Магия... Одно единственное слово, но за ним скрывается целый мир, недоступный для нашего понимания. Не случайно я старался избегать этой темы. Магия – это не то, чему можно научиться по учебнику или с помощью тренировок. Здесь нужна искра, предрасположенность, нечто врожденное. И самое обидное – нельзя заранее узнать, есть ли у тебя этот дар или нет.

И вот, прямо сейчас, моему взору предстал настоящий чудо. Мама вытянула руки вперед, словно собираясь обнять что–то невидимое, и вдруг между ее ладонями вспыхнула настоящая молния. Я никогда не видел ничего подобного. Сначала это был просто яркий сгусток света, а затем раздался треск, грохот такой силы, что дрожь прошла по всему телу. Казалось, воздух вокруг завибрировал. Молния искрилась, переливаясь золотом с редкими вспышками пурпурного.

От одного вида этой силы мне стало не по себе. Я даже боялся представить, что случится, если эта штука попадет в человека. Это было завораживающе и пугающе одновременно. Я стоял, как вкопанный, не в силах отвести взгляд. Вот она, магия, прямо передо мной.

— Впечатляет, правда? — уголки ее губ дрогнули в легкой, почти незаметной усмешке. Молния, словно живая, перетекла на ее правую руку, обвивая ее светящимися нитями.

— Это моя особенность, моя страсть! Даже сила Души не сравнится с этим.

— Настолько мощная? — я все еще не до конца верил.

— Чудовищна до безобразия,— в ее голосе прозвучала гордость, смешанная с предостережением.

После этих слов мама плавно подняла руку вверх, и в тот же миг с оглушительным хлопком ослепительная молния вырвалась в небеса, пронзая их. Окружающее пространство залило неестественным белым светом, от которого зарябило в глазах. В ушах зазвенело, и я инстинктивно зажмурился, боясь смотреть на это невероятное и пугающее проявление силы.

Лишь спустя долгие секунды, когда все стихло, я осторожно приоткрыл глаза. Мама все так же стояла передо мной, спокойная и величественная, словно ничего не произошло. Родной двор вокруг выглядел почти обычно... Почти. Я поднял взгляд на небо. Оно было чистым и ясным, ни облачка, словно и не было никакой молнии. Но стоило мне опустить взгляд вниз, как я замер от увиденного.

Алый узор, выжженный на земле, расходился по всему двору сложной сетью нитей. От них поднимался легкий дымок, пропитанный запахом горелой травы. Я присел на корточки и, завороженный, дотронулся до одной из линий, ощутив, как она окутывает пальцы энергией.

«Горячо!», — я резко отдернул руку, чувствуя, как кожу жжет нестерпимый жар. На пальцах проступили красные полосы. «Даже сквозь энергию я получил травму. Если бы эта молния хотя бы слегка задела меня... Вряд ли от меня осталось бы больше, чем горстка пепла».

Осматривая покрасневшие пальцы, я краем глаза заметил мертвого жучка, лежащего на спине с неестественно вывернутыми лапками. Он был совсем рядом с одной из алых линий. Я попытался поднять его, но, стоило мне коснуться его панциря, как он рассыпался в моей ладони, словно пепел на ветру, оставив лишь серую сажу. «Наверняка, и от меня бы не осталось ничего», — горько усмехнулся я.

Эта маленькая смерть заставила меня задуматься. Я резко поднялся и, не говоря ни слова, решительно шагнул к калитке. Толкнув ее, я вышел за пределы двора и увидел то, чего боялся больше всего. Раскаленные алые линии тянулись по всей округе, словно гигантская паутина, выжигая траву и поднимая тонкие столбы дыма. Каждое живое существо, оказавшееся в тот роковой миг рядом, погибло мгновенно, не имея ни единого шанса на спасение. Я видел обгоревшие тела насекомых, опалённые листья деревьев, и повсюду чувствовался едкий запах гари.

Хотя я и был готов к этому, но все же поддался эмоциям. Я застыл, словно парализованный, не зная, что делать дальше, пока трава совсем рядом со мной не вспыхнула едва заметным огоньком.

— «Акира, смерть невинных душ – это, конечно, повод пролить слезы. Но если мы сейчас ничего не сделаем, то оплакивать придется уже нас самих!», — паниковала Душа, ощущая, как огонь разгорается все сильнее, угрожая перекинуться на соседние деревья.

Я уже хотел броситься вперед, чтобы потушить пламя, но оно затухло так же внезапно, как и появилось. Мама вышла вслед за мной со двора, проводя рукой вокруг себя.

И словно по волшебству, дым постепенно рассеивался, а раскаленные отметины на земле тускнели, теряя свой зловещий красный цвет. Я наполнил энергией глаза, чтобы понять, что происходит, и моему взору открылась удивительная картина. Розоватая, пульсирующая энергия расстилалась по всей земле, проникая в каждый уголок, впитывая последствия разрушительного проявления силы. Она словно исцеляла землю, заживляя раны, нанесенные молнией.

Мама легонько дотронулась до моего плеча. — Магия – это элементарная сила природы. Мы заимствуем у нее энергию, как будто берет воду из реки, а потом возвращаем ее, чтобы река не пересохла. Все сводится к тому – способен ли ты чувствовать ее жизнь, ее пульс.

— А я могу? — спросил я, испытывая сомнения.

Мама пожала плечами. — Магия не столь однозначна, как энергия Души. Сегодня ты не «видишь» жизненные нити природы, а завтра они переполняют тебя. Но как только ты осознаешь ее присутствие и почувствуешь этот трепет, она никогда не покинет тебя. Расслабься, дыши ровно и глубоко. Смотри не глазами, а телом. Почувствуй кожей дуновение ветра, услышь, как шепчут листья на деревьях, ощути запах земли.

Я повторил все, как она сказала, стараясь не упустить ни единой детали. Мое тело расслабилось, словно я превращался в лужицу теплой воды, а спокойствие и умиротворение проникали в самые глубокие уголки разума.

Глубоко вдохнув, я открыл глаза – и будто шагнул в другую реальность. Мир, который я знал, рассыпался на тысячи осколков, из которых сложилась новая картина, невиданная мне ранее. Цвета, словно живые существа, танцевали передо мной в невероятном калейдоскопе. Это были не просто оттенки – это были эмоции, воплощенные в красках. Красный пульсировал энергией и страстью, синий уносил в глубину спокойствия, а зеленый шептал о жизни и росте. Они плавно перетекали друг в друга, сливались и перемешивались, создавая невообразимые узоры. Эти краски пронизывали все вокруг, словно нити, связывающие мир воедино: каждое дерево, каждую ветку, каждую крохотную травинку. Даже воздух вокруг казался насыщенным этими цветами.

— Я вижу... — прошептал я, и в голосе моем уже начинал пробиваться росток восторга. — Мир всегда был таким прекрасным? Или это я только сейчас открыл глаза?

Опьяненный волшебством пробуждающегося восприятия, я представил ту ужасную молнию, что разрывает небо: извивающуюся, словно живой хлыст, сыплющую искрами во все стороны и оглушающую треском, от которого закладывает уши. Ее мощь и неистовость захватили меня целиком. Поддавшись внезапному порыву, я резко подтянул руку к себе, сжал пальцы в кулак, а затем выбросил ее вперед, раскрыв ладонь.

— Молния! — прокричал я, изо всех сил стараясь вложить в это слово всю ту мощь, что бушевала у меня внутри. Но, к моему величайшему удивлению, ничего не произошло. Я глупо стоял с вытянутой рукой, чувствуя себя полным идиотом.

Мама изо всех сил сдерживала смех, но едва заметное хихиканье все же предательски донеслось до меня. Я почувствовал, как мои уши мгновенно вспыхнули. Мне захотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть, раствориться в воздухе.

— Почему не вышло? Я же видел эту... ману! Она была повсюду, переливалась всеми цветами радуги!

— Глупенький, — ласково произнесла мама. — Это была вовсе не мана. Скорее всего, ты увидел множество различных душевных энергий, пронизывающих лес. Вот тебе и показалось, что ты видишь саму магию.

— Но разве у природы есть Душа? Это же просто деревья, кусты и трава, — недоумевал я, чувствуя себя еще более глупо.

— Конечно, есть, — улыбнулась она, и в ее глазах заблестел особый свет. — Душа живет и в тебе, и во мне, и даже в том старом дубе, — указала она на могучее дерево, возвышающееся неподалеку. — Все, что рождается, растет и умирает, наделено душой, пусть и в разной форме. Мы все – лишь крошечные части единой, огромной сущности, называемой Природой.

— Значит, я потратил усилия впустую... Ты оказалась права, я, наверное, просто не способен овладеть магией, — с досадой пробормотал я.

— Это вовсе не так, — покачала она головой. — Я лишь пыталась объяснить, что магия – это не то, чему можно научиться, прикладывая лишь усилия. Все гораздо сложнее. Все зависит от того, насколько ты совместим с тем или иным элементалем, насколько ты способен почувствовать его энергию и слиться с ней. Сегодня у тебя не получилось вызвать молнию, это правда, но если ты попробуешь лучше понять природу, прочувствовать ее, возможно, она откроется тебе, и ты сможешь творить настоящие чудеса. — Она выдержала небольшую паузу. — И к тому же, кое–чему ты все же научился.

— Ты о радиантной силе...

— Верно! — прервала меня мама, с энтузиазмом кивая. — И я говорю не только о твоих успехах в нашем утреннем спарринге. Видеть энергию – это уже одно из проявлений радиантной силы. Точнее, это особый подкласс, который открывает перед тобой уникальную ветвь – способность накладывать свою энергию на само пространство, изменять его под себя. Это очень тонкое искусство.

— «Кажется, я понимаю, о чем она говорит», — прозвучал голос Души в моей голове.

— Твой «друг», похоже, тоже хочет присоединиться к нашему разговору, — мама неожиданно прервала беседу, посмотрев на меня с хитрой ухмылкой.

«Она нас слышит?», — паника кольнула меня, и мурашки пробежали по затылку. «Нет, это невозможно. Иначе она бы сразу раскусила нас», — попытался я мыслить рассудительно.

— Чего ты так испугался? Я всего лишь научилась определять ваше общение по исходящим от тебя потокам энергии. Когда вы разговариваете, она немного сильнее подрагивает, чем обычно, — сказала мама, приближаясь ко мне, чтобы получше рассмотреть.

— «Удивительная женщина...», — восхитилась Душа.

— Говоришь так, будто это легко. Я вообще ничего не вижу, — буркнул я.

— Я многое могу! — с гордостью заявила она. — Я чрезвычайно искусна в энергии Души, первоклассно владею магией, умна и еще и красива, — перечисляла мама свои достоинства, самодовольно улыбаясь.

От ее слов я лишь тяжело вздохнул. Впрочем, она была права... во всех пунктах.

— Кстати! — вдруг вспомнил я, ткнув пальцем в ее сторону. — Насчет магии! Ты жульничала!

— Я?! — наигранно удивилась она, вскинув брови. — Я всегда играю по правилам, чтобы ты понимал. У меня репутация!

— А вот и нет! В тот момент, когда мы падали, ты использовала магию, хотя сама говорила, что спарринг пройдет исключительно с помощью кулаков. — Я победно продемонстрировал свою правоту. — Так бы ты тоже упала за линию. Не отрицай!

— Я это сделала, чтобы не упасть и не испачкаться, — пожала она плечами с невинным видом. — К тому же, ты ведь пересек линию первым. А значит, я выиграла! — победно вскинула она палец вверх.

— «Смирись, это правда, тебе нечего возразить», — прозвучал голос Души, явно согласный с ее доводами.

— Но, — продолжила мама, немного подумав, — с учетом того, что мне пришлось использовать больше сил, чем я предполагала, — она бросила на меня быстрый взгляд. — К тому же, делая скидку на твой юный возраст, я соглашусь на ничью, — искоса улыбнулась она. — И отвечу на один, любой, вопрос.

Мое сердце заколотилось от предвкушения. Это то, чего я так отчаянно хотел. Конечно, не в полной мере, но все же лучше, чем ничего. «Я не знаю, почему она так скрывает правду от меня, поэтому стоит подбирать вопрос осторожно. Спросить о проблеме Души? Нет, она может просто не знать ответа. Поэтому поступлю так...».

Я уже было открыл рот, чтобы задать вопрос, но в последний момент решил посоветоваться с Душой:

— «Что думаешь? Мне кажется, твоя проблема может подождать».

Я почувствовал, как она на мгновение задумалась. — «Наверное, ты прав. Я уже свыклась, да и особых неудобств это мне не доставляет. К тому же, есть риск, что мы не получим желаемый ответ».

— «Не зря мы с тобой одно целое. Тогда решено», — уверенно заявил я.

— У меня есть вопрос! — выпалил я, стараясь скрыть волнение.

— Не стесняйся, спрашивай все, что пожелаешь.

— Ты говорила, что знаешь того, кто тоже умеет общаться с Душой. Как его зовут?

На мгновение я уловил шок, промелькнувший на ее лице. Этот вопрос она явно не ожидала. Удовлетворение от удачного выбора обожгло меня изнутри. Этот человек, должно быть, невероятно силен, а значит, и достаточно известен. Когда я покину лес, я обязательно найду его.

— Ты точно уверен, что хочешь узнать именно это? — переспросила она, будто пытаясь выиграть время. — Я же предупреждала, что отвечу только на один вопрос.

— Да, — твердо заявил я, не собираясь отступать. — Как его имя?

Она замолчала, явно не желая отвечать, но выбора у нее не было. Обещание дано, и его не вернуть назад. Собираясь с мыслями, она глубоко вздохнула.

— Зерен, — произнесла она, задумчиво прикусив губу. — Но больше ничего не скажу.

«Зерен...», — мысленно повторил я, стараясь запомнить. «Я обязательно тебя разыщу!».

— Спасибо, что сыграла по–честному. Для меня это действительно много значит, — внезапно обнял я маму. — И спасибо, что так помогла мне сегодня.

Я так редко показывал ей свои чувства, что она слегка опешила от неожиданного проявления нежности. Наверное, мне стоило раньше понять, как это важно для родителей – знать, что их ребенку не все равно.

Конечно, моя мама, как всегда, быстро пришла в себя и легонько приобняла меня в ответ, показывая свою истинную сущность: внимательную, тактичную и рассудительную. Ту, которая, должно быть, так страдала в прошлом...

— Что будем делать дальше? — я слегка отстранился от нее.

— На сегодня достаточно. Мы хорошо потренировались, и, к тому же, ты научился гораздо большему, чем я ожидала. Нам всем нужно отдохнуть, — устало улыбнулась она.

Мама была права. Сил у меня едва хватало, чтобы стоять на ногах, не говоря уже о дальнейших тренировках. Однако было одно дело, которое не терпело отлагательств.

— Тогда ты не против, если я немного прогуляюсь?

— Ты это заслужил, — кивнула она и развернулась, направляясь к дому.

— «Немного резко, да?» — заметила Душа.

— «Согласен. Но у всего есть своя причина», — произнес я, чувствуя ее любопытство.

После этих слов я развернулся и, не теряя ни секунды, направился в сторону деревьев, вскоре скрывшись в густой чаще леса.