* * *

— Это же ложь, да?

— Что?

— Вы-вы-вы, вы п-правда собираетесь отдать камень вечности?

Увидев, как у помощника отвисла челюсть, великий герцог Ривера безразлично ответил:

— Правда.

— Но это чересчур!

Вещь, несомненно, ценная, но всего лишь одна из фамильных реликвий.

К тому же особой пользы от неё нет, так что большой необходимости в ней он не чувствовал.

— В войне с чудовищами она тоже не нужна.

— Нет, но ведь у неё есть символическое значение…

— Зато забавно. Почему, из всех вещей, она выбрала именно это?

Он ухмыльнулся.

У великого герцога высокая планка интереса, но уж если кто-то его зацепит, он относится к этому кому-то весьма щедро.

Зная это, помощник с видом, будто его сейчас разорвёт, тяжко вздохнул.

«Кто остановит это упрямство?»

И всё же это было к лучшему.

«Проблема была в том, что до сих пор его “пристрастия” касались чудовищ или подопытных».

Да и по мнению помощника, Коко была особенным ребёнком.

Калиго таскал её повсюду, словно любимую игрушку, да и каждое сказанное ею слово неизменно удивляло.

Но великий герцог Ривера не из тех, кто начинает симпатизировать кому-то из-за миловидности.

«Что за колдовство?»

— Всё-таки это фамильная реликвия. И из-за простой просьбы ребёнка…

— Я обещал сделать всё для того, кто спас моего брата. Ты что, хочешь, чтобы я был великим герцогом, который не держит слово?

— Н-нет. Зачем же так утрировать…

Калиго спасли, а заодно вернули ему улыбку.

Даже попроси отдать владения рода — он бы отдал.

Великий герцог сжал в руке камень вечности.

«Но одно меня удивило».

— Камень вечности… пожалуйста, отдайте не мне!

— Кому?

— Госпоже Хлое!

— Зачем?

— …Секрет. И ещё, что это я попросила — тоже совершенно-совершенно секрет!

Просьба и впрямь была странная.

— Полагаю, нужно встретиться с кем-нибудь из прямой линии рода.

— Их четверо, верно? Но старший сын уже обзавёлся семьёй и живёт отдельно, так что его в поместье нет.

— Разумеется, нет.

— Рус Ардос, Хлоя Ардос, Терезия Ардос… Кого из этих троих вы имеете в виду?

— Хлою Ардос. Третью дочь. Можно увидеть её сейчас?

— А? Прямо сейчас?

— Да, чем скорее, тем лучше — хоть немедленно.

От стремительной смены планов у помощника глаза чуть не на лоб полезли.

А великий герцог Ривера уже поднялся.

«Кажется, я мельком её видел».

Девушка, одетая во всё черное, как ворона.

А глаза — словно фиолетовые камни.

«И она мне тоже любопытна».

Он хмыкнул и вышел.

* * *

«В мой флигель в последнее время как-то многовато народу заходит».

Хлоя молча смотрела на великого герцога Риверу.

— Леди Хлоя Ардос, рад встрече.

Золотистые волосы великого герцога, тронутые солнцем, колыхались на ветру.

Даже то, как его губы мягко тронула улыбка — тоже, как солнечный свет — всё бросалось в глаза.

Но чужая красота на неё впечатления не производила.

— Интересно, зачем вы просили о личной аудиенции?

Сразу к делу.

Видя скучающее лицо Хлои, будто без малейшего интереса, великий герцог усмехнулся.

— Надеюсь, вы не станете настораживаться.

Но Хлоя не радовалась визиту великого герцога.

Она вообще не любила незнакомцев.

«Особенно тех, чьи мысли не прочесть».

Наблюдая за её меняющимся выражением лица, он заговорил:

— Я просто пришёл, потому что хочу кое-что вам отдать.

В его руке откуда-то оказался небольшой камень.

Всего лишь грубый камешек.

Шероховатая поверхность, треугольная форма, чем-то напоминающая неолитический серповидный каменный нож.

И почему при этом у него такое серьёзное выражение лица?

— Что это?

— Камень вечности.

Но тон его слов был вовсе не легкомысленным.

— Камень вечности — это…

— Да. Как вам известно, это фамильная реликвия нашего рода.

К тому же камень с самой известной легендой.

Первый великий герцог Ривера, ювелир, создал его для своей возлюбленной-чародейке.

Говорили, она владела магией перемещения; он сделал грубоватый магический артефакт, чтобы в любой момент оказаться рядом с ней.

«А каков же был его точный функционал?»

Она не помнила, но…

Вспомнив легенду об артефакте, Хлоя поморщилась.

— Слишком уж романтичные реликвии мне не по душе.

— Даже если кто-то очень расстроится, если это будет не у вас?

— …Что?

— Я и сам не горю желанием дарить это вам. Просто об этом особо попросили.

Взгляд Хлои встретился с его взглядом где-то посередине.

— …

— Кто попросил — сказать не могу.

* * *

— Это ты, да?

— А?

— Ты подговорила великого герцога.

— Подговорила?

Я наклонила голову то в одну, то в другую сторону.

Сестра скривилась, словно увидела гнилую картофелину, и вынула из кармана камешек.

— Это ведь ты велела великому герцогу отдать мне вот это.

Я раскрыла рот.

Это же был совершенно секретный, невероятно рискованный и грандиозный проект!

Как она догадалась?

Я и так знала, что сестра у меня очень умная…

Похоже, перед ней я вообще ничего не могу скрыть.

Я уже открыла рот, чтобы оправдаться.

— Ик… ик. Ик.

…Проклятая икота!

Никакой пользы от неё в жизни!

У сестры на щеке проступила ямочка.

— Врать ты всё равно не умеешь.

— Тьфу. Плохой герцог! Я же просила держать это в секрете, а он рассказал!

— Я сама догадалась.

— …

Похоже, моя сестра — гений.

«Гений, который только одного не знает — что я пёсик».

Я хныкнула и надула губы, и тут сестра, покачав в руке камень вечности, шепнула:

— Зачем ты это сделала?

— Мне показалось, он вам пригодится.

— Почему ты решила, что это нужно именно мне?

Я не готовила ответов — не думала, что меня раскроют.

Но слова сами собой полились наружу.

— Этот камень надо крепко сжать и, словно вливая ману, вложить в него жизненную силу. При этом нужно представить лицо любимого существа.

— Любимого существа?

— Да! Тогда можно понять, рядом ли самое-самое любимое существо на свете или нет!

— …

— Разве это не безумно круто?

Вот почему я и выбрала эту реликвию в награду.

Если отдать её моей сестре…

«Сестра сможет уловить моё присутствие!»

Потому что тот, кого она любит больше всего на свете, — это я.

Что если, когда она берётся за этот камень, я буду поблизости?

Тогда она, может быть, меня узнает!

От этой мысли сердце раздувалось от радости, и губы сами расплылись в улыбке.

Сестра хмыкнула.

— Того, кого я любила, уже нет в этом мире.

— …

Неправда. Её сестрёнка Коко тут как тут.

Я сникла, и сестра, кажется, немного растерялась.

Но камня она не касалась — только внимательно на него смотрела.

Я изо всех сил наклонялась и махала ей рукой.

— Ладно. Если хочешь — попробуй сама.

Сестра без особой охоты вложила камень мне в ладонь.

Я представила лицо сестры.

И камень в моей руке вспыхнул.

— Хик!

— Почему он вдруг светится? Это что, подделка?

— А? Нет, всё как надо!

— Почему?

— Потому что рядом со мной — самый любимый человек на свете.

Сестра небрежно огляделась вокруг.

Здесь были только мы вдвоём.

— …Неужели…

— Да! Это вы, леди Хлоя!

Щёки сестры порозовели.

Я хихикнула и взметнула руки вверх.

— Ура! Любит!

— …Не люблю. Уходи.

— …Тьфу.

Проворчав, я засеменила назад.

И тут сестра, взглянув на меня исподлобья, спросила:

— …Правда уйдёшь?

Я склонила голову, глядя на неё.

Моя сестра — прямо лисёнок.

Попробуешь схватить — удирает, а если спрячешь руки за спину — виляет хвостиком.

«Ужасно-ужасно милая!»

С глазами под толстыми розовыми очками я вложила камень обратно в её руку.

— …Хи. Так что… леди Хлоя, может, вы попробуете?

— …Попробовать?

Моё лицо озарилось.

— Да!

Сестра усмехнулась и положила ладонь на камень.

Из её руки заструилась густая мрачная тьма…

«Наконец-то! Наконец-то у моей сестры появился шанс меня узнать!»