- Хрум-хрум-хрум!

Пока я уплетала фрукт, в голову лезли всякие мысли. В недавнем приключении с Чёрными Бабочками не было ничего весёлого. Я-то надеялась сама разбить то Чёрное Зеркало, но нет – это сделал Ватсон.

Я никогда не считала, что мне не хватает способностей, так что собирать новые мне было неинтересно. Даже если бы я и получила способность, это была бы лишь жалкая её копия. Так что, неужели умение, которое я бы получила от Чёрного Зеркала, было бы на уровне призыва кучки Мини-Жнецов?

Я даже тайно выслеживала Ватсона, который чрезвычайно вреден для людей, в надежде его прикончить. Но этого парня оказалось довольно трудно уничтожить.

[Уничтожение основного тела.]

Простое, но досадное условие. В последнее время мне часто попадались Объекты с подобными условиями. Может, стоит отправиться в Сеульский лес, чтобы найти способность для обнаружения основного тела? В глубинах Сеульского леса скрывалось множество необычных Объектов, так что вполне возможно, что такая способность существует.

Но в Сеульский лес мне совсем не хотелось. Поэтому я вернулась в Исследовательский Институт Сехи, сделав вид, будто просто вышла подышать свежим воздухом.

По возвращении я не могла не заметить, что отношение людей в институте было странным.

- Хрум-хрум-хрум!

Люди были ко мне на удивление дружелюбны. Нет, их дружелюбие граничило с чрезмерностью. Другие сотрудники стали делать то, что раньше делала только Ерин: оставлять мне закуски или играть со мной. Хоть и приятно было иметь больше людей для игр, мне было не по себе, потому что я не знала причину такой внезапной дружелюбности.

Даже сейчас ко мне в гости пришла группа из четырёх сотрудниц, которые, похоже, были подругами. Они даже делали мне массаж, одновременно запихивая мне в рот закуски и фрукты. Они мяли меня, словно тесто. Каждая отвечала за массаж отдельной конечности. Возможно, из-за воспоминаний о моей человеческой жизни я чувствовала, как моё тело постепенно расслабляется, хотя оно и не было особо подвержено мышечным болям.

Медленно, но, верно, мои веки становились всё тяжелее и тяжелее, пока…

- Хр-р-р-р…

Пока мы нежно массировали её гибкие руки и ноги, расслабленная на вид Жнец закрыла свои сонные глаза, погружаясь в сон.

— Похоже, Жнец уснула.

Хотя мы и не сговариваясь, всё равно понизили голоса и тихо поднялись со своих мест. Перед уходом из камеры содержания мы не забыли укрыть Жнеца уютным одеялом.

В последнее время в Исследовательском Институте Сехи число людей, заботящихся о Сером Жнеце, значительно возросло. Жнец и раньше была популярна, но сейчас её популярность взлетела до небес. Этот всплеск внимания был вызван не каким-либо распоряжением руководства, а отчётом, опубликованным после недавнего инцидента, а также фотографиями того ужасного происшествия, которые разошлись повсюду.

Тот самый отчёт намеренно разместили в коридоре института, чтобы его мог прочитать любой желающий в любое время. Он был выпущен Временной Организацией по Управлению Объектами, и его содержание имело огромный вес.

Согласно отчёту, Жнец обладала способностью отгонять бабочек одним лишь лёгким прикосновением. Благодаря этой информации исследователи невольно вспомнили милое поведение Жнеца: как она стояла у главных ворот и похлопывала всех, кто проходил мимо. Мы и понятия не имели, что Жнец делала это не для того, чтобы подбодрить людей, а чтобы снять с них прицепившихся бабочек.

Именно благодаря Жнецу наш институт, расположенный ближе всего к провалу в Сонгпа-гу, остался свободен от заражённых. Этот вывод быстро пришёл в голову каждому. В результате Жнец, и без того популярная за свою миловидность, стала ещё более популярной. В конце концов, пока вокруг продолжали появляться заражённые с их ужасающим обликом, в нашем исследовательском институте ничего не происходило.

Камера содержания, всегда переполненная сотрудниками, по мере наступления ночи становилась всё тише.

Свернувшись калачиком с мирно спящим котом в объятиях, я включила телевизор. По нему показывали захватывающий вид недавно достроенной Призрачной Стены в Соединённых Штатах. Подумать только, стена из дерева может быть такой величественной… Я невольно задумалась, как далеко могло бы зайти человечество, если бы научилось в полной мере использовать потенциал Объектов.

И всё же, будучи человеком, ставшим Объектом, я чувствовала, что Объекты никогда не постичь человеческим разумом. Как бы нелогично это ни звучало, мне казалось, что здесь нужна совершенно иная система изучения, отличная от науки. Возможно, что-то более оккультное, вроде алхимии или магии.

В Соединённых Штатах эмбарго на некоторые Объекты было снято, и, как только они завершили эту огромную стену, началось широкое освещение в СМИ. Это была история о призраке, который высасывал у людей мозг. Если в Корее были Объекты, что пожирали людей изнутри и принимали их облик, то в Соединённых Штатах был монстр, который приближался к людям в призрачном состоянии и высасывал их мозг.

В то время как Корея решила проблему, уничтожив источник, Соединённые Штаты справились с ней, построив огромную стену, блокирующую все призрачные объекты. Решение Кореи было изящным, но у неё всё ещё не было технологий для создания подобного барьера. Если бы мы с Детективом не разбили Чёрное Зеркало, разрушения, принесённые бабочками, были бы невообразимы.

Даже если бы разработка началась только сейчас, такая технология безопасности, как та стена, была, несомненно, крайне важна. Однако, с исчезновением Центрального Исследовательского Института, я не могла быть уверена, что это всё ещё достижимо.

После сюжета о величественной стене Америки на экране новостей появилось знакомое лицо директора «Объекта Дня». Испытывая крайнее отвращение к нему, я просто выключила телевизор. В последнее время новости стали такими скучными, постоянно пережёвывая одни и те же истории. Инцидент с бабочками, «Объект Дня» и всё в таком духе. Надеюсь, новости, связанные с «Объектом Дня», появятся снова лишь тогда, когда будут объявлять о закрытии их конторы.

Чтобы развеять скуку, я осторожно положила спящего призрачного кота и вышла из камеры содержания. Как только я вышла, то почувствовала отчётливую перемену в атмосфере. Людей было слишком мало по сравнению с обычным. Если подумать, Ерин, которая раньше приходила на работу каждый день, в последнее время отсутствовала всё чаще. Хотя это было не так заметно, потому что другие сотрудники приходили, чтобы занять её место. Казалось, будто откуда-то привезли Объект, требующий внимания большого числа сотрудников.

Бродя по необычно тихой лаборатории, я наткнулась на очень, очень, о-о-о-очень знакомое сооружение. Внутри исследовательского института раскинулся большой, тихий и ухоженный парк. Это должно было быть травмирующим зрелищем, но вместо этого оно вызвало у меня улыбку.

Неужели причина, по которой в институте в эти дни так пусто, кроется в этом?!

С лукавой усмешкой я исследовала все камеры содержания.

Ох, где же ты можешь быть~!

Чтобы превратить будущее, о котором я мечтала, в реальность, я отправилась на поиски «Милого Щеночка».

Не прошло много времени, как я наконец наткнулась на него – огромный золотой питомник, точь-в-точь как тот, что я видела раньше. Стоя внутри камеры содержания, лицом к лицу с огромным и великолепным золотым питомником, я многозначительно улыбнулась и приступила к 'похищению' «Милого Щеночка». А что насчёт двери камеры содержания? Мне всего-то и нужно было – сломать её!

Хотя я пришла повидаться с ним лично, у меня не было намерения мстить «Милому Щеночку». Однако это также не означало, что я хотела видеть его на своём заднем дворе.

Хе-хе, ты готов получить возмездие за обиды, что я копила пять лет в Сеульском Исследовательском Институте?

Добравшись до фальшивого парка, построенного во дворе лаборатории, я разбудила Милого Щеночка. Проснувшись и осознав, что его похитили, щенок начал расти в размерах, пытаясь меня запугать. Его неповторимый вид крайнего раздражения был дополнительным бонусом.

Честно говоря, я не собиралась убивать «Милого Щеночка». Причина была не в так называемом капиталистическом мотиве 'заработать денег', а в том, что «Милый Щеночек» помогал человечеству выживать. Конечно, это было справедливо лишь в том случае, если он на меня не нападёт.

Я проверила условия смерти для «Милого Щеночка».

[Физическое уничтожение сердца.]

Просто. Слишком про-о-осто.

Как только я закончила проверку, «Милый Щеночек», возможно, что-то почувствовав, отпрыгнул назад, как испуганный кот.

- Гав!

Жалкий лай Милого Щеночка, казалось, спрашивал, почему я его беспокою. Осознав, что у него нет против меня ни единого шанса, щенок быстро уменьшился в размерах. Он стал гораздо меньше своего обычного размера.

Если он такой маленький, может, стоит начать называть его Милой Мышкой?

С довольной улыбкой я подпрыгнула к щенку.

В одном углу парка, где сочно зеленела трава, собачка, мучительно ковыляя всего на двух лапках, с трудом передвигалась…

Каждый раз, когда она издавала надрывное рычание, у всех поблизости вырывался смех. Даже случайные прохожие не могли удержаться от улыбки при виде этой картины. Всё это походило на сцену, словно сошедшую с полотна художника. Мягкое тепло солнечных лучей нежно омывало листву, а я расслаблялась в тени, слушая стрекот цикад.

Почувствовав, как пересохло в горле, я, оглядев парк, потянулась за термосом и осушила его содержимое залпом. Я расслабилась, небрежно вытянув руки и ноги. Тем временем щенок продолжал носиться по парку, его дрожащие лапки грозили вот-вот подкоситься.

На первый взгляд, это могло показаться обычным, счастливым мгновением из повседневной жизни, но за этим блаженным фасадом собачка из последних сил старалась удержать равновесие, вынужденная бегать по парку на двух ногах.

По правде говоря, вся эта зона отдыха была ложью – фальшивым пространством, созданным внутри здания. Даже прохожие, прогуливающиеся по этому поддельному парку, были не более чем сотрудниками, исполняющими свои роли. Они вели себя беззаботно, и это было само собой разумеющимся. В конце концов, тот, кто не мог позволить себе ошибиться, был «Милый Щеночек».

Щенок с большим трудом ковылял по парку, а персонал с весёлыми лицами наблюдал за его мучениями. Эта искренне счастливая ситуация не собиралась заканчиваться в ближайшее время. Ибо, пока я не буду удовлетворена, огни в этом парке не погаснут, даже если Щеночек рухнет от истощения.