— Далеко друг от друга не отходим. Стараемся держаться вблизи, передавайте каждый шорох, если он почудится вам странным, — монотонным голосом я отдавал приказы своим союзникам.

— Есть! — их голоса донес ко мне ветер, звонкий шум прорезал уши.

Мы двигались в сторону к западу, где в самом конце нас должна была ждать корона, но пока что мы к ней не так уж и спешили. Я пытался засечь каждую неуловимую вспышку энергии чьей-то Арканы, но остальных команд то ли не было поблизости, то ли они слишком уж хорошо скрывались. Скрытность была одной из ключевых особенностей использования Арканы. Как у хищника, угроза в нужный момент должна быть показана, ярко продемонстрирована, чтобы запугать врага и избежать длительной схватки, но когда вокруг тебя таятся столь же опасные чудовища, как и ты сам, то приходится быть тише воды ниже травы. Оголить клыки лишь в самое точное мгновенье, подловить соперника и обратить в свою жертву — таков единственный шанс уцелеть. Невозможно задавить силой, ведь не знаешь откуда на тебя может обрушиться шквал атак другой команды. Наши движения осложнялись тем, что приходилось выполнять множество одновременных действий, которые сильно давят на концентрацию. Шум наших шагов, всяких мельчайших движений, приходилось тщательно скрывать, так как с помощью усиленного слуха любой враг может услышать даже самый глухой треск. Кроме того, нужно беспрестанно держать связь с союзниками, поддерживая воздействия элементарной сути между нами. Если хоть с одним прервется контакт, это будет означать провал. Но, в то же время, мы не должны бояться, подобно боязливым кошкам, когда по наши души придут другие. В особенности я, среди всех нас обладающий наибольшей восприимчивостью, должен позаботиться про обнаружение соперников. Не стоит забыть, что здесь хищниками выступаем мы — никто другой.

В округ все было видно с предельной ясностью. То ли из-за нестандартного освещения, будто внеземное оно исходило отовсюду, то ли из-за изменения гаммы цветового окружения, но даже самые темные уголки можно было с легкостью разглядеть с усиленным энергией Арканы зрением. Но что доставало хлопот: нигде не видно врагов. Впрочем, я и не надеялся на такую легкую игру. Уверен, каждый здесь хорошо играет в кошки мышки. Лишь благодаря таким забавам, переросшим в игру на смерть, нам приходилось выживать во времена разбоя.

— Стойте, — я отдал приказ, который с небольшой задержкой дошел до ребят. Они резко дернулись, уцепившись за крупные ветви деревьев и удержались, ловко сохранив баланс. Фэй сделала кувырок и я заметил плавные маневры пальцев ее руки, как через них проходил воздух. Она бесшумно приземлилась, не просочилось ни шороха. Дрейк совершил куда менее фееричный трюк, но, тем не менее, не лишенный практичности, ведь звуков тот по-прежнему не издавал. Их внимание сосредоточилось на мне, пока ребята зависли по обе стороны дерева, что было впереди меня.

— Мы не будем продвигаться вперед? — спросил меня Дрейк, слегка приподняв бровь.

— Мы прошли достаточно глубоко в лес, постепенно сюда должны стянуться все команды, — я был уверен в своих словах, так как перед испытанием изучал поверхностную карту первой зоны, — Города расположены по краям и лес по большей части вырублен вокруг них. Есть два больших города по обе стороны первой зоны и они образуют собой узкий проход, где лес было невозможно вырубить. В этом моменте ловушку не сделает только самый дурной. Каждый игрок наверняка будет проходить по этой местности.

— В таком случае, нападем на тех, кто по ошибке выдаст свое местоположение? — Фэй задала вопрос. Даже используя манипуляции ветром, чтобы сделать свой голос слышимым лишь для нас, она продолжала говорить шепотом и это слегка щекотало мои уши.

— Да, но мы будем капризны, — улыбнулся я, — Рыбы покрупнее сорвутся на малышей первыми и съедят тех. Так как количество очков просто отбирается командами друг от друга, то мы ничего не потеряем, даже если откажемся от спешки. Наша первостепенная задача захватить первое место, но даже так мы можем себе не отказывать в лишней добыче. Мы просто будем максимально долго оттягивать выдачу нашего местоположения и вскроем карты лишь в миг, когда нападем исподтишка.

— В таком случае, при нападении мы будем действовать согласно стандартной методике?

— Точно так же, как и в тренировочном бою с учителем, не будем изменять тому, с чего все началось, — я медленно кивнул, но остановился на пол пути, — Но старайтесь быть ближе к ветвям деревьев, занимайте верхние позиции. Мы не знаем каждую живую тварь в этом лесу, его аномалии нам знакомы не до конца. Просто не привыкли сражаться в таких условиях, так что хищные растения и животные могут нам помешать, — я понизил свой тембр, чтобы на последние слова они обратили особое внимание, — Вы все помните: мы можем относиться к врагам беспощадно, но это может нам помешать. Старайтесь их обезвредить, но не предпринимайте попыток убийства. Если вмешается наблюдатель, станет только хуже.

Они оба кивнули и мы рассредоточились по разным сторонам. Да так, чтобы оставаться друг у друга на виду. Коммуникация была важнейшим ключевым фактором в этом испытании и мы не можем себе позволить утратить ее. Одних глаз недостаточно, нужно глядеть во все три пары, даже больше — чувствовать неведомое взгляду.

На испытании, помимо очков за перехват других команд и короны, были и награды за нахождения специальных предметов, но мы решили, что не потянем на своих плечах так много разных целей. Можно сказать, что даже корона не является нашим приоритетом. Она остается как дополнительная возможность, как идеальная реализация намеревающегося плана. Просто вишенка на торте. Главным блюдом станет первое место. Я уверен, даже очки, заработанные за испытание, не так важны, как фактор доминации над более сильными соперниками. Это сыграет ключевую роль в повышении нашего ранга. Люди здесь не так глупы, чтобы вверять какой-то игре право определять самого лучшего кандидата. Если победим превосходящего нас по рангу, то мигом займем его месте. Иначе это работать не может. Пусть Ральф и постановил, что за каждого игрока дается равное количество очков, но я уверен, что за этими словами всего лишь скрывается цель определить сильнейшего. Достаточно громко заявить о себе и уже будет плевать седьмое ты место или даже последнее. Ты одолел крупного дядю и уже никак не можешь оставаться в глазах окружающих кем-то настолько незначительным.

— Ран! — выдавливая голос, но все таким же шепотом, до меня донесся голос Фэй, — Юго-восток, слабые импульсы чьих-то Аркан, движутся по направлению к нам.

В тот же момент, как его засекла Фэй, я тоже смог в полной мере ощутить вибрацию. Она была слабой даже не оттого, что была далеко или пыталась скрыться, просто сами владельцы были далеко не искусны в ее использовании. Однозначно слабы.

С улыбкой на лице, даже слегка печально, я начал в уме считывать секунды. Спустя одну я почувствовал, как еще несколько Аркан проявились рядом с теми и начали движение в сторону зачинщиков. Спустя две они уже столкнулись и раздался громкий шум, лязг металла, который был хорошо мне слышен даже за сотни метров. Спустя три все стихло и сигнатуры скрылись ото всех. Мельчайшая деталь, которую не смог уловить никто из моей команды, была тем, что Арканы людей, движущихся в сторону к нам, а точнее на запад, исчезли задолго до того, как скрылись нападавшие. Наверняка кто-то недостаточно умелый потерял контроль над энергией и сдал свою позицию. В шокированном состоянии, не успев осознать происходящее, атака не заставила себя долго ждать. Команда была ликвидирована. Не думаю, что их убили. Все таки, здесь все гуманно. Возможно, просто вырубили и забрали очки. Я хорошо чувствовал Арканы нападавших. Они были недостаточно сильны, чтобы является кем-то из вершин списка. Скорее всего, слабее, чем мои соратники.

— Наглядный пример, прошу заметить, — я позволил себе отпустить шутку, но увидел, как лица Дрейка и Фэй опустились, снизошли до состояния мрачной настороженности, а не улыбок.

Больше других Аркан я не чувствовал. Лишь только совсем издали доносились какие-то едва уловимые сигналы, но я не смог их полностью прочувствовать. Даже не был уверен, что это силы чье-то Арканы, уж слишком далеко те были. Возможно, там в начале остались те, кто совсем уж никуда не спешил. Они начали свои сражение и оттуда доносятся лишь только слабые вибрации. В то же время, вполне вероятно, что Маледикт поглощает какую-то часть из доносящихся маячков энергии. Здесь воздух ощущается тяжелее, но не в прямом смысле. Использование силы слегка замедленно, словно фехтование слизким клинком. Это вполне вероятно, так как плотность энергии Аркан в Маледикте не такая высокая, как снаружи барьера. По каким-то причинам, здесь силу черпать сложнее. Когда я вскользь читал об этом, то даже не думал, что на практике это окажет такой значимый эффект. Это та переменная, наличия которой мне хотелось бы всеми силами избежать. Наш план сам по себе довольно-таки шаткий и послабления наших же способностей может неблагоприятно на нем исказиться. Мне стоит учитывать такое осложнения, если вдруг я буду принимать резкие решения.

В остальном мы только ждали. Проход через лес был слишком узок, чтобы пройти там незамеченными, и те, кто это знали, уже успели добраться сюда. Теперь же они ждут, в ожидании, когда нервный тик и легкое колыхание листвы на деревьях задавит человека нарастающей тревогой. Будто бес вселился в тишину и ждет, когда можно будет нанести удар. Невольная мысль появится в голове у отчаявшегося и он первым решиться ступить вперед, думая, что остальные поступили так же и тех уже след простыл. Они почувствуют себя опоздавшими и попытаются наверстать упущенное. Следом, на таком расстоянии, даже при помехах проклятого леса, все до единого смогут четко ощутить передвижение остальных и нападут. Но мы должны ждать. Никогда не высовываться, даже если будем хорошая возможность. Мы собрались охотиться за самой крупной дичью.

— Что за черт?! — выругался Дрейк, но услышали это только мы с Фэй.

Внезапно, чья-то Аркана ярко вспыхнула вдалеке, не слишком далеко от нас, около сотни или немногим больше метров. Она была столь обширной, что охватила всю округу. Несмотря на жесткое давление Маледикта, кто-то достаточно сильный оказался горазд высвободить в одно мгновенье чудовищный запас сил. Я прочувствовал это вибрацией и яркой вспышкой в глазах. Она отдалась по дереву, на котором я стоял. Прошла по его стеблю и мои руки задрожали. Даже грудь затрепетала, когда она прошла сквозь мое сердце. На секунду я оцепенел, просто встал как вкопанный. Мне не нужно было смотреть на свою команду, чтобы понять каковы их впечатления. Мы все стояли не в силах двинуться, ошеломлены, в какой-то степени даже напуганы.

Я бы так и остался стоять, если бы еще одна мысль, возникнувшая в моей голове как следствие холодного пота и мурашек по спине, не прокричала: “Первое место!”. И я был уверен в этом, как никогда. Его Аркана выделялась на общем фоне, будто ставила своим могуществом все остальных на места. Мое дыхание участилось, а глаза выпучились. Я вовремя словил себя на этом состоянии, чтобы прикрыть веки и глубоко вздохнуть. Если сейчас я потеряю самообладание, то всему придет конец.

— Возможно, он этого и добивается, — начал я, извещая своих союзников, — Провоцирует всех действовать. Будто кинул нам палку и сказал: “Фас!”. Не рыпайтесь, — я проговорил последние слова сквозь стиснутые зубы.

Я молниеносно дернулся на звук вихрящегося, глухого ветра где-то рядом. И точно понял: кто-то скрывает свои движения. Где-то рядом, очень близко, почти дышит мне в спину. Или наоборот спереди? Черт возьми, кто-то повелся на его провокацию?! Ошибка, слишком большая ошибка.

В голове кружились мысли о том, что сейчас стоит делать. Многие команды среагировали на движения и рядом с нами, сейчас, находятся самые могущественные игроки, среди всех присутствующих. Они не выдают своих позиций, но я слышал их попытки скрыть это. Уверен, одной командой случай не обойдется. Их здесь с десяток. Мы не можем двинуться. Не лучше ли спуститься с деревьев? Так мы могли бы уменьшить шансы быть замеченными. И все же… лишний шум наверняка привлечет остальных!

Я был уверен, что сейчас нас окружает множество групп, а первое место, после того неожиданного импульса, больше не подавал признаков своего нахождения здесь. Неужто в этом и была вся его цель? Засветиться, спровоцировать, а затем рассчитывать, что мы устроим здесь бойню?! Тем самым, он сможет просто пройти самую опасную местность и устремиться за короной… Так не лучше ли попытаться прорваться благодаря скорости? Нельзя, из нашей команды достаточно ловкая только Фэй, мы с Дрейком не сможем так быстро улизнуть. Тем более, когда здесь собрались сильнейшие. Не стоит рассчитывать, что мы, подобно первому месту, сможем так же взбудоражить людей и выйти из воды сухими. Этот импульс Арканы можно было бы увидеть от учителя, но никак не от обычного новичка. Только сейчас я осознаю, что он не зря занимает лидерство в рейтинге.

Нужно что-то делать. В один момент, если не я, то кто-то другой сделает первый ход. Мы все застыли в оцепенении, но рано или поздно они придут в чувство и здесь воцарится хаос. Я должен, нет, моя команда должна выбраться отсюда как можно быстрее, не затевая никаких схваток. До того как начнется настоящее испытание.

Вижу несколько предположительных мест, где должны находиться противники. Стоит ли создать песочные завесы во всех местах, откуда вероятнее всего вместе с нашим движением пойдет атака? Благодаря Фэй, мы молниеносно прорвемся вперед, по пути, который для нас расчистит Дрейк. Тогда мы сбежим и дадим себе значительную фору. За нами никто не сможет погнаться, так как мы уже будем далеко впереди. Игроки обязаны будут схлестнуться между собой и у них уже не будет времени догонять нас. Мы либо станем первыми, либо…

И только в тот момент, когда я хотел отдать приказ к действию и активизировать свою Аркану для применения техники, как меня перебил еще один глухой всплеск энергии. На этот раз им стала чья-то техника. Она прошла вибрацией по моему телу и я с острой болью согнулся, чувствую жжение в груди.

Немочь быстро утихла и вместе с тем, как я поднял голову, услышал обескураженный вздох Фэй.

Вижу сигнатуры, около десятка, нет, точно насчитал более двадцати. Все они имеют разный окрас, каждая активна. Меня пробрала дрожь осознания.

— Рывок! — выкрикнул я и мой голос разнесся по всем окрестностям без использования элементарной сути, что направляла бы его.

Дрейк начал двигаться первым. Он сделал выпад вперед, ладонью дотронувшись до большого стебля дерева впереди нас. В ту же секунду, когда я даже не заметил этого процесса, кора мгновенно кристаллизовалась и теперь была похожа на мутное зеркало, легонько мерцая цветами радуги. Парень ступил шаг вперед, сжал кулак, содрал некоторые из кристаллов, а затем, делая едва заметный замах в доли сантиметра, разбил дерево из стекла на мелкие кусочки. Я видел, как его осколки, подобно маленьким стеклышкам, разлетелись по округе на десятки метров. Они оборачивались в воздухе и ярко блестели, слегка раздувались. Становились больше, будто росли слой за слоем. Но не прошло и секунды, как те взорвались, вызвав ударную волну, что сильно накренила деревья. С них попадали некоторые игроки, я запомнил их местоположение, но времени на лишние мысли не было. Каждое мгновенье сейчас было на вес золота, все происходило настолько быстро, что соображать становилось только сложнее.

Я едва успел заметить тот момент, когда Фэй дернула меня за шиворот униформы. По рукам, хребту и ногам прошел электрический разряд. Мне пришлось значительно ослабить свою собственную Аркану, чтобы она смогла использовать технику и это было больно. Я не отпустил бдительности. Затем с резким звуком отправился в полет, ветер прорезал мои глаза и я потерял каплю времени лишь на то, чтобы прийти в себя. Даже сконцентрировав весь свой запас сил, чтобы увеличить скорость восприятия, я все равно успел лишь только увидеть, как Дрейк был отправлен в полет после меня и Фэй, прилипнув ногами к дереву, готовилась последовать за нами. Мир в какое-то мгновенье размылся вокруг настолько, что я не осознавал, где нахожусь. Даже скорость перестала быть ощутимой, я сам не понимал, что чувствовал. Меня охватило давление инородной силы Фэй и только сейчас я осознал, насколько сильна была ее техника. В миг мы оказались за сотню метров вдалеке от места образования битвы. Скорость, с которой мы стремительно летели вперед, спадала слишком медленно, так что я услышал:

— Тормози! — из-за свиста ветра было совсем не слышно кто это сказал.

Я еле мог двинуть руками, напор воздуха вообще ничего не давал мне сделать, к тому же я все еще не отошел от сильного удара молнией, который оставил на моем теле значительные увечья. И все же, за многочисленные попытки провернуть этот же прием на подготовках, каждый из нас высек на сердце что должен будет сделать. Чувствуя прилив силы, я пережевал землю, которая медленно собиралась на моем языке. Выплюнул грязь, которая ровно перед глазами скрепилась в крепкую паутину, цепляясь за соседние деревья. Сжав кулак, я сосредоточил силу на что только хватило моей концентрации. И мы врезались в мою страховочную технику из слякоти, которая растянулось еще на несколько метров. Я чувствовал, будто мою руку рвали на части, а я пытался удержать ее разом. Сила отражалась на меня как физическое воздействие. Она рвала мои пальцы, раздирала мою руку на волокна, точно так же, как медленно рвалась паутина, что останавливала нас. Спустя секунду, как застопорились, я ослабил технику и мы втроем рухнули на землю. Вскрик сотряс горло, когда мы больно соприкоснулись с дном болота.

Казалось, от болевого шока я на какое-то время потерял сознание. В глазах кружилось, с носа медленно стекала зловонная вода вперемешку с грязью. Я поднялся, опершись локтями. Сплюнул болотную жидкость и еле как фиксируя взгляд, посмотрел на остальных. Ребята поднимались с положения лежа. Выражения их лиц выказывали боль и раздражение. С ними все более или менее в порядке.

Внезапно чувствую острую боль, которая отдавалось в правом предплечье. Подняв его и рассмотрев, пока с руки медленно стекала грязная вода, я увидел многочисленные разодранные раны. Из них кровоточило, было видно мясо. Ладонь тоже пострадала. Там, где пальцы сходились, образовались жесткие разрывы, будто укусы. Я заскрежетал зубами от дикой боли, которая в моменте пришла, как с опозданием. Всеми силами старался не закричать. Больше не могу использовать Аркану, слишком большие повреждения. Голова идет кругом, не могу сосредоточиться. Тошнит, сейчас все в желудке полезет наружу. Голоса игроков моей команды звонов отдаются в мозгах. Эхом плескаются брызги воды, пока они в панике обращают свои взгляды на меня. Я поддерживаю свое внимания на крупицах оставшейся энергии, но и она со временем иссякает.

— Ран! Черт возьми, до такой степени раньше не доходило! — вскрикнул Дрейк, увидев, как я корчусь на земле и сжимаю руку на другой, что была уничтожена в мясо. Он подбежал ко мне, забрызгав нас двоих, а затем обратился к Фэй, — Как… раньше ведь все проходило слаженней?

— Раньше нас не окружали толпы долбанных врагов! — рявкнула она в ответ Дрейку, — Что с твоей рукой?! — развернулась ко мне, бегая взглядом от моего лица к предплечью.

— Не теряем самообладание, — со сжатыми зубами процедил я слова, что были обращены скорее к самому себе, чем остальным. Даже дышу обрывчато, тяжело, с хриплыми стонами. Боль адская, я будто тотчас потеряю сознание. Но нужно держаться, сейчас слишком ответственный момент. Я должен собраться с мыслями и понять, что нам делать дальше. Пусть и кажется, что мы находимся в безвыходной ситуации, но я не могу позволить всему окончиться так просто. Рука продолжала ныть, я чувствовал нестерпимую боль и несколько раз, казалось, отключался.

“Больно!.. До чего же, сука, больно!” — прокричал я в мыслях.

Вокруг было тихо, здесь в округе было затишье без боя, мы смогли прорваться вперед. Это главное. С помощью плеча Дрейка я поднялся, Аркана не отзывалась, я не мог использовать силу. Моя выносливость в секунду опустилась до нуля. Я глянул на Фэй и увидел, что по телу той была сгоревшая одежда, прилипшая к ее телу. На оголенных местах была почернелая кожа, сожженная ее собственным электричеством. Она тоже ослабла, пусть и может держаться на ногах, но если она не получит помощь в скором времени, то может умереть. Уверен, ее органы повреждены еще хуже. Удивительнее то, что она все еще остается в сознании. Возможно, я выглядел даже не так ужасно, как она. Увечья, причиненные ее собственной силой, были не похоже на следы пламени. Она будто прожгла себя изнутри.

На теле Дрейка тоже были ожоги, но те не столь ужасные. Он мог двигаться и остался единственным, кто способен сражаться. Неужели конец? Черт возьми, мы десяток раз практиковали ту же самую слаженную технику, но все провалилось в один момент, когда решили опробовать ее в реалиях настоящего боя. Сейчас я слышал, как там разгорелось настоящее сражение. Почему в один момент все Арканы стали так четко видны?! Что за чертовщина? Чья-то техника, которая способна вызвать резонанс. И она исходила где-то рядом, но по итогу в тот момент дикого переполоха я не смог отследить ее источник. Кто-то использовал ее, чтобы раскрыть присутствие всех и каждого, кто собрался в том месте. Из-за этого мы поспешили, в панике на скорую руку допустив кучу ошибок. Совместная техника слишком опасна, чтобы так просто ее использовать. Мы слишком ослабляем защиту от Арканы, чтобы Фэй могла использовать на нас свою собственную. Получаем большое ускорение, но вследствие чего становимся как муха, что разобьется о любое препятствие на пути. Именно по этой причине Дрейк в первую очередь использует технику и разрушает все препятствия четко по курсу. Но все равно провалились. Черт!

— Есть бинты? — когда она не ответила и ее веки начали прикрываться, Дрейк схватил Фэй за плечи, придержав от падения, и растормошил, — Фэй! Держись, ты должна оставаться в сознании, слышишь?! — он держал Фэй за подбородок, а ее глаза бегали. Затем, покрутила головой в стороны и немного пришла в себя.

— Нет… — тихо промямлила она с болью в голосе, — Нет, нет… Аптечки не выдают…

Она запиналась и на каждое слово ей требовался еще один вдох. Все стало очевидно. Мы не можем продолжать участвовать в испытании. Фэй не выдерживает, она устала не меньше моего. Что до меня, то я искалечен и тоже еле остаюсь в сознании. Меня поддерживают лишь нескончаемые мысли и анализирование ситуации. Дрейк в одиночку ничего не сможет сделать, лишь вызовет еще большую опасность. Если он тоже останется искалеченным, то наша команда будет с треском уничтожена. Но какого черта?! Почему в тот момент все обернулось таким образом?! Что первое место там делало, почему раскрыло свое присутствие и чья техника, как невидимая дрожь воздухе, открыла присутствие всех до единого? Это был чей-то план. Кто-то точно знал все наперед! Кто-то достаточно сильный, чтобы заставить каждого потерять самообладание и в то же время искусен, дабы идеально обратить это в свою пользу. Я до сих пор слышу звуки сражения. Землю подо мной пробирает дрожь от столкновений Аркан в той стороне. Если бы мы сейчас не сбежали сюда, то пришлось бы там сражаться. Я помню кто там был. Некоторые из их Аркан были сильнее моей, оставаться там могло означать лишь неминуемое поражение, втянутыми в непрекращающуюся борьбу, пока кто-то один не выйдет победителем или схватка не перерастет в настоящий ужас, который придут останавливать наблюдатели.

Я уже хотел сдаться, просто поднять руку и позвать наблюдателя, нашего учителя, чтобы она вытащила нас отсюда и помогла залечить раны. Все можно будет сделать и потом, мы сможем расквитаться с первым местом на следующем испытании… нам незачем…

— Пойдемте, — когда я дотронулся до Фэй, то передал ей часть своей энергии. Ее пробрала дрожь, будто от удара молнии.

Дрейк застыл на месте, в оцепенении смотрел на то, как Фэй извивается, страдая от боли. Я знал, что так делать нельзя. Я уже хотел сдаться, просто закрыть на все это глаза. Ведь мы потерпели неудачу и остались на пустом месте с ужасными травмами. Сейчас мы слишком беззащитны, чтобы кому-то противостоять.

Передача кому-то собственной энергии является не поддержкой, а методом пыток. Собственная Аркана человека отвергает присутствие чужеродного. Она пытается освободиться от чужого влияния и это причиняет дикую боль. Но боль достаточную, чтобы заставить человеческое сердце забиться быстрее. Принудить ее Аркану к действию, вынудить защититься. Она придет в сознание, даже если ей это не понравится. И вот уже спустя секунду в ее глазах появляется искра, возвращается из сна. Ее веки открываются, выражение ужаса и нестерпимой боли. Фэй закричала, ее вопль резал уши. Она упала на колени и согнулась, сильно дрожала, крепко сжалась, раздирала себе горло, лишь бы боль как-то прекратилась. Это был я, кто причинил ей эту боль. И вот смотрю на нее, обращаюсь в прошлое, думаю, что где-то уже это видел.

Даже если мы разгромлены, даже если я лишен руки, все равно не могу отступиться. А потому, в эту самую секунду, когда боль стала настолько невыносимой, что рукой уже полностью невозможно шевелить, я мог лишь продолжать двигаться на адреналине, бурлящем во мне, поддерживающем во мне сознание. И я хочу кричать. Но сосредотачиваюсь на цели, единственной цели, которой должна стать моя победа. Хочу вымазать руки в крови первого места. Уничтожить его всей своей силой. Ведь я так много старался, ведь я так боролся, не могу бросить все на ветер.

Но слышу: тихий всхлип, дрожащий, запуганный до ужаса, горестный от потери. И вижу мальчишку впереди, он свесил лицо над хладным трупом. Стою в доме, позади него, сжимаю в руке оружие. Пол из покромсанных деревяшек залит спрысками крови. Свеча на столе, ее огонь колыхается под напором сквозняка.

Замуровываю эти воспоминания. Вновь чувствую силу, как она теплится во мне, как растекается по телу и я наслаждаюсь приливом Арканы, своего могущества. Ведь оно так успокаивает. Помогает избавиться от лишних мыслей, всякого рода угрызений совести. И я перестаю быть кем-то приземленным, боль унимается причинять страдания. Чужие мученья теперь кажутся мимолетным видением, всего лишь одним решением на пути к желанному. Больше не знаю зачем к чему-то стремлюсь, но продолжаю силиться. Когда теряешь хватку человечности, то уже ничего не играет большой роли. Тебя поглощает мания, безумие, дрожь охватывает с головы до пят и ты, сытый по горло, продолжаешь искать добычу. Ту желанную цель, что подарит тебе истинное наслаждение. И не важно, что время докажет обратное: однажды возымев желанное, ты воспримешь его как очередную ступень и все замкнется в единую цепь — неутолимую жажду. Ты никогда не захлебнешься, глядя на разливающееся за края вино из бочки, но и взглядом не поведешь, когда в ней утопится весь твой мир.

Но то не мои мысли. Мало что теперь уже можно найти в моей голове, никаких дум там не осталось, кроме вихрящегося сумасшествия. Ведь я уже никогда не буду сыт, ибо и не человек уже, а дикий волк, лишенный чувства голода. Я получил божественную силу, горазд сравнять все с землей, вот только вовсе и не думал, что так опьянею. Кто же знал, что одаренный набожной властью, невиданной простому люду, обернется фальшью слишком далекой от святости. И даже человеком ему уже не стать, скорее будет ближе к диким тварям, лишенным человеческого благоразумия.

Фэй пришла в себя, ее мучительные стоны глухо раздавались по лесу. Она посмотрела на меня, и я встретил ее взгляд своим отрешением. Увидел, как в ее глазах была злость, но в то же время понимание. Раздражение ближе не к гневу на меня, а просто, в общем и целом на все вокруг. Она сжала кулак и я смог точно почувствовать, как ногтями она впивается в кожу. Лишь бы хоть немного успокоиться от чудовищной боли, охватившей ее всего несколько секунд назад.

Дрейк посмотрел на меня, в его глазах читался легкий испуг и ошеломленность, но он смиренно кивнул, вопреки своим страхам и желанием спросить меня за случившееся. Он хотел помочь Фэй устоять на ногах, но та легонько оттолкнула его.

Вокруг нас всего несколько мгновение витало это безмолвие и я в ожидании смотрел на своих товарищей, когда те наберутся сил. Потом, когда они оба взглянули на меня и я встретился с их мрачной отстраненностью, словно тем мало что нравилось в развернувшейся ситуации, но и отступиться они не могли. В сражениях ни у кого нет подобной роскоши: просто сбежать. Иногда, даже смерть является слишком легким исходом.

— Быстро, — начал я, глядя на запад, — Мы должны поспешить, а иначе первое место заберет корону и все закончится. Уверен, за нами ведется наблюдение и уж точно кто-то хотел остановить нас от дальнейших действий. Если позволим себе показать слабину, то на этом все будет кончено, — мой голос был хриплым, дыхание тяжелым, но понемногу я чувствовал, как мои силы возвращаются.

Они кивнули, когда я закончил говорить и мы все посмотрели вперед. Только несколько секунд подготовки понадобилось каждому из нас. Я полностью захватил Аркану и теперь сила в большем объеме пролилась через все мое тело. От пальцев ног и до самой макушки по мне прошла легкая вибрация. Вместе с тем тело отдавало сильной пульсацией, но это нисколько не напрягало. Напротив, я чувствовал себе свободным как никогда. Сила позволяла мне чувствовать себя легче, она восстанавливала мои силы, делала меня еще мощнее. Настолько сильным, что даже моя кожа стала крепче железа, а на глазах мир расцвел в совершенно других оттенках, каждый угол кругозора обострился, и я стал видеть подобно настоящему хищнику. Я прощупал кожу обеими руками вокруг своих глаз. Моя команда смотрела на меня, в ожидании, когда я применю технику. Ведь до этого мне ни разу не удалось ее использовать. Она требует огромной концентрации и в бою мне пока что слишком сложно ее использовать. Постепенно я вел, проходящую сквозь мое тело, энергию Арканы. Я пытался собрать ее как можно больше. Иногда я ничего не мог поделать с тем, что мои поврежденные органы и наружные части тела забирали себе ее клочки, для того чтобы заживить раны. От этого мне становилось легче, но регенерация работала слишком медленно, чтобы я смог обойтись без доктора. Скорее моя энергия на пару с выносливостью иссякнут быстрее, чем я смогу залечить самые серьезные свои увечья. Но сейчас я сосредоточился лишь на том, чтобы усилить глаза, Постепенно я начинал видеть все четче и четче, да настолько, что иногда смотрел будто сквозь деревья, но даже этого было мало. Глаза уже начали болеть и слезиться, а спектр моего зрения расширился, что позволило мне осознавать слишком многое, чтобы мозг нормально соображал. Я видел ультрафиолетовое и инфракрасное излучения, как смену палитры мира вокруг. Некоторые объекты стали ярче, а кое-какие тусклее. Видел источники тепла и прохладные места, мог углядеть узоры на растениях, скрытые от обычного взора, мог видеть кости внутри тел Фэй и Дрейка, их органы. Мир стал ярче и все вокруг налилось палитрой куда более насыщенной, чем те монотонные бледные цвета, что были прежде.

Я никогда не думал, что мне придется учиться чему-то столь обыденному как простое зрение. Именно это и случилось, как только я смог впервые воспользоваться своей силой. В тот момент обыденные просторы перед глазами предстали в виде какофонии неописуемых сигналов. Я не мог различать даже простые объекты: стул, стена или даже человек. Совокупность слишком большого количества различной информации вылилась на меня одновременно, голова ходила ходуном, а я продолжал биться в стены лбом, замечая их уже после столкновения. Сейчас, спустя колоссальные усилия и длительные часы практики, я смог приспособиться. Можно сказать, что я заново научился смотреть на мир в более обширном его спектре. Когда способность активировалась полностью, я смог разглядеть еще одно физическое явление, кроме всех мне уже знакомых. Такое есть только в этом мире. В воздухе потоками, что походили на полярное сияние, соединялись между собой и уплывали в даль энергия. Она находилась везде, но мне удавалось уследить лишь самые плотные ее ручьи. Те места, где они соединялись, образуя переплетение из множества дорог, обладали наибольшей плотностью.

— Готовы… — выдохнул Дрейк и я заметил, как они оба достали из-под одежды маленькие кулоны с перламутровой каплей жидкости.

— Пожалуйста, пусть на этот раз обойдется без чертовых происшествий, — напряженно пробормотала Фэй. Она прислонила свободную ладонь к самому крупному месту ранения, оттуда исходил еле заметное сияние.

Когда я убедился, что от кулонов в их руках тоже начало исходить яркие блики, повернулся в сторону первого перепутья и применил технику. Нас мгновенно перенесло вперед, прямо в точку переплетения, наибольшей плотности Арканы. С тошнотворной дезориентацией от быстрого перемещения, у меня была лишь только долька секунды, чтобы заметить следующее место для пространственного скачка. Пока мы находились в воздухе и даже воздействие гравитации не успело придавить нас к земле, я использовал технику и мы телепортировались еще дальше. Несколько минут, очень тяжелых минут, во время которых мне приходилось обрабатывать тонны информации, поступающей в мозг, протянулись часами. Незримый отрезок времени составляло наше перемещение и для посторонних глаз, если бы кто-то и мог уловить нас на такой скорости, мы бы просто исчезали и появлялись за несколько десятков метров от предыдущего места нахождение. Я успел слышать только несколько резких стонов ребят и острые выдохи, сопровождающие каждый перенос. Когда вдали я смог увидеть конец барьера, который для моего обостренного взора был виден невероятно четко, я выбрал самую ближайшую к земле точку для применения техники и уже спустя мгновенье мы болезненно столкнулись с землей.

— Агх!.. — выдохнула Фэй, но быстро поднялась на ноги, — Я никогда к этому не привыкну!

— Это барьер? — спросил меня Дрейк, проигнорировав недовольство девушки рядом с ним.

— Верно… — я вставлял слова меж тяжелых вздохов, — Чтобы выбраться наружу, не придется с ним взаимодействовать, но попытайтесь как можно сильнее окутать тела Арканой, а иначе под его плотностью можете лишиться пары конечностей…

— Очень приятно.

Я поднялся на ноги и ухватился за свою сердцевину, чуть не упустив силу из рук. Мое состояние нестабильно и оно все еще ухудшается, пусть рука и не кровоточит.

— Первое место уже наверняка должен быть вне барьера, он вскоре доберется до короны. Быстрее, вперед.

Мои слова стали последними перед тем, как мы силой вытиснулись из-под влияния барьера. Я успел только почувствовать, как будто встретился телом с легким напором, противостоящим моему проходу за его грани.

— П-Получилось… — промямлила Фэй, когда ей удалось выбраться, она приземлилась справа от меня.

Следом через барьер прошел Дрейк. Ему понадобилось два толчка, чтобы протиснуться к нам.

Мы переглянулись и быстро рванули вперед, насколько позволяло наше состояние двигаться. Когда деревья уже были позади и лучи солнца ослепили взгляд, то перед глазами предстал еще более яркий свет. Сияние исходило от грациозной короны, что плавно оборачивалась над самым краем обрыва. Вниз, за обрывом, была лишь пустота и ничего больше. Я не сдержал ошеломленности, когда осознал это. Деталь, раскрывающая ответы на множество из моих вопросов.

Но все прочие мысли расступились в стороны, когда внизу, впереди нас на спуске с холма, где мы стояли, я увидел парня в черной униформе. С такими же темными волосами, повернутого к нам спиной. Он медленными шагами, почти усталыми, на удивление чересчур лишенными сил, переступал вперед, двигался в сторону той самой короны. Схватив ее, он бы закончил испытание, оставив нас в проигравших.

Во мне зажегся гнев. Пока мы, выбираясь с охваченного сражением за жизнь поля боя, с ранениями сюда добирались, он неспешно пробирался сквозь траву, наслаждаясь жарким солнцем. Передав свое сообщение Дрейку и Фэй, стоявших по близь меня, я провел его по воздуху, манипулируя его плотностью так, чтобы мы остались неслышимы:

— В атаку, — сказал я за мгновенье до того, как сорваться с места.

Все случилось точно меньше чем за секунду. Мы сократили дистанцию, и затылок противника был от меня на расстоянии вытянутой руки. В растянувшемся времени я успел заметить, как наши кулаки были сжаты, направлены в разные точки жизненноважных органов. Расстояние нескольких миллиметров отделяло нас от столкновения, неминуемого удара. И когда он должен был произойти, мы втроем пробили лишь воздух.

С трением земли и поднятой пылью, мы остановились. А когда увидели его на расстоянии нескольких метров — на мгновенье оцепенели. Прийдя в себя, я подал приказ и мы рассредоточились по разные стороны от парня, отпрыгнув на большое расстояние.

У меня было достаточно времени, чтобы рассмотреть его с головы до пят. Кудрящиеся, короткие волосы черного цвета. Такого же были и его глаза. Мне претила мысль о том, что беспризорник занимает превосходящую меня позицию. Я отчаянно искал в его тусклых очах, опущенных уголках губ и хмуром взгляде, хоть какой-то намек на могущество. Изображение в моей голове… ощущение, когда противник ускользает из-под моего удара никак не сходилось с этим мальчишкой.

— Кто ты?! — выпалил я.

— О чем ты, Ран? Ясно как день, что этот ублюдок и есть наша цель! — встрял Дрейк, но я остановил его, подняв ладонь.

— Пусть ответит.

Я вытаращился на него, следил за мельчайшими изменениями в его эмоциях. Казалось, мальчишка только сейчас заметил наше присутствие. Его унылый взгляд, что до этого был опущен в землю, поднялся и начал судорожно метаться по сторонам. Как напуганный, он поднял руки вверх, немногим не дотянул их до головы, оставил на уровне груди. Будто хотел укрыться.

— Отвечай! — рявкнул я.

Когда его внимание удалось привлечь, его зрачки расширились, обратившись в мою сторону. По спине пробежали мурашки. С примененной техникой я не мог увидеть в его сердцевине полыхающую энергию. Осознание постигло меня в тот момент, когда я четко ощутил его силу, но не смог ее запечатлеть. Я точно чувствовал, как меня охватывает чье-то присутствие. Будто кто-то налегает мне на плечи и шепчет на ухо: “Из огня да в полымя”.

— Подскажите… — когда он заговорил, мы с командой отреагировали на движения губ настолько остро, что это больше походило на защиту от нападения. Но он просто стоял перед нами, проглатывая слюну, и рассеянность на пару с испугом виднелись в нем, — Вы не видели здесь одного парня… Парень, да. Не могу найти… Вы его слышали? — и он не договорил, запнулся, будто опять потерял нас из виду.

Несмотря на то, что я хотел посмотреть на реакцию своей команды, отдать им приказ напасть или услышать их слова, не могу спустить с него глаз. Я не в состоянии понять что вижу. То ли передо мной боязливая мышь, то ли дикая тварь в бешенстве. Одно было ясно наверняка — он сошел с ума.

Я не стал тратить еще хоть одну секунду на пытливые вопросы, попытки привлечь его внимание. Когда перед глазами раскрылись перепутья Арканы, я шагнул в ближайшее к нему место, откуда смогу атаковать. Фэй подняла кусочки земли под его ногами и в ту же секунду те взорвались, формируя ослепляющую дымку из песка, покрывая нашего противника беспроглядной пеленой. Но я все видел. Один стук сердца разбил то время, когда я совершил скачок и очутился перед ним.

— К-кха! — прозвучал глухой кашель и удар ногой в мою грудь.

Я ощутил острую боль, которая отдалась напрямик в сердцевину моей Арканы. Пошатнула мой контроль над силой. В последующий миг я уже валялся на земле. Когда поднял голову, то увидел возвышающегося надо мной врага. Его угольные волосы поднялись ветром, раскрывая глаза. Я оскалился и хотел выругаться. Краски мира переменялись, моя Аркана нестабильна.

Дрейк, под покровом из поднявшейся пыли, проник за спину парня. Когда он замахнулся и готов был ударить, противник отвлекся. Сила стабилизировалась, и я оказался на ногах, применив технику. Мой кулак уже летел в его черепушку. Голова парня должна была быть раскромсана, угодив прихлопнутой нашими кулаками, словно тисками.

Рука не встретила сопротивления, ведь когда я должен был его ударить, он исчез. Я уловил колебания ветра и обратил взгляд в небо. Парень вскочил ввысь, поднявшись на несколько десятков метров над нами.

Я не мог позволить себе мысль восхищения его реакцией и безумной скоростью. Следом за ним, как вспышка, в воздухе заблестела молния и столь же скоро последовала атака ногой. Когда я уже думал, что удар точно пришелся по его затылку, мальчишка крутанулся в воздухе и схватил Фэй за ногу.

— Слови! — лишь это я успел выкрикнуть в сторону Дрейка, а затем исчезнуть из-под зоны атаки, оказавшись на десяток метров вдали.

Я точно видел тот момент, когда он с разворота, обращаясь с телом Фэй, будто та была просто плюшевой игрушкой, бросил ее в землю. Удар расколол грунт и создал большую завесу из пыли, которая укрыла Дрейка и Фэй разом.

Не в силах позволить себе переживать о них, я продолжал смотреть прямо на темноволосого парня, что завис в воздухе. Он не давал себе упасть с помощью контроля над элементарной сутью. Я дрогнул, когда подумал о том, на что еще он способен, если даже полет ему под силу.

Я опустился до земли, и одна моя рука зарылась в траву. Из почвы начали проявляться шипы. Когда они выросли до огромных размеров и были похожи на несколько колов, размером с человеческое тело, я раскрутил их по спирали, а затем выстрелил прямо в него. Они полетели в его сторону с чудовищной скоростью. Но как я и ожидал, прямо в тот момент, когда они должны были продырявить его тело, он уклонился и переместился в близь ко мне с невообразимой скоростью. Он оказался перед моим лицом с затянутым за спину кулаком, готовый убить меня. Я позволил себе нахальный смешок, встреченный бездонной чернотой его глаз.

Пути Арканы сходились по обе стороны от меня и за мгновенье до удара я перенес шипы обратно ко мне, сохранив их скорость.

Теперь в него со всех сторон были направлены смертоносные клочки затвердевшей породы, способные пробить себе сквозной путь через тело жертвы. И в мыслях у меня взбрела лишь одна мысль: “Попытайся убить меня и тогда ты тоже умрешь”.

Он не остановился и я толком не сумел защититься перед тем, как мое лицо встретило всю силу его удара. В последнее мгновенье сознательности, с ускоренным восприятием, я успел заметить лишь искру и воспламенение на кончиках шипов.

Когда я очнулся, в ушах звенело. Сила полностью покинула меня и я еле смог сфокусировать взгляд, чтобы осознать различие восприятия. Пути исчезли из моего взора и я больше не мог напитаться Арканой. Когда я достаточно пришел в себя, чтобы ощутить боль от сломанной челюсти, то мог лишь пытаться удержать себя в сознании, делая жадные вдохи. Думаю, я достаточно легко отделался после такого удара. А вот он сейчас уже должен…

Когда я поднял голову и пришел в себя, то узрел, что нахожусь на пару десятков метров вдали от того места, где произошло наше столкновение. Я испугался, что мой позвоночник был сломан, так как я слабо чувствовал свое тело и не мог пошевелиться. Впечатан в небольшой склон. На месте моего приземления земля раскололась и продавилась.

А он стоял там, впереди, смотрел на меня. Потирал свой кулак, на котором виднелась кровь. Но и та была не его. Шипы, созданные мной, испарились и меня пробрал мрак, когда я осознал, что удар не настиг его. Он был в полном порядке, за исключением отрешенного взгляда и того, как парень брезгливо тер костяшки.

Я попытался двинуть рукой и потянуться к силе, но мои потуги лишь вызвали кровавый кашель. Когда за его медленными шагами я углядел опавшую дымку, заметил в ней кратер с двумя телами друг на друге. Под ними была лужица крови и те не двигались.

Не могу вымолвить даже слова из-за сломанной челюсти. Я хотел окликнуть их имена и спросить живы ли они. Поднять Фэй на руки, расчесать ее рыжие волосы. Растормошить Дрейка, заставить того встать, не молчать и не лежать, будто труп. Меня охватил невиданный доселе страх. Я боялся, что вместо моих друзей там лежат бездыханные тела.

Темноволосый парень опять выглядел рассеяно, как в бреду. Он посмотрел куда-то в сторону, затем в другую, будто пытался что-то углядеть.

Или чего-то боялся… Нет, я не могу поверить, что тебя что-то страшит, ублюдок.

В конце концов, мы не смогли заставить его хотя бы показать свою Аркану. Оказалось, ударить его единожды стало для каждого из нас непосильной задачей. Он разгромил нас. Размозжил кости в моем теле, истребил моих союзников.

В последние мгновенья увядающего сознания я смотрел на развернувшегося ко мне спиной парня. Он медленными шагами ступал к парящей в конце обрыва короне.

Заключительным пейзажем пред глазами был юноша. Он, во мгле затуманенного зрения, был окутан тьмой. И кровавый ореол украшал его голову.