Восемью годами ранее...

Сей день был особенным. Десятая годовщина со дня рождения Арнольда и Леонрда. Чтобы отметить знаменательную дату близнецов-принцев, император Йоханне разослал приглашения всем высокопоставленным дворянам страны. Лишь единицы могли позволить себе отклонить приглашение монарха, да и те не решились бы на подобное без веской причины. В итоге вся знать империи съехалась в столицу.

В главном банкетном зале замка гремело грандиозное торжество, где Арн и Лео без устали принимали поздравления от бесчисленных аристократов. Когда праздник был в самом разгаре, седьмой принц переложил все заботы на плечи брата и незаметно покинул залу. Поступил он так вовсе не из-за лени.

— Боже мой... Ежели ты занемогла, стоило сказать сразу.

— Но ведь... — тихо отозвалась его спутница.

Арн вёл за руку Эльну, облаченную в пышное платье. Её лицо раскраснелось, а в движениях не было привычной бодрости. Он ещё с утра заметил, что она не в духе, но поскольку сама девушка помалкивала, не стал отговаривать её от посещения бала. Однако увидев её состояние в зале, понял, что силы девушки на исходе, отчего и увёл её прочь. Бравый герцог не мог оставить приём, и Эльна как его дочь обязана была присутствовать, но раз уж её увел принц, весь гнев обрушится лишь на него одного.

Оказавшись в покоях, тот приказывает Себастьяну подготовить всё необходимое.

— Сменную одежду и полотенца. Ещё воды и... позови несколько служанок.

— Будет исполнено.

— Арн, тебе нужно вернуться... — она, чья походка стала совсем неуверенной, обратилась к нему с просьбой.

— Будешь давать советы, когда сможешь стоять ровно. — юнец лишь нахмурился в ответ.

Он помогает девице лечь на кровать и прикладывает ладонь к её лбу. Жар оказался таким сильным, что юноша невольно отдернул руку. Лишь исключительная выдержка позволяла ей выглядеть всего лишь слегка приболевшей при такой температуре. Окружающие взрослые ничего не заметили, ведь она держалась с достоинством, и лишь он, будучи другом детства, сразу распознал предел её сил.

— Сегодня ведь твой день рождения...

— Нас уже поздравили сполна. Я вернусь, как только тебе станет легче.

— Тебе же влетит за то, что сбежал...

— Раз уж уже здесь, ничего не поделаешь. Уйду, когда Себастьян приведёт служанок.

— Но...

— Хватит упрямиться. Ты ведь хочешь спать, не так ли?

Эльна обиженно надула губы. На самом деле слова Арна попали в точку: её одолевала такая сонливость, что хотелось забыться сном сию же секунду. Тело отчаянно требовало отдыха.

— Я ведь ушла, не сказав отцу...

— Сам ему передам.

— Но это же ваш с Лео праздник... Я так его ждала...

— Будет и следующий год, и год за ним. Совсем не важно, придут ли сюда все дворяне империи. Мне куда приятнее проводить время в кругу близких людей.

— Правда?..

— Истинная правда. В следующем году отметим праздник вашем родимом доме, поговорю об этом с отцом.

— Ну... тогда хорошо... — прошептала красавица юная и тут же погрузилась в сон.

Вскоре явился Себастьян в сопровождении служанок. Поручив им переодеть девушку и обтереть её от пота, вышел в коридор.

— Присмотри за ней. Она наследница рода, мало ли что может случиться, пока она слаба.

— Не извольте беспокоиться. Однако вы проявляете чрезмерную опеку.

— Ничего страшного. Обычно она опекает меня в разы сильнее. — с этим ответом вернулся в банкетный зал.

За самовольный уход ему пришлось выслушать гневную тираду императора и ловить на себе недоуменные взгляды знати, после чего по секрету сообщил отцу девочки о болезни. Императору он ничего не сказал, дабы не навлекать на Эльну лишних расспросов. Однако из-за сего безрассудного поступка голоса тех, кто сравнивал Арна с Лео не в пользу первого, зазвучали ещё громче.