Утро начинается с варева Фуджи. Банка стоит на столе, а жидкость бледно-желто-химозного цвета уже разлита по стаканам. Я молча предлагаю ей чокнуться, после чего мы пьем. Я пропустила через себя полстакана и остановилась. Фиджино набрала немного жидкости, погоняла ее, словно сомелье, по рту с несколько секунд, после чего та вернулась в стакан. Мы переглянулись. Лишних слов не требовалось.

Дрянь редкостная. Газы, возможно, и могли бы скрасить сей напиток, но от перелива и стояния они почти полностью выветрились. Отдельным пунктом был неприятный осадок, оставшийся на зубах, который хотелось пойти и сразу счистить. Эксперимент не удался, но чувство все равно отчего-то приятное. Словно на минуту вернулась в город и пришла из магазина с очередной непонятной бутылкой домой. Села за компьютер, включила видео и откупорила баночку.

— Вылью это, — смотря на то, как от ее легких движений болтается по кругу жидкость в стакане, утвердительно сказала девушка.

Насколько бы плох ни был напиток, я почти никогда его не выливала. Помню лишь пару случаев. Там уж совсем ужасные варианты были, и вообще, выпускать и продавать подобное считаю преступлением. Даже это варево на фоне тех в целом пойдет. Я, думаю, смогла бы его выпить. Просто, зная, как он был приготовлен, не хочется рисковать.

— Да, звездой доджина в этом формате ей явно не стать, — держа руки под грудью, удрученно произносила Анна, наблюдавшая за всем. — Тухлый эмоциональный план. Такой же тухлый, как наш дневничок.

Била себя в грудь, но букавы читать и писать оказалось все-таки невесело? Утомляет повседневка? А чего она ожидала, собираясь записывать мои будни? Думала, будет накал юморочка? Откуда ему взяться? Шутить-то с кем и над чем? С Анной? Так, у нас токсичные отношения. С Фуджихару? Шуток друг друга мы не поймем. Ирен? Да ей плевать на меня! Или Киоко — лучший кандидат? Короче говоря, увы. Но мне приятно слышать, что идея моей особенности ее саму не веселит.

Внезапно дверь в нашу комнату открывается, и на пороге появляется Николь.

— Меня со вчерашнего дня беспокоит один вопрос. Было много разных дел, которые меня отвлекали, и я надеялась, что забуду, но… — по пути к нам, выражая свои мысли, девушка смотрела в пол, но стоило ей поднять глаза, как ее тут же заинтересовала увиденная картина. — Чего это вы делаете?

Надо бы как-то сказать ей, что должность главы и наша лояльность не дают право заходить подобным образом. На ее лице даже нет ни капли стеснения. Входить без малейшего намека на стук для нее, видимо, нормальная практика.

— У нас, как и положено дамам, разговоры о высоком, то бишь о творчестве, — привлекая внимание к своей персоне, Анна, словно утонченная женщина, приветствуя гостя, медленно и грациозно поклонилась. —  Вот, сошлись на мнении, что диалоги у Элизы длиннее, чем мое самомнение. И ладно бы они были веселые, а то ж душные.

Хорошо, что есть спасательный круг в виде Анны. Без нее-то я бы это все и не написала даже.

— Фуджино напиток приготовила, решили начать день с теста, — пытаясь сдержать улыбку от глупых мыслей по поводу дневника, мотнув головой в сторону банки, кратко ввожу в курс дела.

— О, правда? А почему ты никогда об этом не рассказывала?! Это же здорово! — восторженно произнесла Николь. Пытаясь не смотреть на жестикуляцию модели, она сконцентрировала свой взгляд на Фуджино. — Могу попробовать?

— Лучше не надо, — оторвав взгляд от стакана, предостерегала Хару.

— Да ладно, не стоит стесняться, я плохих оценок ставить не буду, — президент, едва схватившись пальцами за горлышко, ненавязчиво пыталась взять стакан Фуджино.

— А я бы поставила! Пусть думает о том, что делает! А то одна веселится и расходует продукты, создавая гадость, а вторая забавляется, наваливая пресной бытовухи! Такие лояльные люди, как ты, Николь, плодят бездарностей. Подумай об этом, —  стуча указательным пальцем по своему виску, призывала Анна.

Позитивненькое утро. Мне нравится.

— Вот, держи мой, — понимая, что за жижа в бокале Фуджино, я радушно протянула свой.

— Спасибо. За ваше здоровье, девчонки! — после произнесения тоста с поднятием стакана вверх она тут же поднесла его к губам.

Все мы, включая Анну, смотрели на то, как понемногу стакан пустеет.

— Ну? — интересуюсь я, выводя гостью из транса.

— Да, знаешь, неплохой напиток, — кивая сама себе, озадаченно отвечала девушка.

— Не нужно утешать меня. Хоть обещания и были даны, но можешь говорить как есть. Я и так знаю, что получилось не очень. Такое бывает, — уже смирившись с результатом, сказала Хару, а после короткой паузы с безысходным вздохом добавила: — В основном только такое и бывает.

— Вы знаете, что такое безумие? — подавшись к нам, пугающе-мистическим голосом произнесла Анна. После этого она, выпрямившись, воскликнула. — Именно! Это цитирование кринже-цитат! АУФ!

Смотреть на то, как взгляд Николь падает на Анну, сбивая с мысли, довольно забавно. Даже интересно, что по ее мнению говорит эта актриса.

— Да нет же, серьезно, он мне и вправду понравился, — словно в доказательство Николь выхватила стакан у моей соседки и залпом выпила его.

— Это, но…

Я положила руку на плечо Фуджи и помотала головой. Не стоит доносить лишнюю информацию.

— Да какая разница? Напиток хуже все равно не стал.

— Он действительно чудесный, просто привкус показался мне странным, и я никак не могла понять, где я это уже пробовала. Но вот второй стакан прояснил память. Музей! — размахивая опустевшим стаканом, утвердительно воскликнула девушка. — Да точно, музей, — она, поставила стакан на стол и щелкнула пальцами. — Как-то раз в школьные годы я подрабатывала в музее, так там одна сотрудница делала замечательный апельсиновый лимонад. Этот вкус в точности как тот, только несколько более химозный. Чуть доработать рецептуру, и будет замечательно.

Не понимаю, серьезно она говорит или шутит, пытаясь поддержать. Если бы я сама не попробовала, а судила только по ее лицу, то решила бы, что она не шутит.

— А она собиралась его вылить, — чтобы разобраться в правдивости слов президента, я меняю тон голоса, в шутливой форме осуждая соседку. — Нам вот как-то не зашло.

— Что, правда? — девушка смотрела то на Фуджи, то на меня. — Серьезно? — ее лицо от негодования сморщилось. — Вам обеим совсем не понравилось? То-то я гляжу, у Вас лица какие-то кислые, и банка полна, и стаканы.

— Ну! — я иронично пожала плечами. — В напитке есть легкий флер химозы, а мы, как оказалось, обе не фанатки такого.

— Удивительно, как подобный напиток мог не понравиться сразу двум людям. И ладно бы случайным, но тем, кто живет вместе. Прозвучит странно, но это заставляет задуматься о том, что я не ошиблась, сведя вас в одном номере, — Николь встала между нами и положила свои руки к нам на плечи. — Прошлым летом на празднике, где все переодеваются в костюмы разных стран, забыла название, я зашла в палатку для предсказаний по цифрам. Нумерология, гадание по ключевым датам. Так, вы представляете, мне предсказали, что в скором времени я умру. Я всегда думала, что гадают в таких местах только на хорошее, а тут вдруг такое. В целом, неважно, — видя, что мы не понимаем, о чем речь, она усмехнулась. — Просто руководствуясь этой самой нумерологией: у Элизы — 270 браслет, а у тебя Фуджино — 107. Если сложить, выходит 377. Все цифры, приносящие удачу, и комната свободна. Понимаете, да?

Мне ответить нечего. Поток ее мыслей кажется довольно логичным, но манера преподносить оставляет в недоумении. Да и к нумерологии я отношусь довольно скептично. Не верю, что наш тендем принес счастье. Да и эта «наука» вряд ли включает себя гадание на браслетах.

— Понимаем, да. Ты сумасшедшая!

— Так, банку забирать будете или я выливаю? — развеивая возникшую тишину, покосившись взглядом на президента, поинтересовалась Фуджино.

— Понимаю, что это пустяк, не нужный вам, девчонки, но в долгу оставаться не хочется, — президент убрала руки и, встав напротив нас, почесала затылок. — Забрать просто так не могу, но обменять вполне! Как насчет завтрака? Вы же еще не завтракали, верно?

— А Анне можно ничего не предлагать и не заботиться о ее особенностях, — разведя руки, она усмехнулась. — Ну и правильно, не баловали, и нечего начинать!

Об этом можно и не говорить. Николь не услышит, а во мне жалость не пробудить. И я даже не знаю, что ей нужно сделать, чтобы подобное чувство проснулось.

— В принципе, да… — мимика ее лица выражала глубокое сомнение озвученной идеи.

— Я люблю, когда другие готовят, так что от приглашения не откажусь, — ведомая духом авантюризма, соглашаюсь я.

Николь с несколько хитрой улыбкой покачала возле своего лица пальцем, а после, выдохнув, пристроилась сбоку к Фуджино, приобняв ту за талию, и повела ее к выходу.

— Ты иди пока на кухню, ту, что ближе к нам, а мне нужно кое о чем поговорить с Элизой, — она, открыв дверь, дружелюбно похлопала Фуджи по груди, после чего развернула ее в нужную сторону.

— Ладно, только я не люблю долго…

Дверь закрылась, прежде чем Фуджино успела договорить.

— Да, Анна, — потирая ладони, протянула Николь. — Такая ты особенная личность, что не обращать на тебя внимания просто невозможно! — с улыбкой президент довольно грозила пальцем девушке. — Кажется, из-за этого Фуджино думает, что я сегодня какая-то слишком странная.

— Эх… Хотела бы я быть, как вы, обычной, но это невозможно. Не получать внимания других — это очень сложно, — саркастично напивала Анна. — Да если б вам стать мною предложи, вы бы согласились. Но вы же не крутой, как я, вот и обозлились. Да я тоже обозлилась сама на себя! Вы считаете, легко держать внимание читателя?

Недорэпер в доме — горе в семье. А уж тем более — словивший звезду. Мало того, этот еще и денег не принесет. Чистый дармоед.

— Знаешь, в одной из твоих фраз я по губам совершенно точно прочитала АУФ! — дождавшись окончания монолога, решила поделиться наблюдением Николь. — Ты фанатка волков?

Анна лишь, удручено покачивая головой, закатила глаза и вздохнула.

Таково взаимодействие с людьми. Ты можешь считать себя оригинальной и смешной, но в чем смысл, если зритель шутки не понял?

Николь, поняв, что сказала что-то не то, кивнула. Перевела взгляд на меня и, не теряя времени, подошла. Пристроившись сбоку, девушка опустила голову и наклонилась в мою сторону.

— В стакане Фуджино что-то особенное было? — негромко поинтересовалась она так, словно нас мог услышать кто-то лишний.

— А что, по вкусу разве было что-то другое? — переняв ее манеру, отвечаю я, наклонив голову вперед.

— Нет, поэтому и спрашиваю. Видимо странные взгляды мне просто причудились, и дело действительно в Анне. Я хочу, чтобы на следующем концерте этот чудесный напиток стоял на моем столе, но Фуджино, кажется, совсем не верит в свои силы, — ее лицо находилось меньше чем в полуметре от моего, и она продолжала говорить в полтона.

Я не понимаю, это метаирония или мы серьезно нашли человека, которому напиток по вкусу? В таком случае, возможно, люди на видео, смешивающие ерунду, действительно в восторге от своих шедевров.

— По-моему, мы уже во всем разобрались. Девчонка с альтернативными взглядами и вкусами. Не из стада, так сказать.

— Попроси ее, думаю, ей будет приятно.

Просто девочка запуталась. Когда я говорила с ней о Николь и сказала, что глава кажется слишком несерьезной и веселой для президента, она мне ответила, что это все обман. Сказала, что на рабочем месте президент — настоящий тиран. Так, в небольшом диалоге со своей соседкой я сделала вывод, что последняя просто ждет подвоха от хорошего настроения Николь. И именно поэтому приглашение на завтрак принимала с опаской.

— Вчера ты хотела у меня что-то спросить? — после кивка, который означал: «Приняла твои слова к сведенью», девушка перешла на обычный тон.

— Я? — выпрямившись, удивленно произношу я.

— Да, — президент подвинула банку на край стола и, повернувшись к нему спиной, запрыгнула и села, начав болтать ногами. — Сказала, что у тебя есть какой-то неудобный вопрос, который беспокоил тебя с первого дня.

Да, такое было, но, услышав, что ее заботит подобная мелочь, так и хочется потянуть время, дразня. Начать выдумывать какую-то ерунду, чтобы собеседник отвечал, но понимал, что это совсем не то, что меня интересует на самом деле.

— Зачем ты на самом деле тыкаешь всех своей силой? — вместо меня интересовалась Анна. — Любишь не только нумерологию, но и чужие секретки? Чекай, что скоро мы услышим о гороскопах.

На мгновение мне стало интересно, а какая плата у нашего президента, если она так беспечно пользуется силой? Видимо, что-то несерьезное, так как обычно из-за платы многие стараются не использовать причуды без надобности.

— Бабочка, — произнесла я одно слово, взглянув на указанный атрибут, красующийся у нее на шее.

— Бабочка? — непонимающе переспросила Николь, а после, увидев, куда направлен мой взгляд, положила руку на названный предмет одежды. — А, бабочка! С ней что-то не так?

— Нет. Просто все тут носят галстуки или ничего… — протягивая, опускаю конец, намекая на логичное завершение вопроса.

— Мне все-таки уже почти двадцать лет, ну как я без бабочки-то! — шутила Анна, пытаясь цитировать Николь.

— Хочешь сказать мне, что бабочки отстой? — с претензией предъявляла она.

Недовольный взгляд и тон на секунду заставили меня замешкаться. Мои зрачки в поисках не столь очевидного ответа невольно поползли куда-то вверх, но в итоге я сказала:

— Нет…

— Вот и правильно, потому что они крутые! — она спрыгнула. — А теперь идем завтракать, нахальная девчонка.

То, как это было проговорено, беззлобно, но при этом возмущенно, заставило меня улыбнуться. Не припомню, чтобы кто-то меня так называл. Особенно кто-то младше меня. Правда, в последние годы я была самой молодой в коллективе. Так, судя по реакции, можно судить, что не я одна считаю сей атрибут не вписывающимся и странным, и ей уже не раз приходилось слушать претензии по поводу этого.

— Ну, наконец-то, сцена закончена! Сейчас будет новая сцена. Сразу хочу предупредить, что в ней будет много шуток, много юмора, — Анна засмеялась, но смех медленно переходил в наигранный плач.

— Ничего не хочу сказать, но, по-моему, сумасшедшая тут не Николь, а ты, — смотря на этот номер, я не смогла удержаться от комментария.

— Я сумасшедшая? — повысив голос, возмутилась Анна. — Тогда ты тоже сумасшедшая, — выкинув руку вперед, она указала на меня пальцем, — потому что в твоей голове сижу сумасшедшая я!

Фуджихару живет в дурдоме, получается?

******

Стоило переступить порог кухни, как носовую полость заполнил аромат чего-то запекающегося, вперемешку с запахом жарящегося фарша. Сложно сказать, что это конкретно, но аромат был приятный.  Возле плиты хозяйничала незнакомая мне дама, чьи пышные, слегка завитые волосы отливали приятным для глаз серебряным оттенком. Одета неброско, и лишь чулки, подчеркивающие стройность ног, выделялись, заставляя обращать на это внимание.

— Кха… кха, — привлекла мое внимание кашлем Анна. —  Я понимаю, что от взгляда твоя голова опустела, и потому нет мыслей, но давай будем говорить как есть, ладно? Ты же только и делаешь, что смотришь на ее ноги и эту полоску между юбкой и ногами! Даже не заметила, как твоя соседка при виде президента перестала качаться и ровно уселась на стул.

…

..

.

Я, как фанат женских бедрышек, некоторое время не могла оторвать взгляда от ее ног.

— Ну что, теперь ты довольна? — мысленно интересуюсь я.

— Довольна, но не удовлетворена! — покачнувшись в мою сторону, на распев произнесла моя особенность.

Лишь бы пошлого контекста добавить.

— Доброе утро, Хана, — подойдя к девушке, Николь без какого бы то ни было смущения взяла ее аккуратно за лицо и, наклонив к себе, по-дружески крепко поцеловала в щеку. — Ты, как всегда, здесь и выглядишь просто шикарно!

Кажется, у них были теплые отношения, так как девушка во время поцелуя не сопротивлялась, не стеснялась, а лишь обаятельно улыбалась. Ее улыбка во мне рождала приятное ощущение тепла.

— Пришла позавтракать? — добродушно поинтересовалась она, включая чайник.

— Да, но, — она вытянула палец перед своим лицом, указывая на Хану, а после, повернувшись вокруг своей оси, направила его на меня, — сначала познакомься. Это Элиза Эркерт. А это у нас Фуджихару Фуджино, вы уже с ней знакомы, но я на всякий случай представлю ее снова. А это Хана Росс, и вам очень повезло, что она живет на вашем этаже.

— Это уже излишние комплименты, не стоит воспринимать их всерьез, — мило кивая в знак знакомства, скромничала девушка. — Приятно познакомиться.

— Мне тоже, — ее радушие заставляло отвечать меня улыбкой.

— Нет, ну ты посмотри в эти глаза. Разве в ее обворожительный взгляд возможно не влюбиться? Будь моя воля, я бы уже жила на вашем этаже, — Николь сделала коротенькую паузу, а после хлопнула в ладоши. — Так, вернемся к разговору о еде. Ты, помнится, говорила, что вчера приготовила лишнего и осталось много, а сейчас готовишь снова? Звучит, как не очень хорошая идея, правда? Звучит, как потенциальная угроза! Вот я и подумала, что нужно уладить возникшую проблему, а потому пригласила к нашему столу моих подруг, ты же не против?

— Я думала, ты будешь готовить, — несколько разочарованно вздохнув, говорю я.

Речи об этом не было, но чувствую себя обманутой. Не зря Фуджино так скептично была настроена к энтузиазму.

— Моя мама работала шеф-поваром в бактрийском ресторане, пока тот не закрыли, так что я кое-что умею и действительно могла бы, но… — Николь развела руками, а после зашла мне за спину и, положив руки на мои плечи, повела к столу, приглашая сесть. — Просто поверь мне, лучше этой девушки не сделает никто. Я обожаю ее стряпню!

— Трусы с горизонтальными полосками, — произнесла Анна после того, как легла на пол, направив свой взгляд под юбку новой знакомой. — Броский костюм, ха? С такого ракурса так и не скажешь.

Информация, конечно, важная, жаль, Николь ее не слышит.

— Если никто не против вчерашнего блюда, то я поставлю его разогреваться, — взглянув на нас, интересовалась девушка.

— Сделай это! — следя за Анной, однозначно говорила президент.

И хозяйка кухни без лишних вопросов, подойдя к холодильнику, открыла его.

— Я-то не фанат ног, как Элиза, на меня можно было и не наступать, — после того как по ней прошлись, вздохнув, произнесла Анна. — Будем считать платой за просмотр, но балл я все же спишу.

— А меня никто не спрашивает, — однозначно утвердительно проговорила Фуджино.

— А ты что, против? — бросив взгляд на Хару, с легкой угрозой в голосе поинтересовалась Николь.

— По всей видимости, нет…

— Вот поэтому и не спрашивала, знаю, что моя Фуджино всегда «за», — президент была полностью удовлетворена ответом.

Моя соседка ничего не ответила, но по взгляду, ушедшему вбок, и слегка скривившимся, плотно сжатым губам, все и так было понятно.

Странные у них какие-то отношения.

— На ее месте я бы не носила такие трусы, а то из-за этого попа кажется больше, чем есть, что не всегда плюс — вздыхая, произносила Анна, поднимаясь с пола. — Говорю, как эксперт.

— Так, Хана, как и ты, второкурсница? — следя за тем, как блюдо отправляется в духовку, поинтересовалась я.

— Нет, она месяц назад приехала на подготовительные, — усаживаясь сбоку от меня, напротив Фуджино, ответила Николь.

— И вы за месяц так сблизились? — поражаюсь я.

Я вот не припомню, чтоб так лестно о ком-то отзывалась и сорила комплиментами. Даже о своей бывшей, а я ее любила.

— Я еще в первый день, когда взглянула в ее чистые зеленые глаза, сразу поняла, что никогда ее не отпущу. По крайней мере, пока я в академии, — иронично добавляла президент.

— А я думала, эта мысль посетила тебя из-за той картофельной запеканки, — наигранно удрученно произнесла Хана.

— Знаешь, я, смотря на эту новенькую героиню, вот что подумала: нынешние школьницы это нечто опасное. На вид даже и не поймешь, сколько ей лет. Да и ладно бы это, так еще и манера поведения, как у взрослых. Такие, как она или Киоко, легко заруинят жизнь какому-нибудь рандомному челику. Последняя уже успела это сделать, и даже не одному, кста.

Не школьницы, а студенты, да и проблемы я не вижу. Но это факт: большинство мысов уже в свои пятнадцать, выглядят старше сверстников. К сожалению, такова генетическая особенность. А учитывая современную моду, в этом есть некоторая проблема, связанная с сексуализацией. Но меня это не касается и мало волнует.

— Нет, запеканка тут ни при чем, — Николь взглянула в мои глаза, словно пытаясь прочесть мысли. — Нет, ну, может быть, и из-за нее в том числе. Просто это все было в один день.

— В первый день ты была раздражена и сказала, чтобы я осваивалась сама. Копаясь в бумагах, даже не взглянула на меня, послав разбираться со всем какого-то парня, — беззлобно-иронично Хана уличала президента во лжи.

— Вот… — Николь, стиснув зубы, словно что-то хотела высказать, но передумала. — Тебе обязательно было портить момент?

Понятно, покорение шло через желудок.

— К списку «прекрасных» черт президента добавляется еще и «тарелочница», — присаживаясь возле меня на стол, подмечала иронично Анна. — Психопортрет пока выходит так себе. Но если смотреть в разрезе сьемок для идиотских телешоу, кандидатом она выглядит неплохим.

По мне, так это как раз человек для Анны. Активная, многим увлекается, есть о чем рассказать, пробует то и другое. Явно не будет сидеть пять лет на одном месте, а значит, моя дорогая бы не заскучала. Не приходилось бы развлекать саму себя подглядываниями под юбки.

— А вы дружны, — не обращая внимания на Анну, отмечаю я. — Видимо, много общаетесь.

— Да, как есть минутка, я всегда заглядываю к ней.

— В основном минутка находится за завтраком или ужином, — ловко подмечала «хозяйка» кухни.

— Такова должность главы совета. Дела, я то тут, то там. Так и выходит, что перед сном и с утра самое свободное время.

— Так, выходит, президент просто подлизывается? — вычленяя суть, обращаюсь я уже конкретно к Хане.

— Все совсем не так, — легонько хлопнув по столу, произнесла Николь.

— Мне нравится готовить и смотреть, как это с удовольствием едят другие. Девчонки тут не в меру скромны и, когда приглашаешь их к столу, обычно отказываются, а если и соглашаются, на второй раз не приходят. А президент — мой постоянный клиент.

— Я, честно говоря, уже устала от этого диалога, — громко вздыхая, разочарованно произносила Анна. — А вы еще даже есть не начали.

— Но вы все равно довольно близки, для простых-то завтраков, — уточняю я.

— Она добродушна и достаточно открыта в своих чувствах, этого, я думаю, достаточно, — доставая из духовки разогретые баклажаны-лодочки с начинкой, делилась своим мнением Хана.

Что поделать, таково знакомство, веселого мало. Мне достаточно того, что нет чувства неловкости. Правда, я не думаю, что для Анны хоть какой-то диалог будет веселым, ведь она общается только со мной и, я уверена, меня она считает скучной.

— Прошу заметить, — вставляла свое слово Николь.

— Насколько я понимаю, продукты покупаются за стипендию или свои деньги, которые перевели родители. Выходит, она тебя объедает?

— Я просто чувствую себя работницей какого-то кабаре. Сидишь, слушаешь бредовые рассказы людей, которые, быть может, тебе даже и не интересны. Диалоги о жизни, о работе, о том, как они с кем-то познакомились, о еде. Только мне никто не платит.

Ну и вспомнила то, чего уже давно не существует. Да и в отличие от работниц заведений, ей не приходится улыбаться, хвалить и быть милой. Да и разве это хуже, чем общение с клиентами на работе?

— Ладно, пожалуй, ты права, но мы-то не на работе, можно предложить тему и поинтересней, согласна?

— У нас, можно сказать, совместный бюджет, что-то покупаю я, что-то она, — расставляя лодочки возле нас, говорила девушка, и, когда она оказалась рядом со мной, выставляя мою порцию, нагнулась, чтобы сказать в полтона: — Но президент, конечно, любит продукты подороже, которых я себе позволить не могу.

— Мы с Фуджино все слышим и, если говорить конкретно…

Хару вообще как-то пыталась раствориться в пространстве, чувствуя себя не совсем удобно. Не знаю, от присутствия ли Николь или оттого, что просто не могла быстро влиться и поддержать беседу.

— Пилит бюджет, выходит? — нарочно перебиваю я главу совета.

— Этого я знать не могу, но чисто теоретически можно посчитать суммарную стоимость всех продуктов за этот месяц и узнать более точно, — шутила девушка, выключая чайник.

— Я НЕ ЛЮБЛЮ, КОГДА СИТУАЦИЮ КОНТРОЛИРУЮ НЕ Я, — чуть выше обычного тона, наигранно нервно произнесла президент после того, как ее в очередной раз проигнорировали. — А я Вас, мисс Росс, между прочим, хотела угостить чудесным самодельным лимонадом, но теперь выпью его в гордом одиночестве.

Мы, переглянувшись с Ханой, улыбнулись друг другу. Тот редкий случай, когда мы поняли друг друга без слов и, скооперировавшись, достигли нужного результата. Это как-то по-ребячески глупо, но рождало приятное чувство.

— Ого, Лиза, да ты герой, — медленно хлопая, произнесла Анна. — Спасла незнакомку от отравления.

— Прости, прости, — сложив ладони вместе, Хана извиняясь, невинно улыбнулась.

Ясно как день было то, что она довольна результатом.

— Ты не будешь с нами завтракать? — бегая взглядом по столу, интересовалась Николь.

— Я уже позавтракала, просто посижу с вами, выпью чаю, прослежу за приготовлением блюда.

Выглядело все крайне аппетитно. Пусть и было не свежеприготовленным, но хоть сейчас бери, фотографируй блюдо и выкладывай в соцсеть. Ожидания были высокими. Впечатлена была и Фуджино. Она не церемонилась и первой воткнула вилку в блюдо, полностью игнорируя нож.

Я, уже аккуратно отрезав часть своей порции, была готова поднести ее ко рту, но, увидев бледно-каменное лицо своей соседки, насторожилась.

— Изысканная и манящая оболочка оказалась предательской. В начинке баклажана оказалась тухлая гниль, которую она сквозь слезы и боль, стараясь не жевать, проглатывает! — описывала свои наблюдения Анна. — Она, открыв рот, высовывает язык и вытирает его тыльной стороной руки, пытаясь спастись от яда. Фуджи, поставив локоть на стол, закрыла свой рот рукой и отвернулась. Смотря куда-то вбок, она задумалась о неизбежной смерти.

Да, одного взгляда достаточно, чтобы понять, что Фуджихару не понравилось. Она явно не понимала, как ей все это съесть. Вероятно, сейчас моя соседка строила план по тому, как слиться.

— Боже, как же это великолепно! — с другой стороны сидела Николь и жевала с невероятным аппетитом. Вилка и нож в ее руках не останавливались ни на секунду, и пока она ела один кусок, второй уже отрезала, чтобы тут же положить к себе в рот, — Ты из тех, кто молитву перед едой читает? — серьезно поинтересовалась она у меня, смотря на мои молчаливые колебания.

— Да, за упокой, — заметив реакцию моей соседки, иронично проговорила Анна.

Я медленно перевела взгляд на Анну, посмотрев на ее улыбку, а после снова взглянула на фаршированный баклажан.

— Да нет, просто задумалась.

— Может быть, я была неправа? — следя за мной, произнесла Анна. — И ты на самом деле злодей, из-за которого девочка никогда не узнает вкус божественного напитка Фуджи.

Я, собравшись с силами, положила отрезанный ранее кусок в рот.

— О, настало время второй жертвы. Кхм, участника! Вторая героиня на первый взгляд подготовлена лучше! Даже уличная собака отказалась бы от подобной еды, но Лиза готова выиграть ничего, поэтому она жует, пытаясь при этом выглядеть беспристрастной.

Запеченные баклажаны с сыром и рыбой в кисло-сладком соусе. Я не понимала точно, что было внутри, пока не положила это в рот, потому подобное сочетание оказалось весьма неожиданным. Жевать и вправду совершенно не хотелось. Кусок, прокатившись по моему горлу, упал в желудок, после чего рот наполнился странным послевкусием имбиря.

Фуджино, по-прежнему держа руку возле рта, с интересом смотрела на меня. Я по одним глазам поняла, что она улыбается. Видимо, ей легче от понимания того, что мне тоже не зашло. Я и баклажаны-то не особо люблю, и кисло-сладкий соус не понимаю, а в таком сочетании так и тем более.

Я сразу потянулась за водой, чтобы избавиться от этого мерзкого привкуса.

— Я смотрю на то, как люди едят невкусную еду, и комментирую это. Боже! Я идиот! — нервно смеясь, говорила Анна. — Или видеоблогер…

— Я тоже сначала не поняла, но потом как поняла, — смотря на мою реакцию, довольно говорила Николь. — А? Что скажешь?

Хана произвела на меня впечатление приятной девушки, поэтому расстраивать ее совершенно не хотелось, и я сказала:

— Сочетание довольно необычное.

— Да, особенно вкус имбиря, — вставила Фуджино.

— Странно, — задумчиво теребя прядь своих волос, протянула Хана. — Я не добавляла туда имбирь.

— Мне он нравится, кроме того, имбирь полезен! — утверждала президент.

Вкусы президента весьма извращенные. Сделаю заметку, что если глава совета приглашает куда-то поесть, то приглашение стоит принимать с опаской. Так и закрытие ресторана, в котором работала мама Николь, невольно начинаешь рассматривать с какой-то особенной стороны.

— Ты не пробовала свое блюдо? — удивленно произношу я.

— Я обычно наедаюсь во время готовки, потому часто не пробую конечный результат, — одаривая нас скромно-смущенной улыбкой, рассказывала мисс Росс. — Вчера такого вкуса вроде бы не было. По плану быть не должно было.

— Вкус был, и это то, что делает его особенным, — вмешалась Николь. — Давайте жуйте, а то я доедаю, а вы и не приступали.  Неудобно получается.

— Блюдо все-таки необычное, поэтому, если вам не понравилось, я могла бы быстренько сделать что-нибудь попроще.

— Все прекрасно. Я просто привыкла есть одна. В компании чувствую себя неудобно, когда другие смотрят. У меня даже дома все едят порознь. Я съем, просто не торопясь. Может, Элизе не понравилось, но за меня не переживай, — смело заявляла Фуджихару, при этом явно бросая мне вызов. Ее бесхитростно-серые глаза, смотря в мою сторону, желали взять меня на слабо.

Может быть, она делала это просто ради веселья и азарта, но я даже зауважала ее чуточку больше. Я не стала ничего говорить, а просто отрезала второй кусок. Желание класть это в рот отсутствовало, но из уважения к повару и Фуджино я пройду сквозь эту боль.

— Запомни этот момент и вспомни о нем, когда соберешься отдать свой голос за Николь, — Анна слезла со стола, похлопала меня по плечу и растворилась.

Видимо, ей действительно очень скучно, а еще и я не оценила стараний. Увы.

— Сложные отношения в семье? — поинтересовалась Хана.

— Да не, просто как-то так сложилось. Мы даже на днях рождения не сидим вместе. Нет никакого негатива, мы много общаемся, просто вот так.

— К слову, когда у тебя день рождения, Элиза? Скоро? — любопытствовала Николь.

— Нескоро. Летом. Двадцать первого июля, — отвечала я, пытаясь не концентрироваться на вкусе еды.

Не концентрироваться было тяжело. Странное ощущение, но казалось, что у меня начинают слезиться глаза.

— Это отстой, — удрученно констатировала президент. — Вы с Ханой просто разочаровываете меня.

— У меня девятнадцатого июля. Может быть, по такому случаю нам следующий стоит отпраздновать вместе с тобой? Назло президенту, — она быстро подняла и опустила брови, словно заигрывая со мной, после чего встала со стула, чтобы проверить готовность блюда.

Флирт? Нет. Думаю, ей нравится дразнить главу совета.

— Претензии я, если что, не поняла, — негодую я, решая не отвечать на предложение.

Это что-то из разряда предвзятости к Ракам? Раз она думает о нумерологии, то и о знаках зодиака, как заметила Анна, может.

— А Вы подаете отличные идеи, мисс Росс, — Николь хлопнула в ладоши, потерев их. — Надо будет собраться всем вместе летом и устроить днерожденческую вечеринку на пляже. Хочу, чтобы там было много шариков! Люблю шарики! Шарики и песок отлично сочетаются.

Энтузиазм поражает, но в то же время рождает негодование. Какие обсуждения вечеринок, когда мы знакомы пару дней? Тем более, я день рождения праздную крайне условно.

— Я не совсем это имела в виду, — забирая тарелку у президента, произнесла, выдохнув, Хана.

— Мы в прошлом году день рождения Фуджино праздновали. Я только заступила на пост, так что был двойной повод. Было же весело, правда? — в поисках одобрения поинтересовалась Николь у моей соседки.

— В принципе, да, — отвечала несколько неуверенно Хару, уже заканчивая с блюдом.

Ее тактика — быстро закинуть все в себя, запивая, была достаточно эффективна.

— И вы празднуете дни рождения всех членов совета? — иронично интересовалась я.

Мне эта условность никогда не нравилась. В коллективе некоторые чувствуют от этого себя стремновато. Некоторым коллегам, к примеру, других совершенно не хочется поздравлять, но раз это делают все, то приходится. Уверена, чувства от такого возникают неприятные.

— Условно, да. Без яркого торжества, но все же. Что в этом плохого? — понимая мое отношение, негодовала Николь. — Всем приятно. А вечеринки по особому поводу. К слову, когда день рождения у… ну ты понимаешь.

— Я его не отмечаю. Не знаю.

— В смысле? Это надо исправлять! Хотя бы маленький подарок можно и преподнести. Я думаю, ей было бы приятно. Когда она появилась? Такой день можно считать днем рождения.

Я посмотрела на присутствующих дам. Никто не понимал, о чем идет речь.

Идея мне не импонировала. Вносить подобные коррективы в свою жизнь я не хочу. Если Николь сделает подарок, значит, чтобы не чувствовать себя неудобно, и я должна буду подарить что-то Анне, а я не хочу. Все это банально значит, что и через год традиция должна продолжиться. Может, это и условный день рождения Анны, но это также и день, когда моя жизнь изменилась и перестала быть, по факту, личной. День, когда все мое перестало принадлежать только мне. День, когда кто-то еще стал знать о моих проблемах, загонах, мечтах. И может быть, я могла бы с этим смириться, если бы это был точно такой же человек, как я, а не кто-то, кто будет по злому шутить по этому поводу, постоянно вспоминая и напоминая о промахах и неудачах. Кроме того, Анна совсем не взрослеет. Когда она появилась, я была юна. Я подросла, изменилась немного в лице, в теле, а она какой была в первый день, такой и осталась. Даже одежда на ней всегда одна и та же.

— В начале весны? — выдохнув с долькой разочарования, спросила я сама себя. — Первого, второго или, может быть, третьего марта.

До этой даты еще далеко. Неизвестно, как сложатся наши отношения. Если что, можно будет и обсудить эту тему, попытавшись объяснить свою позицию. При посторонних говорить об этом не хочется.

— Первый день весны. Прекрасная дата, можно только позавидовать. Я запомню.

Даже интересно, какую бы дату назвала Анна, если бы я у нее спросила? Уверена, она по-прежнему слышит диалог, но раз не подает никаких знаков, то не слишком-то ее подобное заботит.

— Ух, я все, — облегченно выдохнув, довольно произнесла Фуджино, откинувшись на спинку стула.

— Похоже, у вас с президентом уже есть свои тайны, — забирая лодочку у Хару, подмечала Хана.

— Обожаю тайны! — восклицала Николь, отпивая из стакана. — Ну, когда могу их разгадать.

Столько всего ей нравится, столько всего попробовала, столько всего интересно, что невольно завидуешь. Мне вот придется задуматься, если меня спросят о том, что в жизни меня радует.

И когда все так стало?

Кажется, что еще в школьные годы я много от чего получала удовольствие, много чего хотелось сделать, многое интересовало.

Это из-за работы?

Не уверена. Кажется, банально, чем больше опыта я получала, тем меньше вещей меня начинало впечатлять. Но разве Николь не опытна? По ее рассказам невольно кажется, что она попробовала в этой жизни гораздо больше меня.

— Чего-нибудь сладкого желаете? — теребя свисающий локон своих волос, интересовалась Хана, заглядывая в навесной ящик.

— Да нет, спасибо, я, пожалуй, пойду. Надо еще умыться успеть и переодеться перед парой, — вставая из-за стола, отвечала Фуджи.

— Фуджино права, дел еще много, и банку надо забрать. Не выливать же ее, правда? Так что я тоже, пожалуй, пойду, — вставая вслед за моей соседкой, говорила Николь. — Спасибо за завтрак. Это было изумительно!

После того как желудок был заполнен, энтузиазм Николь поугас? Понятно-понятно.

И осталась я со своей новой знакомой наедине. И с блюдом тоже.

— Есть подозрения, что Фуджихару больше не вернется, — взглянув на меня, с легкой иронией произнесла Хана.

Вероятно, мы не смогли сравниться с Николь, и наши чувства от блюда легко были прочитаны. Значит ли это, что я обязана буду вернуться?  Это ведь не был какой-то заковыристый вопрос, обращенный ко мне?

— Я бы от десерта не отказалась.

******

Второй учебный день ощущался также невыносимо уныло, но я радуюсь уже тому, что внимание учителя по физкультуре сегодня не было сосредоточено на мне. Возможно, я поступала не слишком честно, но, когда взгляд учителя был направлен не в мою сторону, я ничего не делала. Таким образом смогла сохранить хоть часть сил, и мой день не закончился лежанием в постели.

******

Я стучу в дверь компьютерного клуба. Выжидаю некоторое время, но ответа с приглашением войти не слышу. Прислоняюсь ухом, прислушиваясь.

— Слышь, Блок, ты видел, что пишут? Хуменды выпустили биологическое оружие в виде комаров, которые садятся только на сампийцев и заражают их кровь. Люди, которые не убили одним махом комара, смотрят, а там на теле у них номер. Уже сотня жертв есть. Такими темпами скоро все перемрут.

— Серьезно?! — наигранно недоумевая, произнесла Анна, которая тоже прислонила ухо к двери. — А я думала, мы налаживаем контакт! Вот же хитрющие вражины!

Раньше остров Хуменд принадлежал Сампии, но, когда появились люди со сверхспособностями, он был захвачен. Мэсы образовали там свое государство, состоящее полностью из людей со сверхспособностями. С тех пор между нами вражда. В последние несколько десятилетий она скорее пассивная. Сейчас, кажется, и вовсе отношения начинают налаживаться. Оно и правильно, ведь они же тоже сампийцы, пусть внешне и отличаются от обычных людей.

— Это же просто «утка», чтобы читатели были заинтересованы, — возражал чей-то мужской голос.

— У тебя, блин, все просто «утка»! Что не новость, то «утка»! — возмущался мужчина, громко шурша газетой. — Смотри, откуда тогда фотография, а?

Препятствует дипломатии, пожалуй, больше всего поколение постарше, которое застало конфликты и помнит все неприятные инциденты с убийствами и разрушениями, которые я, например, не видела или была слишком юна, чтобы помнить. И пресса, которая в погоне за остатками былой славы, пишет статьи вроде этой.

— Так, они фотографию обработали.

— Просто обработали и прямо на брюшко прилепили номер? Капец, ты наивный, — громко смеялся первый. — Мне-то это не грозит, я не чистокровный сампиец, а вот ты, Блок, когда пойдешь в медкабинет, обязательно, слышишь, обязательно сделай прививку!

— Ладно, — на отстань соглашался второй, не желая спорить.

— Уверена, что хочешь в подобный клуб? — выпрямившись, иронично интересовалась Анна. — Ты смотри, у них даже обивка двери из дерматина, всколупнешь скобу и полезет вата!

Намеки и сравнения интересные, но дверь, я хочу заметить, самая обычная. Диалог, конечно, своеобразный, но за спрос в любом случае денег не берут.

— Ах да, я иногда забываю о твоих вкусах, — услышав мое осуждение, произнесла девушка. — Все в порядке, Лиза, заходи! Надеюсь, радио у них настроено на ретроволну!

Дождавшись, когда звуки стихли, я постучала снова. На этот раз более выразительно и четко.

— Да входите уже, сколько можно то стучать! — громко произнес голос.

— Добрый день, — открыв дверь, я вошла внутрь и поздоровалась.

Комната выглядела ухоженной, но довольно простенькой. По бокам от стен стояли ряды со столами и компьютерами, за одним из которых сидел ученик в очках. В конце комнаты, прямо напротив двери, расположился стол с еще одним компьютером, за которым гордо восседал полноватый мужчина лет сорока. По одну сторону от него находился довольно массивный диван, по другую — стеллажи с различной атрибутикой.

— Еще пару столетий назад он бы мог стать великим самураем, — шутила, смотря на поднимающегося из-за стола мужчину, Анна.

Прическа, на которую сразу обращаешь внимание. Облысение теменной зоны. Волосы у него росли только по бокам и на затылке. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что человек передо мной не мэс. У людей со сверхспособностями благодаря мариальным вкраплениям в костях более сильные гены. У нас, как правило, нет каких-то проблем с облысением, нарушением обмена веществ и всяким таким. У мэсов другие болячки. Конечно, всегда существуют исключения из правил, но я с таким не сталкивалась.

— Ой, простите, — неуверенно извинялся он. — Просто тут новеньких привезли. Они где-то прознали, что тут есть интернет, и ходят туда-сюда. Просят и просят, просят и просят! Сил моих уже никаких нет! — ударяя себя в грудь, эмоционально делился мужчина. — Один раз разрешишь им посидеть, так они на шею и сядут. Будут ходить сюда, как к себе домой, поэтому я с ними сразу старого, чтоб понимали, что это СЕРЬЕЗНЫЙ КОМПЬЮТЕРНЫЙ КЛУБ, а не какая-то проходная!

— Так, а мы, по-Вашему, тут для чего? Жизнь без интернета отстой! Лиза только вышла из дома, а ее уже тянет знакомиться с какими-то стременными бабами. Одна как заводная, другая на нее шипит, а у третьей что ни день, то новые ахуительные идеи! — указывая рукой в разные направления сторон света, перечисляла Анна.

Сразу видно, набор моей дорогой пришелся по душе. Стоит заметить, что в моей жизни еще не было человека, которого она бы с ходу оценила, сказав: «Да, это оно».

— Могу Вас понять, — усмехнувшись скорее его эмоциональности, чем чему бы то ни было еще, соглашаюсь я.

— А Вы новый учитель, да? — поинтересовался он, расплывшись в улыбке, и, не дожидаясь ответа, махнув рукой в сторону парня, добавил уже более громким, язвительным тоном: — Видишь, Блок! Ха-ха, прислали учителя на замену, а ты не верил, говорил, что никого в этот клуб не посадят!

— Признаю, был не прав, — не отрывая глаз от экрана, неохотно произнес парень.

— Нет, я… — начинаю говорить, собираясь внести уточнение.

— Это вот, Ваш новый подчиненный. Вы не стесняйтесь, проходите, присаживайтесь! — махая рукой, подзывал меня мужчина.

— Внезапное повышение! — Анна щелкнула пальцами. — Оно и к лучшему, ты же все равно учиться не хотела.

— Не подчиненный, а член кружка…

— Но...  — подходя ближе, попыталась снова высказаться я.

— Да Вы присаживайтесь, присаживайтесь, — перебивал меня мужчина, а после, увидев, что я сажусь напротив него, громко добавил. — Нет! НЕ СЮДА! А на мое место.

— Ты в обороте, Лиза, — моя особенность, перекинув нога на ногу, уселась на один из стульев. — Не думаешь, что стоит быть более напористой? Ты ж не к начальнику в кабинет пришла.

Я ожидала чего угодно, но не такого. Это сначала заставило меня растеряться, а сейчас стало даже немного интересно. Поэтому я без возражений просто села на место мужчины.

— Вот так, — поглаживая свою шею, однозначно утвердительно произнес он, смотря на меня. — Нет, ну сразу видно, учитель, прямо рожденный быть куратором компьютерного кружка! Отлично смотрится, согласен, Блок?

— Сексопилка, нереалка, сразу видно, может преподавать и в голову, и в головку, — перекинув руку через спинку стула, смотря на меня, восхищенно говорила моя особенность. — Будь у меня такая красотка на классухе, я бы каждый год на второй год оставалась.

Сочту за комплимент.

— Ага, — поправляя очки, парень взглянул на меня.

Судя по всему, он человек преисполненный и старается лишний раз не перечить. Смотря на него, невольно возникают мысли о том, что, оставшись тут, я и сама в скором времени буду такой.

— Вот и прекрасно, — мужчина рассмеялся в голос, а потом резко стих. — Я, пожалуй, пойду, Вы тут осваивайтесь, знакомьтесь, я позже загляну. Только на столе ничего не трогайте! Я потом приду, заберу все. Ну, я пошел.

— Но я не учитель, а ученик. И пришла вступить в клуб, — произнесла выразительно я, так как мужчина, открыв дверь, реально собрался уходить.

— Как ученик? — обернувшись, ошарашенно произнес он, с негодованием посмотрев на меня, а после медленно перевел взгляд на парня.

— Так, на ней же форма ученика, — вносил уточнение Блок.

— Шутка, — отпустив дверь, произнес мужчина, рассмеявшись. — Конечно, ученик! Что я разве мог бы перепутать ученика и учителя!? Это была всего лишь шутка, а вы уже и поверили. Поверили же, да? Ха-ха-ха.

— Обряд посвящения для новичков. Понимаю, — активно кивая, иронизировала Анна.

— А-ну встала быстро! — скомандовал он резко, а после того как я последовала указанию, совершенно обыденным спокойным тоном добавил: — А теперь бери свои ноги в руки и иди отсюда.

Я начинаю осознавать, почему в этом клубе нехватка кадров. Вместе с тем в моей голове рождается непонимание, почему тут происходит подобное. Но, думаю, такие встречи поинтереснее, чем мои рабочие будни.

— Ладно, — негодуя, я направляюсь к выходу.

— Стой, — выразительно произнес мужчина, когда я подошла к двери. — Пришла вступить в клуб, вступай.

— Действительно. Надо было уходить, когда я предлагала, а теперь смысл давать заднюю? Видно же, что создан прямо для тебя. Ты уже развитие событий и сама поняла. Поймаешь дзен, как тот паренек, и будешь сидеть за своим компьютером, как в старые добрые. И не клуб, а сказка, и народу, как ты любишь, минимальное количество, — откровенно издевалась Анна.

Иногда я начинаю думать, что она специально подстрекает меня, от чего действия начинают противоречить моей логике. Делаю назло или вопреки. Понимаю, что в этом мало смысла и на нее мои решения почти никак не влияют, не считая того, что приходится слушать скучные диалоги, но все же иногда поддаюсь.

— Вот бланк, — куратор вынул из выдвижного ящика бумажку и хлопком уложил ее на стол. — Бери ручку и пиши. Фамилия, имя, номер браслета, дата, причина вступления, ну и все как полагается.

— А если я еще не определилась? — решая дать себе пространство для размышления, чтобы принять взвешенное решение, говорю я. — Разве тут не дают посмотреть на работу клуба, прежде чем заявку писать.

— Тьфу, блин! — раздраженно плевался мужчина, от чего его третий подбородок забавно шевелился. — Определилась! Не определилась! Вы что, издеваетесь надо мной? Это КОМПЬЮТЕРНЫЙ КЛУБ! Тут на его работу смотреть не надо, надо смотреть в монитор!

— Действительно…

— Звучит убедительно, — улыбнувшись, иронично соглашаюсь я.

— Все, пиши, а я пойду, подышу свежим воздухом. Как закончишь, ручку верни на место, — сказав это, мужчина вышел за дверь. — Вот, блин, ученики пошли...

Я заполнила заявку. Взяла небольшую паузу на ожидание куратора. Посмотрела еще раз на убранство кабинета, а после решила обратиться к молчавшему парню, который играл в какую-то стратегию времен, когда я еще не родилась.

— Так тебя зовут Блок? — с тривиального вопроса начинаю я.

— Нет, Блок — это моя фамилия, — отвечал он, не отрывая взгляда от монитора, — а зовут меня Ян.

— Так, ты все уже? Заявку подала? — запыхаясь, в дверях показался руководитель кружка. — Иди. Придешь в понедельник.

— Плюс к бюджету принесла, можешь быть свободна, — смеясь, говорила Анна.

Да, бюджет клуба зависит от количества участников, но не думаю, что причина в этом. Смотря на стильные системные блоки, с уверенностью могу сказать, что денег на содержание не жалеют.

— Я думала провести ознакомительный день, пообщаться, познакомиться.

— Ты вон какая девушка вся из себя, — он сопровождал слова демонстрацией моей фигуры на себе, выписывая руками в воздухе что-то, напоминающее песочные часы, — а Блок у нас парень впечатлительный, он с девушками еще не разговаривал. Вот влюбится он сейчас в тебя, а впереди выходные. Не сможет спать, на учебу придет вареный, слушать не будет, получит двойку, и что потом с этим прикажешь делать? Ты будешь за него отвечать? Вот в понедельник придешь, и там уже будете говорить.

— Он-то шутит, но такое вполне реально. Я вот с первого дня нашей встречи не сплю, кста.

Мило звучит, но, может, поэтому я и не высыпаюсь? Анна часть моей силы, то бишь, часть моего мозга, а значит, он работает и ночью, расходуя энергию, вместо отдыха.

— Хорошо, тогда до понедельника, — прощаюсь я. Подойдя к двери, я хватаюсь за ручку, а после оборачиваюсь. — А как Вас зовут?

— Вот в понедельник придешь, там и узнаешь, а то, может, твою заявку еще и не одобрят, — он, махая заполненным листком, рассмеялся, давая понять, что одобряет лично он, а после, схватившись за свой ремень левой рукой, выдохнул. — Ой все, утомила ты меня. Иди уже.