Город Гринхевен снова встречал нас уютом и спокойствием. Шум и запахи торговой площади, знакомые вывески, спокойные жители — всё это приносило какое-то успокоение после недавнего боя. Рана от укуса глухсара ещё немного болела, но циркуляция маны ускорила её заживление, и я чувствовал, как она затягивается.

Мы направились в гильдию наёмников — пристанище для ищущих подвигов или золота. Зенарис первым подошёл к доске с объявлениями, а я, недолго думая, решил подойти ближе, чтобы попытаться разобрать надписи.

— Алекс, что-то привлекло твоё внимание? — спросил Зенарис.

Я смущённо отступил, качая головой.

— Вообще-то, я… не умею читать, — признался я, стараясь не смотреть на него.

Зенарис лишь усмехнулся, похлопав меня по плечу.

— Не переживай, ты такой не один. Даже Голиаф не умеет ни читать, ни писать.

Пока Зенарис просматривал задания, мне в голову пришла идея: раз у меня теперь есть три золотых монеты, может, пришло время обзавестись снаряжением? Я знал, что в нашем деле не стоит полагаться на случай, а защита ещё никому не мешала.  Правда, не имея представления о местных расценках, я решил посоветоваться с кем-то, кто явно в этом разбирается.

— Голиаф, а какую броню можно купить за три золотых? — спросил я, посмотрев на его внушительные латы.

Он ухмыльнулся.

— На три золотых? Хм, разве что наколенники, налокотники… может, ещё и на наручи хватит.

— Даже на нагрудник не хватит? — удивлённо воскликнул я.

Голиаф рассмеялся.

— Ха! Ты, что, в лесу вырос? Даже самые простые доспехи стоят немалых денег. А мои тяжёлые латы, например, можно обменять на дом в этом городе. Правда, мне они обошлись бесплатно — отец сам их выковал.

— А мне, наверное, придётся копить на броню целую вечность, — вздохнул я.

— Слушай, тебе пока и не нужна полная броня. Зенарис, вон, и вовсе без брони отлично справляется. А для начала я помогу тебе выбрать наколенники и налокотники. Пойдём!

Голиаф согласился составить мне компанию, и вместе мы отправились к броннику. Как только мы вошли, владелец лавки громко поприветствовал Голиафа — они явно были старыми знакомыми. После короткого разговора, бронник приступил к подбору подходящего для меня снаряжения, да ещё и дал небольшую скидку, видимо, по просьбе Голиафа.

В итоге я выбрал лёгкие стальные наколенники и налокотники. Они оказались на удивление удобными и почти не ограничивали движения. Бронник также подобрал мне подходящие наручи, и, благодаря удачной скидке, мне хватило денег на всё. Ощущение веса металла на руках и ногах было непривычным, но придавало уверенности. Я заплатил за покупки и с чувством удовлетворения отправился обратно к гильдии.

Когда я вернулся, Зенарис заметил моё новое снаряжение и кивнул одобрительно.

— Как раз вовремя. А где Голиаф? — спросил он.

— Он скоро подойдёт. У него дела с бронником.

— Понял. Тогда объясню ему позже. Нас нанял мой старый знакомый для сопровождения торгового конвоя. Завтра на рассвете выдвигаемся.

Узнав, что нас ждёт новое задание, я ощутил волнение. Работа в конвое — это всегда шанс заработать немного больше, а ещё, возможно, мы не будем идти весь путь пешком. К тому же, мне хотелось после ужина снова попросить Зенариса потренироваться со мной. Но он был занят обсуждением маршрута с заказчиком, и я решил не мешать.

Как только я остался наедине, к моему удивлению, ко мне подошёл Михаэль.

— Хочешь потренироваться? — предложил он.

Михаэль был не только искусным арбалетчиком, но и опытным воином, умевшим обращаться с мечом, луком и даже копьём. Он славился своими знаниями в построении ловушек и устройствах механизмов. Говорили, что Михаэль разбирается в подземельях лучше, чем любой картограф, и что он — самый умный среди наёмников.

Я согласился. Мы отправились на тренировочную арену в центре города, заплатив за вход по серебряной монете. Взяв по деревянному мечу, мы встали друг напротив друга и начали дуэль. Я атаковал так, как учил меня Зенарис: менял углы, активно двигался, ища слабости в защите Михаэля. Он отвечал мне блоками и контратаками, ловко парируя мои удары.

Неожиданно меня осенило. Почему бы не использовать свои способности? Я активировал магическое зрение и стал наблюдать за потоками маны в его теле. Сначала я не понимал, как это может помочь, но постепенно начал замечать закономерности. Перед каждым движением небольшая часть маны собиралась в его мышцах. Я понял, что смогу предугадывать его действия, если буду следить за маной.

Меня осенила вторая мысль. Если мана питает мышцы для движения, то почему бы мне самому не усилить свои движения с её помощью? Я сосредоточился и направил ману в свои конечности, чувствуя, как тело становится легче и быстрее. С каждым ударом я ощущал силу и скорость, превосходящие всё, что у меня было раньше. Сначала Михаэль успевал блокировать мои атаки, но вскоре я начал наседать на него с такой скоростью, что он едва успевал защищаться.

Мана в моём теле разогрелась, превращаясь в пар, который обволакивал меня, словно дымка. Сила ударов возросла, и я замахнулся, вложив в атаку всю энергию. Михаэль попытался отразить удар, но его деревянный меч треснул, и мой клинок достиг его лица. Он пошатнулся и отступил, потирая лоб и тихо ругаясь.

— Чёрт! И где ты там слабый? Зенарис нас обманул!

— Извини. Видимо, он и правда хороший учитель, если я стал таким за один урок, — усмехнулся я, протягивая руку, чтобы помочь ему подняться.

Но, едва мы начали выходить из арены, нас остановил работник. Оказывается, за сломанный меч нужно заплатить штраф. Михаэлю пришлось отдать три серебряных монеты — теперь я ему должен. Он не только заплатил за меня при входе, но и за поломку инвентаря. Я пообещал, что верну долг, как только получу оплату за задание.

Мы направились в таверну, где Зенарис уже оплатил нам комнаты. Оказалось, что половина заработка с каждого задания идёт на нужды группы: пищу и ночлег. Удобно и разумно для таких времён. С чувством лёгкости и выполненного долга я лёг спать, уже предвкушая новый день.

…

Проснувшись на рассвете, мы быстро собрались и отправились к месту сбора. На полянке нас уже ожидала длинная колонна из пяти повозок, гружённых товаром и прикрытых плотной парусиной. Зенарис, наш командир, определил состав экипажей: меня с Голиафом отправили на первую повозку, чтобы идти в авангарде, а сам он с Михаэлем и Хелен замыкали колонну, сев в последнюю телегу.

Когда мы заняли места, торговец-кучер бросил взгляд на Голиафа, и глаза его округлились: — Ого, ну и исполин! Надеюсь, моя лошадка тебя выдержит, — усмехнулся он, чуть натягивая поводья. Голиаф, по обыкновению, молчал, а я устроился на переднем сидении рядом с кучером. Он хлопнул по возже, и лошади двинулись вперёд.

Торговец представился как Тарнон и вскоре начал травить байки о своих путешествиях, забавных встречах и старых друзьях. Я молча слушал, только кивая, когда он иногда бросал взгляды в мою сторону, чтобы убедиться, что его истории интересуют меня. Зенарис поручил мне наблюдать за дорогой, и я послушно следил за каждым кустом и веткой, подмечая любые подозрительные тени впереди.

— Говорят, в двадцати восьми солманах от Гринхевена нашли разорванные тела и обезглавленный труп, — пробормотал Тарнон, опуская голос, будто опасался, что кто-то может услышать. — Брр, даже думать страшно, что за тварь могла оставить такие следы. Но ведь ты, наёмник, защитишь меня, если что?

— Конечно, я защищу, за это мне и платят, — ответил я, пожимая плечами. — Но... солманы? Признаюсь, я не знаю, что это значит.

Тарнон от души рассмеялся. — Неужто не знаешь, что такое солманы? Ты, видно, из тех наёмников, что знают только своё дело, но ни черта больше. Хотя ведь солманы-то вам, должно быть, знать положено.

— Простите, я вырос в деревне, и у нас не было ничего похожего.

— Понятно, понятно, деревенский, — фыркнул он, покачав головой. — Ладно, объясню. Солман — это длина, равная росту Великого Императора Сола. Одна из самых известных единиц в округе! Небось у вас там всё в полях и зернах считают, а?

— Ясно… а есть ли еще подобные единицы?

— А вот слушай! Помимо солманов, у нас есть солгеры — это длина его пальца, а фалсолы — длина одной фаланги, понимаешь?

Интересно, как далеко это место, — думал я, прикидывая. У среднего человека рост около 170 сантиметров, значит, 28 солманов — примерно 4,7 километра от Гринхевена. Похоже, мою работу заметили. Надеюсь, того кучера похоронили достойно.

Прошло несколько часов, как мы двигались по пыльной дороге, и Тарнон не умолкал, хотя я лишь изредка бросал короткие комментарии. Моё магическое зрение внезапно зафиксировало странное скопление людей среди деревьев вдалеке. Сердце ускорило ритм. Я сразу закричал назад:

— Люди в лесу, по бокам!

— Принято! — донесся ответ Зенариса.

Я положил руку на эфес меча, ожидая возможной атаки. Тарнон тут же передал сигнал остальным повозкам, и колонна стала притормаживать. Как только повозки остановились, в одну из них тут же вонзилась стрела. Я вскочил и, сделав знак товарищам, крикнул:

— Нападение!

Голиаф и Зенарис рванули вперёд, я кинулся следом, обнажая меч. Мы быстро устроили заслон, преграждая дорогу бандитам, и бой завязался. Голиаф уже успел отбить одного из нападавших, швырнув его назад с такой силой, что он врезался в дерево.

Я сошёлся с одним из бандитов, и наши мечи скрестились. Он блокировал мою атаку, но я немедленно активировал своё магическое усиление, чувствуя, как мышцы наливаются силой. Под его недоумевающим взглядом я атаковал с новой скоростью, меняя углы ударов. Бандит пытался отбиваться, но, пропустив один из моих выпадов, получил удар в бок и осел на землю. Я добил его быстрым движением, но не успел обернуться, как на меня налетел другой враг. Его выпад я блокировал, а сзади его настиг Зенарис, избавив меня от угрозы.

После боя мы оттащили тела подальше с дороги и вернулись в повозки. Голиаф, как всегда, молчал, а я решил расспросить Тарнона:

— А куда мы направляемся?

— К столице Гримслейна — Мортхейму, — ответил он, будто этот факт должен был быть мне известен.

— Гримслейн? Мы всё ещё в Золдасане?

— Ха! — рассмеялся он. — Мы с самого начала были в Гримслейне. Гринхевен в Гримслейне, а не в Золдасане. Золдасан-то давно стал частью Фроусала.

Значит, всё это время я был не в том королевстве? Гримслейн — севернее Золдасана, выходит, я пересёк границу, даже не заметив. Всё же в Фроусал, стране варваров и убийц, меня не тянуло. Сейчас я должен думать только о задании, а не о своих странствиях.

Путешествие заняло несколько дней, и, наконец, мы добрались до Мортхейма. Город находился на берегу озера Морт, а его стены, возвышавшиеся над нами, были просто огромны. Ворота были поразительно широкими, с полыми бойницами для защиты города. Вдали виднелись силуэты стражников, следивших за дорогой.

Проходя сквозь ворота, я понял, что Гринхевен и впрямь ничем не сравним с этим местом: улицы здесь были широкими, мощёными белыми камнями, а в центре площади бил фонтан — в этом мире редкое и удивительное зрелище. Повсюду звучали торговые выкрики, а запах свежей выпечки пробуждал нешуточный аппетит.

Когда торговцы выдали нам заработанные монеты — два золотых и пятьдесят серебряных каждому — я подумал, что путешествие с караваном оказалось более прибыльным, чем защита деревни. Мы с группой направились к местной гильдии наёмников, и мне было интересно, чем удивит меня её главный филиал.

Я строил в голове образы того, как может выглядеть гильдия в столице, но когда мы вошли внутрь, реальность превзошла все мои ожидания.