Во тьме Сяхоу Бо нежно коснулся её губ легким поцелуем:

— Как себя чувствуешь, тебе лучше?

Его голос всегда был холодным, а в ночной тишине звучал особенно отстранённо, словно звон нефрита. Лишь с ней его интонации смягчались, будто он бережно держал в руках драгоценность, пытаясь передать ей последние крупицы тепла.

Се Юнэр невольно ощутила, как в душе всколыхнулись все обиды:

— Ваше Высочество…

— Говорят, после выкидыша император выставил у твоих дверей стражу, якобы для защиты, но запретил тебе выходить. Есть ли другая причина?

Слова Се Юнэр оборвались.

В его голосе звучала такая искренняя забота, что раньше её глаза наверняка бы наполнились слезами. Но сегодня кто-то заставил её взглянуть на всё под другим углом. Теперь она наконец поняла, что в каждом его слове скрывался допрос.

Она думала, что её сердце уже замёрзло до предела, но теперь поняла, что оно может остыть ещё сильнее.

Хорошо, что сейчас никто не видит ее лица.

— Я заявила, что не беременна, — медленно проговорила Се Юнэр, — но император заподозрил неладное, стал считать дни и усомнился, что ребёнок от него. Но я успела избавиться от плода, так что император не смог найти доказательств. Боясь позора, он просто запер меня в покоях под охраной.

Сяхоу Бо усмехнулся:

— Всё такой же никчемный… Но если так, как же тебе удалось сегодня выйти и встретиться со мной?

— …

Мгновение. Всего лишь мгновение.

Она знала, что эта пауза уже выдала ее, и даже если бы она дала идеальное объяснение, Сяхоу Бо уже не поверил бы.

После мимолетной паузы она дрожащим голосом сказала:

— Император… заставил меня прийти.

***

После ужина Сяхоу Дань, как обычно, провожал Ю Вань Инь в ее покои.

Луна скрылась за тучами, ряды шестиугольных фонарей, подвешенных вдоль коридора, качались на холодном ветру.

Тени становились то короче, то длиннее. Сяхоу Дань бросил взгляд в сторону заброшенного дворца, конечно, ничего не разглядев:

— Интересно, что там сейчас происходит.

Ю Вань Инь не ответила.

Её лицо всё ещё пылало, но прохладный ветер слегка остудил его.

Она на время отбросила все тревоги и мысленно вновь и вновь прокручивала в голове недавний разговор.

Она спросила:

— Ты... ревнуешь?

— Ага.

Что это значит? Почему он ревнует к Се Юнэр?

Ю Вань Инь почувствовала легкое волнение. Весь день она провела с влюбленной Се Юнэр, обсуждая сердечные дела, и теперь, кажется, сама поддалась её настроению. Зная, что время неподходящее, она все же не удержалась и полушутя спросила:

— Потому что я делала ей прическу и красила? Завтра и тебе...

— Нет.

Ее сердце забилось чаще.

Но эти два слова прозвучали так естественно и уверенно, что после них он спокойно продолжил есть, будто тема исчерпана.

Ю Вань Инь застыла и не нашлась, что сказать.

Что это значит??? Это признание? Он наконец-то разорвал ту невидимую преграду между ними?

Прошло уже много времени с тех пор, как она заметила его чувства. Но он, кажется, действительно испытывал какой-то необъяснимый страх перед физическим контактом, и ей приходилось терпеливо ждать, когда он сам сделает первый шаг.

Но он не спешил, из-за чего у неё появились сомнения. Может, ей показалось?

Снова налетел порыв холодного ветра, и фонари в коридоре беспорядочно закачались. Две служанки, шедшие впереди, вскрикнули, когда их светильники погасли.

В танце света и тени Ю Вань Инь не могла видеть, куда идет, и замедлила шаг.

Вдруг на ее плечи легло что-то теплое.

Сяхоу Дань снял свой верхний халат и накинул ей на плечи:

— Ты так легко одета. Осторожнее, простудишься.

Ю Вань Инь замерла, затем повернулась к нему. Его лицо в сгущающихся сумерках казалось неясным, но его взгляд был твердым и спокойным, устремлённым на неё.

Впереди две служанки всё еще извинялись и суетились, пытаясь зажечь фонари.

Ю Вань Инь сказала так тихо, что те не услышали:

— Это же халат императора. Если слухи разойдутся, меня снова назовут роковой наложницей, губящей страну.

Сяхоу Дань рассмеялся:

— Разве ты не такая?

— …

— ……..

Ю Вань Инь это даже немного разозлило.

Он что, с ней играет? Эти полунамеки сводят её с ума. Сяхоу Дань, ты серьезно или нет?

Её терпение лопнуло.

Импульсивно она приблизилась к его тонким губам, готовая здесь же подтвердить свой титул роковой наложницы.

Фонари вновь зажглись.

Сяохоу Дань оглянулся:

— Пойдём.

Остаток пути Ю Вань Инь молчала, опустив голову, скрывая выражение лица. Поэтому она не заметила, что Сяхоу Дань отстал на полшага, его взгляд все время был прикован к её спине.

Дай ей хоть тысячу влюблённых сердец — всё равно не угадала бы, о чём сейчас думает Сяохоу Дань.

Он корил себя.

Не стоило говорить такие вещи.

Не стоило приближаться к ней, не нужно было притворяться «своим», чтобы обманом завоевать её доверие и доброту.

Как долго он сможет скрывать правду? Когда всё раскроется, станет ли этот мимолётный теплый момент частью её кошмаров?

Он знал, что нельзя, но всё равно позволил себе это.

Откуда взялся этот порыв? Возможно, из-за предчувствия, что, отправившись на гору Байшань, у него уже не будет такого шанса?

***

Холодный дворец.

Разговор в темноте подходил к концу.

Порыв ветра разогнал густые облака, и лунный свет пролился с бесконечным состраданием, раздавая милостыню даже сломанным домам и гнилой черепице в Холодного дворца.

Волосы Се Юнэр мягко сверкали в этом свете.

Сяхоу Бо вдруг улыбнулся:

— Юнэр сегодня особенно красива.

В лунном свете её макияж не казался таким броским, но все же было видно, что это не обычный дворцовый стиль.

Се Юнэр повернулась и взглянула на него:

— Я еще не совсем оправилась от болезни. Мне не хотелось, чтобы вы видели меня такой, поэтому нанесла больше румян. Ваше Высочество, вам нравится?

— Нравится. Необычно, как и ты сама.

— …

Теперь, прозрев, она наконец увидела, что утешения принца, были не такими уж изощренными, а даже откровенно поверхностными.

Ее глаза уже полностью привыкли к темноте, и она отчетливо видела выражение лица Сяхоу Бо. Безупречная улыбка, сосредоточенный взгляд — но в его глазах не было ее отражения.

Странно, но именно эти глаза когда-то пленили ее. Его взгляд всегда был устремлен куда-то вдаль, никогда не останавливаясь на простых смертных. Но тогда она была уверена, что не относится к этим «простым смертным».

Если бы Ю Вань Инь была здесь, она, вероятно, сказала бы, что он выглядит как живая картинка «не имею таких мирских желаний.jpg».

Се Юнэр вдруг стало немного смешно.

Если бы Ю Вань Инь была такой же, как она, возможно, она не казалась бы себе такой жалкой?

— Что-то не так?

Се Юнэр покачала головой:

— Ваше Высочество, как вы и сказали, после возвращения я передам послание императору.

— Хм, — Сяхоу Бо погладил ее по голове. — Ты хорошо постаралась.

***

Сяхоу Дань проводил Ю Вань Инь до дверей ее спальни, старательно разыгрывая спектакль «погони за женой сквозь огонь крематория»:

— Я ухожу. Хорошенько отдохни.

Но уйти ему не удалось.

Ю Вань Инь схватила его за рукав — то ли играя на публику, то ли искренне, с выражением, в котором неловкость смешивалась со смущением:

— Ваше Величество, останьтесь сегодня.

Она оглянулась, приблизилась к его уху и жарко прошептала:

— Правда, не уходи. Я кое-что тебе покажу.

— …

Перестань играть со мной. Это месть, да?

Ю Вань Инь действительно хотела немного отомстить. Она намеренно не выпуская руки повела его в покои, закрыла дверь спальни, отослала служанок и многозначительно произнесла:

— Какая прекрасная лунная ночь.

— …Да.

Неожиданно появившийся за их спинами Бэй Чжоу:

— И вправду прекрасна.

Сяхоу Дань:

— ?

Ю Вань Инь рассмеялась:

— Дядя Бэй, покажите ему.

— ???

***

На следующее утро Ю Вань Инь проснулась раньше обычного.

За окном было всё так же пасмурно, а душный воздух будто предвещал грозу. Она машинально повернула голову и, не обнаружив никого рядом, испуганно поднялась.

— Я здесь, — Сяхоу Дань сидел на краю кровати, глядя на неё. — Ещё не ушёл.

Ю Вань Инь облегчённо выдохнула:

— Почему не разбудил меня?

Сяхоу Дань не ответил, просто протянул ей записку:

— Се Юнэр передала это утром.

Ю Вань Инь развернула бумажку. На ней было всего несколько слов:

«Всё как обычно. Принц Дуань поддерживает мир.»

Она нахмурилась:

— Какой поверхностный ответ.

— Ты все еще собираешься ей верить?

— …Не знаю. Если у принца Дуаня и вправду нет заговора, это, конечно, к лучшему…

Ю Вань Инь смотрела, как он надевает императорскую корону, и не выдержала:

— Может, я все же пойду с тобой в горы? Как в прошлый раз, замаскируюсь под охранника, пойдёт?

Сяхоу Дань усмехнулся:

— Нет. Ты останешься здесь. Если вдруг что-то случится, по крайней мере…

Он запнулся:

— …по крайней мере, ты сможешь быстро среагировать и подстраховать.

Но Ю Вань Инь поняла, что конец фразы скорее всего был: «…по крайней мере, ты будешь в безопасности».

Она спрыгнула с кровати:

— Я пойду с тобой. Даже не пытайся отговаривать — не стану слушать.

— Вань Инь.

— Не слушаю!

— Сейчас неизвестно, что задумали вдовствующая императрица и принц Дуань. Как ты можешь быть уверена, что что-то обязательно произойдет на горе, а не в городе? Что будет, если мы оба отправимся в мавзолей, а в столице действительно что-то случится?

— •

Ю Вань Инь действительно не могла отрицать такую возможность.

— У меня есть дядя Бэй, это мой скрытый козырь. В последние месяцы он усиленно тренировал тайных стражей, и их навыки значительно улучшились. Так что не переживай. А вот ты… если что-то случится, помни: твоя безопасность — на первом месте.

Ю Вань Инь не ответила.

— Вань Инь, — снова позвал Сяхоу Дань.

Ю Вань Инь была раздражена и уже сама не понимала, на кого злится:

— Иди уже, иди, чем раньше уйдёшь, тем раньше вернёшься.

Наступила долгая пауза. Она с недоумением подняла голову.

— После возвращения мне нужно кое-что тебе рассказать.

— …

— Тьфу-тьфу-тьфу! Что за дурные намёки?! Быстро возьми свои слова назад!

— Не возьму, — поднялся Сяхоу Дань. — Я пошёл.

— Возьми обратно!!!

***

Когда небо полностью рассвело, император и вдовствующая императрица с пышностью и величием отправились в путь. Белые лошади вели кортеж, который медленно двигался к горе Бэйшань.

Через час Му Юнь получил донесение: «Они все покинули город.»

Му Юнь:

— Тогда начнем.