После еды Бэй Чжоу снова утащил А-Бая в угол, где они недолго шептались, а затем принялись отрабатывать приемы.

— Ты только что блокировал. Эти места блокировать нельзя, нужно тренироваться, пока не дойдешь до автоматизма.

— Блокировал?

Бэй Чжоу кивнул и показал движение:

— Руку поджал.

— Инстинкты, инстинкты, — без тени смущения заявил А-Бай. — Быть слишком сильным сплошная морока. Одиноко на вершине.

— ?

Бэй Чжоу поднял ладонь:

— Ещё один раунд?

А-Бай быстро сменил тему:

— Кстати, когда будем ловить того шрамолицего?

Сяхоу Дань сидел в сторонке, наблюдая за ними, будто смотрел боевик:

— Не спеши. Подождём, пока сам выйдет из дворца.

Бэй Чжоу завершил упражнение:

— Дань-эр, наелся? Дядя пойдёт вам арбуз нарежет.

— Я сама.

Ю Вань Инь прошла в скромную кухоньку в задней части Холодного дворца и подняла арбуз, охлаждавшийся в тазу с ледяной водой.

Летняя ночь ещё не остыла. В заросшем травой дворике стрекотали цикады, порой мелькали светлячки. Пока Ю Вань Инь нарезала арбуз на куски и раскладывала по тарелкам, А-Бай юркнул внутрь:

— Ваша Светлость.

— Я больше не Ваша Светлость.

Глаза А-Бая заблестели:

— Вань Инь?

— …

Ю Вань Инь знала, что люди Цзянху привыкли к вольностям, потому не придавала особого значения его лёгкому, игривому флирту. Вручила ему тарелку с арбузом:

— Спасибо за помощь.

— …

Ю Вань Инь принялась нарезать вторую тарелку:

— Как идут тренировки?

— За три дня должно получиться, — А-Бай, держа тарелку, смотрел на нее, — Вань Инь, когда с этим покончим, мне придётся уйти.

Ю Вань Инь замерла:

— Так скоро? Разве твой учитель не послал тебя защищать императора?

— Принц Дуань следит. Я больше не могу появляться рядом с вами.

Ю Вань Инь задумалась и поняла, что так и есть.

Выходит, он пришёл попрощаться. Она отложила нож, собравшись с мыслями:

— Тогда ты уже решил, куда пойдёшь?

— У императора есть для меня другое задание.

— Задание?

А-Бай подмигнул:

— Пока не могу сказать. Когда придёт время — узнаешь.

То есть секретное задание.

За столь короткое время Сяхоу Дань так сильно стал доверять этому человеку? Ю Вань Инь даже показалось это странным.

Она подумала, что надо будет потом спросить Сяхоу Даня, как вдруг А-Бай произнёс:

— Или... может, пойдёшь со мной?

— ...Что?

— Спрашиваю, не хочешь ли уйти со мной.

А-Бай отбросил привычный шутливый тон, произнося каждое слово с предельной серьёзностью.

В полутьме убогой комнаты его глаза сияли, как звёзды:

— Когда я впервые увидел тебя, то понял — ты небесный жаворонок. Тебе не место в стенах дворца. Человек, способный на такие планы, не может быть ничем связан. Он живой, неукротимый, свободный. Стоит только вырваться отсюда — и весь Цзянху будет у твоих ног.

Ю Вань Инь резко обернулась, посмотрела на дверь и понизила голос:

— Ты хоть понимаешь, где находишься? Это императорский дворец. Ты предлагаешь женщине императора сбежать?

— Не сбежать. Достаточно твоего согласия — и я сам уговорю императора.

Ю Вань Инь едва не потеряла дар речи:

— Ты еще и уговаривать его собираешься?

— У меня есть аргумент, который заставит его согласиться.

— …

«Он что, спятил?»

Хотя всё это казалось ей нелепым, она всё же была тронута его предложением.

— Как бы там ни было, спасибо тебе за эти слова.

А-Бай сразу уловил в этом скрытый отказ, и моментально скис:

— Не спеши отвечать, прошу тебя.

Ю Вань Инь не знала, смеяться ей или плакать:

— А-Бай, такой доблестный молодой герой, как ты, непременно встретит свою прекрасную спутницу.

А-Бай повесил голову:

— Я что, недостаточно хорош?

— Нет…

— А если не со мной… ты бы хотела уйти отсюда и увидеть мир?

Ю Вань Инь замерла с приоткрытым ртом.

Она вспомнила, как поначалу грезила о побеге.

А-Бай взял ее за плечи:

— Вань Инь, по дороге в столицу я видел закаты над горами и ковры из цветов. Подумай о себе. Чего ты на самом деле хочешь от этой жизни?

Он тут же отпустил её, взял две таретки с арбузами и вышел.

Ю Вань Инь так и осталась стоять, немного растерянная.

Одинокий дым над пустыней, звон верблюжьих колокольчиков в гоби, осенние цветы османтуса и бесконечные заросли лотоса… Всё то, что она упустила в прошлой жизни, сидя в офисной клетке, кажется, ускользает и в этой.

Ю Вань Инь глубоко вдохнула, вымыла руки и уже собиралась поскорее вернуться, но, едва ступив во двор, увидела две стоящие спиной к ней фигуры.

А-Бай и Сяхоу Дань стояли посреди двора. Первый, задрав голову, показывал куда-то в небо:

— Видишь?

Сяхоу Дань тоже задрал голову:

— Слева от луны?

— Скоро выстроятся в линию.

Ю Вань Инь машинально подняла голову, но увидела только бесчисленные звезды, рассыпанные по небу в беспорядке, и никакой линии не заметила.

— Вспомни письмо моего учителя. Он велел передать ещё одно: ваша встреча, возможно, не является благом.

Сяхоу Дань фыркнул:

— Ты это только что придумал.

— Я не смею шутить о словах учителя! — возмутился А-Бай.

— Хочешь Вань Инь — так и скажи.

— …

Ю Вань Инь задумалась, не вернуться ли ей на кухню.

А-Бай, как человек, практикующий боевые искусства, обладал отличным слухом. Он уловил лёгкое дыхание позади, но сделал вид, что не заметил:

— Хотя бы ради неё подумай об этом?

Сяхоу Дань молчал.

— Сможешь ли ты защитить её от всей несправедливости, будучи императором?

— Да, могу.

— ?

А-Бай попытался снова:

— Сможешь ли ты, имея тысячи красавиц, оставаться верным и любить лишь Ю Вань Инь?

— И это легко.

— ?

За их спинами Ю Вань Инь затаила дыхание, не смея пошевелиться. Сердце колотилось так громко, что, казалось, заглушало даже стрекотание цикад.

А-Бай надеялся показать Ю Вань Инь истинное лицо мужчины, но никак не ожидал такого ответа и со злостью воскликнул:

— Даже если у неё всё это будет, она все равно останется птицей в клетке, лишённая свободы и радости жизни!

— А-Бай, мир создан не только для праздности. У неё есть свои устремления.

Сяхоу Дань по-прежнему стоял, заложив руки за спину, глядя в ночное небо:

— Ты видишь в ней лишь маленькую птичку, которую нужно отпустить в небо. Но не замечаешь, как она чиста, благородна и ясна, как сама луна, способная озарить своим светом тысячи ли чистого неба.

— …

А-Бай беспомощно потянул его за рукав:

— Пойдём в дом.

— Но ты прав, здесь ей трудно быть счастливой. Когда-нибудь она осуществит свою мечту и захочет уйти… Если меня к тому времени не станет, ты можешь её увести.

А-Бай с мольбой на лице:

— Умоляю, хватит уже.

Ю Вань Инь осталась стоять во дворе, пока ночной ветер не остудил её щёки, и лишь тогда, сделав вид, что ничего не произошло, вернулась в дом.

А-Бай как раз яростно сражался с Бэй Чжоу.

Сяхоу Дань взглянул на Ю Вань Инь:

— Почему так долго?

Та не решалась встретиться с ним взглядом:

— Ну это… три неотложных дела*.

***

Принц Дуань расставил шпионов по всем увеселительным кварталам города. Несколько дней подряд они дежурили безрезультатно, и лишь под вечер одного из дней поступила весть: высокий замаскированный телохранитель императора появился в заведении «Павильон радости красных цветов». Он не стал искать девиц, а просто сел у сцены Пэнлай и слушал представление.

Это вполне совпадало с содержанием тайного письма Ю Вань Инь.

Убийцы принца Дуаня быстро собрались и растворились в толпе нарядных гуляк.

Так называемая сцена Пэнлай была обычным театральным помостом, но, поскольку находилась в борделе, заметно отличалась от простых уличных сцен: занавески из розового шёлка, лёгкие вуали, витающий дым благовоний, а на сцене шли откровенно непристойные представления.

Толпа похотливых зрителей, затаив дыхание, дружно приветствовала красавицу-актрису, грациозно виляющую бёдрами. Между ними, улыбаясь, шныряла старая хозяйка борделя с родинкой на щеке и собирала серебро.

Убийцы осмотрелись и быстро нашли свою цель. Главарь незаметно подал знак — все мгновенно рассредоточились и скрылись за «Демоническими вратами».

Эти «Демонические врата» были дверью, ведущей к сцене, отгороженной ширмой с золотой вышивкой. Спрятавшись за ней, убийцы по плану быстро переоделись в театральные костюмы.

Главарь тем временем бесшумно подкрался к старой хозяйке борделя. Он обнял её за плечо, будто старый собутыльник, достал из рукава короткий кинжал и приставил к её горлу.

Старая побледнела от страха и дрожащим голосом пролепетала:

— Ай-я, господин, можно ведь всё решить по-хорошему…

— Отойдем.

Главарь потащил старую мадам в укромный угол, убрал кинжал и, закончив с угрозами, сунул в руки увесистый кошель:

— В следующем действии на сцену выйдут наши люди. Только следи, чтобы зрители ничего не заметили.

Старая мадам взвесила кошелёк в руке, театрально хлопнула себя по груди и воскликнула с преувеличенным испугом:

— О-ёй, чуть не умерла со страху! Пустяковое же дело, стоило ли так пугать ножом…

Главарь убийц раздражённо буркнул:

— Перекращай трепаться. Иди делай.

Но старая мадам продолжала трещать:

— Только вы поймите, у «Павильона радости красных цветов» — свои порядки. Вы не можете здесь делать все, что хотите. Есть некоторые нюансы, за которые я должна попросить у вас прощения...»

Главарь убийц, не привыкший к долгим переговорам, решил, что угроз было недостаточно. Он уже занёс кулак, чтобы ударить её в живот…

…но в середине движения кулак замер в воздухе и не продвинулся ни на дюйм!

Старая мадам одной рукой сжала его запястье, словно держала иголку для вышивания, и даже мизинчик кокетливо оттопырила:

— Ах, какой же вы грубый, господин.

Главарь убийц:

— !!!

После нескольких обменов ударами главарь наемников был скручен и прижат к земле, не в силах пошевелиться.

Старая мадам с родинкой на щеке играючи вывихнула ему челюсть, засунула в рот пилюлю и так же легко вправила челюсть обратно, после чего, склонившись к его уху, прошептала:

— Это яд. Противоядие у меня. Сделаешь, как я скажу — тогда получишь.

— Кто ты? — хрипло спросил главарь.

Старая мадам усмехнулась:

— Перекращай трепаться. Иди делай.

За кулисами «Демонических врат» остальные наемники уже переоделись в сценические костюмы и проверяли короткие кинжалы, когда к ним мрачно подошел их предводитель.

Он молча раздал горсть кинжалов:

— Меняем на эти.

Один из наемников нахмурился:

— Зачем?

— Приказ свыше. Не спрашивай. Меняем и выходим на сцену.

Все увидели, что кончики новых кинжалов отливали зловещим зелёным светом — должно быть, это какой-то яд. Решив, что принц Дуань хочет использовать их против цели, наемники по привычке подчинились и перевооружились.

Золотая ширма раздвинулась, и начался новый спектакль — «История рыболовной корзины».

А-Бай сидел внизу, аплодируя и лениво обмахивался складным веером, словно завсегдатай подобных заведений. Его лицо скрывала маска.

В этом месте веселья и разврата даже пьесы исполнялись с оттенком эротики. У духа карпа, превратившегося в прекрасную красавицу, были брови в форме ивы и миндалевидные глаза. Она щебетала, как иволга, и делала два шага на восток и два шага на запад, будто пытаясь избежать преследования небесных воинов.

Под громкие звуки музыки на сцену вышли небесные воины. Дух карпа, покачиваясь, добежал до края сцены — и вдруг прыгнул вниз, плавно приземлившись среди зрителей.

Зал взорвался восторгом.

Дух карпа, высоко поднимая подол, носился среди толпы, а небесные воины, оскалившись, гнались за ним. Постепенно актеры приблизились к А-Баю.

А-Бай, словно ничего не замечая, продолжал весело его подбадривать.

В одно мгновение дух карпа ловко вывернул прекрасную руку, вытащил короткий кинжал и метнул его прямо в А-Бая!

Тот почти рефлекторно раскрыл веер, приняв удар. Кинжал проткнул веер, звук рвущейся ткани распугал окружающих.

Веер резко сложился, косточки веера надёжно зажали клинок, издав металлический звон.

Одной рукой удерживая веер, другой — сложив два пальца, А-Бай молниеносно наносил удары по жизненно важным точкам актрисы. Дух карпа выдержал атаку и не отступил. В этот момент подоспели небесные воины и со всех сторон бросились на А-Бая, сжимая в руках кинжалы сверкавшие зловещим светом.

А-Бай громко выкрикнул, ударом ладони отбросил актрису, но вырваться из кольца уже не мог.

Кровь залила поверхность веера, расцветая алыми узорами.

______________________

прим.пер.:

*Три неотложных дела (人有三急) — означает, что у человека есть три срочные физиологические потребности:

- По-маленькому (пописать)

- По-большому (покакать)

- Или если схватил понос.