— Иди за мной.

Сказал дворянин, расплатившись с моими преследователями. Когда говорит человек такого ранга, да еще и подкрепляет слова звонкой монетой, спорить никто не решается. Я послушно поплелся следом.

«Радоваться мне или сразу готовиться к худшему?»

В принципе, я догадывался, зачем он меня подобрал. Здешние аристократы поголовно практикуют либо магию, либо фехтование — он не мог не почувствовать, как я играю с ветром. Одаренный сирота. Для сильных мира сего это идеальный расходный материал. Покорми вовремя, дай немного монет — и получишь преданного пса. Готовый инструмент, который сам приплыл в руки. Для него я был неожиданной и приятной находкой.

В игре такое случалось. Я и сам иногда подбирал перспективных беспризорников: растил из них рыцарей или превращал в тайные «руки», исполняющие грязную работу.

«Правда, пару раз мне за это прилетало ножом в спину».

Поэтому я не задавал лишних вопросов. Шел и чувствовал на себе оценивающий, тяжелый взгляд. Он изучал меня, как изучают породистую лошадь или клинок — на предмет скрытых изъянов. Дворянин ведь не видел интерфейса, он полагался только на чутье.

— Твоё имя?

— Ка... Карлин.

— Откуда ты?

— Всегда жил здесь... господин.

Мужчина нахмурился, и на этом допрос закончился. Он погрузился в свои мысли, а я лихорадочно соображал, что делать дальше. Попасть на глаза дворянину — это шанс, но был один нюанс. Мой путь — «Интриги».

В Вальхалле нет уровней в привычном смысле, всё завязано на опыте мировоззрения. Чтобы расти, ты обязан действовать в рамках выбранной роли. Интриган должен плести заговоры и собирать тайны. Если этот тип решит сделать из меня обычного солдата, мой прогресс просто встанет.

Впрочем, выбирать не приходилось. Сейчас мне нужно было хоть как-то закрепиться, чтобы не сдохнуть в ближайшей подворотне через пять минут после начала игры.

Мы подошли к особняку. Точнее, к небольшому замку. «Похоже, птица высокого полета».

Стража у ворот вытянулась в струнку. Холодные, дисциплинированные взгляды — на меня они даже не посмотрели, будто я был тенью своего спутника. Внутри нас встретила горничная лет тридцати.

— Ваша Светлость, вы уже вернулись?

— Да. Как обстановка?

— Всё спокойно.

Ваша Светлость? Герцог? Градус беспокойства внутри меня подскочил. Горничная тем временем перевела взгляд на мою персону.

— А этот ребенок... — Подобрал по дороге. Отмой его. От вони мутит.

Я невольно скривился. Обидно, конечно, но он прав. От самого себя тошнило так, что я едва сдерживал рвоту. Казалось, насекомые ползают уже не по коже, а внутри, даже во рту.

«Ладно, он герцог, а я нищий. Терпи».

Странно другое. Даже для самого грязного беспризорника мое отвращение к собственной нечистоте было запредельным. Я ведь служил в армии, валялся в грязи на учениях — и ничего. А тут хотелось зубами кожу с себя содрать. Будто тело само отвергало эту грязь на каком-то биологическом уровне.

Герцог ушел, не оборачиваясь. Я остался с горничной.

— Иди за мной, — бросила она. — И впредь не смей кривить лицо при Его Светлости. На первый раз это простительно.

— Понял.

Нужно следить за каждым жестом. Это не Корея. Здесь за косой взгляд сироту могут укоротить на голову, и никто не спросит фамилию.

— Можешь называть меня Леной, — добавила она. Голос смягчился. Кажется, она не была злой по натуре.

Ванная комната, куда она меня привела, оказалась на редкость роскошной и чистой. «Надо же, элементы современности. Приятно».

В игре я не видел интерьеров ванных, так что душ и плитка меня порадовали. Лена строго наказала:

— Тебе снова предстоит встреча с герцогом. Вымойся дочиста, сколько бы времени это ни заняло. Если останется хоть пятнышко — заставлю перемываться.

— Хорошо.

Уж в чем, а в чистоплотности я, человек из XXI века, мог дать фору любому. Я уверенно кивнул, и Лена, еще раз окинув меня тревожным взглядом, вышла.

Я встал перед зеркалом. Увидев свое новое лицо, я невольно замер. Несмотря на юный возраст, отражение было пугающе красивым.

— Хм.

Даже под слоем грязи этот парень выглядел лучше, чем я в своей прошлой жизни. Да и телосложение для сироты было неплохим. И тут в голову закралась жуткая мысль.

«Надеюсь, этот герцог не из любителей... того».

В игре порой выпадали случайные события с «особыми предпочтениями» аристократов к животным или красивым мальчикам. Нет. Бред. Это я уже накручиваю. Взгляд герцога был холодным, расчетливым, но никак не похотливым. Я отогнал эти мысли. Грязь на коже жгла уже невыносимо.

Герцог Хайсенский, сидел в кабинете и задумчиво барабанил пальцами по столу. Мальчишка был странным. Там, на улице, он потянулся не к кошельку, а к секретным бумагам. Сначала он решил, что это засланный шпион.

Но это было маловероятно. Мальчик был слишком слаб для профессионала. Его воровской навык был чистым талантом, даром природы, а не результатом долгих тренировок. Будь он обученным агентом, его бы использовали как убийцу или бойца. К тому же, какой идиот пошлет недоучку к начальнику разведывательного управления королевства?

Разумеется, это мог быть фанатик из вражеского лагеря. Мальчишка сказал, что жил тут всегда, но верить на слово он не привык. Профессиональная подозрительность грызла его, но герцог мысленно отмахнулся.

«Не может быть».

Был один неоспоримый аргумент. Хабан отчетливо помнил поток ветра, коснувшийся его руки. Это не было магией в привычном смысле. Это была внутренняя сила. Таинство.

На всем огромном континенте людей, владеющих таинством, можно было пересчитать по пальцам. Чтобы оно проявилось у безродного сироты? Почти невозможно. Даже в знатных родах, где магией пользуются веками, Таинство — редчайший гость. Никто бы не стал разбрасываться таким ресурсом ради мелкой шпионской игры.

Мальчишка был необработанным алмазом. Слишком ценным, чтобы оставить его на съедение городским крысам. То, что этот алмаз сам прыгнул ему в руки — невероятная удача. Герцог, не веривший в богов, готов был признать, что сами небеса послали ему этот инструмент ради блага Хайсена.

— Карлин, кажется?

Он вспомнил, как рука мальчишки отпрянула от документов, едва почувствовав жажду крови. Редкий дар. Умение чуять опасность — важнейшее качество для шпиона.

Герцог был доволен, но в то же время раздражен. Как вышло, что его люди, контролирующие каждый закоулок города, не доложили о таком самородке? Кого-то ждет сурового наказания.

— Собери о нем всё. Максимально быстро. Каждую мелочь.

— Слушаюсь, Ваша Светлость.

Из тени кабинета бесшумно выступил молодой человек и склонил голову.

— И приструни городских «крыс». Я разочарован их слепотой.

— Будет исполнено.

Человек, следовавший за герцогом от самой площади, исчез в тени так же незаметно, как и появился.

Я нежился в ванне с ароматными солями и в очередной раз благодарил судьбу за этот «псевдосовременный» комфорт. В настоящем средневековье о такой роскоши можно было только мечтать.

Вместе с грязью ушло и то странное, сводящее с ума беспокойство. Тело все еще было ватным, но мысли прояснились. В памяти всплывали обрывки знаний об этом мире: язык, культура, география. Видимо, тот, кто забросил меня сюда, позаботился о минимальном пакете данных.

«Герцог Хайсена, значит...»

Королевство Хайсен. В основной сюжетной линии игры оно почти не упоминалось. Перед началом главных событий империя так прижала это королевство, что оно сидело тише воды ниже травы. Для игрока Хайсен был «мертвой зоной» — сколько сил ни вкладывай, выгоды никакой.

Поэтому я мало что о нем помнил. Знал только, что оно связано с принцессой, которая сама бежала из империи, проиграв в борьбе за власть, и старалась не привлекать к себе внимания.

«Непонятно только, какой сейчас год».

Если сейчас самое начало игры, то дела плохи. Смогу ли я предотвратить крах Хайсена? Зная сюжет — вряд ли. А если он уже пал, то мои перспективы здесь еще мрачнее.

«Черт. И что мне делать?»