— Зерен... я, — запнулась я, протягивая к нему руку.

В тот же миг темное лезвие рассекло воздух рядом с моим ухом, срезая прядь волос. Зерен стоял с вытянутой рукой, а его взгляд был таким холодным, что меня парализовало.

— Прости, сестренка, но слова здесь излишни, — произнес он, доставая из кармана скомканное письмо. — Верховный суд вынес приговор: «За дезертирство, совершенное в 326 году от разделения Мира, верховный судья Винстан Койл и коллегия из двенадцати заседателей приговаривают: Эллисон Карнесс и Уильяма Карнесса – к смертной казни», — он перевел взгляд на меня. — Приговор привести в исполнение немедленно. Не сопротивляйся.

Я закрыла глаза, не веря, что это происходит на самом деле. После всего пережитого... умереть от руки собственного брата. «Неужели мы пришли к этому, Зерен?», — беззвучно вопрошала я, зная, что ответа не последует.

Но я решила для себя еще тогда: «Я не могу умереть здесь и сейчас». Этот день станет расплатой за грехи прошлого.

Холодная капля упала на лицо, вырывая меня из раздумий. Я глубоко вздохнула и вернула себе прежнюю улыбку.

— Ну что ж, раз Верховный суд вынес вердикт, не мне его оспаривать, — усмехнулась я.

— Значит, ты согласна? — уточнил ассасин.

— Согласна. Но... — я слегка прищурилась. — Не с тем, чтобы вот так запросто дать себя казнить, — хлопнув в ладоши, я вызвала яркую вспышку, на мгновение ослепившую всех.

— Убить ее! — прорычал Зерен, зажмурив глаза.

Выиграв драгоценную секунду, я материализовала энергетический меч и, окутывая ноги нитями молний, рванула к гному. Он пытался скрыть боль, но моя стрела все же пронзила его плечо. Оказавшись у его ног, я молниеносно выполнила атаку, целясь в пах. Инстинкты не подвели его – он успел заблокировать удар молотом, надежно закрыв уязвимые места.

Краем глаза я заметила, как ассасин метнул кинжал. Но теперь я была начеку. Сконцентрировав энергию вокруг плеча, я не стала уклоняться. Кинжал отскочил, словно от стены.

Девчонка попыталась разорвать дистанцию, но я предвидела этот маневр. Обвив ее ногу энергией, я одним взмахом повалила ее на землю. Сейчас она бесполезна.

Гном взревел от ярости, обрушивая молот с такой силой, что земля содрогнулась. Я едва успела перекатиться в сторону, и мой энергетический меч встретился с его оружием, высекая искры. Вибрация прошла по всему телу, заставляя зубы стучать.

Я отскочила рывком, уклоняясь от свистящих ударов кинжалов. Ассасин мельчал, как тень – его быстрые выпады и ядовитые проколы были опасны, но мои навыки не уступали. Очередное лезвие просвистело в сантиметре от горла, и в тот же миг я вонзила клинок в его голень. Сухожилия хрустнули. Первая кровь. Теперь он не сможет прыгать...

Но пока я плясала с тенью, девчонка освободилась от моей хватки и метнулась к развалинам, выжидая момента.

Гном возник за спиной, занося молот для сокрушительного удара. Но что–то не давало покоя... «Почему он держит молот только в одной руке?».

Вдруг в его кулаке вспыхнул второй молот и обрушился на меня сбоку. «Двойной удар?!», — щиты вспыхнули на руках раньше, чем я успела подумать. Я встретила оба удара скрещенной защитой. Раздался скрежет щитов, искры разлетелись в стороны, а трещины поползли по земле, словно змея. Я вгрызлась каблуками в грунт, зубы скрипели от напряжения, но молоты давили, вжимая меня в землю по колено.

Я попыталась выбраться, но ноги намертво вросли в землю. Это работа мага. Она контролировала почву, не позволяя мне сдвинуться с места. «Два элемента – это уже серьезно!», — пронеслось в голове.

Ассасин хромал, но я знала, что это ненадолго. К счастью, дождь лил, как из ведра. Заметив мою усмешку сквозь брешь в щитах, гном побледнел и попытался отступить, но я уже перехватила инициативу.

На кончике языка зашипела статическая змея. Я собрала ману за щекой, сжала челюсти до хруста, *цок*, и молния вырвалась с гортанным ревом: *кра–а–ах!*. Воздух вспыхнул синевой, и дождь превратился в смертоносную сеть – тысяча жгучих кнутов хлестала все вокруг.

Все трое оказались в эпицентре грозового шторма. Девчонка рухнула на колени, ее тело тряслось от электрических разрядов. Гном взревел, корчась от боли, но хватку не ослабил. Однако и этого было достаточно. Я оттолкнула щиты, сбросила с себя молоты и выбралась на свободу.

Но в тот же миг ощутила надвигающуюся угрозу. Выплеснув еще больше энергии в глаза, я увидела, как зеленоватые клинки–полумесяцы рассекают воздух, устремляясь прямо на меня. Пара резких движений – и они пролетели мимо, а я уже бросила взгляд на ассасина, стоящего вдали.

«Неплохо...», — оценила я его выпад. «он избежал моей атаки, к тому же, использовал магию ветра для дистанции, а энергией Души придал форму лезвиям. Интересный подход».

Не успела я перевести дух, как новая серия атак обрушилась на меня. Уклоняясь от смертоносных лезвий, я неумолимо сближалась с ним.

Свист ветра слева.

Вспышка справа.

Веер клинков сверху – я нырнула в пируэт, заставляя серпы сталкиваться друг с другом. Мальчишка задыхался, его глаза бешено метались. Это страх. Я чувствовала его, как будто он был на поверхности. Его магия трещала по швам. Лезвия таяли, как воск у костра.

Молния заплясала на кисти. Взмах – и клинок взвыл, рассекая дождь с невообразимой скоростью. Ассасин рванул назад – я ждала этого. Увеличив лезвие в мгновение, я выполнила бритвенную дугу.

Щелчок и последующая тишина.

Брызги крови хлынули наружу, его пальцы вцепились в горло – тщетно. Я наблюдала, как жизнь утекает сквозь них, капля за каплей, падая на камни.

Мне было все равно, человек он или монстр. Если мне или моим близким угрожает опасность, я уничтожу и испепелю всех, кто встанет на пути.

Мой взгляд скользнул по полю – Зерен растворился в первых же секундах боя. Логично: берег силы для Уильяма. Пятый – тот, в иссиня–черном плаще, будто провалился сквозь землю. Даже следов энергии не осталось...

Гном стоял в стороне, как ни в чем не бывало, достал папиросу и зажал ее между корявыми пальцами. Затянувшись, он выпустил кольцо дыма, которое медленно расползлось в сыром воздухе, и заговорил:

— Сильна ты, — прокуренный голос прозвучал почти с одобрением. — Куда крепче, чем я думал. Хотя... — он прищурился, оценивая меня. — От прозванной «богиня молний» иного и ждать не стоило.

Я приставила лезвие к горлу лежащего ассасина.

— Чего ждешь?! — рык сорвался с губ. — Или товарища не жалко?

Гном лишь фыркнул, ткнув тлеющим кончиком в сторону умирающего.

— Мертвец. Мы оба это знаем. Предупреждал же – не лезь без команды. Но юнцам лишь слава в уши шепчет...

Клинок дрогнул, и я перевела его в сторону мага.

— А что насчет нее? Когда я швырну ее голову к твоим ногам, что ты скажешь?

Гном замер, дым струился из его ноздрей, он медленно проговорил:

— Алисию не тронешь. — Он внезапно сгорбился, и казалось, тень за его спиной стала гуще. — Это не ее война, она лишь заблудшая душа.

Я сделала шаг, земля затрещала под сапогами, статическое поле обожгло мне ресницы.

— Тогда не стоило сюда приходить, — вырвалось у меня сквозь стиснутые зубы.

Он швырнул папиросу под ноги – догорающий огонек сразу потух под каплями дождя. В его левой руке уже мерцал боевой молот, древко которого было покрыто рунами.

— Жаль, — проворчал гном, и в этом слове звучала нотка искренности. — Надеюсь, ты сожжешь небо.

Гном рванул вперед, словно лавина в доспехах, но мои глаза уже пылали золотистой маной. Его молот взвыл в воздухе, сминая пространство грохочущим вихрем, но для меня это было слишком медленно. Каждый удар – рваное движение: подъем молота, судорога мышц, микродрожь в раненом плече...

Я парировала бедрами, скользя между ударами, как лента на ветру. Раз–два. Шаг влево. Клинок щелкнул по наковальне доспеха. Он хрипел, подгоняя тело, но рана уже диктовала ритм: правая рука двигалась на пол такта медленнее.

Мой неожиданный уход из–под руки, затем взрывное ускорение, и лезвие полоснуло по запястью. Теплая волна брызнула на щеку. Молот вырвался из его руки, и я предвидела исход.

Мой клинок взвыл, целясь в сердце, но вместо мягкой плоти лезвие с противным скрежетом впилось в каменную пластину. Мгновенно осознав свою ошибку, я почувствовала, как кулак огромной силы впечатался мне в бок. Воздух вырвало из легких, ребра хрустнули под натиском. Тело прочертило борозду в земле, вырвав с корнем куст.

Сквозь пелену возник колосс. Каменные суставы скрипели, как жернова, а пластины брони, словно кристаллы, росли из плоти.

— Я же сказал, не сегодня, — гремело из его каменной глотки.

Его аура пылала, словно земляная жила, сплетенная с венами. Броня пульсировала, сращивая минералы с кожей, а трещины между пластинами светились, как раскаленные шрамы. Энергия Души проявила себя в непробиваемой броне.

— Так значит, ты способен и на такое, — уставилась я на него, вытирая кровь с губ. — Но полностью так и не освоил, — броня так и не покрыла его тело полностью.

— Этого достаточно, чтобы закончить бой, — прорычал он, и земля под его ногами содрогнулась.

Он сделал выпад, его каменный кулак пронесся в сантиметре от моего виска – воздух с глухим хлопком захлопнулся, но я уклонилась в последний момент, оставив за собой лишь след молнии. Моя рука, заряженная энергией, ударила в щель между пластинами на его шее. Гном взревел от боли, но не остановился, продолжая наступать.

Я кружила вокруг него, как вихрь вокруг утеса. Каждый шаг – удар молнии, каждый поворот – исчезновение. Его ладони хватали пустоту с грохотом, словно сталкивающиеся валуны, а на броне множились паутины трещин от молний.

В его руке вспыхнул молот, и, взревев, он занес его над собой. С последней мощью он обрушил его вниз. Я отскочила, но допустила ошибку. Он ударил не по мне, а по земле, вызвав настоящее землетрясение. Меня качнуло, нога на мгновение подкосилась.

Земля взметнулась под ногами – Алисия встрепнула грунт, подкинув меня в воздух. В полете я развернулась, но было уже слишком поздно. Ее руки выписывали руны огня, и она выпустила столбы пламени, которые взвились спиралью, сжимая меня в клетку. Воздух закипел, и запах паленых волос ударил в нос.

— Гори ярко, богиня! — прокричал гном, и огонь лизнул мою кожу, оставляя узоры боли.

Он вытащил еще одну папиросу и хотел было прикурить ее от падающих с неба искр, но замер, сжав ее в руке. Огненная клетка, удерживающая меня, взорвалась каскадом расплавленного стекла, и на ее месте возникла сущность, самое настоящее явление.

Броня цвета зари ледника – кремовый иней, под которым пульсировала розовая жила. Стыки пластин дышали, плотно облегая изгибы: при каждом движении из швов вырывались молнии, отбрасывая блики на руины. Лик скрывала маска-зеркало, слепая полированная сталь, но из глазниц лился свет, напоминающий алый закат.

В каждой руке я держала по мечу, лезвия вибрировали, разрезая реальность с тонким зиянием. Они не отражали свет, а поглощали его, словно мечи были продолжением меня самой, орудиями, созданными для воплощения воли.

Гном отступил, впервые за бой. Его броня заскулила трещинами, словно камень плакал под давлением. Алисия рухнула на колени, закрыв лицо руками: из ее носа струилась кровь, она не могла выдержать столь подавляющую энергию.

— Пора заканчивать этот фарс, — произнесла я с холодной решимостью, взмахнув двумя мечами в сторону гнома. Из клинков вырвалась перекрестная волна энергии, гулко рассекая воздух.

Гном, не теряя ни секунды, выставил вперед щит, готовясь принять удар. Мгновение – и два огромных серпа энергии обрушились на его защиту с оглушительным грохотом. Гнома отшвырнуло назад, его сапоги врезались в грунт, и он отчаянно пытался удержать равновесие. Щит треснул, но не сдался.

Я не собиралась останавливаться. Энергия продолжала струиться из моих мечей, каждый взмах усиливал давление на щит. Я видела, как по лицу гнома стекают капли пота, как он сжимает зубы, пытаясь сдержать натиск.

С каждым ударом моих мечей лес содрогался в предсмертной агонии. Деревья, словно щепки, разлетались в стороны, их могучие стволы перерубались, как спички. Земля стонала под натиском моих атак, покрываясь глубокими, зияющими шрамами.

Я собрала всю свою энергию и направила ее в мечи. Серпы стали еще больше и ярче, и вновь обрушились на щит с новой силой. Раздался оглушительный треск, и щит гнома разлетелся на тысячи осколков.

Гном отшатнулся назад, ошеломленный и дезориентированный. Я воспользовалась моментом и бросилась вниз.

Несмотря на всю мощь моей энергии, Алисия проявила невероятную стойкость. Она нашла в себе силы справиться с давлением и, взметнув руки вверх, воздвигла огненную стену, преграждая мне путь. Пламя взметнулось к небу, опаляя все вокруг, но я не сбавила скорости. С яростным криком я пронеслась сквозь пылающую преграду, чувствуя, как жар обжигает мою кожу даже сквозь броню.

И тут, словно из ниоткуда, передо мной возник огромный валун. Моя реакция сработала мгновенно – я взмахнула мечами, и камень разлетелся на две идеально ровные половины. Протиснувшись между обломками, я устремилась вперед, но за первым валуном возник второй, затем третий, и еще несколько.

Каждый разрез моих мечей избавлял меня от очередной преграды. Камень за камнем, валун за валуном, я рассекала их на части, прокладывая себе путь сквозь этот каменный град.

Наконец, последний валун рухнул под натиском моих клинков, и передо мной открылась ясная поляна. Алисия стояла в центре, уставшая, но не сломленная. В ее глазах горел огонь, и она была готова к последнему бою.

С грохотом пробив последние каменные завалы, я приземлилась на поляну, полная решимости прикончить ее. Она отчаянно отпрыгивала назад, выкрикивая одно заклинание за другим. Тысячи заостренных каменных осколков дождем обрушились на меня, но я даже не почувствовала их, поглощенная желанием.

Поймав один из каменных обломков, я обвязала его энергетическим хлыстом. Раскрутив его над головой с невероятной скоростью, я метнула снаряд обратно в сторону противницы. Она не успела среагировать на столь стремительную контратаку, и каменное копье пронзило ее бедро насквозь.

Вскрикнув от боли, она рухнула на раненую ногу, но тут же попыталась подняться. Тщетно. Я мгновенно оказалась рядом и занесла меч для решающего удара. Алисия зажмурила глаза, ожидая неминуемого конца. Мое сердце не дрогнуло, рука не согнулась. Я с силой обрушила клинок вниз...

Но удара не последовало. Тишину нарушало лишь свистящее рассечение воздуха клинком, остановившимся в миллиметре от цели. Между лезвием и Алисией, словно из ниоткуда, возникла фигура в черном плаще, скрывавшем очертания тела. Незнакомец, казалось, с небрежной легкостью удерживал смертоносный наконечник моего меча двумя пальцами, прикрывая горло поверженной девушки.

— Ты... — яростно прорычала я, обескураженная внезапным вмешательством.

Резко дернув рукоять на себя, я попыталась вырвать меч из его хватки, но он держал его мертвой хваткой. Не раздумывая, я развеяла энергетический клинок, оставив лишь рукоять в руке, и тут же разорвала дистанцию. «Что–то здесь не так», — я предчувствовала неладное.

Незнакомец медленно повернулся ко мне лицом и откинул капюшон. Передо мной предстал молодой юноша с мягкими чертами лица и черными, развевающимися на ветру волосами. Спокойно поправив челку, он непринужденно произнес:

— Позвольте представиться: третий инквизитор, Вильгельм Вайделхарт. Я тот, кто отвечает за исполнение правосудия, — он элегантно поклонился.

Сразу после его слов раскатистый вой пронесся по лесу, заставив меня резко повернуть голову к источнику звука. Звук нарастал, становясь все громче и зловеще, пока полностью не стих.

— Уильям... — прошептала я.