Понедельник. Сквозь сон я чувствую, как что-то едва касается моего лица. Я провожу рукой по своей щеке, пытаясь избавиться от ощущения щекотки, но оно не проходит, заставляя меня с трудом продрать глаза. Первое, что улавливает мой взгляд, — это лицо Скарлет. Черные локоны девушки касались моих щек, а сама она стояла на четвереньках надо мной. Ее голубые глаза с любопытством смотрели на меня, а уголки губ едва заметно, самодовольно вздымались вверх.

—  Ой-ой, уже проснулась, дорогуша? —  с игривым кокетством произнесла гостья, и ее глаза тотчас наполнились озорством.

Ее веселила моя неконтролируемая первая реакция, которая выражалась в виде вздергивания от неожиданности? Всего секунда, после которой голова снова упала на подушку. В этой академии о приличиях и стеснении кто-нибудь вообще слышал?

—  Вот это да, в нашей жизни таких картин еще не было — слышу сбоку я голос Анны, которая явно наблюдала за нами.

—  Что ты делаешь? — сохраняя спокойствие, интересуюсь я, улавливая легкий цветочный аромат, исходящий от девушки.

Мои взгляд с ее глаз скользнул ниже, чтобы оценить положение. Так, первое, что я увидела, — это ее безрукавка с глубоким декольте, которое открывало вид на ее грудь, живот и изысканный лиф.

—  Рабочая неделя должна начаться с чего-то незабываемого, и вот я здесь! —  слова журналистки были пропитаны радостью и любовью к себе.

Господи, что за женщина?! Теперь я убеждена —  от такой можно ждать чего угодно. Права была Анна. Вот об этом надо предупреждать. В этот самый момент я стала на шаг ближе к понимаю ретроградов. Правда, уверена, большинство будут рады подобной ситуации. Даже если она ничем не окончится, впечатления останутся на всю жизнь! Интересно, у всех студентов со старта такая странная жизнь или только мне повезло?

—  И что будет дальше? —  усмехнувшись ее странному настроению, я, принимая положение дел, расслабляюсь.

—  О-о-о, мне нравится этот вопрос и ни на что не намекающий тон. Удобно, кстати, что соседки нет рядом.

Сейчас она с ноги залетит в комнату, как и принято в подобных сценах.

—  А дальше будет кофе, милочка, —  довольно заявляла Скарлет, усаживаясь на край кровати. —  Поверь, такой не приготовит никто, кроме меня, и это будет лучше, чем то, на что ты могла бы рассчитывать.

—  1-1 получается, или что? — негодовала Анна, явно ожидая иного развития событий.

—  Одного кофе мне будет маловато, я еще и голодная, —  медленно поднимаясь на локтях, я кокетливо подмигнула ей.

Раздражение, которое возникло при пробуждении, быстро и бесследно, как сахар в кофе, растворилось, сменившись приятным, странным волнением. Так, чувствуя расположение Скарлет, я пытаюсь выторговать больше.

—  Не переживай, малышка, от меня ты не уйдешь неудовлетворенной, —  заигрывая, девушка поднялась с кровати. —  Приводи себя в порядок, умывайся и беги на кухню третьего этажа. Только учти, что кофе может остыть, а я — заскучать.

—  Может быть, после чарующего кофе прогуляемся до корпуса вместе? —  пытаясь звучать заманчиво, интересуюсь я.

Она, повернув голову в мою сторону, посмотрела на меня томным взглядом из-под полуопущенных век. Ее голубые глаза, украшенные длинными ресницами и макияжем, будто соблазняя, пытались проникнуть в самую глубь моей души. Чарующий взгляд девушки был настолько притягателен, что было тяжело не поддаться. В нем скрывалась играющая полутонами страсть, которая говорила лучше, чем любые слова. И видя это, я поняла, почему за ней, по словам Николь, увивается много ухажеров. Может обольстить одним лишь взглядом.

—  При всей моей любви к тебе, Элиза, но Скарлет ты не потянешь, —  пораженная искусством обольщения, произносила Анна.

Это длилось всего несколько мгновений, после чего девушка отвела взгляд. Естественно улыбнувшись, она парой пальцев скользнула в карман мини-шорт и, ловко вынув оттуда ключ, положила его на край кровати.

—  Передай его Фуджихару, —  произнесла журналистка с легким придыханием, после чего покинула комнату.

Я выдохнула и резким движением поднялась с кровати.

Скарлет — самый странный человек, с кем мне когда-либо приходилось иметь дело. На кровати Хару я заметила коробку, но не придала ей особого значения, вспомнив лишь о том, что сегодня день доставок. Умываясь, я размышляю о Скарлет и всех моих новых знакомых, начиная думать, что Фуджино — самая обычная и понятная мне девочка.

Стоит мне вспомнить о ней, как персонаж появляется в комнате.

—  Вот блин, и надо ж так испортить первый день недели, — устало вздыхая, она не скрывала своего возмущения, —  мне так нравится это чувство предвкушения, когда ты несешь вещь от входа до номера, а теперь его нет! И покупка уже совсем не кажется классной.

—  Сочувствую, конечно, но, —  выходя из ванной, говорю я, взирая на то, как девушка стоит, смотря немного понурым взглядом на коробку. —  Ты что, дала Скарлет ключ от комнаты?

—  Да это Николь все решила за меня! Утащила меня, попросив Скарлет вместе со своим заказом унести заодно и мою коробку. Зачем я вообще таскаю этот ключ дурацкий с собой? Он мне пригодился-то один раз за весь прошлый год! Больше не буду! И что вообще президент забыла на выдаче, если ничего не заказывала, а?! —  будто пытаясь найти утешение, адресовала свой недовольный вопрос мне Хару, сжимая руки в кулаки.

Смотря на ее раздосадованную мордашку, становится жалко девчонку. Хочется подойти, обнять и утешить ее. Можно только позавидовать тому, как ей хочется радоваться таким мелочам, как заказ и ожидание всякой ерунды.

—  Прекрасно тебя понимаю. Никому не понравится, когда прерывают его ритуал, —  сочувствуя, произношу я, желая поддержать.

Она выдохнула и разжала кулаки, находя в себе силы и решимость, чтобы открыть коробку. Не успеваю я дойти до стола, чтобы достать расческу, как в ее руках оказывается пакетик с игральными костями. Она достает второй, третий четвертый, потом закидывает их в коробку и запускает руки внутрь. Громко шурша, девушка раз за разом переворачивала все содержимое, пытаясь убедиться в том, что все на месте.

—  Тут только игральные кости, — сидя на кровати Фуджихару, Анна заглядывала внутрь коробки. —   Она походу собирается открыть подпольный клуб игры в чинчирорин! Будет скамить на стипухи назло Николь! Ну и насобирала коллектив президент. Шшшщщ, — Анна шипела как крыса, изображая, из кого состоит весь студсовет.

У нее получалось так забавно, что я невольно улыбнулась, подумав, какая же она все-таки дурная. Мою улыбку Анна с гордостью принимала как лучшую похвалу.

—  Что, теперь тренд на игральные кости? —  пытаясь предугадать, интересуюсь я.

У нас будет башня из игральных кубиков? После прошлого раза взвесила все и решила, что использовать многоразовый материал гораздо лучше? Прогресс несомненный.

—  Нет. Просто была огромная скидка, и я решила прикупить их на будущее, пока есть возможность. Пусть лежат! С ними можно столько всего придумать, столько всего построить. Но сейчас времени на это нет, у меня другой проект. Кроме того, смотри, какие они стильные! —  Хару, воодушевившись, взяла пакетик и кинула его мне.

Я, расчесывая возле зеркала волосы, немного не успела отреагировать, а потому мне пришлось нагнуться, чтобы поднять его с пола. Спросив разрешения, я открыла пакетик и вытряхнула пару кубиков на свою руку. Каждая грань была идеально отполирована, превращаясь в практически совершенную зеркальную поверхность. Срезы кости плавно перетекали друг в друга. Материал наощупь казался необычным пластиком, и это явно не самые дешевые игральные кости. Сколько она потратила денег на целую коробку? Откуда столько денег?

—  Они должны стоить целое состояние. Слушай, Фуджино, а сколько у тебя стипендия? —  недоумевая, интересуюсь я.

—  Что, не нравится, что кто-то превосходит тебя в покупках бесполезного говна?  —  ерничала Анна.

Не так уж и много я его покупала, чтобы мне за это предъявлять! Я скорее специалист по дерьмовой магазинной еде. Тут да, можно согласиться.

—  Ну, —  мой тон на мгновение заставил девушку засомневаться. —  Двадцать пять тысяч.

ЧИВО? Это один в один моя зарплата, при том, что она считается средней по стране. На нее можно снять пару простеньких квартир, и еще на еду останется. Если, конечно, снимать не в столице.

—  СКОЛЬКО?! —  возмущаюсь я, подозрительно морщась, словно старушка из небезызвестного мема.

—  Так она же повышенная! Плюс надбавка за студсовет, —  опешив от моего тона, оправдывалась Хару. —  После такой покупки до следующей стипухи уже денег нет!

Да бред какой-то! Вы что, хотите мне сказать, что я все эти годы зря работала?! Могла бы просто хорошо учиться да совету помогать, и бед не знать? Я не поверю в это! Студентам столько не платят, будь то Пион или другая организация. С учетом того, что еще и по поводу еды париться не нужно.

—  Работаю всю ночь, работаю весь день, лишь чтобы оплатить счета, по которым должна заплатить. Просто тоска, — описывала Анна мою жизнь в период, когда я решила пожить без родителей, словами из песни. Натянув на себя роскошное коктейльное платье и уложив пышный воротник себе на плечи, она закинула нога на ногу.

—  Да? И сколько надбавки за совет и учебу?! —  желая разобраться во всем, спрашиваю я.

—  Стригерило тебя знатно, кстати. А я после состязаний думала еще, что Скарлет алчная! —  забавлялась моей реакцией Анна. —  Хотя до Карины вам, должно быть, обеим еще далеко.

Дело не в этом, а в том, что тут буквально обесцениваются все последние годы моей жизни. Да, Анна скажет, что они и без этого были не особо ценными, но есть же еще опыт.

М-да.

Теперь я еще и сама для себя звучу неубедительно.

—  Блин, да откуда я знаю?! —  разведя руками, Фуджино невольно повысила тон, защищаясь. —  Они приходят, меня устраивает! Всем хорошо!

—  Какая беспечность. Даже не интересуется тем, сколько и за что получает? Ага, верим! А теперь вспоминаем про игру и скам на бабки! У тебя гений махинаций под боком, косящий под дурачка! Соседка, поди, еще хуже Киоко! Тебя просто тянет к неадекватам. В принципе, оно и понятно, сама-то только маскируешься под нормиса, —  медленно проводя рукой по своей ноге в колготках, довольная своей наблюдательностью, констатировала Анна.

—  Извини, просто теперь, похоже, и мне придется браться за учебу, —  я, сбавляя градус, по-дружески улыбнулась, возвращая кости.

Ради пяти тысяч стараться смысла никакого нет, но ради двадцати пяти можно уже и задуматься. Надо спросить у Николь насчет всего этого. В голове просто не укладывается, что академия готова платить такие деньги своим студентам каждый месяц! Берд какой-то. НЕ ВЕ РЮ!

—  Интересно, получится ли у меня из них портрет сложить? —  взбодрившись, мечтательно произносила моя соседка. —  Сейчас, смотря на все, подобное кажется невероятным.

— В смысле портрет? —  желая узнать, что она подразумевает под этими словами, спрашиваю я. —  Из кубиков?

—  Сейчас покажу, —  она взглянула на меня и, увидев, что я не понимаю, взяла телефон. В глубине ее глаз я улавливала возвращающееся сияние огоньков жизни.

—  Скарлет не оценит моей нерасторопности, —  иронично произношу я, соглашаясь посмотреть сохраненное видео, которое она открыла.

На нем и вправду человек из кубиков собирал портрет. Почти все видео это выглядело как ерунда, но когда в конце камера отъехала назад, перед глазами открывалась картина на знакомое лицо известной актрисы. Не знаю, как Фуджихару собирается такое реализовывать, но, убегая на кухню, желаю ей терпения.

На удивление, Скарлет не вменяла мне в вину опоздание, довольствуясь тем, что я стала выглядеть бодрее, чем была раньше.

Ее кофе был изумительным. Каждый глоток воскрешал павшие за все эти годы вкусовые сосочки, заставляя восхищаться мастерству бариста. И пораженная вкусом, я даже не стала жаловаться на цыплячью порцию на тарелке.

За завтраком девушка, словно дразня, то и дело упоминала, что, когда я сплю, я еще милее. И будто желая расплатиться за свою утреннюю шалость, журналистка делилась со мной своей проблемой, связанной со снами. Ей тяжело засыпать, и она может частенько просыпаться из-за того, что ее время от времени мучают фантомные боли. В ответ я жаловалась на то, что уж слишком часто чувствую сонливость и хочу спать. Слушая это, девушка лишь улыбалась и, не скрывая зависти, говорила о том, что мне очень повезло с крепким сном. Она веселилась, вспоминая, что я вообще ни на что не реагирую. После завтрака мы направились в первый корпус вместе.

******

Обед. Я сижу в углу и, листая форум, неторопливо наслаждаюсь пюре с котлетой. Столовая наполнена говорливым и живым гомоном. Голоса учеников, разговаривающих негромко друг с другом, смешивались со стуками тарелок и столовых приборов. В один момент дружеские смешки и экспрессивные рассказы были заглушены звуком разбившейся посуды. Все, резко затихнув, подняли взгляд, чтобы посмотреть на источник шума. Это же сделала и я.

—  Толстая корова! —  возмутился один из парней!

—  Ты что, совсем слепая? —  рявкнул второй.

На полу, на спине, опираясь локтями в пол, лежала Киоко. Пространство вокруг нее было залито чаем и забрызгано различной едой вперемешку с соусами. Всюду валялись осколки разбитой посуды. Девушка растрепана и запачкана, а вдоль правой щеки виднелся крупный порез со стекающей вниз по лицу и шее струйкой ее крови.

<-

<-

<-

Я не стала мешкать и сразу откатила время, чтобы попробовать предотвратить происшествие. Но было уже поздно, я успела лишь встать из-за стола, уже готовая крикнуть «осторожно». В это же самое время два парня, пристроившись позади Киоко, одновременно поставили подножки и резко одернули ноги назад, из-за чего девушка, не устояв, полетела вместе с подносом на пол.

—  Толстая корова! —  возмутился один из парней.

—  Ты что, совсем слепая? —  рявкнул второй.

—  Вы совсем с ума сошли?! —  я подбежала и, не жалея силы, толкнула парней в грудь, заставив сделать шаг назад. —  Ты в порядке? —  обхватив девушку, обеспокоенно интересуюсь я, помогая ей подняться.

Одно дело оскорблять и толкать, другое — причинять увечья! И ладно бы в коридоре, но в святая святых — столовой! Даже уголовники, какими бы паршивыми людьми они ни были, еду никогда не отбирают и не нарушают обеденный ритуал, а тут!

—  Забота о змеюке. Как мило! —  без сожаления протянула появившаяся Анна.

—  Эй! —  возмутился один из них.

— Да, немного поранилась и испачкалась, — растерянная, Киоко поднималась на ноги.

Вокруг звучали напряженные шепоты и заметные вздохи. Некоторые люди затаили дыхание, другие пытались подавить смех. С характерным скрипом стулья один за другим отъезжали, и некоторые ученики вставали с мест, чтобы подойти к нам. Обратил на эту ситуацию внимание и персонал. Недовольно охая, один из сотрудников понимал, что ему придется все это убирать.

—  Пройдемте-ка за мной, молодые люди, —  позади парней возник тучный мужчина в костюме. По всей видимости, один из учителей. Своими ручищами он крепко схватил обидчиков за воротники.

Ребята опешили, почувствовав, что попали в западню. Их тела напрягались, а на лицах в момент проскользнул испуг.

—  Сказочные долб**бы, — поражалась столь смелой выходке Анна. —  Понимаю, что инцидент с едой отпечатается в памяти Киоко сильнее, чем другие издевки, но стоило ли оно того?

—  Эй, мы не виноваты! Она сама на нас налетела! —  оправдывался первый.

—  Мы вообще спиной к ней стояли!  —  добавлял второй.

—  Вот это и расскажите на ковре, —  строго проговорил преподаватель, только крепче сжимая руки. Его взгляд был наполнен непоколебимой решимостью и презрением. —  Камеры будут вашими свидетелями. Пожалуйста, проводите девушку в медкабинет и присмотрите за ней, —  обращался ко мне мужчина, после чего поволок за собой парней.

—  Боюсь, камеры свидетелями не будут, —  иронично отвечала Анна. — Тут как раз слепая зона. Забавное совпадение, не правда ли?

—  Вот же черти, —  смотря на все это, проговорил один из учеников.

—  Я помогу, — подтянулся и кто-то из студсовета.

—  Мы справимся, —  благодаря блюстителя порядка легкой улыбкой, я слегка приобнимала Киоко, чтобы поддерживать.

—  Я в порядке, —  отказывалась от помощи Накано, отстраняясь от меня.

—  Я сообщу в студсовет, —  понимая, что я лучше справлюсь, сообщал член совета, после чего направился к выходу.

—  Идем, давай, тебе же наверняка понадобиться моя форма, — в шутливой форме стараюсь говорить я, понимая, что ситуация неприятная и излишние внимание причиняет дискомфорт.

Ей ничего не оставалось, кроме как неловко улыбнуться и пойти со мной в медкабинет.

******

После оказания помощи от раны на щеке не осталось и следа. Мы пришли к шкафчикам, чтобы я забрала спортивную форму. Киоко открыла свой, и я, взглянув, не могла не заметить, что он пуст, а на месте лежит записка с одним лишь словом «корова». Местные последнюю неделю экспериментировали в поисках подходящих эпитетов. И раз чаще всего я слышу именно это слово, то логично предположить, что именно оно, по их мнению, больше всего задевает Киоко.

— А что? «Коровка» звучит даже немного прикольно. Три года назад все рисовали девочек-коров. Было же мило.

—  Тогда был Год Коровы. Они каждый год рисуют девочек в костюмах животного года.

—  Но все равно было красиво! Уверена, Киоко подошли бы эти костюмчики, может, сделаем подарок, как хотела Николь!?

И Анна даже не переоделась в костюм коровы? Теряет хватку или забава так быстро наскучила? А я только вошла во вкус.

—  Твой шкафчик взломали? —  озвучила я первую проскользнувшую мысль вслух.

—  Мм? —  протянула задумчиво Киоко, смотря в пустоту. —  Он пустой, потому что я там ничего не храню.

— А записка это такая самоирония? —  ухмыльнувшись, шучу я.

— Замок не взламывали, а просто кто-то узнал код. Его знают я, администрация, и в базе совета тоже есть. Предполагаю, у кого-то в совете есть на меня обида. Либо этот человек друг тех, кто желает мне насолить. Это был довольно очевидный ход с их стороны, — на лице Накано была легкая улыбка, которая давала понять, что девушка довольна тем, что предугадала ход.

—  От этой улыбки ничего хорошего не жди!

И вправду. Смотря на это, сочувствие сразу куда-то пропало. Ощущение, будто у нее какая-то своя шахматная партия, которая ей доставляет особо-изощренное удовольствие. Надеюсь, это всего лишь мои заблуждения.

— А форма спортивная твоя где? —  с иронией задаю я каверзный вопрос. —  Домой ты за ней не ходишь. Или ты еще сверхскоростью обладаешь?

—  Не, ну я с тебя фигею. Ей вообще зачем шкафчик-то нужен, если она сама как сундук ходячий? С ее способностью — в сиськи засунул и, когда надо, достал. Все! Что ты меня позоришь-то?!

Я ни разу не видела, чтобы она пользовалась способностью где-то, кроме уроков Саманты.

—  Она в шкафчике Скарлет, —  демонстрируя, моя подруга открыла другой шкафчик. —  После того, что было в раздевалке, она любезно предложила использовать свой, предполагая, что кто-то может захотеть попробовать проникнуть и в этот.

Какой бы странной журналистка ни была, но дама все же очень милая. Я все больше начинаю ей симпатизировать.

—  Это ж писец, змеюка с паучихой спелись! —  восклицала Анна.

— В таком случае, может, заглянуть в совет, обсудить ситуацию и посмотреть по камерам, кто проник? —  предлагаю я.

—  Не стоит, —  Киоко взглянула на камеру. —  Ты и так для меня много сделала.

—  У нее такое лицо, будто она записалась в последователи какой-то церкви и следует завету «тебя бьют по одной щеке, а ты с улыбкой подставляй другую», либо у нее уже есть план… Угадаешь, к какому варианту я склоняюсь?

Да, ввиду происходящих событий и вправду странно, что человек не выглядит сильно расстроенным и не загоняется.

— Позволь тогда полюбопытствовать, часто с тобой происходит подобное сегодняшнему инциденту?

Я с ней только на парах да переменах, а самая лучшая пора для пакостей — это время вне учебы! На улице и камер меньше, и сторонних глаз да ушей.

—  Время от времени, —  переведя взгляд на меня, выдохнув, произнесла она.

По ее тону я сразу поняла, что помощи она не примет и обсуждать проблему не следует. Не то чтобы я собиралась строить план решения сложившейся ситуации. Дельных советов у меня нет. Просто я не совсем понимаю, о чем думает Киоко, занимая позицию терпилы. Решила пойти по заветам Скарлет, составляя список? В любом случае, после инцидента в столовой Николь обязана будет снова обратить внимание на Накано.

—  Идем в раздевалку.

******

Не желая пережидать в компьютерном клубе, я, сидя на качели, ковыряюсь в телефоне. Нахожу профиль соседки Киоко —  Уно. После того, как узнаю ее факультет, листаю расписание. Следующая пара во втором корпусе. Туда я и направляюсь, несмотря на то, что Анна была против и, аргументируя, припоминала мне слова Скарлет.

На подходе к кабинету я вижу ее в компании какой-то девушки. Судя по тому, как им было весело вместе, это ее подруга. Я не жду удобного момента, а сразу подхожу.

—  Привет, —  смотря на Уно, я обращаюсь к ней, —  меня зовут Элиза, я хочу поговорить с тобой по поводу Киоко.

—  О, это ж ты новая подружка коровки, —  встряла ее подруга, хотя я обращалась не к ней.

—  Пришла защищать подругу? —  веселясь, иронично поинтересовалась Уно.

Не слишком дружелюбное приветствие, но я знала, на что иду. Забавно, что они даже не скрываются, буквально прямо признавая вину. Настолько верят в свою безнаказанность или считают меня незначительной личностью?

—  Отнюдь, —  спокойно произношу я. —  Просто, вы же понимаете, что это ничем хорошим не закончится? В сложившейся ситуации Киоко выглядит жертвой, и вы совсем не в выигрышной позиции.

—  Угрожаешь? —  улыбка с лица девушки пропала, и та посмотрела на меня совершенно иным, недовольным взглядом.

—  Нет. Просто предлагаю вам взять и все прекратить. Оскорблять и травить кого-то сейчас вам, может быть, и весело, но, кажется, вы начали заигрываться. Да и по какому поводу? Раскрыли вашу схему всего-то. Никто по итогу не пострадал, никого не исключили, разве что сделали предупреждение. А теперь вы решили во мстителей поиграть, надеясь, что и в этот раз обойдется? Вроде бы взрослые люди, а используете приемы школьников. Да только меры не знаете. Думаете, за нарушение правил я не исключили, то и на это закроют глаза? Это уже более серьезные вещи, чем ваши потрахушки. Пока есть возможность, не лучше ли решить все полюбовно?

—  Мне не нравятся эти намеки, —  произнесла вторая.

Да я вроде и не намекаю…

—  Слушай, тогда я просто сболтнула лишнего, —  не желая услышать суть, наотмашь отвечала девушка. —  Это случайность.

Да, конечно, случайность. Поэтому и Николь уже знала, и бог знает кто еще.

—  Да какая разница? Первый выговор вам всем уже был сделан. Дело времени, когда и на теперешнюю затею обратят внимание. Кто-то проколется, все покатится как снежный ком, возвращаясь к тебе. Что потом будешь делать? Думаю, что администрация фразу «это случайность» весомым аргументом не посчитает. Не то чтобы мне было не все равно на ваши судьбы, но, может, стоит задуматься, пока не поздно? Когда исключат, да поди еще и в дело занесут, будет уже не смешно. Просто пораскиньте с товарищами мозгами на досуге, а действительно ли стоит оно того?

—  То есть, ты считаешь, что мне достаточно просто сказать «хватит», и остальные послушают? —  на лице Уно снова появилась задорная улыбка. —  Боюсь тебя разочаровать, но каждый действует по своему усмотрению.

—  Банальной сарафанки хватит. Кто захочет, услышит, —  отвечаю я.

Если все, условно, началось с нее, то, думаю, и закончиться может с ее подачи. Кроме того, прозвище «коровка» за пару дней просто так не распространилось бы. Может, и не все общаются между собой, но те парни, тот, кто написал записку, и Уно явно связаны. Тут и детективом-то быть не нужно, чтобы сложить все.

—  Так ты что, альтруист? Переживаешь за всех? —  поинтересовалась Уно. —  Или посланник от Киоко?

Нет, я же сказала, что мне все равно. Просто иногда можно заиграться, не заметив этого. В такой ситуации стоит кому-то постороннему сказать об этом, чтобы человек задумался, задавшись вопросом «а нужно ли оно мне реально?».

—  Я не делаю чего-то, что сильно бы нарушало правила. Ну дадут еще один выговор, и что с того? —  смело выражалась вторая. —  Ты бы лучше подругу другую нашла, а то, глядишь, эта и о тебе чего расскажет.

—  Ладно, что хотела, я сказала. Как поступить дальше, решать вам.

Я не хочу решать школьные проблемы, но считаю важным донести простые мысли о том, что всему надо знать меру. Не знаю, задумаются ли эти девчонки хоть о чем-то, но с себя я груз ответственности сняла.

—  Она говорит: «Анна, они должны понимать, с кем имеют дело», —  решила в конце высказаться моя дорогая. —  А я ей отвечаю: «Лиза, дружище, то, что ты понимаешь, что Киоко змея и устроит подставу, не значит, что это понимают они».