Я проснулась в одиннадцать часов дня. Фуджихару отсутствовала. Умывшись, я натянула джинсы, футболку и направилась в буфет. Время завтрака уже закончилось, и еду убрали, но, поговорив с тридцатилетней женщиной, работающей на кухне, о жизни, о работе, судьбе и тяжести утренних подъемов, когда твое расписание убито, мне удалось заполучить в распоряжение пару булочек и стакан молока. Поболтали, пошутили, познакомились, посмеялись, пожаловались. Мне сказали, что, если нужно будет что-то, я могу заходить. Вот оно, преимущество опыта! Подростком ты считаешь себя особенным, а взрослых людей такими занятыми и важными. С опытом понимаешь, что на деле все просто обычные люди. Говори вежливо, с понимаем, с долькой юмора, но без подколов, и они, вероятно, тебе откроются. Разве что, если тебе только не шестнадцать. В таком случае предвзятости не избежать.

*******

Выйдя на улицу, я сразу же заприметила Киоко. Девушка сидела на скамейке, возле входа в общежитие, пытаясь читать книгу. Она заметно выделялась на фоне остальных тем, что была в форме. И это прекрасно, потому что смотреть на несуразные костюмы, яркие, но глупые образы или балахоны, которые были на пару-тройку размеров больше, чем требовалось, было больно. Правда, не думаю, что следящая за своим внешним видом Накано надела бы что-то подобное.

— Только не говори мне, — читая мои мысли, произнесла появившаяся Анна.

— Да, — довольно произнесла я вслух.

Она знает, что я собираюсь сесть рядом с Киоко. И этого не избежать, потому что мы с девушкой уже смотрим друг на друга. Я не вижу в ее холодном взгляде желания разговаривать. Моя улыбка ее смущает, а потому желание говорить появляется у меня. Почему нет? Выходной день, прекрасная погода, все расслабляются, суетятся. Разве подобная атмосфера не располагает на дружеский диалог? А то эти будничные разговоры исключительно об учебе — скука. Но в целом мне просто нечем заняться.

— Правильно! Чего бояться? Чего пугаться и раздражаться? Это же всего лишь змеюка!

Как ласково, однако. Мило.

— Доброе утро, подруга, — подключая обаяние, начинаю диалог я, присаживаясь рядом. — Изучаешь местный контингент?

Она посмотрела на меня с долькой негодования. Это забавляло. Отчего такие взгляды, если она сама назвала меня другом?

— Пытаюсь читать, — ответила Накано, мотнув головой в сторону открытой книги.

— И как? Увлекательно?

— Видимо, нет, раз местный контингент мне изучать интереснее, — она, выдохнув, закрыла книгу, словно принимая меня, как свою участь на ближайшее время.

— Присмотрела себе подружку? — предполагая, что это будет ее раздражать, специально задаю я подобный вопрос, пытаясь добавлять нотки флирта. — Интересно было бы узнать, кто в твоем вкусе.

— Мне нравятся люди постарше, а тут, не считая персонала, таких не так много, — Киоко, убрав прядь волос за ухо, смотрела на меня томным взглядом.

— Все, кончилось развлечение? Тебя легко прочитать! У тебя спектр эмоций обычного нормиса. Вот раньше я бы так не сказала, а как на работу пошла, так сразу соскуфилась. Страшно было представлять, какой овощ передо мной был бы еще через пять лет. Слава богу, произошла встряска, путем возвращения в школу, так, поди, скоро обратно зазумеришся!

Удивительно, как быстро Накано справилась со своим настроением, переключившись. Стоит заметить, что в ней есть какое-то обаяние и задатки актера.

— Понимаю, — кивнув, с улыбкой говорю я, — третьекурсники люди преисполненные, на улицу нечасто выходят, особенно в выходной.

— Просто пытаюсь найти развлечение, — от моей тупой шутки на ее лице появилась улыбка, после чего она решила дать разъяснение к начальному ответу.

Ее улыбка очень нравилась мне. Она была привлекательно-красивой. У этой мисс такой отрешенный взгляд и в целом слегка недоступный образ, но, когда она улыбается, хочется ответить ей взаимностью. Это так необычно.

— Так мы с тобой, подруга, в одном положении, выходит. Я вот тоже выползла на улицу, потому что не знаю, чем себя занять. Когда работаешь, столько дел разных, времени нет. В единственный выходной занятий не меньше или нет желания, и потому ты валяешься, смотришь сериал и не замечаешь, как все возвращается на круги своя. А тут отсидел пары, и делать ничего не надо, сиди, отдыхай, и в выходной тебя ничего не ждет.

— Так, может, тебе в студсовет вступить? — решив, что мне нравится работать, поглаживая указательным пальцем обложку книги, предлагала вариант девушка. — Они, как ни погляжу, все снуют туда-сюда после учебы и в выходной день светят своими значками.

— Нет, я лучше буду страдать, не зная, чем себя занять, — я глупо рассмеялась. — В этом есть определенный кайф. Кроме того, я уже вступила в компьютерный клуб.

До конца не понимаю, вступила или нет. После вчерашнего еще и не уверена, хочу ли вообще.

— Поздравляю, — произнесла она с легкой насмешкой, проведя языком по своей нижней губе.

— Смотри, рептилоид яд слизывает, — заметив это, подкалывала Анна.

Можно подумать, я слышу Анну как-то иначе? Если, отбросив все, принять, что Киоко рептилия, то на фоне моей дорогой, в своих изречениях она просто маленькая ящерка.

— А я не говорила, что мне она не нравится, —  присев на корточки, Анна смотрела на Накано. — Имя говорящее, фигура манящая. Все как надо.

Конечно-конечно.

— Ладно, со мной все понятно, я просто отстала от жизни, а что насчет тебя? — шучу над собой я, не желая, чтобы все свелось к обсуждению моей персоны. — У тебя что, нет увлечений? Чем ты занималась в свободное время в школе? Тебе ведь перестраиваться не приходилось, так что и интересы должны остаться.

— То, чем я увлекалась в школе, пусть останется там. Желание заниматься тем же тут у меня отсутствует.

— Радикально, однако, — не ожидая такого ответа, я, на мгновение задумавшись, провела рукой по своим волосам. — Знакомое чувство. Звучит так, словно тебе заставляли делать то, чего совсем не хотелось.

Отчасти поэтому я и пошла работать, а не в академию, как хотел того другой человек. Я никогда не была особо послушной, но выпускалась из школы с чувством, что за меня уже все решили и я кому-то что-то должна. С чувством, что мою жизнь взяли под контроль.

— Какое чувство тогда должно быть у меня, если я даже банально пойти куда хочу, не могу, а?

Зато говорить можешь что хочешь.

— Знакомое? — ее серые глаза смотрели на меня с недоверием.

Мне не верят. Могу понять, но рассказывать историю своей жизни ей не собираюсь. Тем более в ее возрасте свои проблемы воспринимаются всегда куда острее, чем чужие.

— Может, и нет, — я пожала плечами. — Главное, чтобы тебе было по кайфу, и ты не жалела о том, что делаешь, не жалела о том, что не развиваешь какие-то навыки, которые могла бы, но не стала из-за духа бунтарства.

— А ты не жалеешь?

— Да нет. Уже нет.

— Звучит неубедительно, — несколько иронично отметила Киоко.

— Да я ничего не умела в плане каких-то особых навыков, скорее просто были возможности, но я их не пробовала реализовать, поэтому это все на уровне: «А что, если бы…». Глупые мысли, которые первые годы меня волновали. Вот и говорю о том, что, может, стоит пробовать, чтобы потом, как я, не думать о подобном.

Я не жалею о своем решении в целом. Периодами кажется, что с моей первой любовью мы расстались именно из-за него. И ты невольно думаешь, как было бы, если бы ты сделала так, как хотела она. Банально, продолжали бы мы встречаться? Или подобный исход был неизбежен, и ее желание взять мою жизнь под контроль рано или поздно привело бы к расставанию?

— Слушай, думать о подобном — идея отстойная, — читая мои мысли, произнесла Анна.

Она права. Когда начинаю копаться, почти всегда невольно расстраиваюсь. Просто потому что не знаю ответа. Саманта бросила меня, не объясняя конкретных причин. Сказала, что мы расстаемся, заходя в автобус, который увозил ее в одну из академий, подобных этой. Мне остается лишь гадать, что было причиной тому. Вот иногда я и думаю, что она видела во мне перспективы, она желала, чтобы я пошла учиться, она сделала все для этого и все решила за меня, а я сказала «нет».

— Я бы поиграла на скрипке, — выслушав меня, произнесла Киоко. — Только игра на скрипке рождает во мне неприятные чувства.

— Почему? Я бы с удовольствием послушала, — поддерживаю я.

— Не думаю, что тебе понравится. Я предпочитаю классику, а не то, что с удовольствием слушают другие, где инструмент только скрашивает общий бит, — скептично ответила она, смотря в мои глаза.

— Отнюдь. Мне нравится чистая классика. Я в школьные годы встречалась с одной девушкой, она привила мне эту любовь. У меня даже, кажется, остались билеты на концерт, на который я хотела ее пригласить, прежде чем мы расстались. Могла бы их показать в качестве доказательства, но с собой не захватила. Все равно по ним никуда уже не сходить, — иронизирую я.

— Не, реально, прекращай, — поднявшись на ноги, недовольно произносила Анна. —  Если хочешь поныть, у тебя есть я. Понимаю, я почти не отличаюсь от нее, но все же.

Переживает, что такой прекрасный день, наполненный невероятными приключениями в окружении подростков, может пойти под откос, потому что мне захочется пропустить стакан вина и погрустить о прошлом? Ха-ха-ха.

— Может быть, как-нибудь потом, когда пропадет чувство, что я должна заниматься этим.

— Смотри, я расцениваю это, как твой долг передо мной, — щелкнув пальцами, я беру с нее обещание.

— Чувство того, что я кому-то что-то должна, мне тоже не нравится, — расплывшись в улыбке, девушка развела руками.

— Думаю, ты прекрасно понимаешь, о чем я, — демонстрируя дружеские намерения, отвечаю я.

Ведь это всего лишь условность.

— Позволь полюбопытствовать, а почему вы расстались?

Я положила руку на плечо девушки и, опершись на него, поднялась на ноги. Была у меня изначально шальная мысль предложить Накано прогуляться, чтобы скрасить как-то отношения, но диалог наш не клеится, не отдает весельем, дружеской атмосферой и в целом идет не туда.

— Взгляни на меня. Видно же, что я недостаточно хороша для того, чтобы мной заполнить все свое время, — с моих уст срываются ироничные слова, которые частично правдивы.

— Как же хорошо, что ты меня понимаешь. Надеюсь, и другие мне сочувствуют.

— Иди в жопу, — посылаю я мысленно, внешне пытаясь сохранять самообладание.

Добившись от меня такой реакции, Анна лишь довольно улыбается.

— Скрывать не стану, из вредности подсела к тебе, когда по плану было обойти всю территорию академии, так что пойду, пожалуй, не буду мешать прокрастинировать, — наигранно выражая благодарность за диалог, я слегка поклонилась.

— А если я пойду за тобой? — не оценив мой жест, поинтересовалась Киоко.

— Если хочешь, идем, — развернувшись, сказала я и, не дожидаясь ответа, пошла.

Мисс осталась сидеть на скамейке.

******

В будние дни у меня не было времени, но сейчас нечем было заняться, поэтому я отправилась к части корпуса, где располагались два ряда жилых домиков, в один из которых и въехала меха в начале прошлой недели. Слышала от Фуджино, что раньше в таких домиках жили все ученики. Сейчас же большинство из них снесены, и эти остались больше как дань памяти прошлому. Они рассчитаны на пять-шесть человек, и самым успешным командам специалистов в качестве поощрения, если те желают, разрешают в них жить. Не знаю, насколько сильно был разрушен дом, но усилиями трех рабочих и их способностей, он восстанавливался буквально на глазах.

******

Проходя мимо спортплощадки, я заметила куратора компьютерного клуба, который, забравшись на дорожку для рук, сидел на ней, поднимая над головой свой кнопочный телефон. Закрываясь от солнца рукой, он пытался всматриваться в маленький экран.

— Тьфу, блин! — услышала недовольную фразу я, когда собиралась подойти поздороваться.

— Ты чего это, решил молодость вспомнить? — чуть ли не смеясь, иронично произнес подошедший к нему худощавый рослый мужчина лет за сорок.

— Очень смешно, Мон Пасье, — недовольно произносил тот, явно коверкая фамилию своего знакомого. — Ждешь его, ждешь, а он все шуточки ходит шутит, — спрыгивая, ворчал он. — Вот не дай бог, ты меня позвал, чтобы какую-то ерунду впарить, испортив единственный выходной…

— Да ладно, не кипятись ты так. Тут жена мне позвонила и как завелась, так не остановить. Всю плешь мне проела, будь она неладна, — эмоционально взмахивая руками, жаловался мужчина. — Решила ни с того ни с сего, что я в академию эту уезжаю не на работу, а в отпуск. И давай пилить, что я ее не люблю, от детей устал и все только думаю, как бы быстрее уехать сюда и домой не возвращаться.

— А ты, значит, не думаешь, хе-хе-хе? — смотря на друга, с иронией подмечая, что так оно и есть, подтрунивал руководитель кружка. — Сидишь у себя в подвале, чаек попиваешь да ждешь, пока ученики чего-нибудь учудят, чтобы под шумок найти, что конфисковать в пользу Мон Дуна.

— Да ну тебя, скажешь тоже, конфисковать! Больно надо, — возмутился он и, махнув рукой, развернулся, пойдя в сторону второго корпуса. — Ты лучше вот что послушай. Помнишь, мне позапрошлой весной регулярно канализацию чистить поручали?

— Да как же забудешь такое? Все уши мне прожужжал! — припоминал первый, — Говорил, что уволишься, что тебя не уважают, а теперь мы тебя только в канализации и видим.

Сказав это, мужчина в горло рассмеялся. Я еще тогда заметила, что смеется он громко, а теперь, находясь далеко от них, убедилась точно.

— Нет, ну понятно, не хочешь слушать, значит, на этом разговор и закончим, — выдыхая, отвечал друг.

— Да ладно тебе, чего ты, — подобрев в лице, куратор кружка хлопнул приятеля по плечу, — на правду не обижаются.

—  Ладно, слушай, я там тогда кое-что интересное обнаружил, — он нагнулся в сторону куратора и что-то проговорил в полголоса.

Они оба разговаривали довольно громко, но после того как стали уходить, разбирать слова становилось тяжело, потому фразу, сказанную негромко, я не услышала.

— Так и что? — непонимающе произнес мужчина.

— Ну так я тебе сейчас эту коллекцию и покажу! — озвучивал очевидный вывод он.

Я посмотрела на Анну. Та посмотрела на меня.

Нет. В детектива я играть не стану. Не на сей раз.

******

Я потратила почти два часа на обход всей территории. Любовалась убранством, фонтанами и природой. Пыталась разгадать, кому была поставлена та или иная статуя. Смотрела на работу персонала, которого здесь ничуть не меньше, чем учеников. Наблюдала за разными группами ребят и учителей. Кто-то просто гулял, отдыхал, запускал в воздух змея, загорал, хвалился своей силой перед другими, пытался научить чему-то окружающих, купался в местном озере или бассейне. Какая-то группа учеников, вместе с куратором кружка кибернетиков, рассекала по территории на собственноручно сооруженном нечто. Их крики и смех то и дело настигали меня, куда бы я ни пошла. Другие вместе с персоналом приводили в порядок склады, мыли, чистили мехи и другие транспортные средства. Какие-то девчонки возле третьего корпуса в достаточно симпатичных нарядах разучивали под музыку танец. Команды спортсменов играли в футбол, волейбол. Особо старательные и в выходные дни подвергали свои тела физическим нагрузкам. Казалось, будто бы всем есть чем заняться и всем весело, и только одна я страдаю, пытаясь бестолково убить время.

******

Мое путешествие меня изрядно подутомило, но я считала, что оно будет незаконченным, если я не загляну на арену. Проходя по пути мимо первого корпуса, я решила передохнуть и уселась на край скамейки, начав изучать стенд с новостями и объявлениями клубов.

— Тебе тут в спину смотрит какая-то дефка, — отдаленно послышался голос Анны.

Я обернулась. Она сидела на корточках возле указанной девушки, обустроившейся на ступеньках, и с тоской в глазах смотрела на ее руки. Миниатюрная дама, невысокого роста, с небольшой грудью. Пепельные волосы с ровной челкой, которую некоторые считают парикмахерским преступлением. В отличие от многих, девушке такая прическа шла и смотрелась неплохо из-за массивных прядей, свисающих по бокам, и миловидного, немного детского личика. Ее тонкие ноги украшали белые капроновые колготки, которые уходили под шорты. На теле безрукавка с вырезом на груди. Легко было понять, что лифа под ним нет. Больше всего внимания привлекали ее руки, которые были полностью зататуированы. Бросающийся в глаза рисунок кустов роз, который как-то изящно обвивал все ее руки и, достигая плеча, скрывался под безрукавкой. По яркости красных и зеленых цветов можно было легко понять, что татуировка была свежей. Девушка умело вертела пальцами большие кисти, словно те были барабанными палочками. Стоило мне обернуться, как она, выдохнув, отвела взгляд. Теперь ее голубые глаза как-то безынтересно смотрели на небо.

Похоже, девушка кого-то ждет и уже успела заскучать. Тут никого нет, так что я стала хоть каким-то развлечением. Ничего необычного.

— Может, все-таки хочешь себе тоже татушку сделать?

Нет даже смысла отвечать. Я ценю естественную красоту. Пусть в случае этой ученицы татуировка смотрится неплохо, но мне все равно в целом не нравится. И это мое отношение к комплексному продуманному живому рисунку, так что несложно понять, как я отношусь к «неслучайным» небольшим татушкам. У меня ощущение, что татуировки делают в основном молодые и несформировавшиеся личности, чтобы что-то доказать себе. Это словно некий юношеский максимализм и все такое. Кроме того, я думала, что тут не приветствуют подобную живопись.

— Элиза, — окликнула меня выходящая из дверей здания Хана. — Добрый день.

— Привет, — мои уста украсила улыбка, которая была ответом на ее блестящий дружелюбный взгляд.

Тело девушки украшало легкое закрытое платье ниже колен, которое в некоторой степени было довольно откровенным, так как подчеркивало ее выдающиеся формы.

— И снова на ней чулки с идеальной зоной, — выглядывая из-под подола платья, дополняла картину образа Анна. — И я говорю это, только чтобы удовлетворить твои фетиши, кста.

— Ты случайно не встречала Николь? — присев рядом, поинтересовалась она. — На месте ее нет, и в общежитии тоже.

— Мой совет по поводу белья она послушала и надела что-то гораздо более изящное!  Скажешь, что тебе неинтересно узнать их цвет? С узорами они или сплошные? А если с узорами, то каков процент просвечивающих зон? Скажешь «нет»? Не поверю!

Бедная девочка, я не отвечаю, а больше обсудить жопки и трусики не с кем. Может быть, моя особенность и фанатеет от подобного, но я, увы, нет.

— Не тебе меня судить, футфетишистка! — спрыгнув с лестницы, воскликнула она, резко направив правую руку с указательным пальцем на меня. — Ух, всегда хотела сказать что-то подобное. Не то чтобы я была прямо помешана на ягодицах, но что-то в этом определенно есть. Не думаешь, что нам в таком случае нужен кто-то третий в компанию? Если Николь ценитель сисек, выйдет идеальная команда.

А чего не Киоко? Президент вообще не выглядит как человек, который интересуется подобным.

— Змеюка, судя по всему, любит, когда жизнь подчиняется ее правилам. Нравится связывать ученикам руки и ноги, так что очевидно, она фанатка БДСМ!

Взаимосвязь интересная, но речь вроде как шла о частях тела. Проще было сказать, что девочка необычная, так что ей нравятся уши. Или что-то за что можно кусать, что и делают змеи. Грудь как раз подходит.

— На свидание хотела ее пригласить? — иронично предполагаю я, судя по плетеной корзинке в ее руках.

— Если она расценит это так, то я в целом-то не против, — подхватив мое настроение, ответила Хана. — Просто в такую прекрасную погоду отобедать на свежем воздухе было бы здорово, но, когда ты одна, это идея уже не звучит так привлекательно, согласна?

— Я тут как раз несколько часов на обход и изучение всей академии убила и, к сожалению, Николь не видала. Вот собираюсь пойти на арену, если вдруг встречу там, обязательно передам, что ты ее искала.

Понимаю, что это был намек на приглашение, и я должна была бы спросить: «А как же я?». Так выйдет, что игра переворачивается, и как бы не меня пригласили, а я навязалась. Но это было бы слишком просто.

— О! У меня как раз через три часа состоится бой. Я могла бы тебе там все показать, и на сражение, думаю, интереснее будет смотреть, если можно будет поболеть за кого-то знакомого, правда? — в ее речах невольно улавливались нотки озорства.

— Звучит замечательно. Вот бы еще найти, чем занять себя три часа до этого… — удрученно протягиваю я.

Хана одарила меня обаятельной улыбкой, а после встала со скамейки.

— Идем? — интересовалась она, осознавая, что я прекрасно все понимаю, но не хочу принимать поражение в этой игре.

— Никогда бы не подумала, что ты из тех людей, которым нравятся драки, — принимая приглашение, я встаю следом за ней.

— Да по ней видно, что она хищница, взгляд у нее такой, опасный. Сразу видно, что свое дамочка возьмет. Президент, вероятно, оказалась в заложниках, и над ней под страхом физической расправы проводятся эксперименты, — Анна изменила тон голоса на более низкий и, приблизившись к моему уху, сказала. —  Или же ее откармливают, чтобы потом съесть?! И ты, ведясь на обаятельную улыбку, ступаешь на тот же путь. Перед нами типичный Фидер! Или сравнить ее с хищным цветком? Красотка все-таки. Например, Дионея!

Да Анна — гений, раскрывающий личности, проведя с ними немного времени. Видит всю подноготную лучше любого экстрасенса, а главное — вести себя и одеваться, как идиот, чтобы поверили в твою силу, не надо. Правда, первый пункт под вопросом.

— До поступления я тоже так считала, но, когда меня пригласили провести тренировочный бой, чтобы показать прелести виртуальной реальности, я внезапно узнала себя с новой стороны, — смущаясь своего увлечения, делилась воспоминаниями Хана. — Раньше я немного занималась атлетикой.

— Постойте, девчонки, — как-то неестественно быстро обогнав нас, перед лицом встала та самая дама, которая до этого сидела за моей спиной. — Мечтал ли кто-нибудь из вас когда-нибудь попозировать для художника, а?

Несмотря на то что ее рост был примерно на пятнадцать-двадцать сантиметров ниже меня и Ханы, чувствовала незнакомка себя очень уверенно.

— Не особо, — не задумываясь отвечаю я.

Я вообще художников недолюбливаю. Все, кого я знаю, были странными личностями. В романах именно художники чаще всего режут людей на части во имя красоты и искусства. А некоторые так и вообще влюбляются в нарисованных ими персонажей.

— Вот и славно, — усмехнулась девушка, взглянув на меня. — Потому что я только из вежливости спросила вас обоих. На самом деле меня интересует ответ только этой богини! — та кисточкой указала на Хану.

— Ответ, конечно, честный, но звучит как хамство, — иронизирую я.

— Даже не знаю, вопрос привлекательности нашей мухоловки относительный. Как по мне, она немного мощновата, и рост соответствующий. Возможно, всему виной ее увлечения, но факт остается фактом.

Не знаю на счет мышц. Она кажется достаточно женственной, но ростом девушка выше меня, а я 172 сантиметра. Немало людей считают, что девочки выше 170 уже дылды.

— То-то и оно! Понимаю, что вы вместе, но кому хочется терпеть подругу красивой девушки, когда ты приглашаешь ту погулять? Случай другой, но в целом рисовать двоих, когда тебя вдохновляет только одна…

— Боюсь, в таком контексте у нас ничего не получится, — перебила ее Хана.

— Да я просто шучу, — понимая, что заход вышел неудачным, попыталась сдать назад незнакомка, почесывая тыльной стороной кисти себя за шеей. — Никогда не умела правильно знакомиться. В голове все звучало как-то лучше. Давайте начнем сначала, только сделаем вид, что мы уже знакомы. Хах. Просто дело выходит такое. Я тут на неделе заметила бомбическую первоклашку и сейчас ждала ее, хотела подловить, чтобы в итоге та стала моей музой. Но как-то не срослось, а тут из-за горизонта внезапно выглянуло будоражащее мою душу солнышко. Ну, вы понимаете, да.

— И это не ты, — вместо девушки дополняла фразу Анна.

— Не проще было бы возле общаги ждать? — замечаю я. — Выходной день все-таки.

— Надеюсь, тебе весело жить по логике, — язвительно шутила дама. — В любом случае я так чувствовала. И не зря! Судьба свела меня ссссс… ну же, как твое имя?

— Хана.

— Вот! — довольная ответом, продолжила девушка. — И отказа я не потерплю! Не отстану. Если вы, конечно, меня не побьете. Но первоклашкам вряд ли это удастся.

— По мне, так самое то, чтобы устроить драку! Сразу оценим способности нашей Ханы! На кого ставишь, на внезапно выкатившегося чилипиздрика, — встав между нами Анна указала на юное дарование, — или на мухоловку?

Я смотрю, генерация «прозвищ» сегодня пошла полным ходом. В таком случае становится удивительным то, что за все годы нашего знакомства оно не появилось у меня. Хотя нет, оно есть — бабка…

— Хм-м… — взгляд Анны перешел на меня, а уголки губ коварно поползли вверх.

Понятно.

— Не уверена, удобно ли это. У нас были несколько иные планы, — не слишком уверенно отказывала Хана.

Похоже, она не против попозировать. Любит пробовать новое? А может, ей нравятся комплименты? Подкупают лестные слова в ее адрес? Николь в ее присутствии тоже не стеснялась ими сорить. Логика просматривается.

— Я краем уха слышала что-то про три часа и еду. Не похоже, что вы из людей, которые любят контролировать ситуацию, а значит, и едите быстро, — подшучивала девушка о пищевых привычках, основываясь на том, что видела. — Следовательно, вряд ли вам понадобится на это три часа.

— Если тебе хочется, Хана, то я не против, — я уступаю. — Учитывая, что стоять позировать мне, пожалуй, было бы скучнее, чем ничего не делать, то и незнакомку утруждать не стану.

— Ты что, проиграешь какой-то малявке? Красотку из-под носа уводят, а ты и не против? Разве она не в твоем вкусе? — провоцировала меня Анна. — Просто возьмешь и уйдешь?

Сейчас бы отдавать симпатию и начинать бороться за каждого, кто тебе улыбнулся. Какая ерунда. Куда важнее, чтоб дамы получали удовольствие от своих увлечений, открывали новое, раз им хочется. Молодость все-таки время открытий!

Кроме того, какая ж она малявка? Если мы первоклашки, то она как минимум второклашка, а это уже не ерунда какая-то! А к старшим нужно проявлять уважение и уступать!

— Действительно.

— Только прошу, не оставляй меня одну, — ловко схватив меня под локоток и слегка прижав к себе, вполголоса говорила мисс Росс. — Она кажется мне немного странной.

Не знаю насчет странности, но вот воспитание под вопросом. Честность и искренность — это, конечно, хорошо, но и деликатность не помешала бы. Я — человек понимающий, но у меня об этой девушке сложилось не слишком приятное первое впечатление.

— Вот и славно! — вставляя кисти, словно мечи, себе за спину в шорты, говорила девушка. — Идемте за мной!

Казалось, будто она сама не верит в то, что мы так легко согласились.

******

Шаг ее был быстр. Мы едва поспевали, и было очевидно, что она прибывает в нетерпении. Закрадывались мысли о том, что она спешит только из-за того, что боится, что мы сбежим. И, задумавшись над этим, я сказала Хане, что надо было брать с нее какую-то плату, все же это она заинтересована в большей степени, а не мы. Но добродушие девушки не знало границ, и ей достаточно было того, что ее жизнь скрашивается чем-то новым.

Нетерпеливая художница привела нас к третьему корпусу, где разучивали свой танец девчонки, которых я видела раньше. Мольберт с принадлежностями уже стояли на месте. После рассказа о том, что местные танцовщицы совсем не вдохновляют на подвиги, Хану сразу взяли в оборот. Пять минут, и вот она уже позирует, художница шкрябает карандашом, а я сижу на покрывале сбоку, выполняя поручение съесть все и не стесняться. Даже за процессом рисования мне наблюдать запретили, так как это раздражает творца. Спустя полчаса я уже даже начала жалеть, что не ушла.

— Разве татуировки не запрещены в академии? — пытаясь сохранять нужную позу, интересовалась Хана.

Они время от времени разговаривали между собой, иногда обращаясь ко мне, но диалоги были достаточно посредственные. Самое полезное, что мы из них узнали, что девушку зовут Мисук и она специалист-второкурсник.

— Видимые на лице, шее или ладонях настоятельно предложат свести перед поступлением, но, — девушка на секунду отложила карандаш, облизала свой большой палец, а после провела им по плечу, смазывая рисунок, — глупо в наше время запрещать подобное.

— Так это рисунок? Здорово у тебя получается, от настоящей даже не отличить, — восхищалась мисс Росс.

Несмотря на поручение, есть одной было как-то неудобно. Я думала, что смогу дождаться перерыва и уже отобедать в компании, но мною начинало овладевать ощущение, что этот момент не наступит. Я заглянула в корзину. Содержимое не блистало особым разнообразием и больше походило на перекус. Аккуратно уложенные рядком сэндвичи и пара бутылочек с напитками.

— Я больше специализируюсь на нательных рисунках, но холсты, конечно, поудобнее будут и смущают людей куда меньше, — конец фразы она скрасила смешком.

— Трудно найти здесь того, кто согласится отдаться на эксперименты? — уловив посыл, спросила Хана.

— А ты бы отдалась? — с несколько похабной улыбкой на устах, неоднозначно поинтересовалась Мисук.

Что это, конкурент моей Анне нарисовался? Кажется, это уже не первый пошлый намек за эти полчаса.

— Конкурент? — следя за тем, как рождается рисунок на холсте, усмехнулась Анна. — Если бы это было мое желание, тогда возможно, но у меня нет органов, вызывающих влечение, из-за которых все рождается, понимаешь? Я лишь твое самосознание, а оно у тебя требует пошлых шуток и намеков. Вероятно, это последствие отсутствия сексуальной жизни. Сама же я предпочитаю шутки другого плана, возможно даже, многоуровневые.

C учетом того, что единственный ее слушатель это я, можно сделать вывод, что она фанатка шуток-самосмеек.

— Я не против экспериментов, если уверена в человеке, который предлагает мне их, — ловко отвечала на неудобный вопрос девушка.

— Получается, во мне ты уверена? — самодовольно утверждала художница.

— Да, настолько, что Элизе из-за меня приходится скучать, — ее слова звучали как извинение.

— А если на концерт ближайший приглашу, пойдешь со мной?

Я беру один из сэндвичей и, не разглядывая, откусываю.

— Если осмелишься пригласить, возможно, я и скажу «да», — она слегка подмигнула художнице, отчего той стало как-то неудобно. — Пока я свободна.

Классические ветчина-сыр, приправленные кленовым сиропом и какой-то сладкой клубничной помадкой. Вкус делал моей душе больно настолько, что на глаза невольно наворачивались слезы.

— И ты скажешь мне, что я плоха в психологии? По одному взгляду подобрала нужное описание для этой художницы, — заметив, как слова Ханы заставили девушку замяться, высказалась Анна. — Чилипиздрик выбежал погулять. Уверенно забежав на чужую поляну, он было решил, что царь зверей, но ему быстро показали его место.

— А ты, стало быть, львица? — мысленно интересуюсь я.

— Да-да, будучи духом, легко разглагольствовать, — понимая ход моих мыслей, иронично отмахивалась Анна. — Я на звания не претендую.

— Наш тренер говорит, что в этом году концерт посетит владелица академии и всей сети «Пион», сама Шико Аглаофотис. Концерт должен быть грандиозным, — пытаясь развеять неловкость, продолжала Мисук, отложив карандаш, она взялась за кисти.

Фамилия Аглаофотис одна из самых известных в стране. В какую сферу ни ткни, везде услышишь название фирмы «Пион», а там и до этой фамилии недалеко. Даже я работала во франшизе, связанной с этой компанией.

— Да, я слышала. Николь рассказывала, что из-за этого все, наоборот, будет официально и вылизано. Без особых сюрпризов. Даже приглашенная звезда будет петь не в привычном для нее репертуаре.

— Отстой, — протянула Мисук, прицениваясь к полотну. — Хорошо, что я концерты не люблю.

Собравшись с силами, я сделала второй укус в надежде на то, что будет лучше.

Лучше не стало. Но если сравнивать с баклажанами, то это хотя бы можно есть, не испытывая физической боли. Просто не совсем этого ожидаешь от столь аккуратно сложенных сэндвичей и такой заботы. Скажем так, в моей голове при словосочетании «пикник с милой дамой» вырисовывается совсем другое содержимое.

— Слушай, Мисук, не хочешь попробовать сэндвич? — не то из коварства, не то из научного интереса предлагаю я.

— Можно, — она открыла рот, давая понять, что я должна сама ее кормить, так как руки у нее заняты, и она полностью поглощена творческим процессом.

— Никакого стеснения, да? — смотря, как она откусывает мой, протянутый через мольберт сэндвич, говорю я.

— Тьфу! — она буквально сразу выплюнула это на землю. — Минус балл тебе за такое.

— Так это Хана приготовила.

— Попробовала она, а привкус яда во рту почувствовала я, — показательно вытирая рот, язвила Анна.

В таком случае он у меня пожизненно во рту. Я-то хотя бы делаю это обоснованно.

— Плюс балл Хане за то, что попыталась тебя отравить! — довольно заявляла она.

— Интересно, сколько у тебя уже суммарно балов по ее системе, а, некрасивая подруга?

Эх…

От Анны, конечно, другого и не ожидалось, но что за совместный буллинг? Я иду на уступки, потакая желанию незнакомого человека, плюс развлечение для Анны, а взамен никакой благодарности. Грустно от этого.

— Так это же она, пусть и не сказала, но имела это в виду, а для меня ты главное солнышко в моей жизни. Если не смогу тебя видеть, то умру.

С такими фактами, конечно, не поспорить…

— Что за необоснованный хейт в мою сторону вообще? — возмущаюсь я хамством.

— Нет никакого хейта, ты просто пыталась съязвить, подколов меня и Хану, и я ответила в той же манере. Без негатива, звездочка.

— Звездочка, — беря на вооружение слово, смакуя его вкус, протянула моя особенность.

Это вообще не звучало, как похвала или комплимент. Именно поэтому оно и понравилось моей горячо любимой. Основываясь на том, что сегодня день раздачи прозвищ, предполагаю, что его я еще услышу не один раз.

— Невкусные сэндвичи? — поинтересовалась Хана. — Это, наверное, из-за кленового сиропа. Вкус, должно быть, на любителя. Я все-таки готовила их, опираясь на предпочтения Николь, а ей такое нравится.

Получается, помадка шла по плану. Понятно.

— Что вообще за слово такое, «звездочка»? — возвращаясь на покрывало, недовольно спрашиваю я. — Как оно тебе в голову-то взбрело?

— Так на форуме за последние дни самая просматривая тема — с твоей фоткой. Так вот и получается, что среди первокурсников ты звезда. Уже даже в рейтинг лучших девочек академии залететь успела. В конце списка из пятидесяти персон, но все-таки, —   с ее уст достижение звучало, как что-то плохое.

— Эвона как, — восхитилась Анна. —  Интересно, сколько шпаг сточилось в нулину о твою фотку за эти несколько дней?

…

В этом странном и неприятном разговоре можно найти плюсы. Например, на фоне недопонимая, можно проигнорировать вопрос Ханы. Вижу, Мисук тоже не хотелось акцентировать на этом внимание.

— Да? И что пишут?

Изучая все по приезде, я недооценила местную сеть, думая, что она не должна быть кому-то интересна. Возможно, поэтому Фуджи и залипает постоянно в телефон. Надо будет более серьезно изучить этот вопрос.

— Ничего интересного, на самом деле. Просто восхищаются тем, что за последние двадцать лет ты единственный ученик, чей вступительный возраст двадцать два года, — саркастично отвечала Мисук.

Похоже, ей просто нравится подтрунивать надо мной. Веселит ее это. Теперь я хотя бы вижу, как выглядят придурки, которые звонят иногда, просто чтобы нести в трубку всякую хрень. Спрашивать якобы бы о товаре, но такие вещи, которые не нужно знать ни одному нормальному человеку, включая менеджера. Это же так смешно — слушать, как менеджер выкручивается и говорит: «Погодите минутку, я узнаю». А мастер, слушая это, на отстань отвечает: «Я откуда знаю, ну скажи что-нибудь».

— Кажется, я начинаю понимать, почему так сложно найти модель для рисунков на теле, — с довольно очевидным намеком вмешалась Хана.

— Позорница, тебя уже защищает девушка, с которой ты один день знакома.

С такими, как Мисук, ничего и не поделать. Можно, конечно, опуститься до такого же уровня, начав шутить про ее слегка детсковатую внешность. Мол, обижаешься, что тебя нет в рейтинге и никто не обсуждает, потому что тобой заинтересуются только священники. Но смысл? Только давление и авторитет могут остановить. Если такой стиль не по душе, проще не разговаривать. Да и что плохого в защите? Разве это не показатель того, что я нравлюсь Хане больше, чем она?

— Есть пробитие, — чувствуя накал страстей внутри меня, зажав нос для придания голосу специфичного звучания, говорит Анна.

— Нет, ну это констатация фактов, а я просто честный человек, — свои колкие речи она уже, войдя во вкус, перестала маскировать, но, видя, что мы не слишком расположены, добавила. — Простите, ничего не могу с собой поделать. Ситуация вышла из-под контроля. Иногда сложно удержаться. Я и плюсы подмечаю. Вот, например, заметила, что у Элизы красивые ягодицы и спина. Не то чтобы я могла видеть сквозь одежду, но в целом. Я бы что-нибудь на ней с удовольствием нарисовала.

— Факт, кстати.  Аппетитнее, чем у тебя, я еще не видела! Удивляюсь даже, почему она такая, если ты только сидишь на своей жопе.

Получается, страдальческой душе, которая любит филейные части, хоть в чем-то повезло.

— И что бы ты нарисовала на ее спине? — полюбопытствовала Хана.

— Ну-у-у, — протянула девушка и, отложив на секунду кисточки, серьезно оценивая, посмотрела на меня. — Трехцветного котика.

По возникшей улыбке мисс Росс легко можно было понять, что это слово немного растопило лед на ее сердце. Видимо, любит котов. Я тоже люблю. Да и вообще, есть те, кто не любит? Выходит, удовлетворить таким ответом было несложно.

******

Еще через полтора часа первый рисунок был закончен. Она не стала нам его показывать, а попросила подождать, после чего достала второе полотно. Сказав, что теперь нужен рисунок для души, она принялась за работу. Здесь девушка с ходу взялась за краски. Ее руки двигались неестественно быстро, отчего сразу было понятно, что это связано с ее силой, и, поинтересовавшись, мы узнали, что Мисук умеет ускорять части своего тела. По этому поводу не могла не высказать свое мнение Анна. И оно настолько очевидно, что писать об этом нет смысла.

— Ты постоянно используешь свою силу? — интересуюсь я, так как она говорила об этом, как о чем-то обыденном.

— Да, а вы что, нет? — с ухмылкой отвечала она, не отрывая глаз от картины.

Мы с Ханой переглянулись.

— Я нет, — делилась моя подруга.

— Серьезно? — художница прервалась, медленно переведя взгляд на нас. — Не хотите же вы сказать, что из-за браслетов?

— У меня не слишком полезная способность, чтобы пользоваться ей каждый день, но из-за них в том числе, — отвечала мисс Росс.

— Типичная ошибка первоклашек, — самодовольно утверждала Мисук. — Это, конечно, даже хорошо, что новички думают, что к ним в дверь постучат, если они силушку будут использовать, но это же бред. Мы где находимся-то, а? Тут силу прокачивают, заставляют использовать каждый день. И что теперь, за всеми следить? Используйте на здоровье, никто ничего вам не скажет. Это скорее на случай, когда что-то произойдет, нежели какой-то запрет. Но другим говорить не стоит, пусть живут с ограничениями, раз слушать не умеют. Хах.

Уточнение достаточно дельное для общего понимания, но лично для меня ситуацию никак не меняет. Мою-то силу зафиксировать невозможно.

******

— Можно смотреть! — приглашала нас Мисук, отходя от мольберта на шаг назад. — Ну, что вы тут видите?

На полотне была просто какая-то непонятная мазня из разных цветов. Смотря на то, с какой скоростью двигались ее руки, что-то подобное и представляешь. Ни о какой точности и изящности и речи быть не могло.

— Вижу отражение души Ханы, такое же яркое и неописуемое, — оригинальничала я, льстя милой даме.

— Неплохой, но довольно очевидный ответ, — отмечала Мисук, но в ее словах даже проскальзывали нотки одобрения.

— Поскольку я смотрела на создание этого шедевра все время, то выражать свое мнение не стану, потому что вы все равно не поверите, сказав, что шутку я выдумала заранее, — держа руки под грудью, спокойно говорила Анна. — Главное, что за ним стоит нечто большее, чем вам кажется.

Как загадочно. Даже думать не буду о смысле этих слов.

— Я даже не знала, что моя душа настолько... хаотичная, — мисс Росс, взглянув на меня мило улыбнулась. — Кажется, сегодня я узнала, что не сильна в абстракционизме. По мне, так это просто несуразица.

— А ты, я погляжу, Хана, реалист, — долька иронии на сей раз досталась мисс Росс. —  Так, по сути, оно и есть. Но если без шуток, Элиза почти близка. Это то, как я чувствую Хану. Вы буквально смотрите на мой внутренний мир. Рисунок для души! Прекрасный и непостижимый. Даже для меня. Я просто отключаю мозг и, смотря на объект, который рисую, позволяю рукам творить!  Каждый мазок — это часть меня, моих эмоций и мыслей. И в этом вся суть искусства.

— Покупаю! — внезапно выкрикнула Анна, отчего я вздрогнула. — Держите мой миллион. Ее подход не лишен смысла. Кто-то вроде меня, ведясь на такие речи, выкладывает не один миллион есси.

— Но это лишь мечты, а вот в реальной жизни, — взявшись за край рисунка, она одним движением порвала его, показав картину, которую рисовала до этого. — Творчество выглядит вот так!

На полотне была нарисована обнаженная девушка, которая, ублажая себя пальцами правой руки, левой трогала себя за грудь. И она была похожа на Хану разве что относительно размера бюста и пропорциями тела. И все это в стиле аниме нарисовано акварелью.

Мисук, конечно, кадр что надо. Что сказать после такого, не знаю, но отрицать не стану, нарисовано красиво.

— Да, вот оно это «большее», — Анна усмехнулась, а после изменила голос на придурковатый. — Вот такая вот картиночка все время рисовалась.

Я взглянула на модель. Она едва заметно улыбалась, но в ее глазах отражалось недоумение. Я перевела взгляд на Мисук. Наша реакция ее забавляла и явно приходилась по душе. От этой улыбки закрались мысли, словно все, что было до, было лишь для этого момента. Девчонка большая приколистка?

— Я не думала, что картина будет ТАКОГО типа, — первой заговорила Хана. Сделав неловкую паузу, она добавила. — Девушка совсем не похожа на меня.

— Искусство порою бывает неожиданным? — наслаждаясь реакцией, смеялась Анна.

— Понятно дело, я не стану рисовать учеников один в один, — Мисук усмехнулась, а после поспешила внести уточнение. — Предыдущий — то, как вижу я, а это — то, что хотят видеть они.

— «Они» это кто? — слегка наклонившись к Мисук, деликатно уточняла мисс Росс.

— Как кто? Айрараты и парфянцы, — художница озвучивала национальности жителей двух очень религиозных восточных стран. — Но и без них любителей достаточно.

— Только что-то мне подсказывает, что в отличие от «души», этот рисунок останется целым.

Да, видимо, рисунки она рисует все же не во имя искусства, а с оглядкой на предпочтение конкретной аудитории. Делаем вывод, это где-то будет выложено. Современный человек искусства зависит от количества сердечек. Понимаю. Но не до конца.

— Считаешь нормальным показывать нам подобное? — чисто для галочки интересуюсь я ее мыслями.

Мне в целом все равно, я уже приняла расклад, но Хана, кажется, ожидала совсем не того. Она, конечно, по-прежнему улыбается, но не так, как обычно. Кажется, рисунок ее немного огорчил. От этого и мне становится неприятно.

— А что такого? Это искусство, и не каждая модель его достойна. Вы взрослые дамы, наверняка все понимаете. Кроме того, — она указала обратной стороной кисточки на три полосочки на половом органе, — тут есть цензура. После продажи я ее, конечно, уберу, но в целом рейтинг снижается. Уже можно смотреть тем, кто и помладше вас будет!

— Ну, конечно, полосочки — это же как магическая завеса: достаточно прикрыть ими причинные места, и картина сразу становится семейного просмотра, — забавлялась моя особенность. — Прямо как в дорамах-детективах, где достаточно надеть черную кепку, и тебя уже никто не узнает!

Эта фраза заставила меня улыбнуться. Конечно же, Анна не могла не заметить этого. Чтобы сообщить мне о своей победе, она несколько раз довольно подергала бровями.

— Я просто хочу быть честной и даже скажу так, что своей постоянной модели, которая будет меня вдохновлять, могла бы давать процент с продаж, — не тонко намекала Мисук.

— А потом обнаружится, что вместо котика на спине у меня гениталии? — вдохновленная Анной, я не упускаю своего шанса подшутить над художницей.

— Если хочешь, нарисую, но, если серьезно, на людях я рисую что-то прекрасное, что-то подобное тому, что у меня на руках. Можете считать, что это мой фетиш. Даже денег за краски не попрошу, а они, между прочим, дорогие. Только фото сделаю.

— В таком случае, может, стоит развивать это направление? — словно пытаясь наставить на путь истинный, спросила Хана.

— Я вижу, что вы впечатлены, но не поймите меня неправильно, художник тоже должен кушать. Приходится постоянно балансировать между свободой самовыражения и необходимостью зарабатывать. Я бы хотела рисовать только то, что мне хочется, но, — она пожала плечами и помотала безысходно головой.

Трудности бытия творцов, с которыми не сталкивается обычный люд? Не уверена, что в этих пафосных речах нет преувеличения, но, думаю, и доля правды в них есть. Остается принять все на веру.

— Да я смотрю, чилипиздрик у нас современный герой эпоса. Глубокая моральная дилемма присутствует. Вместо мечей — кисти, а вместо принцессы — поиск спонсоров. Впору снимать аниме. Ах да, такое уже есть.

— Я скорее говорила о нашем сотрудничестве, — уточняла мисс Росс.

Мисук покосилась на Хану, после чего ее лицо украсила уже совершенно другая, теплая улыбка.

— Можно я тебя обниму? — поинтересовалась художница, тронутая потенциальным согласием моей подруги.

— Но только в качестве исключения, — открывая объятья, девушка, улыбнувшись, слегка покачала головой.

— Я тоже хочу! — смотря на объятья, демонстративно капризничала Анна, делая голос недовольным. — Почему ты никогда меня не обнимаешь? А?

Даже и не знаю почему.

— Я тебя найду в соцсети и напишу! — проговорила Мисук, выходя из объятий.

— Нам с Элизой пора идти, — скромно сообщала модель о намерении откланяться. —  Не хотелось бы получить автопроигрыш из-за опоздания.

— Ну, понятно… Любви в доме нет!

— Еще увидимся, — на прощанье сказала художница.

— Мне одной показалось, что ее фраза о нахождении меня прозвучала, как угроза? — поинтересовалась у меня Хана, стоило нам чуть отойти от места.

— Не знаю, но ты определенно нашла себе интересную подругу, — не могла не съязвить я.

— Прости, что все так вышло, — извинялась она за неудобство.

— Да все в порядке. Главное, чтобы получившийся результат тебя не расстраивал.

— Ей совершенно точно получилось меня удивить. И думаю, о своем первом опыте позирования я вспомню еще не раз!

Позитивное мышление — это хорошо, потому что мне в какой-то момент показалось, что ей было неприятно. Пусть все по итогу и получили свои эмоции, и в конце Мисук была не токсична, но желания встречаться с ней снова у меня нет.

******

Крытый стадион арены на первый взгляд ничем не отличался от обычного. Множество овальных коридоров с комнатами, в которых проходили различные занятия у специалистов. Кабинеты с капсулами виртуальной реальности. Комментаторская рубка. Сама арена представляла собой стандартный овальный стадион с рядами удобных кресел по периметру. По всем сторонам были установлены экраны, на которых транслировались бои и старые записи. Внизу, в самом центре, располагалась два ряда виртуальных капсул по пять штук. По количеству человек в команде. Посередине был мостик, на котором сходились соперники для пожелания удачи, принятия поздравлений, пожимания рук.

Тут, проведя инструкцию, меня Хана и оставила, а сама ушла готовиться к бою. Я уселась в одно из кресел, но после решила взять кофе и вышла в фойе. Здесь также висел экран, поэтому я решила не возвращаться и осталась смотреть на бой на месте.

Все сражения проходят обычно в виртуальной реальности. Битвы проводятся отдельно между специалистами и обычными студентами. Первые никак не соприкасаются со вторыми и имеют отдельный рейтинг.

Сегодня Хана выступает против какого-то парня-первокурсника. Рукопашный бой. Использование силы запрещено. Более никаких правил нет. Побеждает тот, кто прикончит соперника.

Девушка выбрала довольно экстравагантный наряд полностью черного цвета, который открывал вид на ее ноги и живот, подчеркивая при этом форму фигуры и груди. На ее шее был чокер с шипами. На фоне парня, который был в местной униформе, она смотрелась довольно агрессивно.

Выбор сражения насмерть и костюма казались мне очень странными и вызывали некий диссонанс со сложившимся ранее образом девушки.

Бой начинается, и Хана, сокращая дистанцию, бежит к противнику. Тот занимает оборонительную позицию. Они обмениваются ударами, после чего парень пропускает удар в грудь, а затем получает коленом левой ноги в голову. Изгибаясь под ударом колена, парень чуть не теряет равновесие, но быстро восстанавливает позицию. Он отпрыгивает назад, уходя от следующего атакующего движения Ханы. Будь бой в реальном мире, он бы уже закончился, но в виртуальном они практически не чувствуют боли, благодаря чему могут переносить летальные удары. Заметив, что противник отступает, Хана быстро сокращает дистанцию и совершает моментальный захват, фиксируя руки противника, после чего броском через себя впечатывает того в землю. Развернувшись, она что есть сил пинает лежащего на земле противника.

— Вот тебе и милашка, — восхищалась Анна. — Сразу понятно, кто в отношениях будет дома убираться и мыть посуду.

Я думала, это будет что-то унылое. Все же, когда есть сверхсилы, создающие грандиозные зрелища, от простой драки ничего не ждешь, а тут я словно попала на какой-то реслинг.  Только без постановки. Не верится, что подобное — результат месячных тренировок.

— Как-то часто мы встречаемся, не находишь? — послышался сзади голос Николь.

Она была в сопровождении какого-то парня, и одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что сегодня день у нее не самый удачный.

Анна помахала рукой, приветствуя, а та в ответ как-то невнятно улыбнулась.

— Учитывая, что это ты всегда меня находишь, можно сделать своеобразные выводы, — в шутку замечаю я.

— А, смотришь на бой Ханы? — ее словно осенило, когда она взглянула на экран, но губы ее скривились, выразив неодобрение.

Я посмотрела на монитор, где бедолагу возле стены буквально избивали.

— Я сказала, что хотела сходить глянуть в целом, что это, вот она меня и пригласила. Она довольно хороша, нет?

— Судя по всему, отбивные у нее должны выходить славные. Может, попросишь приготовить? — продолжая пялиться в экран, шутила Анна.

— Наверное. Вообще, это та часть мисс Росс, которую я бы предпочла не знать, — не скрывая отношения, хмыкнула Николь. — Думаю, она и сама это знает, но мы никогда это не обсуждали, так что ты ей об этом не говори.

— Да ну? Ей вроде как весело. Разве это не здорово, когда у человека есть то, что позволяет ему выплеснуть эмоции, то, что приносит кайф? — интересуясь ее позицией, я излагаю свою.

Я, конечно, испытываю странные ощущения от того, что то, что она делает, она делает с легкой улыбкой, но понимаю ее. Мы даже в некоторой степени похожи. Я ведь люблю файтинги! Играя, иногда улыбаюсь, хотя избиваю людей, пусть и не реальных. Эмоции-то реальные, и по действиям я могу почувствовать, как горит чья-то жопа по ту сторону экрана.

— Я в целом против любого насилия. Неважно, в реальности или виртуальности. Будь моя воля, я бы запретила эти дурацкие шоу по типу сражения в башне, которые всем так полюбились, и программу бы обучения изменила. Самооборона, конечно, важна, но в целом… Не могу не порадоваться, что президентам больше не нужна сила. Ты не бери в голову, просто таков мой взгляд.

— Решать мировые проблемы, если что, будем рэп-батлами! Очередная обалденная идея для аниме, не находишь? — оторвав взгляд от экрана, Анна взглянула на меня. — Ах да, такое уже есть. И откуда столько говна в моей голове?

Меня тоже беспокоит этот вопрос.

— Ты, я гляжу, сегодня не в духе. Что-то случилось?

— Слушай, — обращается к неловко чувствующему себя парню Николь, — ты иди по лестнице вверх до конца. Там, наверху, будут такие двери большие, они хорошо выделяются, не пропустишь. Скажи, что от меня, и объясни все. Я подойду минут через пять.

— Ладно, — он неуверенно пожал плечами, но последовал инструкции.

— Да, в выходной работы больше, чем в будни. Я вот перетыкала всех своею особенностью и решила побыть полезной, предложила администрации обратить внимание на некоторых потенциально опасных личностей. В плане того, что их особенности могут привести к нестабильности и некоторым последствиям. Обсудили все и решили их перевести в другое учебное заведение. Вот, занималась этим. Новичка еще привела, комментатором стать хочет. Дела по предстоящим мероприятиям надо было решить. А еще твоя подруга Киоко тоже проблем подкинула.

Выходит, все же Николь обычный человек, который тоже устает? Приятно это знать.

— Подруга? — с удивлением уточняю я, желая знать, почему она выбрала именно это слово.

— Деятельная дама. Похоже, в замену развлечений с тобой, она нашла кое-что поинтереснее.

— Разве ты ее так не называла? — задумчиво произнесла Николь, пытаясь сделать безучастный вид.

— Ты что, подслушиваешь разговоры?! — возмутилась я.

Я назвала ее так только один раз, и это было сегодня утром!

— Не то чтобы. Просто я проходила мимо и услышала эту фразу, а вы даже не обратили внимания на меня, смотря прямо друг на друга, — она двумя пальцами указала на свои глаза, а после на мои. — И, между прочим, она тебе улыбалась, а это что-то да значит.

Прозвучало так, словно меня подозревают в преступном сговоре.

— Ах, Киоко, она такая забавная! — беззаботно махая рукой, Анна пыталась изобразить мой голос. —  Всегда найдет время подкинуть пару проблем, чтобы моя жизнь не казалась слишком спокойной. Что бы я делала без ее «чудесных» сюрпризов?

— Подслушивала, значит… — разочарованно выдыхаю я.

— Нет, ну чисто технически, конечно, да, — она, переступая с ноги на ногу, замялась. — Ладно, считай, что подслушивала! Просто знакомство у нас состоялось интересное, и ввиду событий мне нужно было понимать ситуацию.

— И что на этот раз учудить успела Накано? — умиляясь ее реакции, интересуюсь я.

— По сути-то Киоко не виновата, она все по правилам сделала, — неуверенно протягивала Николь. —  Это скорее я этим именем условно обозначаю проблему.

— Все еще осуждаешь меня за идеально подобранное обозначение? — слыша этот тон, самодовольно произносила Анна.

— Звучит так, словно ты сама в это не веришь и уже пытаешься найти ей оправдание, — иронизирую я.

— Вселенная полна разных совпадений, — на лице Николь появилась легкая улыбка. — В любом случае я не должна рассказывать о проблемах совета тому, кого знаю всего неделю.

— Позиция логичная, — я усмехнулась. — Если ты только специально не хочешь навести интригу и уйти.

Только почему-то раньше это ее не особо волновало, но я, конечно, вспоминать об этом не буду.

— Вообще, об этом уже через несколько дней и так все будут знать, да и ты вроде не похожа на человека, который распускает сплетни, так что слушай. Это все-таки связано с твоей подругой, — она пожала плечами, пытаясь скрыть за этим специально произнесенное слово, на которое я так отреагировала. — Значит-с, когда расселила вас, Накано подселила в комнату с одной второкурсницей, Уной зовут. Так, Киоко за пару дней разузнала, что та мужское общежитие посещает. Попадает туда при помощи силы одного парня, который, когда двумя руками поднимает предмет или живое существо, визуально оно для всех превращается во что-то другое. За несколько дней она умудрилась узнать все и написала жалобу, закинув ее в ящик для проблем и предложений. Такие письма анонимны, их не подписывают, но почерк у нее такой, что любой, кто увидит хотя бы раз, запомнит. Вот.

— Не слишком-то и умная схема, раз кому-то хватило пары дней, чтобы вычислить ее. В таком случае даже удивительно, что вы не узнали об этом раньше, — делаю замечание я.

— Возможно, мы и знали, точно сказать тяжело, — словно не желая подставлять себя, отшучивалась президент. — Проблема в другом. Вся эта информация должна была остаться в студсовете, но человек, который занимался разбором писем, оказался не в меру болтлив. Хотя, может быть, это и новичок, которого он обучал. Не уверена, но думаю, все же не новобранец. Вряд ли у того есть интерес в том, чтобы незнакомым парням о чем-то рассказывать. И как ты понимаешь, информация из письма дошла до ушей тех, кто практиковал подобные проникновения. Те, в свою очередь, рассказали Уне. И сегодня я стала свидетелем сцены, когда та попыталась ударить Киоко. И вот это все — уже огромная проблема.

— Хочешь сказать, что подрывается твой авторитет и авторитет студсовета? — логичный вывод делаю я.

Где-то я слышала фразу о том, что доносчики хуже нарушителей. Не то чтобы я совсем несогласна, но считаю, что порой лучше рассказать, чем закрывать глаза. Вопрос только в том, является ли эта ситуация той, в которой донос приведет к устранению нарушения? Интимные отношения в студенческие годы это, пожалуй, обычное дело.

— Было бы здорово, если бы это было единственной проблемой. Думаю, тебе, мне и другим из этой информации и так понятно, что происходило там в общежитии. Это, наверное, лучше, чем гасить чувства где-то вне камер, в лесу или еще где. Я по-человечески могу их понять, у самой гормоны не спят, но это нарушение правил, причем многократное. Пока все не выходит за пределы, можно как-то тихо решить этот вопрос, но, когда есть огласка с последствиями, уже закрывать глаза не получится. Надо будет решать целый ряд проблем. Пересмотреть состав студсовета. Сейчас пойти отселить Киоко от соседки. Узнать, сколько всего в этом участвовало девушек и парней за все время. Придется мне первой донести всю эту информацию до администрации, а там уже как пойдет, но я уже понимаю, что ничего хорошего можно не ждать.

— И зачем все так усложнять, когда можно просто выкинуть змеюку из академии, и все, — чувствуя себя гением, предлагала вариант Анна.

Только от того, что слышу, уже болит голова. Лишний раз убеждаюсь в правильности отказа от вступления в совет.

— Могу тебе только посочувствовать, — пытаюсь подбадривать я.

— Я в порядке, — Николь улыбнулась. — Решение такой необычной проблемы должно быть интересным и действительно важным опытом. Но скрывать разочарование своими подчиненными не стану.

— Интересно, как это выглядело со стороны? — смотря на свои руки, Анна примеряла различные позы. — Если надо поднять и пронести человека до комнаты, а ты лишь визуально превращаешь его в маленький предмет? Идешь такой с яблоком, держась за него двумя руками, а тебя всего перекособочивает. Один раз ладно, но ты же с завидной периодичностью ходишь такой! Ни капли не странно. Есть вопросики к коменданту.

— Тут Анна у тебя интересуется…

Я озвучиваю ее слова.

— Можно посмотреть по камерам, но, думаю, зависит от силы человека. В научных целях, — подставляя руки, чтобы поднять меня, интересовалась моим согласием Николь.

— Если только в научных, — соглашаюсь я, чувствуя себя не слишком удобно.

Я поставила кофе на подлокотник дивана. Она подняла меня, и ее спина сразу от неудобности и непривычки немного выгнулась назад. Президент держала меня уверенно, но двигалась не слишком быстро.

— В принципе, если сделать вид, что твой учитель — фанат излишних нагрузок и дал тебе два бокала весом под двадцать пять килограмм каждый, можно избежать странных взглядов, — смотря на нас, шутила Анна.

— Полагаю, у меня недостаточно сноровки и опыта для такого, — ставя меня на пол, констатировала факт Николь и повернулась ко мне спиной, присев. — В принципе, есть еще такой вариант. Если мне нужно просто держать тебя двумя руками. Так должно быть удобнее.

— Может, лучше ты? — спросила я по инерции, но тут же вспомнила уроки физкультуры. — Хотя лучше не надо.

Я обхватила ее за шею, закинув ноги на руки, и она поднялась.

— Так намного легче! И, в принципе, можно менять руки. Пока ты держишься за меня, словно панда, я могу тебя и за бока, и за ноги, и за ягодицы, и за плечи держать, — свои слова она сопровождала действиями, дотягиваясь и трогая указанные места.

— Правда, большинство из этого будет смотреться странно, — представляя в голове картины, утверждаю я. — Ходит какой-то дурак с разными предметами, то так, то сяк их трогает, и все руки за спину тянутся.

— Это моя особенность, моя плата, че докопались?! — разыгрывая сценку, отвечала Анна. Следя за нами, она уселась на диван, перекинув нога на ногу.

— Полагаю, классические два варианта лучше всего. Держишь ты пару яблочек возле ляжек, и что? Сгорбился немного, прогнулся, но кто из нас не сутулится? — Президент обхватила мои ноги покрепче. — Зато так мне хватает сил даже побежать.

Она в подтверждение своих возможностей погнала рассекать со мной по огромному кругу фойе. Бегая, президент взбодрилась, начав при поворотах и пикировании сопровождать действия звуковыми эффектами.

— Похоже, ей не хватало человеческого тепла и эндорфинов, — перетасовывая свои ноги туда-сюда, замечала моя особенность. — Мило.

Добежав до коридора, Николь остановилась перед лицом Ханы, которая, стоя возле стены, наблюдала за нами.

— Хана? Мы тут факультет машиностроения обсуждали, — смотря в глаза девушки, придумывала на ходу президент. — Ну там, знаешь, всякие проблемы аэродинамики, обтекаемости, нагрузки на машину и там другие важные штуки. Практический эксперимент.

Она не спеша отпустила мои ноги, и я встала на пол.

— Понимаю, обтекаемость бампера, несомненно, важный параметр, — намекая, что она видела, что было и до, серьезно говорила Хана. — Вижу, ваш «практический эксперимент» прошел без аварий.

— Инспектор, как всегда, прячется за поворотом в ожидании, когда можно будет оштрафовать за превышение скорости. А тут еще в машине его возлюбленная с другим…

— Так! — поправив бабочку, Николь хлопнула в ладоши. — У меня, вообще-то, много дел! Я хотела попросить Лизу не говорить тебе о том, что я тут появлялась. Так что давайте сделаем вид, что меня тут и не было, — проскользнув мимо мисс Росс, бодро говорила Николь. После пары шагов она вернулась и, прильнув к уху Ханы, негромко сказала. — Очень мило выглядишь.

И была президент такова.

— Есть что добавить, Лиза? — держа руки под грудью, интересовалась девушка. Сокращая мое имя, она обвиняла меня в излишней близости.

— Выбирая слова, помни о том, что было на экране, — подливала масло в огонь возникшей атмосферы Анна.

— У Николь был тяжелый день, выглядела замученной, а я просто хотела, чтобы она улыбнулась, — почти честно отвечаю я, понимая, что это все шутки ради.

— Идем, — не в силах сдержать улыбку, девушка взяла меня под руку. — Хочу в качестве компенсации попробовать приготовить что-нибудь, что понравится тебе. Расскажешь мне о своих вкусах?

******

В выигрышной ли я оказалась ситуации, если ужин на вкус был ничуть не лучше, чем все, что было до, хоть и готовили с учетом моих пожеланий?