Вторник, 20 февраля

Первый официальный обед «Калейдоскопа» прошел в полной тишине. Николь попыталась разрядить атмосферу, устроив пантомиму с едой, но быстро поняла, что это не лучшая идея.

Среда, 21 февраля

В этот день мероприятия проходили в игровом формате. Нам без слов объяснили правила: один участник вытягивает карточку и показывает написанное на ней, остальные угадывают. Единственное условие, как и прежде, полное молчание. И тут возник нюанс. Как оглашать свою догадку молча? Показывать то же, что показывает ведущий? В общем, от молчания пришлось отказаться.

Сначала мы брали простые слова. Предметы, действия. Потом задания усложнились, и мы перешли на фразы, ситуации, целые сцены. Показывать их было удивительно трудно. Порой движения получались чрезмерными, порой комично нелепыми. Но стоит признать, что было в этот что-то веселое.

Особенно запомнилась Скарлет. Благодаря ей я узнала, что веер, оказывается, обладает своим языком. Одно движение — это кокетство, другое обозначает недовольство, третье — насмешка или приглашение к разговору.

Вернувшись домой, я поискала в интернете значения жестов и задумалась над тем, использовала ли Скарлет этот язык раньше в наших обычных беседах? Возможно, да. Просто я никогда не придавала этому значения, не вглядывалась, не запоминала и оттого не записывала, как они были сделаны точно. Наверное, с этого дня я буду смотреть на такие мелочи иначе.

Четверг, 22 февраля

Столовая.

За длинными окнами тянулся серый, уже не по-зимнему мягкий день. Снег в моем городе обычно лежал грязно-белыми сугробами до самого апреля, а тут он на удивление быстро таял в конце февраля. С утра в воздухе уже чувствовалось что-то живое, почти весеннее. Это необычно и приятно.

Я сидела напротив Киоко и Скарлет, когда Скарлет, аккуратно положив палочки на край тарелки, лениво потянулась.

— Ты как, едешь с нами в город в воскресенье, дорогуша? — протянула она, склонив голову набок. — Кажется, нам нужно хорошенько пройтись по магазинам.

— Интересно, паучиха раскрутила нашего медвежонка, чтобы та спонсировала прогулки? — поинтересовалась Анна. Она сидела спиной к девчонкам, закинув ногу на стул впереди. — А если твой ответ «нет»? Тогда откуда деньги, чтобы шопиться каждую поездку?

Чтобы ходить по магазинам, необязательно иметь деньги. Я не из таких, но вот Скарлет. Ей нравится мерить платья, крутиться перед зеркалами, делать фотографии, строить из себя капризную аристократку, наслаждаясь процессом.

Кроме того, если бы она хотела денег, то выгоднее было бы сделать свою страничку. Киоко красивая, но у Скарлет есть какой-то особый характер и шарм. Да и парни, общающиеся с ней, давно говорили, что надо делать! Стало быть, сразу десятки платных подписчиков!

— Нет, — машинально ответила я. — Мне ничего не нужно.

— О-о? — Скарлет медленно раскрыла веер, прикрыв губы. — Заранее подготовилась ко Дню влюбленных, принцесса? Похвально.

— Наконец-то годная тема! В последнее время я как-то подрасслабилась, и наш дневник перестал состоять наполовину из моих гениальных мыслей. Кому такое надо?  — хлопнув в ладоши, сказала Анна. — Так вот, вы замечали, что первое марта — это не праздник? Это ежегодная проверка. Проверка отношений. Проверка нервов. Проверка банковской карты. Если не подарил телефон — ты токсичный маскулин, если подарил — ты симпл. Выхода нет, пиздец. День всех влюбленных — это гениальный механизм давления. Он не говорит: «Отпразднуй, если хочешь». Он говорит: «Если ты не отпразднуешь, то что-то не так».

Ого, дневник уже стал нашим. Какая честь от королевы.

— Да вроде как, кроме конверта, писем, сердечек и внимания ничего не нужно, — тихо заметила я, отправляя кусочек мяса в рот. — А это я уж найду.

В этот день принято писать письма с признаниями в любви. Анонимными или нет, по желанию. В академии, внутри главного корпуса, ставят ящик для признаний. Студсовет потом разносит письма по комнатам. Я уже решила написать символические девчачьи признания для близких, вроде Киоко, Софии, а с Лисарой мы могли бы просто провести день вместе. Без показухи. Эти подарки — ерунда.

— Самое смешное, — продолжала Анна, наклоняясь вперед, — в этот день страдают вообще все. Пары страдают, потому что «надо соответствовать». Одиночки страдают, потому что алгоритмы решают напомнить, что они одиноки. Заходишь мемы посмотреть, а тебе: «Пять способов удивить вторую половинку», «Идеи для идеального свидания», «Ты один? Двадцать причин, почему это плохо». Еще и друзья напишут: «Лох, держи сердечко», а ты в ответ: «Держи, лох, и тебе». Плюс саркастичные мемы про руку и так далее.

— Философия аскетизма? — девушка облокотилась локтем о стол, чуть наклонившись ко мне. — Понимаю, но осуждаю. Любовь — это не только «я рядом». Это «я вкладываюсь». Ты ведь не боишься вложений, милая?

— Честно, мне не очень нравятся праздники, которые говорят, что ты должен что-то купить, — возразила я. — Новый Год, день рождения я еще понимаю. Но такие кажутся мне несколько навязанными. Мы с Киоко были в городе, а там уже все в сердцах, скидках, баннерах. За две недели до праздника призывают! Купи. Подготовься. Докажи. Мне не нравится чувствовать себя обязанной. Я могу подарить что-то в любой день. Это будет приятнее.

— Ой-ой, — мое солнце заулыбалась. — Намечается спор? У Фуджихару, кста, в ленте уже такие видео. Честно, мне даже нравится их логика.  Если не выложил сторис с цветами, значит, любви нет. Нет совместной фотки — считай, вы расстались. Девчонки еще ничего не получили, а уже психологически прессуют, чтобы половинки поднапряглись.

— Фраза «я могу в любой день» звучит красиво, — произнесла она почти шепотом. — Но часто за ней нет системы. Без конкретной даты все откладывается. Сейчас учеба. Потом усталость. Потом «не время». Потом «нет денег». От меня не ждут. И так вроде нормально, — Скарлет сделала короткую паузу. — Нужно понимать, что есть разница между: «Подари мне телефон, иначе все» и «важно чувствовать вложение». Когда человек принципиально игнорирует материальную сторону, это часто не про духовность. Это про страх ответственности. Потому что подарок — это риск. Ты можешь не угадать. Можешь потратить деньги в пустоту. Можешь не получить идеальную реакцию. Проще сказать: «Я вне системы.» А что ты сделаешь, что почувствуешь, если она подарит тебе что-то? Скажет этим: «Я думала о тебе. Я выбрала это»?

— Скарлет наносит удар по нищебродам!

Возможно, мне просто стоит обсудить этот момент с Лисарой? Я могу быть не права, но мне казалось, мы примерно одинаковой позиции и нам достаточно внимания. Все же для меня любовь — это не подарки, а какие-то ежедневные мелочи. Когда молчишь рядом, и это не неловко.

— Когда человек знает твои странности и остается. Как я с Лизой, а она со мной! — довольная вклинилась в мои размышления Анна.

Вроде того.

— Кроме того, у Лисары скоро день рождения, — мягко напомнила Киоко. — Другого момента лично съездить и выбрать что-то не будет. Если только вы не собираетесь в город на ее день рождения.

Да. Я уже думаю над подарком, но не знаю, что выбрать. Не хотелось бы, чтобы это снова как-то было связано с курением. А достойных вариантов, которые при этом точно понравились бы, не так много. Точнее, я о них не знаю.

— Так какой у нас итог по Дню влюбленных? — чувствуя, что разговор меняет направление, спросила Анна, спрыгнув со стола. — А он таков, что этот праздник как зеркало, которое показывает: кому нужно доказательство; кто боится одиночества; кто играет на публику; а кто реально спокоен. Если вам хорошо, то вам не нужен чек, чтобы это подтвердить. Если плохо, то ни один букет это не спасет. Все, люблю вас! — она поцеловала кончики своих пальцев и послала воздушные поцелуи в зал столовой. — При этом бесплатно!

— А тебе конвертик с сердечком написать? — мимолетно взглянув на свою дорогую, поинтересовалась я.

— Да не надо, — она, улыбаясь, отмахнулась. — Я и так, читая твои мысли, всегда знаю, что ты меня любишь. Да и магии сюрприза не будет.

— Быть может, от твоего имени написать кому-нибудь? — предложила я, подумав, что она захочет обратиться к Киоко.

— Не, у меня одна любимая девочка, и она уже польстила мне интересом. Мне этого достаточно, — Анна игриво поцеловала два своих пальца и коснулась ими моих губ.

Как мило. Ладно, подпишу от нас обеих.

— Честно признаться, — я провела пальцем по краю стакана, глядя на свое отражение в воде, — я думала о довольно смелом подарке. Для взрослых, так сказать. И раз Скарлет говорит, что надо рисковать, стало быть, да. Пожалуй, поеду с вами.

После нашего первого раза с Лисарой, к моему удивлению, сексуальная жизнь стала живой и активной. Инициатива часто исходит от нее, уверенная, легкая, без стеснения. Это позволяет мне думать, что ей нравится. А если нравится, значит, можно позволить себе чуть больше. Добавить новизны, разнообразия.

— Товары подобного назначения я своей силой еще не прятала, — протянула Киоко с легким недоумением, поправляя прядь.

— Чувствую себя прямо прорицательницей, — иронично хмыкнула Анна, опершись о стол руками. — Про всякие такие штуки и ее силу я сказала сразу, как только услышала об особенности. А еще и подписчики на интересном сервисе есть.

— Это я поддерживаю, — Скарлет сложила веер и легко стукнула им по ладони. — Нам тоже как раз нужно заглянуть в один весьма пикантный магазин. У Киоко скоро тысяча подписчиков. Время исполнять обещание, облачаясь в экстравагантные наряды. Так и для тебя что-нибудь найдем.

После того случая мы еще разговаривали с Киоко. Она рассказала Скарлет обо мне. Та лишь сказала: «Давно пора. Так будет лучше». Я подписалась на Тессу, а она в ответ подарила мне платную подписку. И там стояла цель в тысячу сабов. За нее Киоко обещала облачиться в костюм девочки-кролика.

Я, конечно, понимала, о каком именно костюме идет речь, но в глубине души надеялась на что-то более невинное. Пижамный кролик. Уши, пушистые тапочки. У всех свои фетиши!

— А я, наоборот, надеялась, что там именно она! — возразила моя дорогая.

Кто бы сомневался.

А я вот придумала ход гения, по которому на тысячу сабов она удаляет страницу!

В любом случае это будет первым контентом, который действительно довольно откровенен. С другой стороны, конечно, сейчас этим уже никого не удивишь.

— Я ставила это в шутку, — пробормотала она, будто оправдываясь передо мной. — На десяти подписчиках, один из которых Скарлет, и четыре ее фейка. Предполагая, что еще пять — это те, кого она попросила. Тысяча казалась недостижимой.

— Честно говоря, я не ожидала, что ты, Скарлет, будешь склонять моего медвежонка к регистрации страницы и выкладыванию контента на Фанси. Будешь портить ее! — сказала я с наигранной претензией, указывая вилкой в сторону девушки.

— А по-моему, еще как ожидала, — уголки ее губ хищно поползли вверх. — И даже озвучивала это вслух.

Что это за клевета? Все проходили школу Анны?

— Не припоминаю такого, — нахмурилась я.

— Вообще-то было, — хмыкнула мое солнце и исчезла, после чего появилась за моей спиной. — Пару недель назад. Когда клуб развалился. Ты говорила просто об этом в шутку, без задней мысли.

Вот именно, в шутку и без мыслей, потому что я не могу представить, что я предложила бы подобное! Только поддержала, если бы Киоко сама захотела и объяснила мне почему.

— И, говоря о пользе, сказала, цитирую, — Скарлет попыталась изображать мой голос и манеру речи, приложив веер к горлу: — «Она так или иначе скромна, видно влияние родителей, так что это могло бы помочь раскрепоститься, принять себя, любить тело и выбирать наряды посвободнее». Стало быть, ты все прекрасно понимаешь, — она опустила веер и посмотрела на Киоко внимательно и в то же время как-то нежно. — Мой птенчик великолепна. Но может стать еще лучше. Прекрасным лебедем. Для этого нужно полюбить себя. Да, способ спорный. Но я вижу результаты. Мы работаем не в сексуальность, а в женственность. Немного флирта с публикой — разве это преступление?

Спорить не стану. Слова звучат красиво. Просто хотелось высказать недовольство. Мне казалось, Скарлет более изыскана. Обучит театральным этюдам, плавности движений, а не вот это все.

— А следующий шаг какой? Обнаженка — это искусство? Экзистенциализм и кроличьи уши, — смеялась Анна — Далеко не каждый захочет делить своего плюшевого медвежонка с кем-то еще, как мы с тобой. Правда, мы почему-то в аргументах забыли про финансовую часть вопроса. Ах да, подписка — это просто побочный эффект!

Мне не по душе эти обвинения в меркантильности. Я не думаю, что Скарлет движут деньги. Скорее интерес, эксперимент, игра. Возможно, так она даже заигрывает с Киоко, ведь большинство фото она явно делала не сама.

А в целом после разговоров с ней у меня постоянно возникает ощущение, что у нас сильно разнятся взгляды на жизнь и те или иные вещи.

Так даже можно подумать, что Киоко меж двух огней.

— Не стоит обвинять во всем Скарлет, в конечном итоге это мое решение, — вмешалась Киоко. — Я уже говорила. Мне было интересно. Как и в случае с байками. Я никогда не каталась на них и, если была возможность, отказывала себе. Запрещала себе даже думать в этом направлении, как запрещали родители. В голове мне и сейчас кажется это непривлекательным, но это, возможно, последствия долгих убеждений. Поэтому мне хочется попробовать и решить уже по факту. К слову, я согласилась не чтоб подразнить тебя, а чтобы поддержать, потому что, очевидно, ты попала в ловушку.

Или и то, и другое? Я сомневаюсь. Намерения, может, были и позитивные, но тон выдавал другое!

— Пожалуй, мне нужно еще успеть заглянуть в клуб, — произнесла Скарлет, поднимаясь с подносом в руках. — Увидимся.

Удаляясь, она легонько похлопывала себя веером по бедру, медленно и ритмично. Я вспомнила вчерашний интернет-ликбез. Такой жест означал приглашение следовать.

— Зовет за собой медвежонка, как собачку, — следя за Скарлет, усмехнулась мое солнце. — Приучает потихонечку к ноге. Это уже не флирт, это дрессура.

Есть в этих жестах что-то интимное. Закрытый язык, понятный не всем. Жаль только все из клуба или, по крайней мере, я теперь так или иначе обращают на это внимание.

— Как давно ты знаешь эти обозначения веера? — поинтересовалась я у Киоко.

В первую очередь именно благодаря Киоко, а не Скарлет, мы поняли, что в жестах веера что-то есть. Это она угадывала, что показывает ее возлюбленная, и иногда объясняла, упомянув про веер.

— Всегда знала, — почесав возле брови, с улыбкой ответила.

— И часто она тебе намекала?

— Время от времени, — уклончиво ответила она.

— Пойдешь за ней?

— Нет, — Киоко усмехнулась, как будто находя в этом что-то забавное. — Не всегда стоит идти на поводу этой заразы.

Как мило.

— Зараза, значит? — улыбаясь, произнесла моя ненаглядная.

Мы на мгновение замолчали.

— Кстати, тебе не писал тот парень из бассейна? — вспомнила я.

— Я его заблокировала в тот же день, — спокойно ответила она, будто речь шла о погоде.

— Зачем? — я удивленно приподняла брови. — А вдруг он подумал, что лучше бы не подходил, и захотел бы извиниться?

— Конечно, извиниться, ведь так все и делают, особенно после отказа, а не пишут «шлюха», — иронизировала мое солнце.

Мне кажется, это слишком резко. Не слишком приятное извещение с учетом того, что ты еще и платил. Я бы выждала. Дала хотя бы возможность пары слов, как на суде. А то так может показаться не слишком обоснованным, и вот фанат становится хейтером!

— Ты слишком наивна, — расплываясь в улыбке, сказала Киоко.

Пятница, 23 февраля

Вечер. Фуджихару отсутствовала, и эта маленькая деталь развязала нам с Лисарой руки. Пар наполнял душ, стекло запотело, вода ровно шумела, смывая остатки дня. Мы с Лисарой смеялись, плескались, позволяли себе больше обычного. Прикосновения на опасной территории, неизвестность, которая так и будоражила.

— Коровка! — внезапно вскрикнула Лисара, резко отпрянув и едва не поскользнувшись.

Я повернула голову, открыв глаза. Прямо возле нас внутри кабинки стояла Анна.

— Не хотела мешать, — невинно протянула она, склонив голову набок, но пакостливая улыбка выдавала ее с головой. — К вам в номер стучатся.

Из-за шума воды я ничего не слышала. Теперь, когда кран был прикрыт, за дверью действительно слышался голос. Знакомый и при этом весьма неожиданный.

— Ингрид? — нахмурилась я.

— Ингрид! — подтвердила Анна.

— Да ну ее! — Лисара шагнула ближе, обвивая меня руками за талию и касаясь губами моей щеки.

— Подожди, — я мягко остановила ее, приложив палец к губам. — Если это она, значит, что-то действительно случилось. Ингрид не из тех, кто придет без причины. Еще и сюда.

По крайней мере, у меня много вопросов в голове. Почему она тут? И что ей понадобилось именно от меня?

—Ну да, ну да, — протянула Лисара с легкой усмешкой, отпуская меня. — Совсем не наоборот.

Она, вероятно, намекала на то, что знает ее лучше меня, но я улыбнулась, извинилась, укутала волосы и тело в полотенца и открыла дверь.

— Я не вовремя? — спросила она ровным тоном, оценив мой вид взглядом.

— Нет, все в порядке, — ответила я дружелюбно.

— Если я нарушаю ваши гигиенические процедуры, могу вернуться через тридцать минут, — быстро произнесла она, добавив: — Это среднее время полного цикла водных процедур у девушек.

— Интересное наблюдение, — задумчиво протянула моя дорогая и кокетливо подалась вперед, наклонившись к Ингрид. — Знаете, это самый научный флирт, который я слышала в жизни.

— Все в порядке, — повторила я. — Проходите.

— Нет, — она выставила ладонь, словно я могла схватить ее и затащить внутрь. — Я займу ровно пару минут, не больше.

Наступила пауза. Она молчала. Я молчала, ожидая.

— Может, спросишь ее? А то осталось минута, — спустя примерно минуту поинтересовалась Анна.

— Так что-то произошло? — подтолкнула я к разговору.

— Формально — ничего. Фактически — статистическая аномалия, — начала она слегка эмоционально. — После открытия клуба посещаемость превысила прогноз на сотни процентов. Все компьютеры заняты. Формируются очереди. Уровень шума выше допустимого. Это противоречит изначальной концепции и совсем не то, на что я рассчитывала, заступая на должность. При вашем руководстве клуб практически не посещали. Тишь и порядок. Текущие правила отличаются незначительно, однако результат диаметрально противоположен. Следовательно, существовал скрытый фактор. Негласное правило. Я задала прямой вопрос посетителям клуба, но никакого ответа не получила, лишь нелепые шутки. Обращаться к бывшим участникам сочла неэтичным, учитывая наличие знакомой должницы из бывшего клуба.

Она замолчала.

— У нас был самурай, — тут же выдала Анна. — Думала занять спокойное место, но не учла, что у тебя нет ауры, которая всех изгонит. Увы.

— Знакомая должница — это я? — уточнила я.

«Ты мне ничего не должна», — говорила она, а теперь, значит, должна.

— Да. Хотя с точки зрения финансовых обязательств, конечно, нет. Это метафора, — сказала она, едва–едва заметно улыбнувшись, поправив очки. — Ты и сама понимаешь.

— Это типа ее юмор? — оценивала Анна, думая, что значило это едва заметное дрожание губ. — По крайней мере, он ей не чужд, как мы думали.

— А кто посещает клуб? — уточнила ради интереса я.

— Девяносто восемь процентов составляют юноши до двадцати лет. Один процент приходится на девушек той же возрастной категории. И еще один процент — на мужчин до сорока пяти.

— На девочку, вышедшую из тени, пришли поглазеть, — сделала ироничный вывод Анна.

Да, я тоже об этом подумала. Помнится, поначалу многие возле каких-то учителей вились. Вокруг Саманты, а теперь они как-то потеряли интерес и все.

— А что они делают? — продолжала спрашивать я.

— Играют в видеоигры и задают много вопросов, лишенных когнитивной ценности. Пытаются украсить скуку ожидания при помощи моей компании, чем, откровенно говоря, раздражают меня. Некоторые пытаются флиртовать, что логически необоснованно, — жаловалась Ингрид. — Некоторые сидят…

— Стоп! — я подняла руку. — Тут и остановимся. Давайте искать проблему в перечисленном.

— Либо они просто рофлят. Нам ведь тоже было забавно. И на милфочку поглазеть, и послушать эти «ответы», — опершись на косяк, хмыкнула Анна.

— Ваш куратор запрещал не участникам кружка играть в игры? — задала наводящий вопрос Ингрид.

— Да, он был довольно критичен в этом плане, но, — начала выражать сомнение я.

— Значит, все так, как я и думала изначально. Дело в играх! Иногда люди начинают сомневаться, считая, что ответ не может быть столь банален, — она ударила кулаком о ладонь, а ее глаза удовлетворенно сверкнули. — Полный запрет невозможен, так как это основная функция клуба. Убери ее, и это будет почти та же библиотека. Клуб для всех, а не для тех, кто вступил, поэтому отгонять, как это делал ваш куратор, я не могу. Нужно подумать над деталями, — Она удовлетворенно кивнула, будто только что доказала сложную теорему. — Спасибо!

Ингрид развернулась на каблуках и пошла по коридору прочь.

Я думала ее окликнуть, сказать, что дело не в этом, но почему-то внутри было ощущение, что надо мной просто смеются. Что это какой-то спектакль. Еще один шутник в академии. По крайней мере, она же прекрасно понимала концепцию чувств и озвучивала это мне при первой встрече. Да и сейчас говорила про флирт.

— А что, если ей о симпатии тогда сказали прямо, а тут прямо не говорят? — слыша мои мысли и легкое смятение, озвучивала Анна. — И за флирт она подразумевает тот процент до сорока пяти! Знакомых, так сказать, а не малолеток.

Не знаю. Да и она уже скрылась за поворотом.

Я, выдохнув, закрыла дверь и вернулась. Лисара встретила меня улыбкой, обернувшись полотенцем и скрестив руки на груди.

— Ну и что? — поинтересовалась девушка.

— Кажется, клуб теперь посещают те, кто заинтересован в ее внимании. А она этого не понимает, — вздохнула я, пожав плечами. — И я, думая, что все очевидно, подтолкнула ее не туда. Дала не тот совет.

— Конечно, не понимает! У андроида Ингрид нет модуля романтика.dll, — шутила мое солнце. — И, кста, по факту совет дан не был. Сама решила, сама поблагодарила, сама пошла!

— Да как будто бы ничего страшного. Пусть столкнется с реальностью вне кабинета, — иронизировала Лисара. — Поработает с учениками. Поймет лучше преподавателей.

По тону кажется, что моя возлюбленная только рада, что у Ингрид какие-то социальны проблемы. Прямо чувствую это удовлетворение от чужих неудач! Видимо, раньше были диалоги на эту тему.

— Вы что, подшучиваете коллективом над Ингрид? — сделав определенные выводы из ее реакции, поинтересовалась я.

— Может, самую малость, но в целом, — словно пойманная с поличным и понимая, что я осуждаю, протянула неуверенно девушка. — Нет, на самом деле в основном нет. Колкости, конечно, присутствуют, куда же без них. Своеобразные люди привлекают внимание, но нет.

Понятно. Да. Я не удивлена. Все же Лисара, как и Анна, любит острить.

— Осуждаю! — выкрикнула чудо. — Я бы не стала так делать с этой милахой.

Конечно.

— Раз нет, тогда, может, поговоришь с ней? Намекнешь аккуратно на то, что стоит расставить границы? — я специально прищурилась, давая понять, что сомневаюсь.

Тем более, что я тоже планирую не раз посетить клуб в ближайшее время и мне нужна тишина. Это в моих интересах. Не хочу ждать, пока всем надоест и они рассосутся!

— Я, конечно, могу, но знаешь, она как будто бы вряд ли ко мне прислушается, — выражала сомнение Лисара, чем только компрометировала себя. — Да и в целом она, как ты могла заметить, себе на уме, порою совершает странные поступки, и с ней особо никто не говорит, кроме пары человек.

— Почему? Он показалась мне внимательной и довольно милой, — выразила свое мнение я. — Она, конечно, выражается слишком формально, но в остальном.

— Ты видела ее с одной стороны. А у нас с ней совместный быт. Как минимум, в этом плане она немного невыносима, — Лисара задумчиво провела пальцами по мокрым волосам. — Чрезмерно педантична, тяжело идет на уступки, предъявляет претензии по всяким мелочам. Да и в целом довольно занудна, трудно долго общаться. Шуток не понимает.

Я задумалась. Возможно, я действительно смотрела на Ингрид слишком односторонне. С позиции ученицы, к которой проявили доброту. Без учета всей внутренней кухни. И почему-то от этого мне стало ее только больше жаль. Хочется сразу встать на ее сторону!

— Педантичная, занудная, не понимает шуток и именно поэтому вокруг неё 98% пацанов. Потому что это недоступный контент, — забавлялась Анна.

— Если хочешь, я попробую поговорить. Узнаю, что и как, — добавила Лисара уже серьезно. — Но результата не гарантирую.

— Хочу, чтоб она пришла к нам в клуб. Там была Рита. Мы бы спрятались, а она бы вела диалог с амазонкой, и мы это слушали.

— Спасибо!

Суббота, 24 февраля

Ситуация с Киоко незаметно для меня самой ударила так же по моей мотивации. Раньше мне казалось, что между нами существует негласное тихое дружеское соревнование. Не на публику, не ради похвалы, а из чистого удовольствия мериться умами и навыками. Я поддевала ее своими достижениями, она отвечала тем же. Мы будто шли по одной дорожке, плечом к плечу, в равных условиях, подбадривая друг друга.

А оказалось — нет.

Оказалось, что мы играем на разных полях. И это открытие выбило почву из-под ног. Когда понимаешь, что это было иллюзией, пропадает азарт, желание что-то делать. Осталось только странное чувство, похожее на опустошенность.

Еще в начале недели я набрала нужное количество, и мне открыли бустинг. Маленькая победа, к которой я так стремилась. Но вот уже вечер выходного дня, а я не делала и продолжаю не делать ничего. Не листаю игры. Не составляю новые таблицы. Не изучаю что-то новое.

Вместо этого с самого обеда я сижу в ангаре с Джозефиной.

Лисары пока нет, и мы обсуждали ее предстоящий День рождения. Я сказала, что хочу испечь ее любимый мясной пирог. Фино призналась, что они и сами собирались готовить его к празднику. Пришлось уступить, чтобы не было совпадений.

Подумав о совпадениях, я решила позвонить Софии, чтобы не оказалась, что и она испечет пирог, а та сказала мне: «Ничего не буду ей дарить, обойдется». Сразу видно, лучшая подруга!

Воскресенье, 25 февраля

Мы вышли из первого гипермаркета и, пройдя довольно далеко по аллее, уже почти расслабились после суеты покупок, как Киоко вдруг остановилась. Она чуть нахмурилась, будто прислушиваясь к собственным мыслям, и небрежно бросила, что кое-что забыла и ей необходимо вернуться. Следовать за ней она запретила. Так мы со Скарлет остались вдвоем.

— Какие таинства скрывает от нас наш командир? — с легкой ноткой негодования поинтересовалась у меня Скарлет, поправляя челку. — Как невежливо держать двух прекрасных дам в неведении.

Это заставляет задуматься. Обычно Киоко не действует так радикально. Если бы покупала что-то для Скарлет, взяла бы меня. Для меня — взяла бы Скарлет. Стало быть, это что-то совершенно иное. Или для нас обеих. Видимо, ко дню влюбленных.

— У девочки все больше своих секретов, — усмехнулась Анна.

— Действительно интересно, — протянула я, — но шпионить не будем.

— Фу-фу, — Скарлет приложила ладонь к груди. — Я? Шпионить? Я слишком горда для таких мелочей, — она вдруг прищурилась и указала через дорогу. — А там, случаем, не твоя пассия?

Мы с Анной обернулись. В кафе у окна сидела Лисара. И не одна. Напротив нее расположился тот самый «король пиратов». Разговор выглядел спокойным, почти непринужденным.

Меня мгновенно бросило в жар. Сердце гулко ударило. Почему она здесь? Очевидно, использовала силу. Но почему с ним? И почему не у него в заведении? Значит, договорились заранее?

— Решила не игнорировать проблему, а столкнуться с ней лицом к лицу? — предположила Анна.

Почему тогда со мной не обсудила? Это же так или иначе касается и меня? Мы же пара, в конце концов.

— Ну, — мое солнце усмехнулась. — Потому что ты устроишь ТАКОЙ скандал. Я, конечно, не фанат защищать альтушку, но, быть может, это такая забота. Представляешь, если завтра кукла уволится и вернется Саватари?

Не согласна. Если нормально объяснить, без утайки, я пойму. И такое отношение ужасно задевает меня.

— Ты как, в порядке, милая? — голос Скарлет стал мягче. Она осторожно коснулась моего плеча.

— А, да, — я моргнула, возвращаясь в реальность.

— Это сцена внутренней ревности или мне показалось? — она склонила голову, внимательно глядя мне в глаза.

— Может, позвоним? — предложила Анна.

Я, не особо думая, машинально потянулась за телефоном. Набрала ее номер. Гудки, за которыми последовал сброс.

— Она сбросила, — выдохнув, сказала я вслух.

— Какая дерзость! Так может, ворвемся и устроим бурю? — Скарлет как-то нездорово оживилась.

— А идем! Хули мы терпим-то, да, Лиза? — подначивала моя дорогая.

На секунду мне действительно захотелось ворваться туда, расставить все по местам. Но мы же играем в «не пару». И если я сейчас вспыхну, не станет ли только хуже? Не столько нашим отношения, сколько ситуации в целом.

— Нет, — мотнула я головой, начав уходить куда-нибудь, чтобы Лисара случайно не увидела меня.

— Ты скромная, я понимаю, тебе это даже идет, — Скарлет догнала меня и изящно взяла под локоток. — Но знай, если потребуется, я разорву любого, кто посмеет тебя обидеть! Раскидаю тарелки по всему ресторану.

Ее пальцы на моем локте сжались чуть сильнее. Это действительно немого успокаивало.

— Спасибо, — польстившись ее поддержке, ответила я. — Все хорошо, не стоит беспокоиться.

— Или здесь должна быть Киоко, а не я? — голос ее стал игривым, но в нем прозвучала едва уловимая нотка собственнической ревности. — Скажи честно, тебя не ущемляют в отношениях? Почему мы не идем туда? Я уже настроилась на представление.

А что бы изменилось, будь тут Киоко? Я бы сказала: «Смотри, это тот мужик, о котором я рассказывала»?

— Никто меня не ущемляет! — я выдохнула, заворачивая за угол. — Просто не хочу обсуждать. Потом еще скажешь: «Зачем ты полезла в это, Лиза».

Я не хочу, чтобы все знали о криминальных связях, о драмах. А Скарлет еще и могла помочь по-своему. Слишком по-своему.

— Ах, дорогая, я тоже задавала себе этот вопрос, сближаясь с Киоко, — промурлыкала она. Ущипнув меня за зад, девушка рассмеялась. — Обманываю, не задавала. Просто красиво звучало в моей голове. Если боишься моей болтливости, то зря. Я умею хранить секреты. Особенно чужие. Выслушаю и поддержу без принятия каких-либо действий! Обещаю! Можем дать клятву на мизинцах.

Мило.

— Если только это не страсть как хочется послушать историю, — иронично замечала Анна.

В этот момент перезвонила Лисара.

— Давай я подержу твои сумки, — Скарлет заботливо перехватила пакеты.

— Если скажу правду, почему сбросила, тебе это не понравится, — сказал голос в трубке.

После этой фразы мне почему-то стало легче. На секунду показалось, что она хочет сказать все как есть, что означало, мы не зря беседовали и она старается, идет навстречу.

— Серьезное заявление, — иронично произнесла в трубку Анна, после чего переместилась с левой стороны от меня и на ухо добавила: — Так хочется дать какой-нибудь намек о том, что мы все видели.

— А ты попробуй, — ответила я.

— Я, — Лисара помолчала секунду, словно подбирая слова, — используя силу, прибежала в город. Сейчас сижу и разговариваю с королем пиратов. Пытаюсь расставить точки. Спойлер: не очень успешно. Обсуждать это не хочу, но и скрывать тоже не собираюсь. Надеюсь, ты поймешь.

— Ого, берем быка за рога, а не пускаем на самотек, — наигранно удивлялась моя дорогая.

— Мне, конечно, не очень нравится, что ты все решаешь сама, — сказала я в трубку, — но я рада, что ты честна.

Я невольно улыбнулась, чувствуя, как обиды растворяются.

— Умолчала бы, если бы вдруг у тебя появился интерес, соприкасающийся с интересами этого мужика, который точно не понравился бы Лизе? — переместившись к трубке, вбросила Анна. — Чисто теоретически интересно.

Я покосилась на Анну, которой явно не нравится, что я так быстро отошла, а поэтому нужно перейти на провокацию и подбросить бензина в огонь.

— Я тебя тоже люблю, коровка, — не ведясь на провокацию, ответила язвительно девушка. — Так ты что-то хотела?

— И вообще, интересно, не позвони звездочка, сказала бы ты то, что сейчас сказала? — произнесла в трубку моя дорогая, после чего опять исчезла и появилась слева, начав шептать на ухо: — И вот тут игра перевернулась, кста. Скажешь ли ты правду, почему звонила?

Нет! Я скажу то, что и собиралась сказать, когда она задаст этот вопрос. Это тот уровень правды, который формально не ложь, но по факту стратегическая дезинформация.

— Мы с Киоко и Скарлет по магазинам гуляем, подумала, может, тебе нужно чего? Сигареты там или еще что? — невинно сказала я.

— И ей не стыдно, — смеялась Анна. — Вот и думайте.

— Нет, пожалуй, нет. Я и сама как будто бы могу купить, раз в городе, — иронично хмыкнула Лисара. — К слову, если хочешь, можем вернуться в город вместе.

— Да, давай, — тут же согласилась я.

— Позвони, когда освободишься.

— Хорошо.

— Все давай. Люблю тебя, — сказала Лисара.

— И я тебя.

— А я нет! — добавила Анна, прежде чем я положила трубку. После она, повысив голос, распахнув руки, задрала голову к небу, крикнув: — Я вообще всем недовольна!

Бедняжка. Так ее жаль.

— Все? Драма окончена? — спросила Скарлет, прищурившись так, словно ожидала продолжения спектакля.

— Да, — я, улыбнувшись, кивнула. — Прости, что втянула тебя в это.

Смотря на то, как недовольно надулись ее губы, я почувствовала, что зря накручивала себя и подумала плохо о Лисаре, заставляя Скарлет утешать себя.

— Идем в кафе! — решительно топнула она ножкой. — Немедленно. И ты обязана угостить меня чем-нибудь сладким. Мне нужно растопить горечь от ускользнувшей истории. Я уверена, Киоко знает все! А я? Вне игры! Это почти оскорбление! Мы вообще подруги или где?

— Я разобью тарелки! Я разорву любого! Я хочу контента! Дайте мне драму, суки! — по-своему интерпретировала слова Скарлет Анна.

— Ладно-ладно, — рассмеялась я, поднимая ладони в примирительном жесте. — Понимаю, одним куском торта не отделаюсь. Я согласна исполнить твой каприз, но помни, что я бедная студентка без всякого «фанси».

— Малышка Тессочка и не подозревала, что запустила череду подколов про Фанси, — иронизировала мое солнце.

— Тем лучше, — хитро улыбнулась Скарлет. — Скромные средства рождают самые дерзкие решения. Пойдем, принцесса. Сегодня ты покупаешь сладости. А я великодушно позволю тебе насладиться моим обществом. Приготовь парочку интересных историй, которых не знает Киоко, иначе я останусь крайне, крайне недовольна.

В ее голосе звучала шутливая угроза, но в глазах были привычный азарт и решимость. От этого я вдруг подумала, что слово «зараза», которое придумала Киоко для нее, очень даже подходит Скарлет.