Ю Вань Инь рывком села, но сразу же почувствовала что-то странное. Она обернулась и увидела, что Сяхоу Дань перевалился через условную границу и занял половину её подушки.

— …

«Это же случайно, правда? Просто он так спит. Проснется — и сам удивится.»

За балдахином снова послышался голос Бэй Чжоу.

— Дань-эр?

Сяхоу Дань открыл глаза, опёрся на локоть, сел и спокойно накинул одежду:

— Иду.

«Да он нарочно!»

Ю Вань Инь почувствовала лёгкое головокружение. Ведь всякий раз, когда они оставались наедине, Сяхоу Дань вёл себя исключительно как джентельмен и стратегический союзник. Да, они были близки, но он никогда не переходил черту.

А теперь что? С каких пор стратегические союзники делят подушку?

Ю Вань Инь отбросила ненужные мысли, быстро оделась и спрыгнула с кровати:

— Дядя Бэй, вы не ранены?

Бэй Чжоу рассмеялся и ответил:

— Меня так просто не ранить. Кроме стражников Императорской гвардии нашлись и другие шпионы, неизвестно кем подосланные. Пришлось потратить время, чтобы их обойти.

Сяхоу Дань уже спокойно сел за стол, как ни в чем не бывало.

— Видимо, мой дорогой брат еще не утратил бдительность. К счастью, вы справились.

Бэй Чжоу достал из-за пазухи книгу, покрытую пылью.

— Что это вообще такое? Карта сокровищ?

— Даже если это не совсем верно, то и не так уж далеко от истины.

Они зажгли лампу и раскрыли книгу, оставленную Сюй Яо. На обложке было написано «Записки о нравах и обычаях Великой Ся», но внутри всё было исписано мелким неряшливым почерком.

Очевидно, Сюй Яо писал это для себя — может, как заметки на будущее, а может, чтобы подстраховаться. В любом случае, он не рассчитывал, что это кто-то прочитает. Поэтому текст был очень неформальным, с множеством сокращений.

Ю Вань Инь долго вчитывалась, прежде чем смогла разобрать строку:

Подстрекать к восстанию… заместителя Чжао?

— Кто такой этот Чжао?

Сяхоу Дань задумался на мгновение, потом сказал:

— Кажется, в личной императорской гвардии есть заместитель командира с такой фамилией. Нужно будет проверить.

Тогда Ю Вань Инь всё поняла. В оригинальной истории принц Дуань действительно переманил заместителя командира, а затем помог ему свергнуть командира, чтобы взять контроль над личной императорской гвардией. Именно поэтому его путь до восшествия на престол был таким гладким.

Ю Вань Инь прищурилась и пролистала ещё пару страниц. Там были описаны планы принца, которые в целом совпадали с сюжетом оригинала. Но в отличие от её смутных воспоминаний, здесь всё было изложено гораздо подробнее, с указанием дат и времени.

На одной из страниц значилось:

Вовлечь яньских шпионов в устранение Цзя.

Этот Цзя — тот скмый, кого принц Дуань собирался убрать чужими руками. Только вот шпион из Янь вчера погиб в борделе.

На другой странице была запись:

В феврале привлечь таланты, провалившие экзамен

В следующем феврале должен состояться государственный экзамен, но в те времена экзаменационная система была насквозь прогнившей, процветали кумовство и взяточничество, так что выходцы из бедных семей не имели шансов преуспеть.

Принц Дуань умел привлекать людей на свою сторону. Он тайно связывался с теми, кто провалил экзамен, предлагал помощь и находил для них должности, чтобы потом использовать в своих целях. Внизу даже был список должностей, куда их можно было определить.

Ю Вань Инь была взволнована.

Из-за присутствия Бэй Чжоу она не могла обсудить все детали с Сяхоу Данем, только слегка кивнула ему: «Вещь стоящая!»

Сяхоу Дань тоже кивнул: «Зашибись.»

Бэй Чжоу спросил с интересом:

— Это планы принца Дуаня? Он хочет устроить переворот?

— Именно, — улыбнулся Сяхоу Дань. — Но теперь, когда у нас есть эта книга, мы можем срывать его планы раз за разом и не дать осуществить задуманное.

— Дань-эр, тебе не будет слишком тяжело? Может, дядя просто отрубит ему голову, и всё?

— …

— Спасибо, дядя. Но у принца Дуаня очень сильная фракция, даже ты не сможешь справиться с тысячами людей.

Бэй Чжоу задумался, словно всерьёз оценивая возможность справиться с тысячами людей в одиночку.

— Даже если вырежем его фракцию под корень, власть останется у семьи вдовствующей императрицы. Следующим шагом она захочет устранить меня. Так что убивать всех подряд не выход.

— Что же тогда делать?

Сяхоу Дань не ответил.

Ю Вань Инь, листая книгу, вдруг спросила:

— Почему Янь послали убийц? Они же должны понимать, что убийство одного-двух наших высокопоставленных людей не решит их проблем.

— Говорят, что земли Янь засушливы и бесплодны, голод и нищета продолжаются год за годом. Чем хуже их положение, тем больше они нас ненавидят. Они уже на грани безумия. К тому же, внутри Янь тоже идёт борьба за власть, и отправка убийц, вероятно, способ завоевать авторитет.

Ю Вань Инь внезапно осенило:

— Дядя Бэй, что они выращивают на своей засушливой земле?

— ?

— !

Они оба одновременно уставились на Бэй Чжоу.

Тот почесал голову:

— Кажется, это называется… яньшу? Не самая хорошая штука, грубая и невкусная. У нас в Ся её почти не выращивают, разве что на корм свиньям.

Ю Вань Инь, сдерживая волнение, сказала:

— Понятно. Дядя Бэй, вы сегодня хорошо потрудились, идите отдохните.

***

Как только Бэй Чжоу ушел, она вскочила:

— Мы нашли засухоустойчивую культуру! Пусть она и невкусная, но если каждый крестьянин посадит немного, то засуха не будет проблемой. Тогда не будет восстаний, и принц Дуань не сможет воспользоваться ситуацией. Все будут счастливы!

— В этом есть смысл. Но у обычных крестьян и так мало земли. Как ты убедишь их выращивать корм для свиней?

— А если государство начнет закупать его по высокой цене? Это станет стимулом для выращивания, в казне появятся запасы зерна, а крестьяне получат деньги. Когда наступит засуха, мы откроем амбары и поможем людям.

Сяхоу Дань покачал головой:

— Я проверял, казна действительно пуста. В стране полно тяжёлых и разнообразных налогов, но в этой системе слишком много паразитов, поэтому до государственной казны они не доходят. Соседние государства жаждут нашей крови, и военные расходы тоже нельзя сократить… В общем, денег нет.

— А что, если просто напечатать денег?

— Это вызовет инфляцию.

— Это плохо? — спросила Ю Вань Инь.

— …Думаю, да?

— Что это за тон? Ты же здесь генеральный директор!

— …

Сяхоу Дань выглядел даже более растерянным, чем она:

— И что с того? Я экономическую историю не изучал! Тут же не рыночная экономика, любое изменение, вроде печатания денег или снижения налогов, может привести к непредсказуемым последствиям…

Ю Вань Инь застонала:

— Ладно, ладно, мы оба ничего не понимаем. Придётся найти того, кто разбирается.

Она ткнула пальцем в книгу Сюй Яо, остановившись на строке: «Привлечь таланты, не прошедшие экзамены»

— Насколько я помню, среди кандидатов, которых набирал принц Дуань, многие впоследствии стали выдающимися чиновниками. Зачем ждать экзаменов? Давай опередим его и переманим этих людей к себе!

Сяхоу Дань спросил с подозрением:

— Ты же читала по диагонали. Уверена, что сможешь вспомнить их имена?

— …

Ю Вань Инь уныло ответила:

— Я постараюсь.

***

На следующее утро вдовствующая императрица, лениво перебирая алые ногти, слушала привычный доклад придворной служанки.

— Его Величество прошлой ночью снова остался у Драгоценной супруги.

Вдовствующая императрица слегка приподняла бровь. За столько лет император ни разу не оказывал подобного расположения ни одной из наложниц. Более того, насколько ей было известно, он не просто не испытывал особого интереса к супружеской близости, скорее, он её избегал.

Вдовствующей императрице это показалось странным. Она задумалась, затем уточнила:

— Были ли они вместе?

— Покои Драгоценной супруги охраняются с особой строгостью, и проникнуть туда невозможно. К тому же Его Величество привык отсылать слуг, предпочитая оставаться с Драгоценной супругой Ю наедине.

Тревога вдовствующей императрицы усилилась.

— Надлежит скорее поднести этот отвар, дабы не допустить зачатия.

— Эта рабыня немедля исполнит, — поспешно ответила служанка.

— И ещё. Эта Ю Вань Инь ведёт себя непочтительно и не проявляет должного уважения к моей особе. Пожалуй, настало время преподать ей урок. Напомни, её отец… разве не занимает должность заместителя главы ведомства?

***

Чжан Сан резко распахнул глаза, сердце колотилось. Яркий солнечный свет ослеплял, а неподалеку кто-то звал:

— Ваше Высочество...

Чжан Сан заподозрил, что это сон. Пять минут назад он еще клевал носом на уроке математики, украдкой листая телефон, чтобы хоть как-то прогнать сон. Куда-то ткнул, кажется, по ссылке на веб-роман с названием «Попадание в книгу: Демон и его любимая наложница», — по одному виду было ясно, что это полный мусор.

Он без интереса скользнул взглядом по аннотации, уже собираясь закрыть страницу, но все закружилось перед глазами, и он потерял сознание...

— Ваше Высочество… — голос, разбудивший его, стал ближе.

— Наследный принц?..

Чжан Сан с нехорошим предчувствием поднял голову и обнаружил, что лежит на письменном столе.

Рядом стоял младший евнух с тревогой на лице:

— Ваше Высочество, не спите, Её Величество скоро придёт проверять ваши уроки.

— …

Наследный принц? Её Величество?

Он тайком ущипнул себя за бедро, и тут в комнату вошла женщина, одетая в роскошные традиционные одежды, с властным и строгим выражением лица:

— Как наследный принц справился с учебой сегодня?

Евнух склонился в поклоне:

— Вдовствующая императрица.

— …

Ну всё, пиздец.

Он был всего лишь школьником, отлынивающим от уроков. Откуда, блядь, ему знать, как говорили древние китайцы?

Вдовствующая императрица перед ним, видя, что он молчит, нахмурилась:

— Почему не отвечаешь?

Сердце Чжан Сана готово было выпрыгнуть из груди. Дрожащей рукой он пододвинул к ней полупустой лист бумаги и неуверенно произнёс:

— Вот… вот это.

Женщина взяла лист и пробежала глазами по тексту. Было непонятно, довольна она или нет. В конце она произнесла что-то. Чжан Сан, кроме «этот», «можно» и «тот, кто», смог разобрать лишь отдельные слова: «император», «усердие», «справедливость».

Он слушал вполуха, голова шла кругом, а в мыслях метались лишь три вопроса: что, блядь, происходит, можно ли вернуться обратно и что ему сказать, чтобы не сдохнуть?

Вдовствующая императрица. Наследный принц. Они были бабушкой и внуком? Наверное, да? Вряд ли он ошибся?

Женщина закончила говорить и снова ждала его ответа. Он, собрав всю свою смелость, пробормотал:

— Да, спасибо, бабушка-императрица.

Прошло три долгих секунды.

Женщина кивнула и ушла.

Чжан Сан медленно выдохнул, только теперь заметив, что его спина покрыта холодным потом.

С чего, блядь, начать, чтобы заговорить, как они?

***

Ю Вань Инь ломала голову, но так и не смогла вспомнить имена тех экзаменующихся.

Зато она придумала другой способ.

Сейчас Бэй Чжоу жил во дворце Драгоценной супруги. Помимо охраны Ю Вань Инь, он в свободное время тренировал для них тёмных стражей.

В тот день Ю Вань Инь постучала в дверь его комнаты:

— Дядя Бэй, чем заняты?

Бэй Чжоу с тёплой улыбкой ответил:

— Шью два пифэна¹ для тебя и для Даня.

—...Дядя, ну вы и красивы, и умны…

Ю Вань Инь прищурилась.

— Дядя, вы ведь столько лет странствовали по Цзянху, да ещё и в увеселительных заведениях бывали. Скажите, у вас нет с собой какого-нибудь зелья, которое заставит человека говорить правду?

Бэй Чжоу задумался:

— Порошок, затуманивающий разум, у меня есть, но он не сильнее крепкого вина. Разве что человек опьянеет и начнёт нести чушь… но вот правда ли это будет, тут уж как повезёт.

— А если дать человеку выпить, он потом вспомнит, что говорил?

— Это будет непросто. Чтобы вызвать потерю памяти, нужна большая доза. Но такая доза, добавленная в чай или вино, будет иметь сильный запах, и её трудно не заметить.

— Не проблема, у меня есть способ.

Она чувствовала себя гением. Все шло по плану.

***

Взяв лекарство у Бэй Чжоу, она отправилась в императорский кабинет к Сяхоу Даню. Теперь во дворце все знали о нынешнем влиянии Драгоценной супруги Ю, так что никто особо не препятствовал её передвижениям.

Сяхоу Дань просматривал доклады:

— Кто-то из сторонников вдовствующей императрицы подал жалобу на твоего отца, обвиняя его во взяточничестве под прикрытием азартных игр. Похоже, вдовствующая императрица решила от него избавиться. Разберемся?

Ю Вань Инь равнодушно пожала плечами:

— Давай разберёмся. Можешь его разжаловать и отправить в ссылку.

— Вот так просто?

— Он не мой настоящий отец. Я его в глаза не видела, в сюжете он тоже никакой роли не играет. Если мы сегодня отправим его в ссылку, вдовствующая императрица расслабится, и, возможно, это избавит нас от бóльших неприятностей.

— Ладно.

На этом и порешили.

Сяхоу Дань взял кисть c красными чернилами и вывел резолюцию на докладе. Почерк у него был аккуратный, хотя писал он медленно.

Ю Вань Инь взглянула с любопытством:

— Ты ещё и каллиграфией занимался?

— Так, на любительском уровне, но сойдёт. Сейчас я пишу только короткие фразы. Хочешь, научу?

— Да-да, мне тоже нужно срочно научиться.

Разговор начал уходить в сторону, но тут она вспомнила, зачем пришла:

— Кстати, ты можешь сегодня вызвать Се Юнэр провести с тобой ночь?

Повисла тишина.

Сяхоу Дань долго смотрел на неё, не говоря ни слова. Кисть застыла в воздухе, и с неё на бумагу упала капля густых чернил.

— ?

Сяхоу Дань медленно произнес:

— Ты хочешь, чтобы я… позвал другую женщину провести со мной ночь?

— …

Почему атмосфера стала такой странной? Как будто она — нищий проходимец, который целыми днями валяется на диване и гонит жену работать в публичный дом… а роль этой жены почему-то досталась Сяхоу Даню.

У неё по коже пробежали мурашки.

— Это не по-настоящему. Просто вызови её, подсыпь ей снадобье, затуманивающее разум, а потом мы сможем её расспросить. Дело в том, что я не помню имена кандидатов, а она помнит. Она читала «Ночной весенний ветер распускает тысячу цветов» и знает несколько талантливых студентов, которые будут несправедливо засужены. В следующем году, во время экзаменов, именно она предоставит список тех, кого принц Дуань переманит на свою сторону.

Ю Вань Инь подробно объяснила свой план. Сяхоу Дань неохотно согласился:

— Ладно. Но тогда ты останешься рядом и будешь наблюдать за всем процессом. Не смей уходить.

После этих слов он бросил на неё обиженный взгляд.

Ю Вань Инь почувствовала ещё больше мурашек.

Когда Сяхоу Дань стал таким странным? Она подумала и решила, что это началось после их совместного приключения в публичном доме.

Если эффект подвесного моста² и сработал, то явно не на нём.

Ю Вань Инь иногда читала романтические романы, чтобы скоротать время, но давно перестала верить в истории типа «деспотичный президент влюбился в меня». Будучи офисным рабом, она давно поняла, как устроен этот мир. Между классами существует пропасть, и если деспотичные президенты что-то и любят, так это деньги, а не благотворительность.

Разве что здесь, в этой игре на выживание, она, как человек, знающий сюжет, представляла для него чуть большую ценность, чем обычный офисный раб.

Вот почему он хочет сблизиться со мной.

Ю Вань Инь холодно анализировала ситуацию, чтобы подавить в себе неуместное волнение.

Она колебалась, но всё же осторожно сказала:

— Генеральный директор Дань, тебе не нужно так делать. Мы и так в одной лодке, я буду с тобой до конца.

— •

Сяхоу Дань не сказал больше ни слова, только махнул рукой:

— У меня ещё остались доклады, которые нужно просмотреть. Можешь идти.

Ю Вань Инь прошла несколько шагов, но снова обернулась. Ей всё казалось, что в его позе сквозит какая-то отрешённость и тоска.

***

Се Юнэр вышивала новый ароматный мешочек, когда у дверей появился главный евнух императора, Ань Сянь, и передал распоряжение:

— Сегодня вечером Его Величество желает видеть вас в своих покоях. Готовьтесь.

Се Юнэр оцепенела от шока.

С тех пор, как Ю Вань Инь стала фавориткой, Сяхоу Дань больше никого не вызывал.

Её первой мыслью было, что с Ю Вань Инь что-то случилось. Она отправила свою служанку все разузнать, и та принесла новости: её отца сослали, а сама она впала в немилость.

«Как и следовало ожидать, у императора нет сердца.»

А теперь этот грёбаный император требует, чтобы она легла с ним.

Се Юнэр было тошно. За время их тайных встреч она успела проникнуться чувствами к Сяхоу Бо. Но этот умный избранный сын Неба не спешил в неё влюбляться, а держал на расстоянии, оставляя лишь двусмысленные намёки.

Настроение у неё и без того было паршивое, а теперь эта «императорская милость» стала последней каплей.

Как раз в этот момент служанка доложила:

— Прибыла Драгоценная супруга Ю.

Ю Вань Инь сидела в зале с печальным видом, словно пёс, выброшенный на улицу.

Се Юнэр вяло поинтересовалась о её отце, на что Ю Вань Инь ответила со слезами на глазах:

— Я всегда говорила, что все мы в этом дворце — беспомощные перекати-поле³. Сестра Юнэр, правда ли, что ты сегодня должна провести ночь с Его Величеством?

«Вот оно. Сейчас я увижу, какую игру ты затеяла.»

Но следующее, что та сказала:

— Наверное, тебе сейчас очень тяжело.

— …

Се Юнэр чуть не растрогалась и была вынуждена напомнить себе:

«Бумажным персонажам не понять, что у меня на душе. Они могут делать вид, что понимают, но это лишь игра».

Ю Вань Инь, заметив её замешательство, продолжила:

— Послушай сестру: если в покоях императора тебе предложат что-то выпить, и это будет странно пахнуть, ни в коем случае не пей.

— Почему ты так говоришь, сестра?

Ю Вань Инь понизила голос:

— Ты хоть задумывалась, почему у императора за столько лет всего один наследник? Вдовствующая императрица заставляет каждую наложницу, которая проводит ночь с императором, пить отвар, предотвращающий зачатие. Когда придёт время, сделай вид, что выпила, и вылей его, иначе ты никогда не сможешь зачать наследника…

«Я это выпью во что бы то ни стало», — подумала Се Юнэр.

__________________

прим. пер.:

¹ Пифэн — традиционная китайская накидка с воротником без рукавов

² Эффект мостика — это когда люди путают свои чувства из-за сильных эмоций. Например, если человек пересекает страшный, шаткий мост и потом встречает привлекательного человека, он может подумать, что его сильное сердцебиение и волнение из-за этого человека, хотя на самом деле это из-за моста.

³ Перекати-поле — это растение, которое после созревания высыхает, отрывается от корней и катится по ветру, куда его занесёт.