* * *

— Куда это ты так спешишь?

Джин, один из слуг Агриче, вздрогнул, и его плечи опустились, когда он услышал неожиданный голос, схвативший его за шею.

Обернувшись, он увидел ослепительно красивую женщину.

— Ло-локсана, барышня.

Он тут же начал заикаться. Но в присутствии Локсаны заикаться было обычным делом, так что ничего странного в этом не было.

Пока Джин мямлил, Локсана слегка склонила голову.

— Место сбора слуг — пристройка, так что ты идёшь не туда.

— А, э-это... Мне просто стало плохо...

— Правда?

— Д-да...

Лицо Джина побледнело. И судя по тому, как он покрылся испариной, казалось, что ему и правда нездоровится.

Локсана кивнула, словно поняла.

— Тогда тебе лучше отдохнуть.

В ушах прозвучал ласковый голос.

Джин, чувствуя одновременно облегчение от обмана и вину, низко поклонился.

Но Локсана, вопреки ожиданиям, не ушла, а вместо этого приблизилась к нему.

— Когда проснёшься, всё уже будет кончено, так что не о чем беспокоиться.

У него не было времени спросить, что это значит.

— Так что закрой глаза с миром.

В поле зрения мелькнула улыбка, словно тающая. Нежное прикосновение к щеке казалось сном.

Сладкий аромат, доносящийся так близко, затуманил разум.

Последнее, что запомнил Джин, — это прекрасное лицо, приближающееся к нему и сжимающее сердце.

— Надо же, до самого конца остался верен себе, как и подобает отцу.

Локсана держала в руках смятое письмо и усмехнулась.

Казалось бы, у него не должно было быть времени связаться с кем-то ещё, но нашлись те, кто попытался передать послание Ланта наружу.

«Значит, он всё же подготовился на худший случай?»

Более того, эту роль выполняли не приближённые слуги или верные помощники Ланта, а неприметные слуги, о существовании которых никто даже не подозревал.

Те, кто слепо предан Ланту, уже были устранены, так что использование таких незаметных людей было довольно хитрым ходом.

Конечно, если бы их не поймали.

Холодный взгляд Локсаны упал на мужчину, лежавшего у её ног.

Он потерял сознание и упал, едва оказавшись лицом к лицу с Локсаной.

В отличие от событий романа, в реальности Лант не принуждал свою дочь Локсану к соблазнению других мужчин.

Скорее, он был не в состоянии это сделать.

Причина была в том, что всё тело Локсаны было смертельным ядом.

Из-за постоянного потребления сильнейших ядов после того, как она стала хозяйкой ядовитых бабочек.

Поэтому любой, у кого не было иммунитета, мог потерять сознание от одного только близкого дыхания, как это произошло сейчас.

Конечно, после тренировок она научилась немного контролировать яд в своём теле, но только если не было прямого контакта.

В отличие от поцелуя Сильвии в романе, который мог исцелять, поцелуй Локсаны мог убить.

— Кстати, снова Бертиум.

Локсана склонила голову.

Она знала, что Лант давно хотел сблизиться с Бертиумом, но разве их отношения были настолько близки, чтобы просить о войсках в такой ситуации?

По крайней мере, Лант явно так считал.

А значит, между двумя домами существовала тайная связь, о которой другие не знали.

Как минимум, Лант дал Бертиуму что-то, что позволяло ему просить о помощи в подобной ситуации.

«Но разве он не начал подозревать Бертиума после случая с Касисом на собрании ради гармонии?»

Ах, но теперь Лант знал о предательстве Локсаны, так что неудивительно, что он не верил ни одному её слову.

Локсана на мгновение задумалась, но вскоре перестала размышлять об отношениях Агриче и Бертиума.

Теперь это казалось абсолютно бесполезным.

В конце концов, даже если Бертиум сейчас пришлёт войска, это уже ничего не изменит.

Более того, Локсане вся эта ситуация порядком надоела.

— Нуна.

В этот момент в конце коридора появился Джереми.

Он подошёл к Локсане, державшей письмо, и остановился перед ней.

Взгляд Джереми скользнул по мужчине, лежавшему на полу.

— Чем занята Эмили? Почему ты одна?

— Отослала к матери.

Джереми молча посмотрел на лицо Локсаны.

Его взгляд слегка помрачнел.

— Нуна, я сделал, как ты сказала.

В отличие от времени в комнате суда, когда он противостоял отцу Ланту, сейчас Джереми чувствовал лёгкое замешательство.

Он был готов выполнить любое приказание Локсаны.

Ему не нравилось, что Деон постоянно находится рядом с Локсаной, но по её приказу Джереми за последние три года ни разу не тронул его.

Хотя теперь он уже не боялся проиграть Деону, как раньше, он сдерживал своё раздражение, потому что Локсана этого не хотела.

Последний раз он поступил по-своему в приступе юношеского максимализма три года назад, когда случайно подверг опасности Касиса Педелиана, игрушку Локсаны.

Теперь Джереми хотел стать по-настоящему полезным для Локсаны и занять достойное место рядом с ней.

Так что он был готов исполнить любое её желание своими руками.

Если бы Локсана захотела получить Агриче, он без колебаний преподнёс бы его ей.

Если бы она захотела, чтобы отец Лант умер жалкой смертью, он с радостью возглавил бы этот процесс.

Но то, что Локсана велела ему сделать после изгнания Ланта, было... странным.

Словно...

«Её целью с самого начала не было получение Агриче...»

— Хорошо, ты хорошо справился. Не отнесёшь этого человека слугам в последний раз?

Локсана говорила с невозмутимым видом, словно не замечая смятения Джереми.

Так что Джереми проглотил подступившие к горлу вопросы и тревогу.

— Да, хорошо.

В конце концов, он хотел помочь Локсане в любом её деле, каким бы оно ни было.

Джереми поднял лежащего на полу мужчину и направился к особняку, где собрали слуг.

Локсана смотрела ему вслед, пока он не скрылся из виду, а затем развернулась.

Она подожгла письмо огнём от канделябра на стене.

А затем поднесла ещё тлеющую бумагу к занавеске у противоположного окна.

Трах!

Пламя мгновенно перекинулось на плотную ткань.

Локсана с бесстрастным лицом наблюдала, как огонь постепенно распространяется, а затем повернулась.

У-у-у-у-у!

Как раз в этот момент по коридору разнёсся сигнал тревоги, предупреждающий о вторжении. Издалека доносился шум.

Но шаги Локсаны, раздававшиеся среди всего этого, не дрогнули ни на мгновение.

Бабочки, получившие приказ, разлетелись по всему особняку.

За её спиной пламя, ставшее ещё больше, разверзлось, как врата ада.

Как и всегда, выживание в Агриче было личным делом каждого.

В последние дни первого месяца нового года Синие Педелианы прорвались через ворота Чёрных Агриче.

Звук ударов оружия и доспехов нарушил ночную тишину, разносясь в ледяном зимнем ветре.

Педелианы окружили Агриче со всех сторон, не оставив ни единой лазейки, и начали яростную атаку.

Неожиданное нападение застало Агриче врасплох. Внутренние раздоры привели к хаосу, и сверху не поступало чётких указаний.

Касис, сразив одного из преграждавших путь, отдал приказ:

— Не преследуйте беглецов! Главная цель — захватить Ланта Агриче!

Тех, кто не был вооружён или бежал, не трогали. Целью было не истребление всех в Агриче.

В суматохе кто-то открыл двери зверинца, и внутри Агриче магические звери смешались с людьми, создавая хаос.

Касис, не останавливаясь, сметал всех на своём пути.

Подняв голову, он увидел охваченное пламенем здание. Он знал, кто там находился.

Несмотря на завершение всех приготовлений, он проявил максимальное терпение и уважение, не напав на поместье сразу.

Даже если бы Агриче сдались, Касис не остановился бы. Он был уверен, что человек по ту сторону огня хотел того же.

Кхииииак!

Магический зверь, бросившийся на него, был разрублен надвое мечом, рассекшим воздух сверху вниз.

Касис, забрызганный кровью зверя, холодно посмотрел на дрожащего подчинённого Агриче и спросил:

— Где Лант Агриче?