46

В ответ на допрос Арсена владелец каравана Ажур изобразил крайнее недоумение.

— О ч-чем вы говорите?

— Притворяться глупым бесполезно. Речь о Лорде территории.

Арсен небрежно подхватил железный цеп, оставленный на первом этаже перед уходом.

Напуганный этим зрелищем, торговец отчаянно затряс головой, протестуя:

— Я правда не понимаю, о чем вы! После того как я преподнес реликвию Лорду в первый раз, я его и в глаза не видел, клянусь!

— Среди товаров, которые вы привезли, был яд?

— Категорически нет! Что бы я вообще делал с подобной дрянью? Попытайся я продать такое и вызови хоть малейшее подозрение — сразу бы отправился на виселицу.

— А как насчет мага, что прибыл с тобой? У него мог быть яд? Или он мог передать его кому-то?

— Это... Если бы он отлучился ради чего-то подобного, слухи о том, что в караване есть маг, разлетелись бы мгновенно. Мои подчиненные не входят в официальный состав организации, поэтому, если бы чародей что-то приказал, они бы первым делом доложили мне. К тому же он вообще ни с кем не разговаривает, кроме меня.

— Ты можешь поклясться, что все сказанное — правда?

— Конечно! Клянусь всем, что у меня есть!

Пропустив мимо ушей бессмысленную клятву, Арсен сосредоточился на лице и жестах Ажура.

Говорят, глаза — зеркало души.

Некоторые отмахиваются от этого выражения, считая его пустым суеверием, но оно и не означает буквально, что мысли можно прочесть во взгляде.

Суть крылась в мышцах вокруг глаз и движении зрачков. Ну и в жестикуляции.

Используя обостренные чувства и рефлексы, Арсен внимательно следил, как двигались зрачки Ажура во время разговора, куда он смотрел, произнося слова, и какие действия совершал.

Мгновение спустя рыцарь кивнул и похлопал владельца каравана по плечу.

— Я вас понял, Ажур. На этот раз я вам поверю.

— Правда? Но что вы имели в виду, говоря о Лорде и яде?..

— Да. Лорд был отравлен и сейчас без сознания.

Поскольку слухи уже поползли среди солдат и слуг, Арсен признал это прямо.

Будь караванщики причастны, они бы уже знали об этом, а если нет — им следовало узнать.

Арсен с самого начала сомневался, что за отравлением стоит Конклав Звездной Вуали.

Они не стали бы совершать покушение прямо в момент контакта с ним — это лишь навело бы подозрения.

Конечно, они могли использовать это в своих интересах, поэтому он намеренно давил и прощупывал почву, но Ажур продемонстрировал типичную реакцию невиновного человека.

А раз они действительно непричастны, нужно было воспользоваться инициативой, захваченной через запугивание.

Бонусом это позволяло проверить, стоит ли вообще доверять этой группе.

— Но я пока не могу положиться на вас полностью, Ажур. Чтобы я поверил окончательно, вы должны мне помочь.

— Да? И чем же?..

— Я хочу знать, кто отравил Лорда, и есть ли у вас реликвии, способные помочь ему восстановиться. Если такие имеются, вы можете их предоставить?

— Ну, я не могу принимать подобные решения самостоятельно...

— Тогда запроси разрешение.

***

[...Итак, это возможно?]

— Пожалуйста, подождите немного, буквально пару минут. Мы обсудим и быстро вернемся с ответом.

[Принято. Мы ждем.]

Глядя на хрустальный шар, в котором погасло соединение, Латис тяжело вздохнул, выпуская скопившийся в груди воздух.

Он повернулся к четырем старейшинам, сидевшим по обе стороны, и спросил:

— Маловероятно, но отдавал ли кто-нибудь из вас приказы нашим людям на территории Беллуан?

— Нет.

— Исключено.

Видя, как старейшины качают головами, Латис кивнул, словно ожидал именно этого.

В конце концов, единственным средством связи с территорию Беллуан был этот хрустальный шар, который Латис контролировал лично.

Значит, инцидент действительно произошел в Беллуане независимо от них.

Причем в ситуации, идеально созревшей для недоразумений.

— Давайте подумаем. Начнем с того, как найти преступника.

— Не лучше ли оставить все как есть? Судя по всему, обстоятельства складываются в нашу пользу. Если Лорд умрет, начнется хаос, и наследника могут вовсе выгнать с территории.

Уман небрежно бросил реплику, но Латис отрицательно покачал головой.

— Это было бы так, иди все по позитивному сценарию. Но что, если Лорд умрет, убийца не будет найден, и вспыхнет гражданская война? Наследник может погибнуть в этой мясорубке. Для нас это станет худшей трагедией. Его могут даже обвинить в отравлении и казнить. А если все и разрешится благополучно, Наследник сочтет нас некомпетентными.

Благодаря активному сбору информации и докладам Ажура, они имели некоторое представление о политической ситуации в Беллуане.

Не слишком глубокое — лишь то, что два сына яростно противостоят друг другу, а Арсен занимает шаткое положение.

— Будет лучше помочь найти виновного, завоевать доверие и начать диалог?

— Да. К тому же мы сможем доказать свою полезность.

Обмен репликами между Тией и Латисом вызвал одобрительные кивки двух других старейшин.

— У нас есть способ?

— Судя по тому, что я слышал, подойдет что-то вроде Ловца Памяти.

Ловец Памяти был одноразовой реликвией, способной считывать воспоминания предмета при использовании на нем.

Конечно, были условия: артефакт работал только на определенных объектах, а видимый отрезок времени составлял от силы сутки.

Воспоминания показывались только пользователю, поэтому использовать их как прямое доказательство было нельзя.

Тем не менее, ограниченная сфера применения не делала его менее ценным.

— Их это устроит?

— Должно хватить. Реликвии для шпионажа или подслушивания ценны и для нас самих, мы не можем раздавать их направо и налево.

— Даже если мчаться в Беллуан отсюда, это займет недели. К тому времени помощь может стать бесполезной.

— Разве у них там не три мага? Если найдется хоть один толковый маг пространства, мы переправим артефакт заклинанием переноса. Такая мелочь легко пройдет через портал.

— Я узнаю, возможно ли это.

Когда Латис кивнул, старейшина Арман спросил:

— А что насчет исцеления Лорда? Если профильные целители не справляются, у нас тоже нет конкретного метода.

— У меня есть кое-что на уме на этот счет.

***

— Ты сказал, в винной бочке яда не было.

— Именно так. Согласно анализу главного врача, пролитое на пол вино отравлено, а содержимое бочонка — чистое. Но он понятия не имеет, что это за яд.

Ближе к вечеру Арсен сидел в гостиной вместе с Луденом.

Следы дневного происшествия остались нетронутыми.

Никто не посмел прибраться, опасаясь обвинений в уничтожении улик.

Опрокинутый стол, винные пятна, въевшиеся в мраморный пол, и разбросанные осколки бокалов живо напоминали о том, насколько критической была ситуация.

Арсен достал из кармана Ловец Памяти.

Благодаря специализации Лудена в пространственной магии, рыцарь получил реликвию прямо от Конклава Звездной Вуали через заклинание переноса.

— Приступим.

— Давай.

Приложив артефакт, напоминающий плотный лист, к осколку хрусталя на полу и напитав его маной, Арсен почувствовал, как его тело затягивает в воронку, и сознание померкло.

Он осознал себя хрустальным бокалом, перестав быть человеком.

Стекло все еще хранилось в каком-то темном месте.

Сосредоточившись, чтобы ускорить время, он вскоре увидел свет.

Арсен наблюдал, как некто достал бокал и смазал его ободок прозрачной жидкостью.

Через короткое время слуга взял бокал и пошел.

Прибыв в гостиную, слуга выставил на стол небольшой деревянный бочонок с вином и посуду.

Затем Лорд и Элоиза сели вместе.

Приглушенные голоса подсказали, что они обменялись парой фраз, и Лорд сделал первый глоток вина, прежде чем, изрыгая кровь, рухнул.

С ощущением опрокидывающегося стола и собственного тела, разлетающегося на осколки, сознание Арсена вернулось в реальный мир.

Ловец Памяти в его руке полностью рассыпался в прах.

— Ху-у...

— Как все прошло? Узнал что-нибудь?

На вопрос Лудена Арсен кивнул.

— Сначала вернемся в башню.

***

Вернувшись в башню мага, Арсен и Луден уселись друг напротив друга.

Только наложив заклинание звукоизоляции, Арсен раскрыл увиденное.

— Сэр Амунд и сэр Рамун отравили бокал. По отдельности. Раз они использовали доверенных лиц Дероя и Ридата, должно быть, побоялись доверить это обычному слуге.

Амунд был одним из рыцарей, участвовавших в прошлой южной экспедиции, и имел тесные связи с сэром Кортом, двоюродным дедом Дероя, что фактически делало его человеком старшего наследника.

Это означало, что и Дерой, и Ридат предприняли попытку отравления.

— Они сотрудничали?

— Судя по тому, как они грызутся друг с другом, словно желая убить, — вряд ли. Если бы они действовали заодно, не было бы нужды наносить яд дважды. Это лишь удваивало риск быть пойманными.

— Я могу понять Дероя — э-э, молодого господина Дероя — но почему Ридат?

— Кто знает, у них свои причины. И их целью был не один человек.

Арсен потер лицо ладонями, словно умываясь.

Когда стол перевернулся, содержимое перемешалось, поэтому никто не заметил, но бокал Эли тоже отравили.

— Проклятые ублюдки, предатели.

Под аккомпанемент ругательств Лудена Арсен погрузился в раздумья.

Изначально он планировал встать на сторону невиновного наследника после выявления преступника.

Но теперь, когда оба оказались отбросами, пытающимися убить родных отца и сестру, оставался только один вариант.

— Полагаю, мне придется покинуть территорию. Оставаться здесь опасно. Они уже нанесли удар однажды; нет гарантий, что не попробуют снова.

Элоиза владела очищающими заклинаниями, но магия требовала концентрации, а колдовать, будучи отравленным и харкая кровью, практически невозможно.

— А что насчет разоблачения этих двоих?

— Улик нет. Если я обвиню их, они просто скажут, что я проталкиваю Эли на место Лорда. В нынешней ситуации это самоубийство.

Причина, по которой Лорд Нут с самого начала сдерживал Арсена, заключалась не в том, что он действительно боялся, будто рыцарь захватит власть, используя Элоизу.

Он лишь опасался, что Арсен вмешается в процесс престолонаследия и устроит хаос.

Пока Лорд сам не объявит Элоизу наследницей, для нее — мага со слабыми связями по материнской линии — вступить в гонку за власть было практически невозможно.

Особенно сейчас, когда две фракции полностью сформированы.

В нейтральном лагере было много людей, дружественных Арсену, но они не были настолько безрассудны, чтобы поддержать его и Элоизу только на основании дружбы, без веских оправданий или доказательств.

— Куда ты планируешь отправиться, если уйдешь? Территории, где маг может жить комфортно, — редкость.

— Я не ухожу навсегда. Беллуан — это родной дом для Эли, да и для меня тоже. Я планирую найти способ вылечить Лорда.

— Как?

На вопрос Лудена Арсен вспомнил недавний разговор с Латисом.

О способе вернуть к жизни Лорда, который был уже одной ногой в могиле.

— Я планирую принять предложение Конклава Звездной Вуали. Говорят, далеко на юго-западе есть древние руины с могущественной реликвией, способной воскрешать даже мертвых. Возможно, это преувеличение, но даже если так, она сможет исцелить Лорда. Если же нет — я соберу достаточно артефактов во внешнем мире и обрету силу, чтобы снести головы этим двум ублюдкам.

Поскольку он уже открыл тему с наследниками, Луден понял, что имеет в виду Арсен.

— Конклав Звездной Вуали... Не уверен, что им можно доверять. Впрочем, в этот раз они сильно помогли. Может, вместо них мне лучше...

Когда голос Лудена затих, Арсен понял, что тот хотел предложить.

— Сэр Луден, вы должны остаться здесь. Никто из братьев не позволит вам уйти с нами.

Луден был самым способным магом территории, известным своей мудростью.

Если он уйдет, останется только слепой и немощный Грум, поэтому ни Дерой, ни Ридат не дадут разрешения на отъезд наставника.

— Неужели нет рыцаря, которого ты мог бы взять с собой?

— Я не могу доверять никому, кто следует за Дероем или Ридатом, а те, кому я хоть немного верю, должны охранять Лорда. Впрочем, врагам вряд ли удастся легко причинить ему вред.

С падением Лорда фракции двух наследников оказались равны по силе.

И поскольку его выздоровление казалось невозможным, убивать его прямо сейчас не имело смысла.

Напротив, если одна сторона добудет доказательства того, что другая убила отца, она получит огромное преимущество в легитимности и даже обеспечит поддержку нейтральной фракции.

Очевидно, оба брата отчаянно жаждали поймать друг друга на попытке убийства Лорда, пристально наблюдая за каждым шагом соперника.

Сложилась ироничная ситуация: безопасность Лорда гарантировалась соперничеством двух предателей.

— А пока... Я спрошу Эли завтра, когда она проснется. Я не хочу тащить её с собой против воли.

— Она не дура. Если объяснишь, она поймет.

В ворчливом голосе Лудена сквозило беспокойство, написанное на лице, и это заставило Арсена усмехнуться.

— Пока что не доверяйте слепо людям из Конклава. Они кажутся подозрительными.

— Разумеется. Спасибо за заботу.