Глава 5 — Бореалис

Бо возвратился к Фран, которая, скрестив руки на груди, пристально смотрела на Гэля. Она походила на кошку-мать, стоявшую на защите своего котёнка.

— Что он сказал? — спросила она.

Находящиеся рядом дети приблизились, чтобы услышать ответ; их лица были полны предвкушения.

— Он… — Бо прервался. — Он сказал, что ему нужна моя помощь, чтобы кое-что достать.

— Это будет опасно? — сразу же спросила Фран, её глаза прищурились.

— …Ага, — вздохнул Бо. — Я могу умереть.

— Тогда я иду с тобой! — заявила Фран.

— Но…

— Но что?

— Кто присмотрит за санями в наше отсутствие?

Фран замолчала, задумчиво покусывая губу. Она бросила взгляд на Этрона, который всё ещё был в ярости, и решила, что шансы получить помощь от его сторонников ничтожно малы. Большинство старших караков полностью верило в руководящие способности Этрона и, скорее всего, не стало бы злить его, помогая тому, кому он явно не доверял.

Она подумала о том, чтобы попросить Лео и Тор, но они ещё не получили благословения и, вероятно, с трудом тащили свои собственные сани — не говоря уже о том, чтобы тащить и их с Бо.

— Почему бы тебе просто не взять сани с собой? — спросила она сквозь стиснутые зубы.

— Не думаю, что мы успеем добраться туда и обратно вовремя, если возьмём их, — извиняюще ответил Бо. Честно говоря, он был бы очень рад, если бы Фран присоединилась к нему, но это было попросту невозможно.

Будучи так называемой ведьмой, Фран большую часть времени проводила в одиночестве, изучая свитки и древние карты в поисках реликвий и возможных маршрутов миграции пустынных животных. Хотя это была неоценимая роль в племени, это привело к тому, что она и Бо оказались в своеобразной изоляции, поскольку большую часть времени они проводили друг с другом, затворившись в шатре.

Теперь она начала жалеть об этом, потому как ей не к кому было обратиться за помощью. В прошлом она просто попросила бы Этрона, но в сложившихся обстоятельствах это явно не было вариантом.

— Хорошо, — сказала она, крепко сжав зубы от бессилия, — но постарайся остаться в живых.

Бо решительно кивнул: — Останусь.

፨፨፨፨፨

Лео появился перед самым их уходом, настаивая на том, чтобы присоединиться к ним, но достаточно было одного взгляда Гэля, чтобы прогнать его — и, наконец, они были готовы к отбытию.

Когда Гэль и Бо уже отдалились от каравана и готовились двинуться в пустыню, их настиг внезапный крик.

— Я не зачту испытание, если он поможет тебе! — прокричал Этрон.

— Я знаю! — откликнулся Бо. — Я возвращусь через четыре дня, чтобы пройти испытание! В одиночку!

Казалось, Этрон хотел сказать что-то ещё, но остановился и покачал головой, бормоча себе под нос.

Члены племени прервали движение, чтобы посмотреть, как Бо и Гэль уходят в пустыню. Эти двое не шли бок о бок, болтая и смеясь, как это часто делают попутчики. Вместо этого старик поддерживал между собой и Бо расстояние не менее десяти метров.

Из-за этого казалось, что Бо скорее плетётся за Гэлем в хвосте, чем идёт вместе с ним.

Их путешествие было изнурительным, но, по большому счёту, ничем не примечательным. Несмотря на все усилия, Бо так и не удалось вытянуть из Гэля почти ничего интересного. Он быстро понял, что слова старика — такая же редкость, как и улыбка на его осунувшемся лице.

Он спросил было о том, почему Гэль постоянно держит между ними дистанцию, но ответом старика стало недовольное ворчание, за которым последовало: «Это для твоего же блага».

Если только от Гэля не разило, как из задней части Оазиса, Бо не совсем понимал, как поддержание столь внушительного расстояния между ними может идти ему на благо. Но он полагал, что это просто ещё одно из многочисленных чудачеств старика.

Прошагав всю ночь, которая была сущим благословением по сравнению с днём, Бо увидел внушительный каменистый холм, выступающий из песка. Он был неровным и изрезанным — казалось, будто из-под земли вырвалось каменное лезвие, пытаясь пронзить небо.

— Это оно? — спросил Бо, таращась на странное скальное образование. Прежде он никогда не видел ничего подобного, и ему не терпелось отправиться на исследование.

Гэль кивнул: — Оно. На северных склонах хребта Ферроу мы найдём вход, который ищем.

Бо последовал за стариком; они обогнули горную гряду и направились к её северному краю. После дня, проведённого в компании Гэля, он немного свыкся с грубой наружностью старика.

И пришёл к выводу, что это именно лишь наружность — не более. Сам Гэль казался довольно заботливым — он часто предлагал Бо остановиться и отдохнуть во время их путешествия. Эти предложения почти всегда принимались, поскольку у Бо не было, в отличие от Гэля, благословения бога и, несмотря на все его усилия, он не мог поспевать за неустанным шагом старика. Каким-то образом Гэль умудрялся волочить свои старые ноги быстрее, чем Бо мог бежать.

Они приблизились к кряжу, оказавшись у его северной части, где по скальной поверхности пробегала чёрная щель. Она выглядела такой же иззубренной и острой, как и остальная часть горы — словно гигантские руки вырвались из недр земли и разверзли в скале тёмный провал. Туннель уходил в неизведанные глубины, исчезая в кромешной черноте.

Когда они подошли к этой узкой трещине, Бо внезапно почувствовал в воздухе сильное статическое напряжение. Ему показалось, что он идёт прямиком в сердце грозы, отчего у него волосы встали дыбом.

Гэль заметил это и рассмеялся, ностальгически потирая лысую голову: — Я тоже в свой первый раз был таким.

— Что это за?.. — спросил Бо, в смятении глядя в расщелину.

— Это — то место, где мы отыщем наш Бореалис.

Бо с тревогой огляделся. До этого момента — всё это было делом отдалённого будущего. Он знал, что будет опасно, конечно знал. Но стоять перед туннелем и вглядываться во тьму — это было нечто совершенно иное. Это было одновременно и отрезвляюще, и возбуждающе.

Его любопытство росло по мере того, как он задавался вопросом: какой же камень может вызвать у него те же ощущения, которые он испытывал, проходя мимо пика Данте? Пик Данте был действующим вулканом, который без предупреждения изрыгал огонь, так что было вполне естественно, что он был весь как на иголках, когда племя проходило мимо него. Но эта пещера…

Если она вызывала у него те же чувства, что и вулкан, то, несомненно… она была не менее опасна.

— Мы входим? — нетерпеливо спросил Бо. Несмотря на опасность, его любопытство росло тем сильнее, чем больше он думал о пещере. Разве не поиск новых странных открытий, подобных этому, был одной из причин, по которой он хотел получить благословение Кви? С силой дракона он мог заходить дальше, забираться глубже, взлетать выше. Всё было бы возможно.

— Ещё. Нет, — твёрдо ответил Гэль. — Мы не войдём до наступления ночи.

— Ох… — вздохнул слегка приунывший Бо.

— Я собираюсь подготовить инструменты, ты же пока отдохни. Это может быть твой последний сон, так что постарайся, чтобы он был хорошим.

— …Спасибо, наверное, — Бо подошёл к небольшому скальному уступу в тени горы и лёг спиной на прохладный камень. Он старался не заснуть — наблюдал, как Гэль достаёт из своего необъятного рюкзака бессчётное множество странных механизмов. Но многие мили, которые он преодолел, быстро взяли своё, и вскоре глаза его закрылись.

Бо проснулся только тогда, когда солнце начало опускаться за горизонт, а в вечернем воздухе разлился пронизывающий до костей холод.

Он встал и посмотрел на Гэля, стоящего у входа в туннель. Старик, оставивший где-то свой массивный рюкзак, сосредоточенно вглядывался во мрак. Казалось, он не моргал и даже не дышал — словно превратился в камень.

Прежде чем присоединиться к нему, Бо съел один из пяти побегов Хоруса, которые он захватил с собой. Обычно одного побега ему хватало на несколько дней, но после невероятно напряжённого путешествия к хребту Ферроу он проголодался гораздо сильнее, чем обычно.

Закончив есть, он встал и подошёл к Гэлю, который всё ещё не подавал никаких признаков того, что он жив.

— Гэль… эм, сэр, — Бо замялся, пытаясь найти правильный способ обращения к старику, но быстро понял, что это не имеет значения — тот даже не заметил его приближения.

Бо остановился рядом с Гэлем и устремил взгляд в глубины, ища хоть что-нибудь. Всё, что предстало его взору — такая непроглядная тьма, что трудно было передать словами. Казалось, что он вообще ни на что не смотрит — если такое в принципе было возможно.

Неровная трещина в толще скалы казалась разрывом в самой ткани мироздания.

— Что мы ищем? — спросил в конечном итоге Бо, чувствуя себя неловко из-за долгого молчания.

— Подожди, — пробормотал Гэль. — Скоро наступит ночь.

— Но я… — Бо умолк, заметив, что солнце окончательно скрылось за горизонтом. На смену ему — ночь низошла на пустыню, а вместе с ночью прибыли мириады звёзд.

В этом не было бы ничего необычного, если бы не тот факт, что звёзды светили и изнутри туннеля.

Живописное ночное небо и тёмный туннель выглядели как одно целое — словно бы некий гневливый бог оторвал частичку ночи и заточил её под землёй. В свете мерцающих огней и сверкающих просторов изрезанная трещина в скале словно ожила.

Она светилась невиданной доселе жизнью, освещая свою бездонность.

— Вот это да… — Бо уставился в туннель — не находя слов. Он никогда не видел ничего подобного.

— Бореалис, — пробормотал Гэль. Его глаза, в которых отражалось звёздное сияние туннеля, казалось, обрели собственную жизнь. Он неотрывно смотрел в туннель, точно заворожённый этим зрелищем.

Бо пристально вглядывался в туннель; его воображение разыгралось не на шутку. Даже во всех тех свитках, которые он читал, и историях, которые ему рассказывали, он никогда не слышал ни о чём подобном. Но это само по себе было прекрасно.

Это означало, что всегда есть чему учиться и что открывать.

Это означало, что этот мир никогда не был таким, каким казался на первый взгляд.

Это означало, что Бо может проснуться на следующий день — зная, что нет ничего невозможного.

— Мне заходить? — спросил он, делая шаг в сторону пещеры.

Рука Гэля взметнулась, словно плеть, не давая ему войти: — Нет, — хрипло прошептал он.

— Прежде чем ты войдёшь, я должен тебе кое-что показать.

Бо с тревогой кивнул, наблюдая, как старик достаёт из кармана пять камней. Все они были одинаковой формы, но каждый последующий был больше предыдущего. Пятый камень был размером с голову Бо, а первый — с его большой палец.

Гэль положил первый камень себе на ладонь и сжал его; в нём ощущалась какая-то нервозность, которую Бо прежде ещё не видел у старика.

— Отойди, — тихо сказал он, отступая на шаг от зева туннеля.

Когда они оба были готовы, Гэль бросил камень в туннель. Он кинул его с умеренной силой, и тот устремился в звёздную бездну, отскакивая от блистающих стен.

Что сразу же привлекло внимание Бо, так это искры, которые рассыпались, когда камень ударялся о стену. По какой-то причине каждый раз, когда камень сталкивался со светящейся породой, его сердце слегка замирало.

— Хорошо, — пробормотал Гэль себе под нос, — сегодня он не слишком активен.

Старик схватил следующий камень и швырнул его с той же силой. Он тоже влетел в туннель, отражаясь от стен в ослепительном ливне искр. Только на этот раз их было больше.

Гэль повторил этот процесс с третьим камнем, и реакция немного изменилась. Наряду с искрами, каждый раз, когда камень отскакивал от стен, его сопровождал язычок пламени. Пламя было настолько мало, что почти не было заметно, но глаза у Бо были острые, и он не упустил его.

Когда Гэль поднял четвёртый камень, размером примерно в половину головы Бо, у того возникло внезапное предчувствие, что, возможно, ему следует сделать ещё один шаг назад. Он напряжённо наблюдал, как довольно тяжёлый камень ударяется о стены туннеля, порождая при каждом столкновении небольшие всполохи пламени.

В этот момент Бо с опаской посмотрел на последний, весьма крупный камень. Он уже понял, к чему всё идёт, и не мог дождаться, чтобы увидеть, какую реакцию он вызовет.

Приняв решение сделать ещё один шаг назад, он взглянул на Гэля, который закинул камень на плечо: — Приготовься, — прохрипел старик. — Сейчас всё будет иначе.

Крякнув от натуги, Гэль швырнул валун в туннель, и сердце Бо сжалось в груди. Он с нервным трепетом смотрел, как камень падает на дно туннеля.

Он врезался в усыпанную звёздами скалу, издав оглушительный грохот. Бо почувствовал себя как во время самой настоящей грозы, когда пол туннеля сотряс мощный взрыв. Судя по всему, этот первоначальный взрыв запустил своего рода эффект домино, поскольку эхо его прокатилось по туннелю, порождая новые, каждый из которых был сильнее предыдущего.

Наконец, огненный шар достиг конца туннеля и быстро поменял направление, устремившись обратно к его жерлу.

— Живее! — крикнул Гэль, схватив Бо и увлекая его в сторону, когда стена огня выплеснулась в ночь. Раскат этого заключительного взрыва эхом отразился от хребта и разнёсся на многие мили, потревожив покой многочисленных существ, спавших под песками.

Бо оторопело смотрел на туннель, его сердце колотилось в груди. У него было так много вопросов, но один из них вырвался из его рта гораздо быстрее прочих.

— Ну и как, по-вашему, я должен добывать его?!