сейчас же, глядя на труп перед собой, она не чувствовала тошноты, лишь нереальность происходящего. Всё вокруг плыло, как во сне, а убитый казался бутафорской куклой.

В конце концов, разве весь этот мир не настоящий?

— Госпожа! — голос тайного стража вернул её в реальность. — Вы ранены?

Желудок с опозданием скрутило болью, но она стиснула зубы. Нет. Даже в этом мире один человек был настоящим.

Она повернулась к Ян Дуоцзе:

— Докладывай.

Тот кратко изложил ситуацию.

Голова Ю Вань Инь быстро работала. Окинув взглядом четырёх стражей, она указала на двоих:

— Вы двое, отправитесь с господином Ян за подмогой.

— Есть!

— Господин Ян, — она похлопала его по плечу, — будущее Великой Ся теперь зависит от вашего красноречия.

Ян Дуоцзе ушел.

Оставшиеся двое тайных стражей замялись:

— Госпожа…

Лицо Ю Вань Инь побледнело, и она крепко сжала пистолет:

— Со мной всё в порядке. Нужно скорее подняться на гору.

В её спутанном сознании внезапно возникла совершенно неуместная сейчас мысль: почему она вчера не поцеловала его?

***

Тайный страж был очень быстр и бежал всю дорогу с Ян Дуоцзе на спине.

Тело Ян Дуоцзе было залито кровью, и стража у ворот поспешила остановить их.

— Где командующий Чжао?! — хрипло крикнул Ян Дуоцзе. — Отведите меня к командующему Чжао!

Чжао Учэн заранее отдал распоряжение докладывать о любых проишествиях. Стража не посмела медлить и послала за ним.

Увидев состояние Ян Дуоцзе, Чжао Учэн внутренне расслабился: похоже, план принца почти удался.

Ян Дуоцзе продолжал кричать о спасении императора, но Чжао Учэн прервал его:

— Ты кто такой?

— Я… — Ян Дуоцзе представился.

Чжао Учэн погладил бороду и сказал:

— В таком виде, в компании каких-то крестьян, ты смеешь выдавать себя за чиновника Управления небесных явлений, да ещё требуешь мобилизации императорской гвардии?

Ян Дуоцзе дрожал от ярости и стал лихорадочно себя обыскивать. Но все, что могло бы подтвердить его слова, было утеряно во время его беспорядочного бегства.

Чжао Учэн:

— Взять его под стражу для допроса.

У Ян Дуоцзе внутри все походело. Конечно, он мог бы найти способ доказать свою личность, но сколько времени это займет? Останется ли к тому моменту хоть кто-то в живых на горе Бэйшань?

***

Под проливным дождём Бэй Чжоу и Туэр уже обменялись сотнями ударов, но никто не мог одержать верх.

По мастерству Бэй Чжоу значительно превосходил Туэра, у которого работала только левая рука. Но Туэр был готов умереть и сражался так, будто хотел забрать Бэй Чжоу с собой в могилу. Бэй Чжоу же все еще думал о Сяхоу Даня в храме предков, и из-за этого временно оказался в затруднительном положении.

***

В храме предков.

И нападавшие и тайные стражи почти все лежали на земле: мертвые и раненые, неспособные пошевелиться.

В зале остались стоять только трое яньцев.

Все трое были элитой под началом Туэра, прошедшей сквозь кровь и пламя, чтобы добраться сюда, и чем дальше, тем яростнее они сражались. Даже сейчас они не расслаблялись. Прикрываясь телами погибших стражей, они медленно, но неумолимо приближались к своей последней цели.

Сяхоу Дань сидел в глубине зала, кровь текла из его груди. Он держал пистолет и направлял то на одного, то на другого, будто выискивая слабое место.

Лишь он один знал, что это блеф. В пистолете больше не осталось патронов.

Противники продолжали медленно приближаться.

«Похоже, сегодня я действительно не вернусь»

Сяхоу Дань оглянулся на полумертвую вдовствующую мператрицу, ощущая лишь горькое сожаление. Если бы он знал, что сегодня ему суждено умереть, то не стал бы тратить последний патрон на её ногу, а сразу убил бы.

Он сожалел о многом.

Он не увидел, как принц Дуань преклоняет перед ним колени. Не увидел, как две страны заключили мир, а на полях зреет обильный урожай яньшу. Что не выполнил обещаний, данных Цэнь Цзиньтяню и другими министрам — не дал им увидеть мир и процветание Великой Ся.

Бесконечные сожаления уплывали, как мимолетные тени. В его сознании ярким пятном осталось воспоминание маленького котла с кипящим бульоном в Холодном дворце.

Если бы только увидеть её ещё раз…

Прозвучали три выстрела.

Трое яньцев один за другим упали на землю, открыв проход позади себя.

Из темной завесы дождя постепенно проступила человеческая фигура, шаг за шагом поднимаясь по ступеням разрушенного зала.

Дождь смыл грим с ее лица, мокрые волосы прилипли к бледному лицу, а в глазах еще не рассеялся холодный блеск, оставшийся после выстрела.

Она не стала ждать, пока он вернется.

Она сама пришла к нему — точно так же, как той ночью, что была давным-давно.

***

В тот день Ань Сянь вдруг сказал ему:

— Наложница Ю, что пришла сегодня для ночного служения, ведет себя странно… Ее макияж и одежда совсем не такие, как обычно…

Он не понял:

— Что ты имеешь в виду?

Ань Сянь растерялся:

— Ваше Величество, вы когда-то приказали этому ничтожному рабу докладывать, если наложница, которая придет делить с вами ложе, будет вести себя не так, как обычно.

Только тогда он вспомнил: это был приказ, отданный давным-давно. В те времена он ещё не оставил попыток найти другую, такую же как он, пришедшую из другого мира. За столько лет он сам уже почти забыл об этом.

Тем не менее, он решил пройти привычный ритуал. Когда женщина опустилась на колени у ложа, он холодно бросил:

— Пошла вон.

Затем, изображая человека, только что попавшего в этот мир, он спросил стражей:

— Если она не останется, ее казнят?

Если бы перед ним действительно была «попаданка», эти слова должны были вызвать реакцию.

Он отослал стражей. За тонким балдахином женщина продолжала молчать.

Сяхоу Дань посмеялся над собственной глупостью.

Именно в этот момент маленькая белоснежная рука приподняла занавеску.

Перед ним предстала женщина, нарочито соблазнительно одетая, но с удивительно чистыми глазами.

Он уже давно не верил ничему чистому. Но и гасить этот свет ему не хотелось, поэтому он равнодушно велел ей постелить на полу и перетерпеть ночь.

Через некоторое время тишину нарушил дрожащий голос:

— How are you?

Сяхоу Дань улыбнулся ей:

— Ты пришла.

Ю Вань Инь упала перед ним на колени, трясущимися руками оторвала кусок ткани со своей одежды и начала перевязывать рану на его груди:

— Ничего, ничего, это всего лишь царапина. Остановим кровь — и все будет хорошо…

— Вань Инь, — Сяхоу Дань смотрел на неё, — мне нужно тебе кое-что сказать…

Его губы побелели, и эти слова звучали как начало предсмертной исповеди. Глаза Ю Вань Инь тут же наполнились слезами:

— Молчи! Задолбал! Скажешь, когда мы выберемся отсюда живыми!

Сяхоу Дань усмехнулся:

— Боишься, что как только я все расскажу, то умру?

— Заткнись!

— Не бойся, — прошептал он. — Пока ты не согласишься, я не умру. Ведь я еще не исполнил твою мечту…

Он не смог договорить.

Ю Вань Инь не смогла его переубедить, поэтому заставила его замолчать другим способом.