— Почему молчишь? Ответь же что—нибудь! Твоё письмо — очень дурацкая шутка, или что?

Аберфорт продолжал молча смотреть на человека перед ним. И пусть стало уже достаточно темно, но мужчине не составляло труда понять, кто является его собеседником.

— Скажи хоть что—то! — Кенджи постепенно выходил из себя. Он терял самообладание и уже готов был самолично броситься на Аберфорта.

— В действительности, — заговорил мужчина медленным голосом. Голос стал несколько ниже, и звучал гораздо глуше, чем обычно, — я уже всё рассказал в письме.

— Чего?! Нет, стой. Ты блефуешь!

— Я так не думаю. Моя дорогая Амелия покинула деревню вместе со своим братом.

— Дорогая?!... Подожди, в смысле… её нет в деревне?!

— Ты можешь попросить своих слуг проверить их дом. Они забрали свои вещи и ушли... И только я знаю, куда они направились. Хочешь расскажу?

Услышав последние слова, брат с сестрой, которые всё это время подслушивали, резко напряглись и приготовились к худшему.

— Лучше тебе сделать это как можно быстрее и самостоятельно, иначе...

Аберфорт засмеялся от такой угрозы и спокойно ответил:

— Твои люди — далеко, и они не успеют к моменту, когда я снесу твою голову.

— Они появятся в любую секунду по моему сигналу...

— Ложь, — перебил собеседник Кенджи, — особенности этой местности не позволили тебе поставить их достаточно близко.

«Чёрт, что делать. Он знает... Мои люди далеко... А если он правда настолько силён, что убьёт меня в один миг... Мне страшно. А—а! Что же делать!» — паниковал юноша в своих мыслях.

— Я могу уничтожить тебя в один момент, но... Зачем, если я могу извлечь из этого выгоду.

— Чего ты хочешь?

— Ничего такого. Я хочу сотню серебряных, а также услышать твой план из первых уст, а не обрывками. Ты согласен? Я даю тебе десять секунд на принятие решения, — сказал Аберфорт, вытаскивая из ножен меч.

Мужчина начал обратный отсчёт. И когда он досчитал до восьми — принял стойку, чтобы совершить рывок.

— Хорошо... Я всё сделаю... Согласен.

— Что ж, в полночь я жду деньги, после чего проведу до места, где те двое спрятались. А пока, жду рассказа во всех подробностях!

Загнанный в угол Кенджи выложил всё, что знал. Он говорил быстро и сбивчиво, а когда закончил, услышал, как его собеседник злобно смеётся.

— Ха—ха, какой интересный план... Только есть одна загвоздка...

— Какая?

— Выходите! — крикнул Аберфорт, призывая брата с сестрой выйти из убежища. Это был конец для Кенджи.

Юноша рухнул на землю. Его захлестнуло отчаяние. Он лихорадочно думал, что ему делать, но понимал, что остался только силовой метод. Кенджи, взяв себя в руки, поднялся и дал сигнал своим подчинённым.

— Кенджи... Это правда? — со слезами на глазах взмолилась Мел, — скажи, что это выдумки!

Но Кенджи ничего не ответил и достал свой меч.

— Натаниэль, не знаю, заметил ли ты, —промолвил Аберфорт, — но он подал сигнал, сейчас придут его люди...

— Я хочу лично разобраться с Кенджи. Придержишь его приспешников?

— Да.

— Я полагаюсь на тебя... Мел! Спрячься и не высовывайся!

Дав указание сестре, Натаниэль выхватил меч и рывком кинулся на бывшего друга, моментально сокращая расстояние. Вложив всю силу в рубящий удар, юноша нанёс свою первую атаку, от которой Кенджи с трудом смог увернуться. Нат был разъярён от предательства близкого человека. Это придало ему необычайную силу: моментально развернув корпус, он сделал очередной выпад, который соперник на этот раз заблокировал.

— Тебе не кажется, что ты сражаешься как слабак?! Я же знаю, что ты можешь лучше! Иначе я не почувствую, что отомстил, когда снесу твою голову с плеч! — крикнул Натаниэль после серии множественных атак.

Кенджи ничего не ответил. Крепче взявшись за рукоять меча он провёл контратаку, нанося рубящие удары один за другим. Он вложил все силы, но так и не смог достать Натаниэля своим клинком.

— Ты чувствуешь вину! Я прав!? — снова попытался вести диалог Нат.

— С чего бы вдруг! Ха! — произнёс Кенджи, подавшись вперёд для новой атаки. Она оказалось достаточно быстрой, чтобы противник не успел полностью блокировать удар. Натаниэль попытался увернуться, но кончик лезвия всё же задел его щёку и рассёк её. Юноше осталось только отпрыгнуть назад.

— Вина?! Тебе не кажется это глупым? Мне... Мне не о чем сожалеть.

— Уверен?!

— А—а! — с воплем Кенджи провёл очередную атаку, но рассёк только воздух. Попытки бывшего друга поговорить, всё больше раздражали его, от этого юноша начинал закипать. Он не понимал, почему испытывает подобные эмоции, и, не отвечая на вопросы Натаниэля, продолжал нападение.

Тот же, так яростно начав, теперь постепенно уходил в полную защиту и никак не мог найти удобного момента для контратаки.

— Я уверен. Это всё ради моего будущего. Вы всего лишь ступеньки в моей карьере. — Кенджи говорил это, но так тихо, чтоб было не понятно, сказано ли это противнику, или он говорит сам с собой.

— Эх, — Натаниэль тяжело вздохнул, когда к нему пришло осознание: с Кенджи не удастся нормально поговорить. Поэтому юноша решил использовать всю свою силу и применил магию при следующей атаке.

Быстрым движением Нат нанёс удар, наполненный магией. И хоть противник заблокировал лезвие, то остановить магическую атаку у него не получилось. Поток энергии с силой врезался в Кенджи и отбросил того на несколько метров.

— Ух! А—а, чёрт!

— Давай поговорим!

— Кха—кха... Мне нечего тебе сказать, — восстанавливая дыхание, ответил юноша.

— Как знаешь. Я предлагал…

Сосредоточив новый энергетический заряд, Натаниэль быстрым рывком сократил расстояние и нанёс удар по бывшему другу, который только пытался подняться. Атака пришлась по спине юноши. Сам удар мечом был слабым, но вот магия, вложенная в него, припечатала Кенджи обратно к земле.

— А теперь давай поговорим.

— Мне жаль, — шёпотом произнёс Кенджи.

— Что ты говоришь? — спросил Натаниэль, наклонившись поближе, заодно отобрав у противника меч.

— Я говорю... Кха—кха... Мне жаль, что так получилось.

— И?

— Но я не отступлюсь.

— Уверен?!

Несколько секунд юноша молчал, пока не произнес уверенное: «да».

— Эх... Тогда, — Натаниэль пытался собрать всю волю в кулак, чтобы продолжить говорить, — тогда, прощай, мой бывший лучший друг. Я... Я тоже сожалею, что всё закончилось именно так... Прощай.

Глубоко вздохнув, юноша нанёс удар мечом и отрубил Кенджи голову...

— Что же я делаю... Отец, — по лицу юноши покатились слёзы, — Кенджи... Я... Убил его...

Натаниэль не мог отвести взгляд от мёртвого тела и продолжал смотреть на голову Кенджи, которая откатилась от тела на метра два... Юношу вырвало, после чего он потерял сознание.

***

Юноша очнулся от сильной головной боли. Во рту пересохло, а тошнота подступила новой волной.

— Что... Где я? Это амбар...

Отдышавшись, юноша сфокусировал своё зрение и осмотрелся. В амбаре он был один: ни сестры, ни Аберфорта рядом не оказалось.

В попытке пошевелиться, Натаниэль обнаружил неожиданный факт. Его руки и ноги были связаны. Конечности начинали неметь, отчего высвободиться казалось чем—то невозможным.

— Эй! Есть кто—нибудь! Эй!

Сколько бы парень не надрывал свой голос в надежде до кого—то докричаться, но ответа не было.

— Твою мать... Что происходит?

«Где Мел? Чем вообще закончилась битва? Почему я связан?» — чем больше Натаниэль думал, тем больше начинал паниковать.

Со скрипом дверь приоткрылась. Нат разглядел силуэт человека, но в темноте амбара разглядеть лицо не представлялось возможным.

— А, вот ты где.

— Кто ты?

— Вопросы потом. Дай, я тебя развяжу.

— Где моя сестра?

— Я же сказал, никак вопросов.

— А ну ответь, чёрт бы тебя побрал! — взорвался юноша, — стоит мне освободиться, как я выбью из тебя информацию!

Ответом послужил только тихий смешок незнакомца.

— Что смешного?!

— Да так... Просто забавно, как такой молокосос меня победит.

— Слышь! Я тебе сейчас покажу молокососа, — беспорядочно ёрзая на месте, ответил юноша, пытаясь разорвать верёвку, что сковала его руки.

— Не брыкайся, мать твою!

Когда тщетные попытки высвободиться не принесли результатов, Натаниэль подчинился собеседнику.

— Вот так бы сразу. Сам же время наше тратишь... Вот, теперь ты свободен.

Разминая затёкшие руки и ноги, юноша с трудом поднялся.

— Пойдём. Время поджимает.

— Но...

— Живее, позже мы всё тебе объясним.

«Мы?» — задался вопросом Натаниэль, но промолчал и последовал за незнакомцем.

— Моя любовь, очнитесь, — мягко коснувшись плеча девушки, шёпотом произнёс Аберфорт.

— Я не сплю... Уже. Можно вопрос?

— Конечно, задавайте.

— Это ведь не было зелье ночного зрения, как вы сказали?

— Всё верно. Прошу извинить меня за мою ложь, но мне просто необходимо было увести вас с поля битвы на безопасное расстояние.

— Я и сама могла идти. Не обязательно было меня усыплять.

Аберфорт усмехнулся, после чего продолжил говорить:

— Вы бы не ушли без своего брата.

— Где он?

— Не переживайте, он в безопасности, — сказал мужчина, взяв Мел за руку, — но сейчас мне было необходимо разлучить вас. Боюсь, в ближайшее время вам не получиться с ним встретиться.

Девушка удивлённо подняла бровь. Она не знала, как ответить, пока до неё не дошёл смысл происходящего.

— Вы украли меня! Братец не оставит этого! Он спасёт меня!

— Сомневаюсь... Ему не найти это место. Уверен, вам интересно, где мы сейчас находимся?

Амелия кивнула, после чего осмотрелась. Они были в красиво обставленной комнате, где кроме кровати, на которой девушка лежала, располагалось несколько книжных полок, картин, два больших кресла и огромный камин. Он умиротворяюще потрескивал, а также являлся основным источником освещения.

— Моя любовь, хочу представить вам мой... А точнее, уже наш дом. Поверьте, вам здесь понравится. А сейчас, прошу меня простить, у меня ещё есть дела, — сказав это, Аберфорт подошёл к двери и напоследок произнес, — Амелия, любовь моя, ведите себя хорошо и не пытайтесь сбежать. Из этой комнаты есть только один выход — эта дверь. Пока что я закрою вас на ключ... Отдыхайте.

— Постойте! — девушка попыталась подняться, но не смогла. Эффект от снотворного ещё не прошёл. Ей оставалось только наблюдать, как похититель покинул комнату, после чего послышался щелчок дверного замка.

Мел осталась в одиночестве. Ей осталось только молиться, чтобы брат скорее пришел за ней. Так, лёжа на кровати, она погрузилась в собственные мысли обо всём, что произошло за последний день. Горькие слёзы хлынули из её глаз. Девушка постепенно погружалась в отчаянье...