Понедельник, 26 февраля

Утром я лежала на кровати, уткнувшись в телефон, и медленно листала список игр. Бустинг — это не просто передать кодики, поэтому я решила не брать сразу много игр, а добавлять по чуть-чуть, изучая. Так сейчас выбирала три, с которых начну.

На фоне, как и почти каждое утро, Фуджихару занималась своим луппопом. Она стояла посреди комнаты, в наушниках, раскачиваясь из стороны в сторону и дергая головой. Сегодня текст песни был на сампийском и какой-то совсем тупой и слегка раздражающий.

— Шорты, модный лук, я звезда ютцуб! Мм, ага, на канал зайди ко мне. Мм, ага, лайк ведет меня к мечте! — напевала она, старательно попадая в ритм.

— Я вот задумалась над концепцией, что луппоп — это завод! — лежа возле меня, сказала Анна. — Он работает без выходных, праздников, перерыва на обед и производит один продукт. Видео. Миллионы видео каждый день. Проснулся. Посмотрел тренды. Снял тренд. Смонтировал тренд. Выложил тренд. Каждый тренд начинается одинаково. Оригинальность длится минуту и создается кем-то случайно. Потом начнется конвейер копирования. Идею копируют. Потом копируют копию. Потом копируют копию копии. Потом снимают иронию над копией. Потом снимают постиронию над иронией копии. Потом это обозревает блогер. Потом обозревают блогера, который обозревает копии. Потом это идет на ТВ. Потом обзор на то, откуда пошел этот тренд. Потом стример смотрит ролик на обзор.

В одном Анна права: это действительно походит на работу. Фуджи делает видео каждый день. Иногда она ворчит: «Как же хочется сегодня ничего не делать», но все равно снимает. Потому что, как она говорит, зрители потеряют интерес, если не будет стабильности. Так, с одной стороны, это обучает дисциплине. С другой — становится клеткой. Более того, эмоциональной. Отдохнула пару дней, с новыми силами сделала контент и расстроилась, потому что просмотров меньше нормы. Теперь коришь себя, что отдыхала.

Да и в целом, разве это не значит, что твой контент не настолько интересен, чтобы его ждать? Вот над этим уже, пожалуй, стоит задуматься.

— У тебя что, совсем все плохо, — поинтересовалась я, когда она закончила, — что приходится снимать видео попрошайки?

С одной стороны, это делают все, в каждом видео просят подписаться, что я уже перестала воспринимать эти слова, но тут этому буквально посвящена вся песня.

— Чего? — она резко развернулась ко мне.

— Ну, — я кивнула в сторону ее телефона. — Песня целиком про лайки и подписки.

— Да нет же! — Фуджи всплеснула руками. — Это тренд! — она подбежала к кровати, плюхнулась рядом на пятую точку и сунула телефон мне почти под нос. — Вот, смотри!

На экране нейрокот ехал в поезде в огромных наушниках и ритмично тряс головой под эту самую песню. Видео закончилось. Следующее видео было с той же песней, только уже человек повторяет движения. Следующее — снова. И снова. В этих видео буквально нет ничего цепляющего, помимо дурацкой песни. В очередной раз поражаюсь потребителям подобного.

— О, ты посмотрел это видео, держи еще тот же самый ролик с другой девочкой сорок семь раз подряд, — смотря на то, как Хару скролит, и буквально через один ролики повторяется, иронизировала Анна. — Самое забавное, что при зарождении интернет хотел быть уникальным, а что в итоге?

— Я нашла фильтр! Он превращает меня в нейронку и добавляет спецэффекты. Так что я сама буду нейрокотиком! — она гордо подняла подбородок и включила камеру, демонстрируя мне экран. Ее лицо тут же превратилось в всрато кошачье и покрылось бликами. — Правда здорово?

Что-то я не понимаю. Что случилось с моей частью мозга, которая, смотря на это, подумала бы: «Ахуенно!». Когда-то я могла дурачиться и находила что-то забавное в откровенной тупости, а теперь от этого лишь боль. Как-то я упустила момент, когда все поменялось.

— Да, — осторожно сказала я, пытаясь поддержать. — Здорово.

— Добро пожаловать на самый большой в мире конкурс! — объявила моя дорогая торжественно, поднимаясь на ноги. — «Кто лучше повторит за нейронкой!»

Мысль о том, что когда-то мы просили нейронку повторить танцы за людьми, а теперь люди повторяют за нейронкой, звучит абсурдно забавно.

— Как дела в совете? — я решила сменить тему. — Готовитесь ко Дню влюбленных?

— Да нормально. Чего к нему готовиться-то? — Хару пожала плечами и снова проверила камеру. — Я не сортирую письма и не отношу, так что меня это даже не касается.

— Значит, уже совсем привыкла? — с легкой иронией протянула я.

— К чему? — с недоумением спросила она.

— К совету. К Рафаэлю. Он уже совсем не смущает?

— Да нет! — она тут же замахала руками. — Он прикольный. В целом у нас много общего. Он разбирается в трендах и все такое. Все организованно. Нет этих бесконечных споров, как было при Николь. И все такое.

— Сокрад говорил: «В спорах рождается истина», а потом его обвинили в «нечестии» и «развращении молодежи» и казнили! Вот и думайте! — иронично просвещала моя дорогая. — Да и вообще, споры чаще приводят к разбитой морде, чем к чему-то.

— Ладно, пойду к Юки, — Фуджи посмотрела на часы на экране и поднялась на ноги. — Надо успеть еще смонтировать и выложить до занятий.

Она выскочила из комнаты почти бегом. Дверь хлопнула.

Похоже, говорить об отношениях она не хочет.

******

Эта неделя в клубе стала неделей дубляжа. Николь предложила идею всем озвучить некоторые отрывки из фильмов, а затем смонтировать его так, чтобы получился своего рода мини-фильм. История о приключениях ребят из нашего клуба минут на десять. Как пример, она показывала несколько роликов, смонтированных подобным образом.

Сценарий она решила написать сама. Потом по очереди запишет голоса каждого участника отдельно, а мне предстоит собрать все воедино. Вспомнить прежние навыки и смонтировать материал так, чтобы из разрозненных реплик родился цельный сюжет.

Если все получится, ролик покажут на одном из ближайших концертов. Это будет и первая проба наших сил в озвучке, и небольшой общий проект на память. К тому же задумка предполагала сюрприз в виде того, что до самой презентации окончательный результат будем знать только мы с Николь.

Не всем эта идея пришлась по душе, но лично мне она показалась довольно удачной. Хотя я прекрасно понимаю, что такие эксперименты с первого раза почти всегда выходят немного нелепыми. Однако, думаю, именно в этом и есть их особое очарование.

******

Я подошла к компьютерному клубу за полчаса до закрытия. Открыла дверь и увидела почти пустой зал. Несколько занятых компьютеров, за которыми ученики не играли, а просто в наушниках смотрели какие-то видео. Никто не болтал с Ингрид, и в целом царила тишина. Похоже, проблема уже решена.

— Привет, — услышала я ровный безэмоциональный голос куратора. — Ты пришла посмотреть, как я решила проблему?

Она, вероятно, увидела, как я осматриваюсь, и решила, что я оцениваю ситуацию, но:

— Нет, — ответила я, слегка мотнув головой. — Поработать. Нужна новая таблица.

— О, — сказала она, будто не ожидала такого ответа. — Проходи, — она пронаблюдала, как я садилась на место, затем строго добавила: — Поднеси браслет к сканеру. Но не пикай много раз. Один раз — один час. Если проведешь больше раз, система засчитает лишние часы. И если что-то случится с компьютером, а тебя не будет, ответственность будет на тебе, а не на том, кто займет компьютер в это время.

Только если Вы меня подставите, ведь клуб скоро закроется.

— Хорошо, спасибо, — вежливо сказала я, повернувшись к компьютеру.

— Не спросишь ее? — с легкой иронией поинтересовалась Анна спустя минуту. — Она тебе в спину смотрит и ждет.

— Нет, не спрошу, — ответила мысленно.

Мне кажется, это больше интересно моей дорогой, чем мне, а я могу позволить себе немного поиграть на ее интересе.

— Я разрешила играть только в выходные! — вдруг заявила Ингрид. — В будние же дни теперь необходимо соблюдать тишину и порядок, чтобы не мешать другим работать.

— Ох уж эта Лиза, все ей расскажи! — засмеялась Анна, ведь куратор говорила так спокойно и уверенно, словно я вынудила ее произнести эти слова, а она совсем не хотела этого.

— А я думала, Вы просто запретили веселье, ведь именно оно создает шум и наводит суету, — иронично ответила я.

— В целом это отличная идея, но, к сожалению, прописать подобное в правилах не получится. Кроме того, моральная часть этого запрета совсем не придется по душе администрации, — поправляя очки, констатировала куратор. — Да и понятие «веселье» слишком абстрактное. Например, для некоторых людей веселье — это настольные игры, где правила меняются по ходу игры, «потому что так интереснее». Для других — просмотр роликов, где люди падают, кричат и делают вещи, которые нарушают законы физики и приводят к травмам. Или катание на мотоциклах на высокой скорости с громким ревом двигателя и полным игнорированием статистики дорожного травматизма. Некоторые для пущего веселья еще и защитную экипировку игнорируют. По мне, так и первый вариант неприемлем, а уж второй и подавно противозаконный.

— Да, после разговора с Лисарой кажется, что в эти слова добавляется влияние наблюдений за жизнью преподавателей, — усмехнулась моя дорогая.

К слову о Лисаре. Думается мне, она с ней не говорила, раз решение стало таким.

— Пожалуй, соглашусь, — улыбнулась я. — Лично я не трус, но боюсь кататься на мотоцикле. Считаю его небезопасным.

— Я тоже, — поддержала она. — Но всегда найдутся те, кто с полной уверенностью скажет, что это лучший, а главное, удобный способ передвижения.

Найти понимание приятно, но время поджимало, поэтому я кивнула, свернула диалог и приступила к работе.

Вторник, 27 февраля

Зимнюю форму уже сменили на более легкую. Снег почти растаял, и вместе с ним, словно подснежники, на улицы повылезали ученики. По пути в академию я заметила знакомую парочку.

Фуджихару держала телефон перед собой, снимая, а рядом с ней неловко пританцовывал Рафаэль. Судя по всему, они записывали очередной короткий ролик. Рафаэль старательно двигал плечами и руками, будто пытаясь поймать ритм, и напевал:

— Возьми телефон, детка, я знаю, что ты хочешь позвонить, — он сбился, почесал затылок и смущенно засмеялся. — Я хочу сказать! Что же я хочу сказать?

— Стоп, — Фуджи опустила телефон и выдохнула. — Давай посмотрим, что получилось. Потом ты снимешь меня, запомнишь и попробуешь снова.

Они склонились над экраном, плечами почти касаясь друг друга, и принялись пересматривать дубль. Меня они не заметили.

— У меня возник вопрос, — подала голос Анна, стоя слева от меня. — Сколько вообще живет тренд сейчас? День? Два? Неделю?

Я пожала плечами, наблюдая, как Фуджи что-то объясняет Рафаэлю, размахивая рукой.

— Не знаю, если подумать, действительно мало что задерживается в нашей жизни, — задумчиво сказала я. — Кажется, чем больше поток мемов, тем быстрее они исчезают.

— Информационный фастфуд, — хмыкнула мое солнце.

— Кстати, — я взглянула на Анну. — У Рафаэля что, есть свой луппоп?

— Не знаю. Да мне как-то пофигу, честно говоря, — отмахнулась она. — Был бы здесь нормальный интернет, так пуп был бы у каждого третьего.

— Не уверена, что все хотят создавать контент, — протянула я.

— Вообще-то у него нет луппопа, — голос сбоку прозвучал так внезапно, что я едва не вздрогнула.

Рядом с нами, материализовавшись из воздуха, стояла Юки. Она лениво опиралась на перила ограждения и крутила в руке какой-то брелок.

— Юки?

— Может, когда-нибудь будет, — добавила она, пожав плечами. — Пока он скорее проходит школу Фуджи.

Иногда я нарочно разговаривала с Анной вслух, ведь знаю, что ей это нравится, хоть смысла в этом и мало. В такие моменты, не видя никого рядом, я забываю, что на самом деле есть личности вроде Юки. Видимо, стоит думать о ней почаще или говорить только в комнате.

— Это что, курсы по производству кринжа? — интересовалась моя дорогая. – Не в обиду динозавру, просто после школы Скарлет я не уверена, что в них бывает что-то адекватное.

— Ты что, следишь за мной? — возмутилась я столь бесцеремонному появлению.

— Вообще-то это ты подошла ко мне, — она указала большим пальцем в сторону Фуджи. — И снимают они на мой телефон. А вообще, в обычной жизни я почти как твоя Анна. Все вижу, все слышу, просто меня никто не замечает.

— Эй! Не воображай, что ты самая особенная, — возмутилась Анна, указывая на ту пальцем. — Я-то понятно! У меня тела нет!

— И чему учит школа Фуджи? Копировать тренды? — спросила я, вспоминая наш вчерашний разговор.

— Ну, слушай, не всем же полуголыми на пианино играть, — прибегала к самоиронии Юки. — В конечном итоге главное что? Чтобы была цель, желание и мечта. Вот у Фуджихару она есть. И она пытается ее осуществлять, пусть пока и не сильно успешно по современным меркам. Если человек не может осуществить желание, это не проблема. Гораздо хуже, если у него нет никаких желаний.

— Ауф, — вставила Анна.

— Главное, что нам всем весело заниматься этими видосиками, — подытожила Юки. — А будем ли мы потом вспоминать их со смехом, со стыдом или с сожалением, честно говоря, я сейчас об этом думать не хочу.

— Потом, через десять лет: «Удалите это видео, пожалуйста, я баллотируюсь в мэры», — упав на колени и скрестив ладони вместе, трагическим голосом произнесла мое солнце. — И это в лучшем случае. В худшем: «Не сажайте, я снимала это десять лет назад, а закон приняли неделю назад».

— Сильная речь, — сказала я с легким сарказмом. — Но вопрос был про Рафаэля.

— А, да? — слегка возмущенно протянула она.

Ее реакция меня порадовала. Шутка попала в цель. Я улыбнулась, но подумала, что это не очень хорошо и вообще в стиле Анны.

— Ничего плохого не вижу, — поддерживала меня моя дорогая. — Как она сказала: главное, что тебе весело!

— Думаешь, ему это интересно или это скорее ради Фуджи? — поинтересовалась я.

— Официального заявления не было, но есть ощущение, что они как будто бы скоро начнут встречаться, так что, ну, — протянула она, после чего ответ завис в воздухе.

Ожидаемо. Интересно только, когда это признает Хару.

— Какая гнусная и неблагодарная роль в лесбийском романе — быть нормальной, — иронизировала мое солнце.

Не знаю, по мне, так нормальных тут и без этой пары многовато.

— И что ты об этом думаешь? — поинтересовалась я у Юки.

— Плюсы определенно есть, — скрестив руки под грудью и наблюдая за Фуджи, ответила она. — Меня, как ее лучшую подругу, будут как минимум меньше ебать по поводу и без.

— Здравая коммерческая позиция, — одобряла Анна, показывая палец вверх. — Лайк за то, что не скрываешь и не стыдишься пользоваться. Лицемеров и так хватает.

— Может, тогда просто не стоит шастать по мужским раздевалкам? А? — я скосила взгляд на Юки.

— Это совершенно не то, о чем ты могла бы подумать, — она, оправдываясь, подняла руки перед собой.

— Да? — я приподняла бровь, надавливая.

— Их смешно разыгрывать, — девушка хитро улыбнулась. — Вот недавно я сфотографировала микрочлен одного слишком уверенного в себе парня и повесила это фото к нему на шкафчик. Он подумал, что это его тупой дружок снова прикалывается. Так из ничего началась потасовка.

— Да, очень смешно, — с осуждением подметила я. — Парень случайно не тот, которому руку недавно оторвали?

— Не, не он! Там все закончилось нормально, — Юки беспечно махнула рукой. — Даже дружба стала крепче. Я просто разноображиваю студенческую жизнь. Тут ведь закрытая территория, без алкоголя и прочего. Все слишком скучно и спокойно. Не как в сериалах и фильмах. Так запомнить будет нечего.

Ты не разноображиваешь, ты сеешь хаос, но это, конечно, все формальности.

— Я понимаю, «тупые», — Анна заключила это словно пальцами в кавычки. — Но на второй или третий раз кто-то должен был представить и подумать о Юки. Так ситуация могла бы превратиться в начало дешевого порно сюжета. Одна девушка в раздевалке посредине голых парней.

— И тебе ни разу не прилетело в такой ситуации? — поинтересовалась я, слушая Анну.

— Бывало на грани, но в целом нет, — Юки пожала плечами. — Было и было, живем дальше.

Почему-то я ожидала от нее столь легкомысленный ответ.

Я посмотрела на Фуджи. В этот момент она подняла глаза и на секунду встретилась со мной взглядом.

Я вздохнула.

— Ладно, я пойду, — сказала я, разворачиваясь к корпусу академии. — Не хочу опоздать на пары.

Среда, 28 февраля

Сегодня прилетел мой первый заказ по бустингу. Задание казалось простым, надо было помочь клиенту построить базу и передать ему некоторые ресурсы и вещи. Я быстро нашла исполнителя с неплохими отзывами, свела его с заказчиком, и они отправились выполнять задачу. Все прошло успешно. Они сыграли вместе, достигнув поставленных целей. Клиент подтвердил выполнение, я подтвердила бустеру и уже успела порадоваться своей первой прибыли в виде почти половины от стоимости заказа.

Но радость оказалась недолгой.

Спустя некоторое время заказчик написал мне снова. По его словам, после завершения задания бустер вернулся, разрушил базу, которую они строили, и забрал важные вещи. Я сразу написала исполнителю, пытаясь разобраться. Спокойно объяснила ситуацию и предупредила, что если он не исправит ее и не вернет все обратно, мне придется обратиться в поддержку.

Ответ меня ошеломил.

«Торговые отношения — это торговые отношения. Никто не отменял процесс игры. Я продал вам ящик металла и всего три минигана, а не ящик ракет, ресурсы и материалы, которые я у вас забрал. Разрушать и строить базы — это основа игры. Всего хорошего. Пиши в поддержку, обиженка».

Я буквально опешила. Как такое вообще возможно? Что это за сервис, где человек с таким отношением имеет множество положительных отзывов? Он даже не отрицает то, что делал это, а преподносит как норму.

Все дальнейшие попытки диалога ни к чему не привели. Вместо объяснений — лишь насмешки, оскорбления и откровенное издевательство.

В конце концов пришла поддержка. После довольно долгого и аргументированного разговора мне все-таки вернули деньги. Я сразу же вернула деньги клиенту. Он, конечно, остался недоволен, ведь в итоге потерял больше, чем получил, плюс время. Но после моих многочисленных извинений он все же не стал ставить дизлайк.

Ситуация вроде бы разрешилась.

Только вот осадок остался. Даже сейчас, в процессе написания этого, я до сих пор злюсь и не могу понять, как все могло обернуться так абсурдно. И самое ироничное, что это был мой первый заказ! В итоге я еще и осталась в минусе из-за комиссии. И, раздражая меня, масло в огонь подливает Анна, вспоминая: «Я же говорила!»

Отличное начало.

Мяу!

Четверг, 1 марта

С утра нам принесли почту. Я взяла свою часть и удивленно подняла брови, ведь мне было адресовано целых шесть писем. А у Фуджихару их оказалась еще больше. Наверное, мое удивление означало лишь то, что я недооценивала ее привлекательность. Но все равно я удивилась.

Я устроилась на кровати поудобнее, поджав под себя ноги, и с энтузиазмом принялась вскрывать конверты. Ничего особенно интересного в письмах не оказалось. Все они были анонимными. Содержание примерно одинаковое в виде признания, сомнения, пафоса.

«Я долго думал, стоит ли писать, но сегодня идеальный день, чтобы признаться: ты мне правда очень нравишься».

Ладно. Это я, конечно, утрирую. Такое было только в одном письме. Остальные три были написаны куда грубее и прямолинейнее. Очевидно, писали парни. Одно оказалось от Киоко. Я невольно улыбнулась. Очень мило, что она написала мне. Возможно, почувствовала, что я тоже написала ей.

Оставался последний конверт.

Я уже собиралась его открыть, но вдруг подняла глаза. Фуджихару сидела на своей кровати, а Анна стояла рядом, перегнувшись через ее плечо и читая письма вместе с ней. Лицо у Фуджи было странное. Не злое, не расстроенное, скорее слегка потерянное.

Я отложила конверт.

— Эй, — мягко позвала я, привлекая ее внимание. — Все в порядке?

— А, да-да, — быстро ответила она. Фуджи попыталась улыбнуться, но улыбка получилась какой-то натянутой

— Если ты и проиграла в битве писем, то далеко не Фуджихару, звездочка, — иронизировала моя дорогая. «Похлопав» Фуджи по плечу, она уселась кровать. — У конфетки фанатов поболее будет.

Намек поняла. Поклонницы Рафаэля высказывают недовольство его выбору. Мне подобное никогда не нравилось. Я вообще плохо понимаю, что движет людьми, которые пишут гадости незнакомому человеку, еще и в праздник. Но, к сожалению, такие люди всегда находятся. От этого никуда не деться.

— Тебе пишут гадости? — поинтересовалась деликатно я.

— Кста, что-то я не замечала вокруг него много людей, — хмыкнула Анна. — Делаем вывод, что как только у какого-нибудь парня появляется девушка, сразу вылезает армия фанаток, которые вчера о нем даже не вспоминали. Или фанатов?

— Ну, может, немного, — сказала она и попыталась улыбнуться. — Да все в порядке.

Я помолчала секунду, потом встала с кровати и подошла к ней. Села рядом. Легонько обняла ее за плечи.

— Слушай, — начала я. — Я знаю, что такие письма могут задевать. Даже если стараешься делать вид, что тебя не задевает, это все равно неприятно. Это нормально. Но знаешь, что важно? Эти слова ничего не говорят о тебе. Они говорят только о тех людях, которые их написали. Иногда люди пишут гадости просто потому, что им завидно. Потому что им обидно. Потому что им хочется выплеснуть свои чувства на кого-то другого. Это не имеет отношения к тому, какая ты на самом деле. А ты очень добрая и заводная. Ты стараешься для других и веселишь их. И именно поэтому у тебя есть люди, которые тебя любят и ценят. Я. Юки. Адель и другие. Поэтому, если кто-то решил потратить свое время на зависть, это их выбор. А наш выбор — ты.

Я не мастер говорить речи, и может, звучит сумбурно, но мне хотелось ее поддержать.

— Да нормально, пойдет, это больше, чем обычно говорят люди, — иронизировала Анна. — Обычно там была бы какая-нибудь добивочная, дохуя смешная фраза.

— Все хорошо, — смутившись моим словам, сказала негромко Фуджи. — Я в порядке.

— Если хочешь, я могу забрать твои письма, отфильтровать! Прочитать и выбросить плохие, оставить хорошие, — предложила я.

— И что? Там ничего не останется, кроме письма Рафика? — хмыкнула Анна.

Я смотрю, на позитиве моя дорогая встречает праздник.

— Нет, — она помотала головой. — Я прочитаю все.

— Смелое решение, — я усмехнулась, легонько, одобрительно похлопала ее по плечу и вернулась на свою кровать. — Молодец.

Я открыла последние письмо. Внутри лежал всего один маленький листок. Без единого слова, только пять цифр, аккуратно выведенных черной ручкой. 7, 53, 58, 33, 16.

— Любовные загадки? — удивлялась Анна, смотря на цифры. —  У звездочки появился фанат! Романтик! Оригинал! Или просто самый умный?

Это озадачивало. Я молча смотрела на цифры, чувствуя, как внутри закипает смесь раздражения и любопытства. Набрала их в поисковик, но ответа не получила. Только реклама телевизоров, экзамены по математике и статьи про конституцию.

Минут десять я сидела, думая, пока Фуджихару не разобралась со своими конвертами. Анна тоже пыталась предполагать, но точного ответа не было. Так, решив, что мне лень разбираться и что у меня есть одна умная подруга, я отправилась к ней.

******

Через пару минут мы уже были в комнате Киоко.

— Давай хвастайся! — после приветствия и объятий сказала я. — Сколько?

— Семнадцать, — произнесла она спокойно, будто речь шла о погоде.

— Сколько?! — удивилась я.

Я, конечно, признаю, что Киоко — девочка привлекательная, но я не замечала, чтобы у нее было СТОЛЬКО фанатов.

— Вот гаденыши, претендуют на мою девочку! — возмутилась Анна, попытавшись «обнять» и «прижаться» к Киоко. — Руки прочь от моей девочки! Я ее первой нашла! Малышка прямо магнит для фанатов!

— Там четыре негативных, одно от Скарлет, одно от тебя, а остальное не признания в любви, а сплошные оды природным данным, — она демонстративно качнула грудью из стороны в сторону, заставляя ее слегка колыхнуться. — В общем, такое.

— А можешь еще раз повторить это движение, но более активно? — смотря на грудь девушки, поинтересовалась Анна. — Такое в стиле восточных танцев. Вроде дрожание грудью называется.

— А сама можешь? — мысленно провоцировала я.

— К Вашим услугам, Лиза-султан! — Анна исчезла и появилась в наряде, открывающем живот и подчеркивающем пышность груди. Нижнюю половину лица скрывала полупрозрачная вуаль, которая смещала акцент на глаза

Она грациозно поклонилась, будто вступая на сцену дворца. И начался танец. Вихрь движений закружился вокруг Киоко! Она мягко виляла бедрами, грудь подрагивала в ритме воображаемой музыки.

Я веду диалог, она танцует, виляя бедрами и тряся грудью. Да…

— Давай просто признаем, что ты сердцеедка! — невольно заигрывая, сказала я. — Как минимум, есть одна фанатка, которая устраивает вокруг тебя такие танцы, о которых ты и не догадываешься.

— И она не комплексует! Трясет сиськами, подавая пример, в надежде когда-то увидеть такое же у любимок!

— Как скажешь, — рассмеялась Киоко, догадываясь, о чем я говорю. — А у тебя?

— А у меня шифры, — сказала я, протягивая ей письмо. — В интернете ответа не нашла, сама не догадалась. Есть идеи?

— Дай-ка подумать, — протянула Киоко и несколько минут молчала, прежде чем загадочно улыбнуться и покачать головой. — Похоже, у тебя появился фанат-химик.

Сторона, в которую я бы даже не подумала. Я, не найдя легкого ответа, перебирала номера браслетов и все такое.

— Да? — приподняла я удивленно брови. — И что он написал?

— Подсказку я дала, ответ найди сама, — хмыкнула Киоко, возвращая письмо. — В конце концов, он не просто химик, а еще и лингвист.

— Просто скажи! — потребовала я, не желая тратить время.

— Судя по улыбке, там что-то очень оригинальное, — замечала Анна. Делая волну, она касалась своим тазом паха Киоко. — Половинки нет. Но есть периодическая таблица. Работаем!

Эта коварная улыбка меня и подбивает скорее получить ответ, а не тратить еще времени на поиски.

— Азот, Йод, Церий, Мышьяк, Сера, — сказала моя подруга, якобы «упрощая задачу».

— Вот противная, — пробормотала я, скалясь на Киоко и хватая телефон.

Это все влияние Скарлет.

7 Азот → N, 53 Йод → I, 58 Церий → Ce, 33 Мышьяк → As, 16 Сера → S.

И того Nice Ass, что в переводе — отличная задница.

И ради этого я тратила время и гадала?

Вот сука. Мяу.

Ладно, я улыбнулась.

******

На праздник я подарила Лисаре признание в любви и клубнику в шоколаде на палочках, аккуратно оформленную в виде букета. В Новый Год, когда она подарила мне клубнику в шоколаде, почти все лакомство в итоге съела она сама. Так я решила, что раз ей так понравился этот деликатес, то стоит ей его и подарить.

И не прогадала!

В ответ она тоже одарила меня сладостями. Я счастлива, что мы поняли друг друга без слов и не тратили деньги на пустые безделушки, а просто провели вместе прекрасный день, наполненный теплом и вниманием.

Выкуси, Скарлет!

******

Вечером мне позвонила Киоко и попросила зайти к ней, добавив, что дверь будет открыта. Я, не придав этому особого значения, просто спустилась к ней.

Приоткрыв дверь, я осторожно заглянула внутрь. В комнате стояла темнота. Я уже хотела позвать хозяйку, как вдруг щелкнул выключатель, и свет зажегся.

Прямо передо мной стояла Николь в нелепо-огромной праздничной шляпе-треугольнике, с хлопушкой в одной руке. Рядом с ней была Киоко с тортом, на котором красовалось шесть свечей. Последней была Лисара, которая держала четыре надутых серебристых шарика. Они образовывали слово «Анна».

— С днем рождения тебя! С днем рождения тебя! — затянули они дружно, с энтузиазмом. — С днем рождения, дорогая А-а-а-а-анна! С днем рождения тебя!

Николь с радостным «у-у-у-у!» рванула шнурок хлопушки. Раздался громкий звук, после которого в Анну полетела целая туча разноцветного конфетти. Часть также попала на меня, облепив волосы и плечи.

В тот же миг Лисара чиркнула зажигалкой, начав поджигать свечи.

— Можно было стрелять не прямо в меня, — покачала головой моя дорогая. — Прослеживается явное желание убийства. Будь я не призрак, могло быть черевато! Но и так достаточно неприятно.

Сюрприз оказался неожиданным. Я даже не подумала о том, что сегодня день рождения Анны. Или точнее, день, когда она появилась в моей жизни. Я и поздравлять ее не собиралась, а они устроили целое представление. Это было здорово и заставляло меня улыбнуться. Сюрприз довольно милый, только вот Анна не выглядит счастливой.

— Прости, хлопушек тут многовато, — Николь шагнула вперед и, словно поняв, что говорит Анна, начала радостно оправдываться, разгребая ногой кучу блестяшек на полу. — Это Киоко выбрала. А ты же знаешь, ей нравятся размеры побольше.

— Звучит как-то подозрительно пошло, вам не кажется? — иронично хмыкнула Анна. — И, кста, тут не все, кто знает обо мне, в сборе. Где моя топ-три девочка?

Если речь о Софии, то она существует как-то обособленно, и я даже не говорила всем, что она знает об Анне. А даже если было бы наоборот, не уверена, что она бы взяла и пришла. Скорее поздравила бы отдельно. А если о Трисс, то какого она в топ-три делает? Или Саманта? Тогда выходит, что меня все время обманывали. Впрочем, я бы не удивилась. Или речь о Юки? Как-то много людей знают об Анне.

— Давай, время задуть свечи и загадать желание! — Николь бросила быстрый взгляд на меня, словно подавая знак, а потом попыталась «приобнять» Анну за плечи и слегка подтолкнула ее к торту.

Поняла. Похоже, задувать свечи предстоит мне. Логично.

— Пора поговорить о смысле дня рождения? — бросив на меня мимолетный взгляд, иронично сказала Анна. — Ладно-ладно, не будем, — она подняла руки и, улыбнувшись мне, повернулась к торту. — Оставлю эту привилегию на день рождения альтушки, а сейчас побуду милашкой.

С этими словами ее одежда сменилась на легкое праздничное платье.

— Загадала желание? — выдержав минуту молчания, наклонившись к Анне, поинтересовалась Николь.

— Знаешь, желания, которые иногда приходят мне в голову, — с ироничной усмешкой продолжала моя дорогая, — заставляют чувствовать себя не самым хорошим человеком. Да и, если честно, верится в их исполнение с трудом.

Я почему-то чувствовала, что приятный сюрприз для моего солнца не был каким-то радостным. Она улыбалась, но улыбка была странной. Не той, которой она обычно встречает приятные вещи. В уголках губ пряталась скорее колючая насмешка. Анне ведь нравится внимание. Тогда почему? Потому что я не подумала о ее Дне рождения? Или причина совсем в другом?

От этой мысли внутри появилось неприятное чувство. Даже не знаю, за кого мне стало обидно: за нее или за тех, кто старался устроить этот праздник.

— Она загадала, — уверенно произнесла Лисара, чуть наклонив голову и нетерпеливо глядя на Анну, словно подталкивая ее не растягивать момент.

— Загадала-загадала, — моя дорогая похлопала в ладоши и наклонилась к торту. — Задуваю.

Я наклонилась следом. Когда Анна демонстративно сделала вид, что набирает воздух, я тихо дунула на свечи вместо нее.

Огоньки погасли.

Шесть лет.

Не такой уж и малый срок.

Невольно начинаешь задумываться, сколько всего произошло за это время. Как мы познакомились. Как быстро все пролетело.

— А теперь главное! — радостно воскликнула Николь, подпрыгнув на месте и хлопнув в ладоши. — То, чего все так долго ждали. Подарок!

Мне на мгновение стало действительно любопытно.

Что вообще можно подарить призраку? Да еще такому, как моя дорогая, чтобы это было полезно и ей понравилось? Что бы подарила я? С ходу не придумать. Путешествие куда-нибудь? Она всегда говорила, что лучше б мы куда-нибудь поехали.

— Еще интереснее, как они это обсуждали, — рассмеялась она, прикрывая рот ладонью.

— Подарок! Он в шкафу, — объявила Николь. Она обошла меня, положила руки мне на плечи и мягко развернула в сторону шкафа. — Открывайте.

Я сделала шаг вперед, на секунду взглянула на Анну, будто спрашивая разрешения, и после того, как она пожала плечами, потянула дверцы.

Шкаф распахнулся.

Внутри, неловко скрючившись среди вещей, стоял бывший преподаватель. Мужчина уже преклонного возраста, тот самый, что когда-то обменял наши с Николь побочные эффекты.

— Мой подарок — старый мужик? — сухо произнесла Анна, взглянув на эту картину.

— Добрый день, — вежливо сказала я.

— Здрасте, — неловко пробормотал мужчина, осторожно выбираясь из шкафа и пытаясь распрямить затекшую спину. — С днем рождения.

На вид ему было около шестидесяти. И сейчас он выглядел неважно, весь бледный, проступают капли пота на макушке, его всего слегка потряхивало, будто был тремор. То, что он вообще приехал сюда ради Анны, казалось почти невероятным.

— Это он мне или Лизе? — хмыкнула Анна.

— Тебе. Мы все объяснили, — сказала Лисара, сложив руки на груди. — Точнее, я объяснила.

— Вы правда выделили время и приехали только ради Анны? — до конца не веря в услышанное, восхищенно поинтересовалась я. — Это очень мило с вашей стороны. Дорога, наверное, была долгой и не самой простой?

— Не то чтобы долгой, но простой ее действительно не назовешь, — ответил мужчина хриплым голосом. Тихо кашлянув, он бросил быстрый взгляд на Лисару. — И не то чтобы у меня был выбор ехать или нет.

Он говорил осторожно и все время поглядывал на Лисару, будто проверяя реакцию. Я подозрительно посмотрела на девушку.

— Сама понимаешь. Пришлось нести на руках, — шепотом пояснила Лисара, наклонившись ко мне и прикрывая рот ладонью. — Желудок, к сожалению, у него оказался не такой крепкий, как у тебя.

Я тихо вздохнула. Бедный мужчина.

Интересный подарок.

Вандальный.

И, возможно, даже уголовно наказуемый.

И вообще, Лисара стала использовать силу, по-моему, только больше!

Но лучше пока промолчать.

— Только не хватало, чтобы еще дед помер на мой день рождения, — неодобрительно покачала головой Анна.

— Может, Вам чаю? Кусочек торта? — я, чувствуя легкую жалость, осторожно, заботливо взяла его под локоть.

Он посмотрел на меня чуть дольше, чем требовалось. В его взгляде мелькнула мягкая, почти смущенная благодарность. Похоже, мое внимание было ему приятно.

— Нет, спасибо, милая. Мне еще возвращаться скоро, — он, похлопав меня по тыльной стороне ладони, помедлил, потом добавил с легкой старческой игривостью. — Хотя, если ты подержишь меня за ручку и отвезешь домой на машине, я, пожалуй, могу и согласиться.

— Я знала, что звездочка укротительница милф, но не думала, что она, — уловив, как мужчина смотрит на меня, иронизировала Анна. — наследство хочет! Умно! Дед, тебя только что из шкафа достали полумертвым, ты куда флиртуешь?! Ладно Лизочка мила, но в остальных случаях сам понимаешь.

Боже.

— Хватит флиртовать, — Николь хлопнула в ладоши. — Мы вообще-то дарим подарки!

— Точно, — согласилась я, аккуратно высвобождая руку.

Мужчина отпустил ее с заметной неохотой.

— Ах, да, — прокряхтел он. — Я уже почти забыл, зачем меня сюда пригласили.

— И подарком будет… — Лисара повернулась к Киоко.

— День с Киоко! — Николь торжественно вытянула руки вперед, в сторону девушки.

— Ого, — протянула наигранно восхищенно мое солнце. Она наклонилась ко мне и тихо добавила: — Сделаю вид, что именно этого я и хотела, а не то, что змеючке после разговора со мной стало любопытно.

Да ладно вредничать. Это ведь и правда отличный подарок. С учетом интересов Анны! Даже я невольно улыбнулась, порадовавшись. Так здорово, что Киоко подумала и постаралась ради нее.

— И на эту ночь я уйду ночевать к Хане, — радостно добавила Николь. — Так что вы сможете устроить девичник и болтать хоть до утра!

— Можно даже пары прогулять, — с легкой улыбкой добавила Киоко.

— Не, ну это уже серьезный разговор, — мое солнце медленно улыбнулась, проведя языком по нижней губе, обнажив зубы.

Вижу, угодили. Наконец в глазах появился азарт.

— Все для Вас, — иронично подкалывала я, чувствуя, как Киоко удалось переломить ее скептическое настроение.

— Для первой встречи надо бы переодеться, — она подняла руку и щелкнула пальцами.

В следующее мгновение ее одежда исчезла, сменившись дерзким костюмом девочки-кролика. Черное облегающее боди, длинные перчатки, высокие чулки и ушки на ободке. Белый пушистый хвостик кокетливо покачнулся за спиной.

Знакомый наряд.

Анна довольно осмотрела себя, бросила мимолетный взгляд на меня и усмехнулась. Затем она плавно обошла Киоко сзади. Ее руки мягко обвились вокруг шеи девушки, а подбородок лег ей на плечо.

— Она готова, — спокойно прокомментировала Лисара.

Мужчина шагнул ближе и положил одну руку мне на плечо, вторую — на плечо Киоко.

— Анна сейчас обвилась вокруг твоей шеи. Так что не пугайся, когда увидишь ее совсем рядом, — предупредила я.

— Спасибо, что испортила первую встречу, — недовольно пробурчала моя дорогая.

— Извини, — я виновато улыбнулась.

— Мы будем много сплетничать и говорить о вещах, которые тебе слышать и знать совершенно не нужно. Так что записей этого дня не будет! — Анна высунула язык и игриво прикусила его кончик, дразня меня.

— Как скажешь, — я только пожала плечами.

Главное, чтоб им обеим было весело. Лично мне приятно оттого, что исчезло чувство неловкости и неудовлетворенности, и теперь кажется все как надо.

— Все, — спустя мгновение сказал мужчина.

Киоко медленно повернула голову. Анна была прямо у ее лица. Наклонив голову набок, она уперлась щекой в ее плечо, смотря в глаза девушке.

— Здравствуй, Тессочка. Оденешь для меня костюмчик девочки-кролика? — Тихо мурлыкнула моя дорогая, игриво коснувшись кончиком указательного пальца ее носа. — Мур~♡