Когда Арнольду исполняется семь лет, он всё чаще начинает ускользать из замка, чтобы вдоволь погулять снаружи. Поначалу к нему приставляют гвардейцев из числа личной охраны, однако едва Арн замечает слежку, как тут же принимается путать следы, пытаясь стряхнуть сопровождение. До сих пор ничего непоправимого не случилось, но если гвардейцы упустят принца из виду и тот подвергнется опасности, это неминуемо обернётся громким скандалом и вопросом о служебном соответствии. Посему к госпоже Мицубе приходят за советом, уповая на её вмешательство.

— Надо же, доставить столько хлопот целой гвардии... А он не промах. — негромко произносит шестая супруга.

— И не говорите, госпожа. — вторит ей Себастьян.

Будь на её месте любая другая супруга императора, она бы наверняка впала в панику, причитая о последствиях, однако она лишь спокойно прихлёбывает чай, роняя эти слова. Стоящий за её спиной Себастьян сохраняет такое же невозмутимое спокойствие. У них нет ни малейшего желания ограничивать свободу своенравного Арна, оттого и волнение им чуждо. Впрочем...

— И всё же, будет скверно, если он впутается в какую-нибудь опасную историю, верно?

— Ваша правда.

— Делать нечего. Себастьян, поручаю тебе охрану седьмого принца.

— Но в таком случае не смогу присматривать за господином Леонардом.

— О Лео позабочусь сама. Данный ребёнок и так большую часть времени проводит в замке.

Пока он во дворце, за его безопасность можно не переживать. К тому же, если она как мать будет находиться подле Лео, мальчик не почувствует себя одиноким. Поскольку их отец — император, об обычных отношениях между родителем и детьми не может быть и речи ввиду его чрезмерной занятости. Именно поэтому до сих пор Себастьян всегда находился рядом с обоими братьями, но раз уж те начали действовать порознь, требуются новые меры.

— Что ж, в таком случае я стану оберегать господина Арнольда.

— Позволь ему поступать так, как он пожелает. Пока его жизни ничто не угрожает, я спокойна.

— Слушаюсь и повинуюсь.

Подобные слова едва ли подобают матери, говорящей о принце, но Себастьян лишь с горькой усмешкой покидает покои.

Закоулки имперской столицы...

У самого входа в один из проулков застыл Арн. Взор его устремлён на стайку оборванных детей, которые с остервенением избивают какого-то мальчишку.

— А ну, живо отдавай!

Жертвой оказывается совсем маленький мальчик. В руках крепко сжимает жалобно мяукающего котёнка. Очевидно, пытается защитить несчастное животное от сорванцов, вознамерившихся превратить живое существо в свою игрушку. Глядя на сию картину, седьмой принц тяжело вздыхает. Он осматривается по сторонам, но прохожим нет дела до происходящего. Гвардейцев, которые обычно следуют за ним по пятам с навязчивым упорством, тоже нигде не видно.

— Оставить принца без присмотра... Какая же всё-таки мирная у нас страна. — бормочет он и уверенной походкой заходит в подворотню.

Услышав шаги, сорванцы разом оборачиваются.

— Это ещё кто такой?!

— Я-то? Да какая вам разница. Скорее уж мне любопытно, кто вы такие?

— Чего-о?..

Хулиганы явно старше Арна и превосходят его телосложением. Оказавшись в кольце задир, принц лишь усмехается.

— Что, бить меня собрались? Не советую, скоро здесь будет мой отец.

— Не знаю, из каких ты благородных сынков, но неужто думаешь, что нас это остановит!

Мальчишки набрасываются на него и принимаются осыпать его ударами. Тот мгновенно сворачивается калачиком, припадая к земле. Находясь под градом ударов, косит взгляд на того самого паренька, которого мутузили до его прихода. Тот застыл в оцепенении, не зная, как поступить, но Арн, сверкнув глазами, указывает ему подбородком на выход. Это сигнал: «Беги, пока есть возможность». Поняв намёк, мальчишка с заплаканным лицом бросается прочь.

Вдоволь поиздевавшись над седьмым принцем, хулиганы замечают на нём добротную одежду и принимаются обшаривать карманы. Присвоив кошелёк, банда скрывается в глубине улиц. Арн, получивший немало крепких тумаков, какое-то время не находит в себе сил пошевелиться. Когда же наконец пытается подняться, то чувствует за спиной чьё-то присутствие.

— ... Почему ты не помог мне?..

— Разве вы не сами так решили? Я рассудил, что моё вмешательство излишне.

— Принца избили... Это же серьёзное происшествие...

— Госпожа Мицуба велела мне позволить вам действовать по своему усмотрению. Позвольте и мне задать встречный вопрос: зная наперёд, чем всё закончится, отчего вы решили занять место того мальчика?

На слова стоящего за спиной Себастьяна Арн ничего не отвечает. Он молча поднимается на ноги и бредёт прочь. Тот безмолвной тенью следует за ним.

— ...

— ...

В тишине они приближаются к замку. Юноша бросает взгляд на своё платье и морщится: всё в грязи. Если явиться в таком виде, не миновать беды — прогулки без спроса наверняка окажутся под запретом. Заметив его замешательство, Себастьян протягивает заранее припасённый сверток, в котором оказывается детская одежда.

— ... А ты подготовился. — цедит Арн.

— Если разразится скандал, моя голова тоже окажется под ударом.

— Ясно тебе.

С недовольной миной выслушав ответ, быстро переодевается в тени зданий. Едва ли кто-то обратит внимание, что принц вернулся в другом наряде. К счастью, лицо прикрывал, видимых ссадин нет.

— ... Ты спрашивал, почему?

— Да.

— Причина... просто так.

— Вот как. Значит, вам просто стало не по себе?

— Нет. Просто мне это не понравилось.

— Весьма достойный ответ для особы императорской крови.

— Это ещё в каком смысле?..

— Как-то раз Его Величество император лишил одного дворянина земель лишь по той причине, что ему «не понравилось», как тот правит. Лорд притеснял свой народ, и сие деяние вызвало гнев государя.

— То совсем другое дело...

— Суть едина. Действовать, исходя из того, что тебе что-то не по душе. Кажется, что это просто, но на деле мало кто способен на такое. — договорив Себас осторожно касается запястья младого наследника трона. На мгновение того пронзает острая боль, но терзавшее его доселе нытьё тут же стихает. — Кость немного сместилась. В следующий раз советую беречь ещё и суставы.

— В следующий раз всё-таки помоги...

— Обязательно помогу, если возникнет угроза вашей жизни. — с мягкой улыбкой отвечает мужчина.

Спустя несколько дней...

Арн, вновь улизнувший из замка, натыкается на ту же шайку в похожем месте.

— О-о-ох, глядите, опять он!

— Что, снова за кошельком пришёл?

— Нет, давайте возьмём его в заложники и потребуем выкуп. У такого придурковатого сынка и папаша наверняка набитый дурак.

Гнусно ухмыляясь, сорванцы окружают Арна. Тот же лихорадочно соображает, как быть.

«Если они воплотят свой план в жизнь, то не только их самих, но и всех их близких гарантированно казнят. Тогда о свободных прогулках можно будет забыть навсегда.»

Арн желает избежать столь скверного исхода, и в тот момент, когда он уже готов был отчаяться, один из окруживших его парней внезапно отлетает в сторону от мощного удара.

— Чего?!

— Опять вы за своё! Я пришёл вернуть должок за своего названого братишку!

Перед ними предстаёт паренёк с увесистой деревянной палкой. Не тратя времени на разговоры, он принимается разгонять хулиганов.

— Чёрт! Это же Гай! Уж мы тебе припомним!

— Это я вам припомню! Не думайте, что так легко отделаетесь!

Задиры в рассыпную бросаются наутёк. Гай, прогнавший их, широко улыбается Алю.

— Так это ты тот благородный господин, что выручил моего братишку?!

— Кто знает, может и я.

— Тут один малец котёнка защищал, помнишь? Так вот, он мой младший! Он рассказывал, как его спас паренёк из знатных. Спасибо тебе!

— Да не за что меня благодарить...

— Эти типы из внешних кварталов — те ещё подонки. Ты нас здорово выручил! Ты уж прости, мой мелкий — тот ещё трусишка, вот и сбежал тогда. Но ему уже всыпал как следует, не обижайся! — Гай заразительно смеётся и по-свойски хлопает Аля по плечу. — Мы тут как раз собрались всей гурьбой играть! Пошли с нами!

— Да нет, я, пожалуй...

— Да брось ты! Нам плевать, дворянин ты или сам принц, мы на такие вещи не смотрим!

Не принимая возражений, Гай тащит Арна за собой. Наблюдая за этой сценой издалека, Себас тепло улыбается.

«Кажется, у него появился друг».

Он не собирается мешать им, несмотря на разницу в сословиях. Нынешний император тоже когда-то связал себя узами дружбы с человеком иного круга, ставшим впоследствии верховным канцлером. Порой именно такая дружба оказывается самой ценной. Себастьян уверен, что оно станет добрым опытом для принца, и с сей мыслью покидает свой пост. Его путь лежит туда, где собираются разбежавшиеся хулиганы.

— Проклятье!.. Мы им это просто так не спустим!

— Нужно собрать народ!

— Точно! Взрослые из внешних кварталов живо подтянутся, когда учуют запах денег!

Мрачные замыслы прерываются появлением Себастьяна, который бесшумно возникает за их спинами. Он приставляет нож к горлу одного из зачинщиков.

— Невоспитанным животным требуется дрессировка, не так ли?

— Что... э...

— Дёрнетесь — умрёте. А теперь тихо слушайте, что скажу. — мальчишка с прижатым к горлу лезвием боится вздохнуть. Другой пытается дать дёру, но в то же мгновение нож со свистом пролетает прямо перед его лицом. От невыразимого ужаса сорванцы валятся на землю — Себастьян, продолжая улыбаться, источает такую жажду крови, с какой им ещё не доводилось сталкиваться. — Вы ведь пообещаете мне больше не приближаться к ним?

— А... а...

— Если не можете обещать, мне придётся прикончить вас прямо здесь.

— Обещаем! Клянёмся! Пожалуйста, пощадите!

Все как один принимаются неистово биться лбами о землю. Глядя на них, страж императорский молча уходит. Лишь спустя время, осмелившись поднять головы, хулиганы видят вонзившийся в землю рядом с ними нож и в ужасе пускаются в бегство. Проводив их взглядом, Себастьян издаёт негромкий вздох.

— Охранять господина Арнольда — задача не из лёгких. — бормочет, возвращаясь к своему подопечному.