Воскресенье, 23 декабря

Экзаменационная пора осталась позади. Я сдала все без затруднений, набрав достаточно высокий балл, чтобы получить доступ в интернет. Правда, подключат мне его лишь после новогодних праздников, по возвращении в академию.

Варши отчислили. Теперь ее судьба в руках инспекции по делам мэсов. Чем это для нее обернется? Нам остается только гадать, но лично я думаю, она пройдет через принудительное лечение. По словам Киоко, Ши взяла всю вину на себя, заявив, что давно вынашивала этот план и действовала в одиночку.

Вся эта история оставила во мне какой-то мерзкий осадок, и я никак не могла избавиться от чувства легкой опустошенности. Заметив это, Киоко и Скарлет с утра буквально за руку поволокли меня на последнее собрание перед выборами. После него и до начала турнира они планировали прогуляться. Идти не хотелось, ведь там должна была быть Трисс, которую я невольно считала причастной к произошедшему и вменяла ей часть вины, но отказываться я не стала.

Собрание прошло без сюрпризов. Рафаэль без особых успехов пытался реабилитироваться. Мисс Томиссон же, в связи с последними событиями, оставалось методично перечислять общеизвестные промахи Николь, такие как: травля ученицы, закончившаяся дракой и отчислением; полеты на глайдерах над академией; тот злополучный день рождения, после которого один из домиков остался без крыши… Да и много чего еще, о чем я, может, и слышала, но не придавала значения. По отдельности это были какие-то мелочи, но, собранные вместе, они звучали весомо. Николь же своих промахов не отрицала и пыталась над этим шутить: «Все мы люди, все грешны, но было действительно весело».

Позитивным моментом во всем этом я находила то, что Трисс не озвучивала чего-то сверхъестественного, а это означало, что Киоко ей не помогала.

— А значит, она все так же читает твой дневник, — замечала Анна.

Плевать.

******

Сегодня же началось ни на что не влияющее, но добровольно-принудительное мероприятие в виде турнира. По какой-то причине оно считалось «увеселительным», хотя лично я не вижу в нем ничего веселого. Да и вряд ли студенты с моего факультета, да и многих других, разделяли всеобщий восторг. Возможно, это традиция, и администрация считает, что это может быть интересным, или пытается завлечь на сторону специалистов больше учеников, но я ничего интересного в этом не вижу, особенно если учесть, что баланс тут как таковой отсутствует. Приближено к реальности. В жизни же тебе может попасться хоть S, хоть B.

Поскольку это мероприятие посетят все ученики, то тут же на входе установили кабинки для голосования. Так, уже завтра вечером объявят нового президента.

И вот я на стадионе, трибуны которого полнятся учениками, учителями и персоналом, а на экранах мерцает какая-то местная ерунда, похожая на рекламу вперемешку с демонстрацией сеток участников. По задумке приходить можно не сразу, а по расписанию, ближе к выступлению своей группы. Но, судя по толпе, многие решили прийти заранее. Видимо, не так много людей разделяли мою позицию, и у них было желание увидеть бои, поддержать друзей или просто не пропустить зрелище. Не ожидала такого ажиотажа…

Меня определили в группу Д, состоящую из шестнадцати человек. Будут проводиться два боя, потом перерыв, в котором сражаются другие группы. Так, в результате двух битв останется по четыре участника в каждой группе, и можно спустя время далее сразу запустить четыре группы по четыре.

— Смотри-ка, — сказала Киоко, указав на экран. — В твоем секторе Скарлет. Значит, вряд ли тебе удастся пройти дальше.

— Да и ладно, — я вздохнула. — Я все равно собиралась слиться в первом же бою. Нет желания участвовать в этом. Да и в целом настроения особо нет. Посмотрю на твой бой и, наверное, пойду отдыхать, а то впереди день рождения Фуджихару, праздники, а я хочу, чтобы этого всего не было.

— Будем честны, у тебя в целом не так чтобы много шансов, ведь тебя в каждой драке попускают челы ниже тебя рангом, — иронизировала Анна, вспоминая мои стычки. — Возникает вопрос: а правильный ли тебе вообще присвоили ранг?

У меня не боевая способность, а скорее тактическая. Да и вообще, в активной драке с ней только тяжелее, ведь я не могу точно сказать, какой момент был десяток секунд назад, а надо успеть еще и среагировать.

— Из-за Мисук? — деликатно уточнила моя подруга. — Из-за того, что она уехала, ничего не сказав напоследок?

— День прошел, число сменилось, нихуя не изменилось, — со стихотворным выражением произнесла Анна.

Я понимаю, что это вброс в сторону того, что я слишком много думаю о Мисук, но оно само выходит. Так быстро не отпустить. Не хочу признавать, что думаю и о Ши. В некоторой степени мне ее жаль, хоть я и не одобряю ее решений. Кажется, что все могло быть по-другому. Даже банально, если бы она не решила прийти и прямо сказать, чтобы Мисук знала, от кого и почему это случилось.

— Из-за этого тоже, — согласилась я. — Просто не знаю… Что я делаю не так? В чем была моя ошибка? Я хотела ей потом написать и спросить: «Как дела на новом месте и в целом?», но теперь сомневаюсь.

Ее уход оставил тяжесть и мысль о том, что, возможно, я слишком навязчива и своим вниманием только замедлила процесс восстановления.

— Напиши ей. Поздравь с праздниками, — подбадривала меня Киоко. — Скажу странную вещь, но ты иногда так мила, что, смотря в твои глаза и улыбку, такие люди, как Мисук, могут почувствовать себя злом, — девушка усмехнулась. — Неприятное чувство, знаешь ли.

— Какая милая забота, — смеялась над самоиронией мое солнышко.

— Хочешь, чтобы я более активно внедряла в нашу с тобой жизнь «принцип восьми объятий»? — польстившись, с легким прищуром озвучивала я якобы выдуманный план.

Говорят, так человек будто бы избавляется от плохого настроения, становится спокойным и уверенным в себе, а его самочувствие улучшается. И с кем мне это проверить, если не с ней?

— Правда-правда. Какой змеюкой была Киоко, а как заобнимали — сразу стала меняться. И вот тебе ответ, почему я такая «противная», — моя особенность томно вздохнула. — А ведь так хочется, чтобы кто-то был рядом… Кто-то милый и мудрый, со светлой головой, кто может наставить на истинный путь. Может, — она украдкой взглянула на меня, — приемная мать?

Да-да. Почему вообще Саманта настоящая, а я приемная? Считаю это оскорблением.

— Просто, возможно, тебе нужно не томить мысли в себе, а отвлечься, и это как раз неплохой повод, — Киоко решила не акцентировать свое внимание на моем вбросе. — Думаю, Джозефина порадуется, если ее ученик выиграет пару боев. Хотя бы попытается, а не сдастся с самого начала.

— Вот бы все советчики придерживались своих же советов, — подкалывала Анна.

— Я училась, чтобы сдать экзамены, и я их сдала! Она должна понимать, что я пацифист! — возражала я, положив руку на плечо Накано. — Так что в этом вопросе перекладываю ответственность на тебя, второго ее ученика! У тебя и группа как раз не такая несбалансированная.

Возможно, баланс какой-то и есть, небольшой, потому что у меня только одна B, остальные А и S. У Киоко же только одна A.

— Ебало бэшки представили? — смеялась Анна.

— Мне, честно говоря, все это тоже мало интересно, — признавалась Киоко. — Выгоды в этом нет, а с учетом того, что нам нетривиально намекают на желание видеть нас в рядах специалистов, так и подавно — игра в минус.

Действительно, после экзаменов куратор интересовалась, что я об этом думаю, говоря, что «если надумаешь, до конца года двери открыты».

— Да они каждому предлагают с плюс-минус сносной способностью. Просто потому что за вас потом бабки полутают! — отзывалась моя дорогая. — Так сказать, трудоустроят, а им с вашей каторги дивиденды тикают. Вопрос только в том, получают ли свой процент вербовщики?

Особых минусов не вижу. Ну да, отчисления с тебя капают, но зато ты получаешь реальный опыт, зарплату, перспективу. А то ведь как обычно бывает: пообещают «гарантированное трудоустройство», а в итоге «ищите сами, где пахать год, а то без этого диплом не получите». Статистика сама себя не нарисует.

— Значит, меня попрекаешь, а сама тоже тупо сольешься? — я усмехнулась.

— Зависит от того, кто выпадет, — философски подмечала Киоко. — Если это будет кто-то, кто меня раздражает, может, и не опущу руки.

— То есть шанс, что будет драка, процентов девяносто? — съязвила я.

— Ну да, — расплывшись в улыбке, согласилась Накано.

Ладно. Быть может, и я попробую.

******

Я нахожусь в стандартной комнате подготовки в виртуальном мире.

— Ваш соперник — Скарлет Жаккард, — холодно объявляет система.

Перед моими глазами окошко с фото и с некоторыми не слишком важными данными, которые можно найти в обычной карточке.

Не судьба. Впрочем, я рада такому исходу. Все же пасть от руки знакомого не так досадно. В любом случае, встреча с ней была бы неизбежной. Даже если бы я шла дальше, в конце все равно ждала бы она.

— Выбран случайный режим — битва.

Вот невезуха! Худшее, что могло выпасть. Нет, чтоб стандартный куб, где территория ограничена со всех сторон и все быстро заканчивается. Получи, Лиза, то, что будет длиться дольше всего. Огромная территория, где надо искать оружие для сражения, которая постепенно сужается, сводя оппонентов в одной точке для финальной схватки. Продление неизбежного. Мне ничего не поможет, а Скарлет ничего не нужно.

— Выбрана случайная карта — завод.

Анна хотела, чтобы вместо РМТ я вернулась на завод, и система это прямо почувствовала, реализовав желание.

— Схватка стартует через три… два… один…

******

Я появилась в огромном цеху. Высоченные потолки, перекрещенные металлическими балками. Станки, покрытые слоем машинного масла. Сквозь громадные окна, заляпанные разводами, лился рассеянный свет. Где-то под потолком лениво вращалась вентиляционная лопасть, отбрасывая на стены мерцающие тени. Лестницы вели в темные проемы, словно приглашая забраться выше, туда, где скрывалось что-то невидимое. Не хватало только пыли.

Меня охватило странное чувство. Ностальгия. Но не по чему-то конкретному, а по чему-то утраченному: по гулу машин, по крикам рабочих и всякому такому. Страшно было оттого, что оно показалось мне даже немного приятным.

На секунду стало интересно, какие чувства вызвала бы эта картина у Анны. Какие у нее воспоминания от такой локации?

— Скарлет! — крикнула я, и голос разнесся эхом.

Ответа не последовало.

Я вздохнула и двинулась вперед.

Завод оказался огромным. Не просто цехом, а целым городом из металла и бетона. Здания разных форм, трубопроводы, уходящие под землю, рельсы, обрывающиеся в никуда, брошенные производственные машины.

Я шла к центру, к тому месту, где, мне казалось, все должно было закончиться. Но чем дальше, тем сильнее давила тишина. Я понимала, что это виртуальная реальность, но все казалось таким реалистичным, что невольно закрадывалась мысль, что бродишь по заброшкам, отчего становилось несколько неуютно. Было жутковато, но оно все равно по-своему затягивало. Мне было интересно смотреть по сторонам, изучая сгенерированный случайным образом мир.

Я зашла в центральное здание. Цех, похожий на лабиринт. Стены, оплетенные ржавыми трубами, уходят вверх, растворяясь в клубах пара. Шаги гулко отдавались в тишине.

— Скарлет! — крикнула я, надеясь, что девушка тут.

Ответа снова не последовало.

Я, понимая, что ее еще тут нет, побрела вперед по одной из платформ, скользя взглядом по трубам. И вдруг прикосновение. Чьи-то пальцы мягко легли на плечо, почти невесомо, но от этого не менее неожиданно.

— Испугалась, девчонка? — подставив тыльную сторону ладони ко рту, звонко смеясь, говорила моя соперница.

— Скарлет… — мое сердце громко билось от неожиданности.

Я слишком расслабилась. Не ожидала, что она будет красться, да так, чтоб в этой тишине ее не услышать.

— Ну что, готова? — озорными глазами смотря на меня, спросила она, склонив голову набок. — Оружия ты, как и я, погляжу, не взяла, но так даже интереснее, правда?

— Да, интереснее, — саркастично протянула я. — И оружие нет, не потому, что против тебя оно было бы бесполезным. Очевидно же, что ты победишь! Так что сделай это быстро и безболезненно.

— Ой-ой-ой, — качая головой, сокрушалась девушка. — Не разочаровывай меня, дорогуша. Я не могу использовать силу, если рядом нет воды. Кроме того, мне интересно, чему обучила тебя наш командир.

— О как, — невольно вырвалось с моих уст, после чего я улыбнулась, и мои руки поднялись, принимая стойку.

Выходит, можно попробовать? Даже интересно увидеть такую изящную леди, любящую танцы, в таком неграциозном деле, как драка. Почему-то эта мысль пробуждала во мне азарт.

— Как же ты невнимательна ко мне, милая Лиза, это так больно ранит меня в сердце, — она подняла два пальца, наведя их на меня, словно собираясь выстрелить.

Ее взгляд смотрел куда-то за мое плечо, отчего я почувствовала холодок и резко обернулась. Там стоял водяной силуэт, повторяющий каждую ее черту. Он так же, как Скарлет, держал пальцы на моей голове.

— Спокойной ночи, — произнесла она, как в ту же секунду из пальцев фантома вырвалась струя и…

«Бой окончен. Победитель Скарлет Жаккард», — объявила система.

Виртуальная реальность на этом для меня закончилась.

— Ну ты и дуреха, — смеялась Анна. — Она что, замки, по-твоему, взламывала, таская с собой стакан воды?

— Да я просто даже не думала о том, что она будет меня обманывать! Какой в этом смысл? — возмутилась я ее глумлению.

— Поигралась с жертвой, как котенок, просто чтобы получить хоть какое-то удовольствие от происходящего. Такая ты простушка!

Надеюсь, ей было весело.

******

Я стояла, наблюдая за боем Киоко, когда рядом со мной неожиданно появилась Саманта. Молча остановившись, она ненадолго задержала взгляд на экране, а затем, будто между делом, спросила:

— Ты как, в порядке?

Очевидно, она знала, что произошло в прошлое воскресенье с Мисук. Знала, что мы дружили. Возможно, именно об этом хотела поговорить, но я восприняла ее вопрос не как проявление заботы, а скорее как попытку начать диалог, не касаясь сути. Мы почти не общались с той разборки. Она будто бы сознательно начала меня избегать: реже выходила из кабинета, все меньше появлялась на улице. Может, я все надумываю, и все это просто совпадения, но в глубине души я ощущала, что связь есть.

— Да, вполне, — ответила я как можно более нейтрально.

— Не заботится о тебе… Анечка? — с заметной паузой добавила она, будто ей было трудно выговорить последнее слово.

Наверное, я прозвучала не слишком убедительно. Судя по ее полуулыбке, она легко уловила, что настроение у меня оставляет желать лучшего.

— Да дождешься от нее, — улыбнулась я, невольно поддавшись ее шутке.

— Я забочусь в десять раз больше других, просто это не ценят! — возмутилась моя дорогая. — Лизочка у нас не звездочка, а настоящий баран. Вот пример: я пытаюсь отговорить ее делать билд через нищету по жизни, а она — «Нет, я так чувствую!» Пока молодая, ей по кайфу, а потом скажет: «Ты была права», но будет поздновато, ударит кризис, и желания что-то делать совсем не будет. И то, что я, значит, весело встречаю чужие беды, пытаясь сохранять бодрость духа, тоже вменяют мне в вину. Давайте все с кислыми ебалами ходить! Так точно силы появятся.

— Но иногда, когда не ждешь, она все же бывает мила, — добавила я.

Да, глупо отрицать, что порой она действительно поддерживает. Забавно, что почти все такие моменты касались проблем, так или иначе связанных с Сэм, которую Анна, мягко говоря, не жалует. Совпадение?

— Когда действительно нужно, я тут. Я здесь. Я с тобой, — Анна выпрямилась, словно подчеркивая серьезность своих слов. — А когда это просто хандра, жалеть смысла нет. Через неделю никто и не вспомнит, как звали ту сампийскую художницу. Чай не Киоко. Даже к груди ее не прислониться.

Ага. Забыла добавить: «И это не потому что ее нет».

Повисло неловкое молчание. Саманта стояла рядом, сцепив руки под грудью, и продолжала смотреть на бой.

— Хорошо сражается. Молодец. Киоко за эти полгода заметно выросла. Быстро учится, — наконец сказала она.

Это правда. Киоко была одной из немногих, кто действительно сильно продвинулся. Она научилась обрезать предметы по своему желанию, превращая в оружие хоть стену, хоть кусок мебели. Ее невозможно ранить обычным оружием, так что соперникам либо приходится сражаться врукопашную, либо иметь какую-то экзотическую способность, не поддающуюся ее нейтрализации. Кажется, она смогла бы победить даже Скарлет. Вода, в конце концов, поддается поглощению.

— Правда, потом поток изо рта будет ничуть не меньше, — иронично замечала Анна. — Не то мухоловка ее укусила, не то наконец-то можно реализовать желание всех отпиздить! Со студсоветом заканчиваем, так что можно и не сдерживаться.

Действительно. Сказала «неинтересно», а теперь дерется так, будто решается все. И судя по тому, что это последний бой в группе, она пройдет дальше. А ведь я не рассчитывала торчать тут долго. Десять минут назад мне позвонила София, поинтересовавшись, собираемся ли мы вернуться к фигурам, а то до отъезда осталось немного, можем и не успеть, и мы договорились встретиться. Хочется и Киоко поддержать, и побыть с Софией, занявшись довольно медитативным делом.

— Способность отлично прогрессирует. Думаю, при следующем анализе ей повысят ранг, — добавила Сэм.

— В моей порочной душе она давно уже ранга ЭСС, — положив руки на свою грудь, с теплотой говорила Анна, закрыв глаза.

— Предупрежу ее, чтобы сбавила обороты, а то станет слишком заметной, — отшучиваюсь я.

— Слушай, — вдруг подалась ближе Саманта. Она провела рукой по волосам, запнулась, вздохнула и опустила руку в карман, начав в нем что-то теребить. — Я хотела не то чтобы попросить, а скорее…

Она замолчала, подыскивая слова. В ее смущенной нерешительности было что-то удивительно милое. В этот момент она напоминала мне ту прежнюю Саманту, с которой нас связывало что-то теплое, искреннее. Мозг вдруг вспомнил момент, когда она о чем-то неловко просила последний раз, и я тут же выдала:

— Снова нужно поймать какую-то новогоднюю девочку? Зная, сколько они стоят, одного батончика на этот раз будет мало!

Вся ее милота и неловкость испарились в одно мгновение. Лицо застыло. Глаза стали холодными и недовольными.

— Ладно. Неважно, — коротко бросила она и, не оглядываясь, пошла прочь.

Да. Ну и пошутила. Привет, чувство вины. Что это за навык такой у нее…

Я на секунду задумалась, а не воспользоваться ли способностью? Вышло как-то не очень. В итоге решила, что это все же лишнее.

— И правильно! Пусть мяукает отсюда! — поддерживала Анна. — Не используй мою девочку, только когда тебе нужно!

Понедельник, 24 декабря

Турнир завершился, и после торжественного награждения победителей настал момент оглашения результатов президентских выборов.

Первое место вместе с заветным креслом досталось Трисс. Вторым стал Рафаэль, третьей — Николь. Казалось бы, мне было все равно, кто займет этот пост, но когда объявили, что новым президентом стала мисс Томиссон, по телу пробежала неприятная дрожь. Уж слишком много неприятного теперь связывалось с ее именем.

Николь, однако, искренне улыбалась, поздравляя Трисс.

— Наконец-то смогу попробовать что-то новое! — весело сказала она. — Стану президентом своего клуба и займусь тем, что мне действительно интересно.

Официально Трисс вступит в должность после праздников, а пока действующий студенческий совет будет помогать ей освоиться и вводить в курс дел. В воздухе витало странное напряжение, будто что-то изменилось, и это «что-то» было еще не до конца понятно.

******

В прошлом году день рождения Фуджихару совпал с назначением Николь на пост, из-за чего, по рассказам, праздник получился грандиозным: с десятками гостей, помпезными тостами и шумным весельем. Но сейчас все было иначе. Отсутствие официального повода сделало вечер камерным, почти домашним, и, как мне показалось, сама Хару от этого вздохнула с облегчением.

Комната была освещена мягким светом гирлянд, а на столе, заставленном простыми, но вкусными угощениями, дымился горячий чай в кружках с забавными рисунками. За этим уютным кухонным столом собрались только самые близкие: я, Юки, Адель, Николь, Хана и две незнакомые мне девушки, которых Хару представила как своих подруг.

Тон вечеру задавала неугомонная Николь. С искрами в глазах она мгновенно взяла на себя роль тамады: то поднимала тосты с шутливыми намеками на прошлые проделки именинницы, то устраивала конкурсы, заставляя всех участвовать в какой-нибудь нелепой игре, то требовала, чтобы каждый рассказал самый неловкий момент из жизни Хару, то затевала шумные споры на абсурдные темы.

Хару смеялась, краснела, отмахивалась, но по ее глазам читалось, что ей в целом нравилась эта веселая и немного бестолковая суета.

Атмосферу праздника нарушил резкий стук в дверь. Все замерли, переглянулись. Хару нахмурилась, но встала и открыла. На пороге стояла Киоко. Слегка сухо поздравив Фуджихару с днем рождения, она вручила скромный подарок, после чего поинтересовалась, «тут ли Элиза».

— Извини за вторжение. Я, наверное, не вовремя, — в ее голосе звучала неуверенность. — Просто я подумала, что должна сказать это тебе первой, прежде чем кто-то другой разрушит ваш вечер. Нам нужно поговорить. Сейчас.

— Что-то случилось? — от ее тона сердце внезапно сжалось.

Я вглядывалась в ее лицо и заметила в нем нечто непривычное: тревогу. Киоко смотрела на меня пристально, будто выбирая слова с предельной осторожностью.

— Идем за мной, — коротко бросила девушка, разворачиваясь.

— Я скоро, — пробормотала я в сторону комнаты, уже следуя за ней.

Киоко шла быстро. Я понимала: если она решила прервать праздник, значит, это действительно важно. Но что могло быть настолько срочным? Мозг лихорадочно перебирал варианты, но ни один не казался достаточной причиной нарушить праздник.

Мы вошли в ее комнату.

— Присядь, — сказала она, указывая на кровать.

— Ты меня пугаешь, — попыталась я пошутить, присаживаясь.

— Пранкует, чтобы усилить эффект чего-то неожиданно приятного? — выдвинула свою теорию Анна.

Если так, то я все равно не знаю, что могло бы быть такое важное, что нужно сделать это именно сейчас.

Киоко вздохнула и села рядом. Положив свою руку на мое колено, она сказала:

— Гирябальд умер. Повесился в своей комнате.

Ее слова заставили мою голову опустеть.

— Что? — переспросила я, не веря собственным ушам. — Это шутка?

Слегка прикусив губу, Киоко покачала головой.

Что за? Покончить с жизнью из-за того, что кто-то не стал президентом? В голове не укладывается. Я ведь не виновата в этом?

— Вот так да, — давалась диву Анна. — Обычно гиря, привязанная к ноге, тянет на дно, а тут — воспарила.

…