Руководство пользователя для регрессора, глава 645

Дум Хёнсон (1)

Ким Хёнсон виден издалека.

Я не мог решиться: стоит ли подойти к нему прямо сейчас или лучше выждать какое-то время. Я всерьез опасался, что мое появление может оказать на него еще более пагубное влияние.

Вид Ким Хёнсона, который медленно осматривал собственное тело, словно все еще не мог к нему привыкнуть, определенно внушал тревогу. При мысли о том, что Люцифер сейчас наверняка хлопает в ладоши с коварной ухмылкой, на душе становилось тошно.

«Ну, погоди у меня, я тебе еще устрою. Сука, только подожди, блядь».

Но сначала нужно было разобраться с последствиями.

«С его психикой все в порядке? Способен ли он принимать рациональные решения?»

Больше всего меня беспокоило текущее душевное состояние Ким Хёнсона. В моем случае, даже после заключения контракта с Белиалом, я не почувствовал особых перемен. Моя душа, сияющая прозрачным светом, была подобна железной стене, не пропускающей ни капли тьмы.

Однако не все пребывают в союзе со светом. Другие люди неизбежно будут реагировать иначе. Достаточно взглянуть на контракторов, заключивших сделки с «грязными воронами», чтобы понять: загрязнение души — это неизбежная плата. То же самое касается призывателей демонов и дьяволопоклонников. Возможно, они стали злыми не потому, что были такими изначально, а потому, что контракт с демоном развратил их.

Нельзя было с уверенностью сказать, как это отразится на Ким Хёнсоне. Учитывая, что в его голове постоянно роились негативные мысли, он мог измениться, но все же дух и душа регрессора не должны быть настолько слабыми. Хотя, глядя на происходящее, нельзя утверждать наверняка… Впрочем, внешне странностей не замечалось.

— А-а-а-а-а!

Рафаэль, издав вопль, широко расправил крылья и в последнем отчаянном порыве взмахнул серым мечом. Он бросился на Ким Хёнсона, который просто смотрел на свои руки, совершенно не обращая внимания на атакующего ангела. На лице Рафаэля читалась уверенность в успехе, и мне тоже показалось, что это неплохой выпад.

До того самого момента, как Рафаэль оказался вплотную, Ким Хёнсон, казалось, вообще не реагировал. Однако тем, кто с болезненным криком врезался в противоположную стену, оказался именно Рафаэль.

*Бум!*

Ким Хёнсон даже не взмахнул мечом. Стоило ему лишь коснуться врага тыльной стороной ладони, как тело Рафаэля впечаталось в дальнюю стену.

«Что за чертовщина? Почему он стал таким сильным? С чего такая мощь? Бля, что это сейчас было? Ого, черт, ну и дела».

Ким Хёнсон и сам, похоже, недоумевал от собственной силы, то и дело поглядывая на свои ладони. Нужны ли слова, когда статы выросли до абсурдного уровня? Некоторые из них даже не отображались. Окно статуса стало таким, что даже «Оком Разума» его было невозможно прочитать полностью.

[Профессия мифического ранга: Падший Меч]

Лишь название профессии сияло отчетливо.

— Ха-ха-ха…

Не знаю, что означал этот самоироничный смех, но он не предвещал ничего хорошего.

— Ха, ха-ха.

— Проклятье!

Рафаэль, харкающий кровью с глухим кашлем, попытался напасть снова, но он больше не был соперником.

*Хруст!*

Раздался скрежет, и Рафаэль всем телом буквально «пропахал» пол. Этого показалось мало: Ким Хёнсон наступил Рафаэлю на спину и, схватив за крылья, приложил силу. С жутким звуком крылья были вырваны с корнем. Фигура Ким Хёнсона, стоящего посреди разлетающихся брызг алой крови, выглядела величественно, но сама сцена была крайне гротескной.

— А-а-а-а-а!

Раздался истошный крик, но выражение лица Хёнсона не изменилось ни на йоту. Словно избавляясь от помехи, он схватил левое крыло и надавил ногой, вбивая тело Рафаэля в землю. Разумеется, излишне говорить, что и это крыло было оторвано.

— А-а-а!

*Бум!*

— А-а… а-а!

*Бум!*

— А-а…

«Бля, кажется, у него с головой стало не в порядке. Он же не сошел с ума, верно?»

На мгновение я ощутил восторг от сокрушительной силы Дум Хёнсона, обратившегося спиной к свету, но проблема заключалась в том, что он проявлял невиданную прежде жестокость. Того Ким Хёнсона, который старался прежде всего вывести противника из строя или убить его быстро и чисто, больше не существовало. Видя именно то, чего я опасался, я невольно стал похлопывать себя по бедру.

«Он не мог сойти с ума, только не это…»

Его крылья, к которым он еще не привык, двигались хаотично, отчего по моей коже пробежал мороз. Спустя совсем немного времени он был уже с ног до головы залит кровью. Честно говоря, его лицо сейчас пугало больше, чем Чон Хаян в периоды ее безумия. То, как он поднял за горло Рафаэля с обрубками крыльев, выглядело так, будто он раздумывает не о том, как его прикончить, а о том, как причинить побольше боли.

«Силен, реально охренительно силен».

Учитывая, что в теле Рафаэля все еще оставалось огромное количество серого света… можно сказать, что Хёнсон почти приблизился к уровню божества. То давление, которое я ощутил при первой встрече с Белиалом, теперь исходило от Ким Хёнсона.

«Черт, он ведь реально может быть сильнее Белиала?»

Возможно, это было преувеличением, но казалось, что с командирами легионов из нижней части списка он справится без труда.

Пока мы двигались, я почувствовал, как Пак Риан, поддерживающая меня, мелко дрожит. Раньше она, вероятно, не видела этого четко, но теперь фигура Ким Хёнсона предстала перед ее взором во всей красе. Естественно, она поняла: что-то не так.

Кто сможет сохранить самообладание, увидев человека с иссиня-черными крыльями, с ног до головы перепачканного кровью? А если этот человек — глава гильдии, к которой ты принадлежишь, потрясение будет еще сильнее.

Наконец Ким Хёнсон медленно перевел взгляд в нашу сторону. Он опустил руку, сжимавшую Рафаэля, и посмотрел на меня с беспокойством. Наверняка он хотел выглядеть жалко, но почему он не понимает, что в данной ситуации это дает обратный эффект? Впрочем, я и сам не знал, как мне реагировать на его новый облик.

«Должен ли я это отрицать? Будет ли это правильным?»

— Киён-сси…

— ……

— Киён, Киён-сси.

«Ох, бля».

— Киён-сси…

Ким Хёнсон начал медленно приближаться к нам. Слегка расправив крылья, он словно неспешно заскользил над землей, и ему не потребовалось много времени, чтобы добраться до меня.

Забавно было то, что Пак Риан с побелевшим лицом выхватила меч, чтобы защитить меня. Она определила нынешнего Ким Хёнсона как врага. Честно говоря, я не мог ее винить. Будь я на ее месте, я бы принял такое же решение.

— Бе… бегите, вице-глава. Вы должны бежать. Это… это не глава гильдии, это монстр.

«Тебе тоже так кажется? Нам правда нужно бежать?»

— Я возь… возьму его на себя.

«Нет, нам не нужно бежать. Вряд ли до этого дойдет… Но мне тоже немного страшно. И вообще…»

Мы бы и не смогли убежать. Ты же видела, на что он способен.

Ее голос дрожал, ноги подкашивались. Я провел с Пак Риан немало времени, но видел ее такой впервые.

«Она в ужасе».

Та самая Пак Риан, которая готова была пойти на смерть ради выполнения задания, была до смерти напугана. Мало того что она была охвачена ужасом, ей, казалось, было даже трудно дышать.

— Риан-сси, вы тоже хорошо потрудились.

— Отойди. Отойди от вице-главы… прочь, грязный демон…

— Замечательно. Да, именно такой я и хотел вас видеть. Хотя ваше нынешнее решение меня немного огорчает… в любом случае, вы молодец.

— Не подходи… не подходи…

«Ты ведь не собираешься трогать Пак Риан?»

К счастью, я увидел, как он осторожно перехватил ее руку, заставляя опустить меч. Разумеется, Пак Риан не могла пошевелиться. Ее тело полностью онемело. Она рухнула на пол с выражением лица, полным неверия, будто воочию увидела истинного дьявола.

Не знаю, проявил ли он заботу обо мне, но, по крайней мере, мое тело так сильно не дрожало. Ким Хёнсон не собирался причинять мне вред. На его лице не было ничего, кроме тревоги и беспокойства. Скорее, он сам казался напуганным. Вернее будет сказать, что он отчаянно пытался подавить желание сбежать.

«Черт, слава богу. Это действительно хорошо».

Похоже, он не превратился в безумца, не различающего своих и чужих. Я думал, он сразу бросится обниматься, но он в нерешительности замер, явно беспокоясь о крови на своем теле. Это напомнило мне прежнего Ким Хёнсона.

И все же…

«Как мне реагировать?»

Я не мог понять, какое действие будет правильным в ответ на этот новый образ Ким Хёнсона.

«Притвориться, что мне больно?»

Это не вариант.

«Или… встретить его как обычно?»

Но и это странно. Перед тобой Ким Хёнсон, заключивший контракт с демоном, — вести себя как ни в чем не бывало просто нелепо. Однако на его лице были только тревога, сожаление, неуверенность и какой-то непонятный страх.

«Дерьмово-то как, а».

Вся ситуация складывалась паршиво.

«Ха, реально бесит».

Я понимал, что должен что-то сказать, но слова не шли с языка. И причиной был вовсе не Ким Хёнсон.

«Отдача».

Последствия долгого использования телескопа начали накрывать меня. Я хотел сохранить спокойствие и не кривиться, чтобы не волновать его еще сильнее, хотел показать привычного себя, но лицо сводило в болезненной гримасе. Помимо воли я продолжал хмуриться. Не так-то просто терпеть боль, от которой хочется кататься по земле.

«Ой, бля… что делать-то. Люцифер, сука. Люцифер, блядь».

Пока я продолжал морщиться, раздался его голос:

— Все хорошо. Теперь все будет хорошо.

«Что хорошего-то».

Он заговорил тоном человека, который изо всех сил сдерживает слезы.

— Теперь все будет в порядке. Больше не будет никаких трудностей.

«Да что это значит?»

— Я ошибался.

— А, угх…

— Вам больше не нужно беспокоиться о моей ответственности.

«Эй, бля. Он что, собрался все бросить?»

Почему-то мне стало тревожно. В голову пришла мысль: а не собирается ли Ким Хёнсон вообще отречься от континента? Я надеялся, что это не так, но, как всегда, дурные предчувствия не обманывали.

— Это была ноша, которую изначально не стоило нести.

«Нет, стоило, сумасшедший ты придурок! Нужно нести ее…»

— Все, все кончено.

«Нет. Еще ничего не кончено, идиот…»

В тот момент, когда Ким Хёнсон фактически объявил об отказе от континента, я не мог не уставиться на него враждебным взглядом.

«Я не могу все бросить, черт возьми. Если хочешь бросать — бросай один».