Вид на леса вдали успокаивал меня перед началом сумбурных будней. Я, как и всегда, стоял на балконе, где снизу виднелся край острова, парящего над городом. Руническая лента, что поддерживала в воздухе эти несчастные клочки земли, загораживала вид. Это одна из причин по которой мне хотелось бы переехать в другой особняк. Но я всегда отказываюсь от этой затеи, так как просто хочу поскорее вернуться во вторую зону.

Во второй сейчас беспокойно, но там хоть виды из окна не навевают чувство дикости.

В дверь из сребролиста послышался тревожный стук изнутри комнаты. Я, с досадой, опустил свой черный кофе обратно на блюдце, повесил на плечи накидку и переступил порог балкона.

Я раздраженно цокнул, чувствуя сигнатуру Арканы человека за дверью.

— Войдите.

В комнату зашел молодой парень с тёмно-зелёными волосами, глупо искошенными большими глазами и длинными ушами, загнутыми назад, как острый сверток листа. На нем были серебреные очки с тонкой оправой и безвкусный шарф, надетый не по погоде. На большеватой рубахе его бело-золотой униформы виднелся герб Золотого Порядка.

— Прошу меня простить, сэр Лодрик, — начал он, подчеркивая уважение в тоне, — Были составлены списки и я, как вы приказывали, хотел доложить о лучших из новичков.

Смахнув его слова рукой, я представил ему ладонь, в ожидании, когда он передаст досье. Не мешкая, парень ловким движением пальцев переложил листы удобной мне стороной и вложил в руку.

Я плавно раскрыл первую папку, наслаждаясь запахом свежей бумаги. Как по мне, этот дух был действительно приятным. Чудное замечание, но это так… По крайней мере, чуднее него могло быть только имя, выпавшее самым первым в списке.

— Вальт, парень семнадцати лет с Арканой – Пламенем? — переспросил я.

— Все так, сэр, — учтиво ответил эльф.

— Ах, точно, ты же с ним не встречался…

Я ждал объяснений: что этот тюфяк забыл на первом месте в списке примечательных новичков, но для него это не было ничем удивительным. Сухие факты по типу моментального разрушения с использованием красного огня и быстрая регенерация были более чем достаточны, чтобы сделать вывод, будто это человек с абсурдно большим потенциалом.

— Видел я его, — остро покосился на парня, — Что кусок дерьма забыл на первом месте?

Он отстранился, но взял себя в руки, поправив очки и внимательно нахмурив взгляд.

— Прошу прощения, комиссия посчитала его способности выше нормы. В сравнении с остальными, его навыки на большом отрыве. Это подтвердил сам сэр Ральф, — я видел струйку пота, стекающую по его шее и то, как он сглотнул слюну, а потому решил ослабить Аркану, дабы избавиться от таких омерзительных деталей поведения.

И все же, его волнение не означало, что он врет. Да и о чем тут врать, я и сам видел результаты болвана.

— Вот только это чистая удача. Повторюсь, я видел его и он ничем не лучше куска дерьма. Такой запуганный, что руки ходят ходуном, — я вновь оторвался от отчета, обернувшись лицом к ушастому, — Давай я не буду проводить тебе лекцию о том, что Аркана напрямую связана с душой человека. Сюда сопляки даже не попадают, а уж тем более подобной силой обладать не могут.

Я передал список обратно ему в руки и ожидал его дальнейших слов. Он замешкался, опять дотронулся до оправы очков и медленно, едва шевеля губами, бегло пробежался по анкете мальчика.

— Прошу прощения, раз вы так говорите, я сейчас же вычеркну его из спис…

Шорох ветра сотряс комнату со звуком звенящих, белых крупиц энергии. Листы в руках эльфа чуть не разлетелись и не успел он опомнится, как красная ручка оказалась в руках огромного титана в капитанской военной униформе.

Ушастый остался поправлять разлетевшиеся волосы и когда осознал, что рядом с ним как из ниоткуда появился незнакомый мужик, то с испугом отпрянул, чуть не ударившись об шкаф.

Мне не нужно было поворачивать голову, чтобы назвать его имя – Ральф прибыл, как всегда, грациозно.

— Не торопись, дружок, это я придержу у себя, — сказал Ральф с присущим ему низким голосом, как дрожь земли.

Эльф отошел в сторону, все еще ошеломленный, но вновь поправил очки и выровнялся. Через секунду сделал глубокий, но молчаливый поклон. Я встретился с ним взглядом, и он прочитал по моим губам: “Вольно”. Парень умчался быстрее ветра.

Я медленно обернулся к Ральфу, раскачиваясь на своем стуле, откинувшись немного назад, чтобы мне было удобно смотреть вверх на этого громилу.

— Чем обязан в такую рань, Капитан Ральф?

— Не любишь же ты ко мне прислушиваться, Куратор Лодрик, — его голос всегда был хриплым, но утром это еще заметнее.

Я посмотрел на него с таким недовольным видом, какой только мог изобразить, но когда он глянул в ответ своим каменным выражением лица, то понял, что Капитан никуда уходить не собирается.

— Прислушиваться к тебе? — претенциозно начал я, поднявшись со стула и задвинув шторы, — Не ты ли торчишь в первой зоне из-за того, что провалился при устранении регента Кэмпбэлла, подняв на уши весь Мижград?

— Ох, старик, ты решил вздеть столь отдалённую тему? Хорошо, что ж, мне было бы интересно узнать как у тебя успехи с поимкой дезертира третьего звена, так называемой “Гранд”?

Я цокнул языком, а он с хриплым рычанием усмехнулся, расчесав рукой волосы.

— Так что ты здесь забыл? Не помню, чтобы звал тебя.

— Изначально я просто хотел остановить тебя, — сказал он, развернувшись в другую сторону, рассматривая картину на стене, — Чтобы ты не мешал моим планам… Но знаешь, я решил поделиться ими с тобой.

Я уселся обратно в свое удобное кресло, поправляя на столе значок золотого солнца. Никогда не знал, какой именно стороной его поставить. То ли его должен видеть я, то ли должен рассматривать гость, который приходит ко мне и становится напротив.

Когда я не ответил Ральфу, он решил продолжить.

— Мальчик с Арканой красного пламени, — начал он, не глядя в мою сторону, — Тебе не кажется он интересным?

— Что интересного? Огонь есть огонь. Удивительно, что такая Аркана вообще водится, — я задумался, — Хотя, ладно, говорилось, что он обладает еще и лечебными способностями, но это делает все только чуднее. Но не властнее. Что переносной фонарик, который может, разве что, лечить порезы, забыл на первом месте среди сильнейших? Ох, я скажу тебе что — ошибка это. Ничего больше.

Он смотрел на картину одного из… древних… Атрокс — Кардинал Разрушения. Я ничего не могу поделать, когда слышу это имя или этот статус. Всего аж дергает, пробирают мурашки.

— Алое Наследие…

— Так и знал! — прервал его, что было куда агрессивнее, чем хотел, — Хватит, Ральф, я сыт по горло твоими идиотскими способами избавиться от проклятия.

— Тогда найдешь Гранд? — ответил он спокойно, но все еще не обернулся ко мне.

Я замолчал. Он прав, ведь именно Гранд забрала нашу надежду уничтожить проклятие первое зоны.

— Алое Наследие не уничтожить без артефакта Хроноса и точка, — мой голос был до чудного напряжен и я сделал глубокий вдох, — И лучше бы ты помогал мне искать Гранд, а не высматривал обходной способ, Ральф. Ты не найдешь его и мы останемся в проигравших, а потом… — я остановился и чуть не поперхнулся, трижды обдумав следующие слова, — Потом будем вымаливать у них прощение.

На миг мы оба молчали и в кабинете воцарилась тишина. Капитан продолжал стоять напротив картины дракона, охваченного фиолетовым светом, а я крутить знак солнца на своем столе.

Наконец, перебрав в голове воспоминания об этом Вальте, у меня екнула идея от которой меня чуть не вырвало. До чего же невозможная идея…

— Ты сошел с ума, — сказал я вместе с выдохом.

— Он может им быть, — Ральф впервые повернулся, — Мальчик жалок, это правда, я не вижу в нем чего-то большего, чем тряпку. Но комиссия оценила его не за суть способностей, а за могущество, сокрытое в его Аркане. Пойми это, Лодрик.

Мы встретились глазами. И он был серьезен, пока я воспринимал это все как шутку.

— Только человек, который обуздал свой разум и превзошел влияние Пепельного Древа, способен достичь такого уровня столь рано. И он не такой человек, — подойдя ближе, он продолжил, — А значит подобен Древним.

Я ударил по столу и значок солнца слетел на пол. Золото треснуло и разнеслось во все стороны.

— Хочешь чтобы они услышали?! Молчи, Ральф, молчи! Этого не может быть… — он приподнял бровь, взгляд все такой же грозный, — Маловероятно, даже если возможно, — закончил я, согласившись с его упреком, шипящем в воздухе, как ядовитая змея, — Пойми, я тоже хочу закончить это все и вернутся к своим настоящим обязанностям, но сейчас ты говоришь полные бредни.

Я сделал глубокий вдох. Медленный и освежающий, дабы очистить разум ото всех предвзятостей.

Аркана воздействует на человека психологически. Так устроено само Пепельное Древо, что наделяет людей могуществом. Если твоя душа будет слаба, то ты никогда не сможешь развить свою силу. Она так и останется темной смолой, теплится в твоей груди. Но когда ты обуздаешь себя духовно, то пути распахнутся перед тобой, как тропы к непревзойденному могуществу. Словно обладая собственным разумом, сила поглотит тебя, если ты не дашь ее отпор. Не захватишь под контроль и не наставишь в надобное русло.

Это не мои слова, а вековое знание, что люди до меня написали кровью. Выжгли на страницах истории. И этот малец слаб, а значит не способен на подобный подвиг. Ральф прав. А значит, его прирожденная способность к контролю над Арканой…

И все же, чтобы он действительно был одним из избранников, что подобны Древним…

— Он должен им быть, а иначе пусть этот мир рассыпется в прах, Лодрик. А раз уж он наделен Арканой, что посягает на божественность, то произойдет резонанс.

Пока Ральф объяснял свои слова, идея формировалась в моей голове, словно кирпичиками укладываясь в идеальную возможность.

Если сопляк и правда такой, как он думает, то мы можем принести его в жертву, дабы сотворить резонанс Аркан. Древняя сила схлестнется с себе подобной. Тогда проклятие будет уничтожено навсегда, а мы вернемся на вторую зону прославленными героями, что совершили невозможное…

— Но у этого может быть два исхода, Ральф. Если малец окажется не тем, кто нужен, то Наследие будет высвобождено и мы, вместе со всей первой зоной, просто…

— А если мы этого не сделаем? — спросил он, вернувшись к картине.

— То оно активизируется еще раз и Кардиналам вновь придется его запечатывать, а наши головы… слетят с плеч, — сказал я, пусть и не выдавая горечь в голосе, но полностью прочувствовав ее.

Я уже будто услышал голос владык и ощутил то, как расслаиваюсь на части.

У нас нет выбора.

— Мы можем перехватить инициативу в свои руки или ждать смерти, которая рано или поздно настигнет нас. А затем Кардиналы своими руками доберутся до мальчишки и используют. Мы упустим шанс, проблему решат владыки, а нас будут доедать черви, — холодно подчеркнул он, — Если, конечно, от нас хоть что-то останется.

Моему терпению пришел конец и я вспыхнул яростью, использовав свою аркану. Стол проломился и раскололся на две части, разлетевшись в стены со звуком грома. Бокалы в шкафах полопались на мелкие кусочки от давления моей силы. Комната дрожала.

— Не называй даже их титула, — мой ледяной голос прорезал пространство вокруг.

— Все так же дрожишь от одного лишь упоминаний о них? — глаза Ральфа налились кристально белым цветом и он высвободил силу в ответ на мою. Комната билась в красках белого и золотого.

Кафель начал трещать, картина нервно дрожать на стене, пока мы затаили дыхание и с угрозой смотрели друг на друга.

Еще один выдох и я отпустил давление. Ральф последовал моему примеру.

— Я не буду его вычеркивать, — сказал я с привычным, спокойный как озеро, голосом.

— Славно, — монотонно ответил Ральф, — Тогда встретимся позже.

Ральф исчез в искристой вспышке и кабинет опустел. Осталась перекошенная картина, разбитый сервис, а так же искромсанный в порезах от моей Арканы кафель.

Я вновь выдохнул, только теперь не скрывая своего напряжения. Меня до сих пор пробирала дрожь от слов этого громилы. Мы не только нашли первого за последнее время избранника, но еще и собираемся уничтожить его вместе с проклятием этажа. Я задумываюсь, а не разгневаются ли… они… если мы убьем столь великий талант, как он? Все таки, подобные ему находят свой путь в Арканум слишком редко, чтобы назвать его появление простой удачей. Он настоящая находка и пока что нам нужно беречь его как зеницу ока. И в то же время, стараться привлекать как можно меньше внимания…

Я чуть не подавился от смеха, когда осознал свои собственные мысли. Серьезно? Я называю драгоценным мальца, которого всего некоторое время назад счел за слабака? За элементарную ошибку в подсчетах? Как бы я сам не пытался отрицать, но это правда.

Сел и поглядел вперед, на таблицу с именами в конце моего кабинета. Это имена преступников первой зоны и больше всех меня интересовало одно, что являлось самым крупным из списка. Оно вселяло гнев на эту стерву. Обиду, разочарование и страх от угрозы в виде владык, что придут по мою голову, если я не смогу ее... Она должна быть поймана. Неважно каким путями.

Я прокрутил кистью, активировав Аркану. Золотая лента времени крутилась на моей руке. Стол, разломленный на части, вместе с его осколками, разворачивался и собирался вновь передо мной. Его детали светились золотом и скреплялись желтой нитью, которая медленно притягивала каждый обломок. Моя сила обращала время вспять, до момента, когда я разбил к чертям эту деревяшку. Картина встала на место, сервис скрепился и стал таким же чистыми и прозрачным, как прежде, следом порезы стерлись с кафеля. Комната вновь сияла чистотой и свет понемногу померк, когда я отменил технику.

Мой голос звучал низко, вибрировавши от стен кабинета мрачным эхом.

— Дезертир третьего звена, вор артефакта Хроноса… — я обращался к имени на белой доске, которое было гневно вырезано кинжалом.

Это сделал я, когда однажды, за проступок, меня вынудили уйти на первую зону и попытаться закрыть дело вместе с Ральфом, на котором до нас погибло несколько десятков игроков. Многие пытались поймать ее, но были убиты.

Моя сила Арканы заполнила комнату. С пекущей яростью я уставился словно в пустоту.

У меня осталось слишком мало времени. Так что я прикончу тебя собственным руками, Лира Гранд.

Моя дорогая сестра.