Лидия, ты знакома с графом Эшенбертом, верно?

Люсинда поймала лжегорничную, когда та возвращалась из сада с охапкой роз для стола.

– Ну… да, наверное, …

– Значит, ты работала в доме одного из друзей графа. Ты была его любовницей?

«Л-любовницей?.. Да о чём она вообще?», – подумала Лидия, медленно наливаясь краской. В противоположность будущей графине Люсинда оставалась спокойной.

– О, уверена, тебе пришлось уйти с предыдущей работы. Иногда молодые хозяева не прочь позабавиться с горничными. К сожалению, после обесчещенных девиц выгоняют с работы и не принимают в приличные дома.

– Ничего подобного!

– Ох, притворство ни к чему. Я ничего не скажу тётушке.

Кажется, девушка ещё не знает об отсутствии хозяйки. Видимо, лорд Констебл не захотел беспокоить дочь.

Юная мисс явно придумала другой план и решила начать издалека. Улыбаясь, она приблизилась к Лидии. И прошептала, будто поверяя страшную тайну:

– Видишь ли, отец не желает, чтобы я выходила замуж за графа. Но скрывать от него наши письма, а тем более сделанное мне предложение, – непростительно для хорошей дочери.

«Получается, это затеял не Эдгар».

– Папочка не хочет с ним видеться. И даже не допускает возможности сидеть с ним за одним столом. Тётя болеет, и я не могу обратиться к ней за помощью.

– Ясно…

– Лидия, можешь объяснить отцу, как много граф значит для меня?

– Что?!

– Будет прекрасно, если ты сможешь его убедить. Он обязательно прислушается к постороннему человеку.

Люсинда собиралась воспользоваться маленькой горничной. Роль прислуги превратилась для Лидии в слабость, лишив всяких прав. И теперь мисс Констебл пыталась с её помощью сблизиться с Эдгаром, заодно уничтожив их связь.

«И она претендует на роль обиженной и обманутой!». Девушка не могла поверить своим ушам. Люсинда могла легко найти себе другого жениха, но притворялась обесчещенной, пытаясь склонить Эдгара к женитьбе.

Тем не менее, Лидии приходилось молчать.

Пара слов о помолвке могли решить эту проблему, однако мисс Констебл, скорее всего, посчитает их ложью.

Но почему выбор пал на Лидию? Интриганка решила использовать её, считая, что сможет легко помыкать служанкой? Сколько ещё ей терпеть подобное? Но леди Отред нет в поместье.

Если она продолжит играть роль горничной, то не сможет самостоятельно разобраться с бесстыдницей. Возможно, это разочарует Эдгара.

«Но в поместье остались те, кто нуждается в моей помощи. Нужно спасти Виргинию из сада и найти леди Отред. Я не могу всё бросить, когда в её исчезновении замешаны фейри. Но потакать Люсинде не хочется».

– Он сказал, что в его сердце – только я… – случайно выпалила она.

Сейчас будущая графиня могла полагаться только на слова своего графа. Она будет держаться за них и не позволит мерзавке творить, что вздумается.

Люсинда вмиг покраснела от злости, проявив фамильные черты. По саду разнёсся звонкий шлепок.

– Ты просто горничная. Не забывай об этом.

Лидия потрясённо смотрела на исказившееся от ненависти лицо девушки. Люсинда и немая горничная удалились.

– Вы в порядке, мисс Лидия?

Подойдя к лестнице, девушка наткнулась на спускавшегося по пролёту юношу с бронзовой кожей. Он был обеспокоен и поинтересовался её состоянием.

– …Рэйвен, ты наблюдаешь за мной?

– Я просто проходил мимо.

Вероятно, это правда. Наверно, заметил, как невеста его господина говорила с Люсиндой.

– Лорд Эдгар хочет видеть вас.

– Я не вернусь.

Лидия пошла своей дорогой, но слуга последовал за ней.

– Преступник может оставаться в особняке. Мы не знаем, кто он и чью личину носит. Нападения можно ждать в любую минуту.

– Если преступник пришёл извне, то наверняка уже сбежал. А в поместье нет ни одной подозрительной женщины с чёрными волосами.

– У мисс Люсинды тоже чёрные волосы.

– Племянница пытается зарезать тётю? Разве такое может быть? Да, нахалка говорила, что хочет взять ожерелье у мадам, но у неё не было причин красть его.

– Это семейство не ладит друг с другом. И мы не знаем о причинах этого разлада.

– Если он боится, возвращайтесь с графом в Лондон.

– Лорд Эдгар боится только одного – что мисс Лидия окажется в опасности.

Рэйвен действительно так считал.

Эдгар… если он и вправду переживает за неё… Несмотря на горящую щёку, девушка чувствовала себя счастливой. Однако легче от этого не становилось. Люсинда определенно не признавала в Лидии дворянскую кровь. Хоть обслугой девушка была временно, дебют в высшем обществе по-прежнему оставался проблемой.

– …Я не могу вернуться.

– Тогда, откажитесь от работы горничной и будьте с лордом Эдгаром как его невеста.

Откажется ли Люсинда от своих планов в этом случае? Сможет ли девушка, раскрыв свою личность, продолжить обучение? Маловероятно.

Лидия считала, упорный труд может преодолеть все препятствия и поможет прижиться в незнакомом обществе. Возможно, графиня пыталась донести ей именно эту мысль.

– Леди Отред нет, я не могу просто так оставить работу.

– Прошу вас, не упрямьтесь. Если будете далеко от лорда Эдгара, я не смогу за вами присматривать.

От ярости фейри-доктор даже остановилась. Так она упрямится?!

– Эдгар хотел, и я отправилась на обучение к леди Отред. Он всё ещё недоволен? Сейчас он хочет, чтобы я отказалась от данной мне возможности?

Лидия резко развернулась и, полыхая от гнева, быстрым шагом пошла прочь. Но Рэйвен не сдался, схватив будущую госпожу за руку.

– Отпусти меня.

– Нет. Прошу, идёмте со мной.

– У меня дела.

– Эй, тебе чего, парень?

Как назло, в этот момент со двора зашёл Билл. Рэйвен, не ослабляя захват, посмотрел на вмешавшегося.

– Ты ещё кто? Не похож на местного.

– Я – камердинер лорда Эшенберта.

– О. Значит, не только хозяин – волокита, но и слуга туда же: ухлестывает за девушками в чужом доме. Вот мерзота-то.

– Билл. Дело не в этом… Я его знаю.

– Пойдёмте, – Рэйвен ещё раз попытался увести невесту лорда.

Но Билл решил остановить его, вцепившись бывшему американскому маньяку в плечо. Тот сделал резкий поворот – и вот уже запястье недоспасателя оказалось в железных тисках. С чужаком церемонии были ни к чему.

– Рэйвен, стой!

Лидия испугалась, что слуге леди Отред сломают руку.

Однако Билл быстро сориентировался и попытался ударить противника в пах. Уклоняясь, Рэйвену пришлось разжать захват и теперь два враждебно настроенных парня напряжённо стояли друг перед другом.

Ситуацию спасла экономка.

– Лидия, чем ты занимаешься? Заставляешь себя искать. Время отдыха ещё не настало.

– Ой… извините, миссис Бойл.

Будущая графиня посмотрела на Рэйвена.

– Пожалуйста, не рассказывай об этом Эдгару, – прошептав на последок, девушка поспешила за экономкой. Разговор был окончен.

«Ты просто горничная. Не забывай об этом», – Люсинда не бросала слов на ветер. С того дня остальная прислуга старалась обходить Лидию стороной: вокруг неё распространялись слухи. Всё больше людей считали, что девушку выгнали со старого места из-за интрижки с мужчиной. Лидию сразу же допросила экономка. И хотя девушка всё отрицала, та, похоже, ей не поверила.

– У меня нет права уволить тебя, придётся подождать, пока госпожа не вернётся. Но я не позволю запятнать репутацию этой семьи, – решительно произнесла она.

Стало ясно, что экономка, будь её воля, немедленно избавилась бы от жертвы сплетен.

Лидия кивнула. Миссис Бойл знала только о появлении новой горничной. В тонкость ситуации Лидии она не была посвящена и считала её обыкновенной служанкой. Это было унизительно. Но пока девушка остаётся в особняке, есть возможность отыскать леди Отред и разобраться с возникшим недоразумением.

Нужно просто игнорировать глупые слухи.

– Я слышала, она соблазнила гостя своей госпожи.

В этом заявлении не было ни грамма правды, но слухи есть слухи. Группка горничных беззастенчиво обсуждали последние новости, хотя Лидия была неподалеку.

– Ох, вот ведь бесстыжая.

– Она и здесь будет вести себя так же?

– Возможно, она уже…

–Думаете, она пытается соблазнить брата графини?

– Нет, того молодого аристократа. Он расспрашивал меня о ней.

– Но он же жених мисс Люсинды.

– Что?! И она всё равно пытается соблазнить его? Бедная мисс Люсинда.

В этот момент Лидию отозвали, чтобы дать поручение. Девушка вздохнула с облегчением. Но её новой обязанностью стало утоление прихотей Люсинды. Настроение девушки снова скребло пол. По какой-то причине Лидию приставили к племяннице леди Отред. Впрочем, дело было, скорее всего, в исчезновении.

Когда её позвали со двора в комнату Люсинды, девушка обнаружила на волосах капли влаги. Неужели пошёл дождь? Нет, на небе не было ни облачка.

Вдруг Лидия почувствовав резкий запах духов и нахмурилась, кто-то разбрызгивал их из окна. Это было неприятно, но времени избавиться от запаха не было. Стоило девушке войти в комнату Люсинды, как миссис Бойл набросилась на несчастную псевдо-служанку.

– Лидия, это ты перестилала постель леди?

– Да.

– И что это значит?

Всё белье было вымазано в грязи.

– Я… не знаю.

– Кроме тебя никто не входил в эту комнату.

«Да, но ещё есть она», – думала фейри-доктор, тяжёлым взглядом смотря на соперницу.

Изобразив невинность, юная аристократка продолжала свою игру.

– Лидия, скажи правду!

– Миссис Бойл, вы не должны ругать её. Девушка просто немного ревнует, ведь я – невеста графа Эшенберта, а он нравится бедняжке. Но обычная горничная…

«Ты…», – Лидия возмущенно втянула воздух.

– Я не делала этого.

Однако Лидия изо всех сил сдерживалась: если она выйдет из себя, то пойдёт на поводу у лживой актрисы. Люсинда гадко ухмыльнулась, принюхавшись.

– О? Что это?.. Мои духи?

«Что?»

– О! Лидия, как ты посмела взять вещи леди?!

– Я не брала.

– Неужели ты хочешь даже выглядеть, как я?

«Какая глупость!»

Лидия была так потрясена, что забыла, как дышать. А затем посмотрела на немую горничную Люсинды, которая подозрительно отводила глаза. Глянув на её руки, девушка заметила остатки грязи под ногтями.

«Это сделала она».

Даже понимая, кто виноват в случившемся, Лидия не собиралась изобличать виновницу. Поступи она так, Люсинда свалит всю вину на Анну, а та не сможет ни слова сказать в своё оправдание.

– Ох, забудьте! Миссис Бойл, пришлите кого-нибудь, чтобы поправили кровать.

Люсинда, заметив взгляд жертвы, предпочла поскорее закончить разговор. Вместе с экономкой Лидия молча вышла из комнаты ненавистницы.

Добравшись до фонтана в саду, она присела на каменное основание и распустила волосы. Девушка полоскала их, пока от чужеродного запаха не осталось и следа. Размеренное журчание успокаивало её, в шуме воды то и дело слышались разговоры и смех фейри.

Фейри часто веселились в садах, но Дану редко подходили близко к людям. Фейри-доктор, надеясь узнать хоть крупицу их тайны, внимательно прислушивалась. Однако, естественно, это было бесполезно. Прогуливаясь по саду, она видела племя Дану лишь мельком, завидев её, они тут же прятались, считая выведавшего их тайну человека крайне опасным.

– Есть хочется, – проворчала девушка, вздыхая.

Утром в овсяной каше, которой кормили прислугу, обнаружились жуки. Даже думать не нужно, кто постарался подбросить их в тарелку той, что перешла дорогу Люсинде. Лидия не смогла попросить другую порцию. Взгляд голодной девушки зашарил по кронам деревьев, но фруктовый сезон ещё не наступил.

Зато на глаза ей попался Нико.

– Эй, Лидия! Как я и думал, это невозможно. Что ты вообще знаешь о секрете Дану?

Фейри-кот спрыгнул на землю и встал перед девушкой.

– Они даже других фейри к себе не подпускают. Видите ли, их сокровища стащить любой может.

Лидия выгадала им немного времени, соврав про клад, и теперь Нико помогал в попытках узнать тайну Дану, но ничего не выходило.

– Нужно скорее бежать. Садовница не боится упокоиться вместе со своими розами, да и тебе она сказала больше не появляться. А исчезновение графини не имеет к тебе никакого отношения.

Лидия молча посмотрела в небо.

– Ну ладно. Ты что мыла голову в фонтане?

– …Нет.

– Глупая. Дану не живут в воде.

Лидия рассмеялась: в некоторых случаях фейри-кот был не разумнее неё.

– Эй, вон граф.

– Что?!

Пока девушка оглядывалась, Эдгар уже оказался рядом. Лидия растерялась, увидев его так близко. Но и отступить не могла: сзади высился фонтан.

Жених поймал её.

– Наконец-то мы наедине.

–Вы не наедине! – закричал Нико, уперев руки в боки.

– Нико, можешь оставить нас одних?

Кажется, сегодня Эдгара раздражали извечные выходки наглого кота.

– Будь по-вашему, оставайтесь, – фыркнул тот, но всё-таки растаял в воздухе.

Лидия вдруг осталась одна под пронзительным взглядом пепельно-лиловых глаз.

– Почему ты меня избегаешь?

– Ничего подобного. Я просто занята…

На самом деле она действительно избегала его.

– Лидия, я хочу услышать правду.

«Рэйвен ничего ему не сказал. Слава Богу».

Да, Люсинда не давала ей покоя, но причиной тому была её собственная трусость. Из-за этого Лидия ещё сильнее хотела, чтобы Эдгар ничего не узнал.

Девушка была слишком сильно связана с фейри и потому с трудом общалась с людьми. Однако, выйдя замуж за известного всем графа Эшенберта, она уже не сможет держаться подальше от человеческого общества. Ей придётся стать частью большого света, и аристократы не должны видеть, насколько тяжело молодой супруге даётся общение с людьми.

– …Это правда. Я действительно занята.

Лидия старалась изо всех сил и в итоге добровольно отдалилась от любимого.

Правда, если их сейчас увидят, будут большие проблемы, ведь все горничные в особняке считают Эдгара женихом Люсинды.

– Если ты не собираешься возвращаться в Лондон, я останусь здесь и буду защищать свою невесту. Но если ты и дальше продолжишь избегать меня, я ничего не смогу сделать.

– Всё в порядке… Те, кто нацелился на драгоценности графини, – не прислуга.

– Верно. Однако гораздо больше я переживаю, что ты будешь работать в доме, где никого не знаешь. Если тебя что-то тревожит, или злит, или пугает, пожалуйста, поделись со мной.

– Я же сказала: всё в порядке.

– Лидия, я хотел, чтобы ты приехала сюда, но подобное недоразумение не должно было произойти.

– Эдгар, кто-то идёт.

Услышав шаги на дорожке, Лидия поспешно отошла от жениха. К ним приближался Билл.

«Почему мы так часто встречаемся?»

– Хм, ты часто оказываешься рядом, не так ли?

Эдгар озвучил её мысли недовольным голосом.

– И вам не хворать, – тон Билла тоже был холоден и даже… враждебен.

– Не пристало слуге бездельничать.

– Я искал Лидию.

Билл посмотрел на девушку и, улыбаясь, протянул небольшой бумажный пакет.

– Повар отдал мне подгоревшее печенье, но я не особо люблю сладкое.

– А. Я действительно могу их взять?

Ноющий от голода желудок был рад любой еде. Однако когда Билл подошёл ближе, подавая голодной горничной печенье, Эдгар вдруг поставил ему подножку.

– А-а-а!

Парень споткнулся и вместе с печеньем полетел в куст. Остатки сладостей, высыпавшись из пакета, оказались на земле.

– Что… да что вы?!..

– О Боже. Не думал, что ты настолько рассеянный.

– Ха… До умений вашего камердинера мне далековато, но… ни один нормальный слуга такого уметь не должен, – сердито ответил Билл, стряхивая с одежды травинки и листья.

– Судя по всему, ты не умеешь даже то, что делают обычные слуги? Знаю. Найму тебя, когда придётся пригласить на обед неприятных личностей.

– Лучше их просто не приглашать.

– Обед – последняя милость для тех, кого я хочу отравить.

– Отказываюсь.

Лидия, не обращая внимания на перепалку мужчин, подобрала опустевший мешочек: в нём не осталось ни одного кусочка. Почуяв близость еды, но ничего не получив, желудок взревел с новой силой. Лидия была зла.

«Это Эдгар виноват».

Подумав так, девушка сердито приблизилась к графу.

– Ну почему?! Зачем было так делать! Теперь от печенья ничего не осталось… Ты всегда действуешь эгоистично и не заботишься о моих чувствах! И всегда затеваешь бессмысленные ссоры! Хватит! Ненавижу!

Пока Лидия кричала, из глаз начали катиться слёзы. Резко повернувшись на каблуках, она бросилась прочь, оставив за спиной ошарашенных Эдгара и Билла.

Поздней ночью лунный свет плясал на крыше особняка, освещая путь Нико. Добравшись до края, он неслышно проскользнул в чердачное окошко.

Комната, в которую поселили Лидию, была не слишком узкой, однако ни кресел, ни диванов там не наблюдалось, только одна единственная кровать. И хотя Нико это не нравилось, фейри-кот всё же проводил ночи со своим компаньоном.

Фейри-доктор спала, свернувшись калачиком.

Аккуратно, чтобы не разбудить, Нико приподнял одеяло и скользнул в уголок кровати.

Когда Лидия была маленькой, они всегда спали в одной постели. Сон её был беспокоен и, пока девчушка росла, фейри-кот постоянно получал пинки в самые приятные моменты своих грёз. С тех пор он поклялся, что больше никогда не будет спать с ней. Но сегодня Нико встревожило поведение юной подруги: кажется, она сильно устала. Конечно, так сказались попытки выведать что-нибудь о сокровище Дану.

Всякий раз, когда Лидия перетруждалась, верный компаньон очень волновался. По идее, ему уже не было нужды присматривать за ней, ведь девочка была помолвлена, но эта дурочка всегда предпочитала действовать в одиночку. Она любила графа и всё же не могла открыть ему сердце.

– Эй, Лидия, ты плачешь?

Сначала Нико думал, что девушка спит, но заметил слегка подрагивающие плечи. Но она ничего не ответила и не двинулась с места.

«Она точно спит?»

Кот хотел было заглянуть в лицо подруги, но Лидия натянула одеяло на голову.

Фейри решился на крайние меры: он схватил один из карамельных локонов, разбросанных по подушке, и сильно дернул, однако даже тогда девушка не отреагировала.

Волосы были влажными.

Неужели она снова засовывала голову в воду?

Нико не знал, что делать. Даже если он примется утешать её, плакать девушка не перестанет. Фейри-кот хорошо это понимал – Аврора

Включая Билла, недавно были наняты четверо слуг. Примерно в то же время в особняке появилась пара садовников, но они живут в небольшом домике на той стороне сада и никогда не появляются в особняке.

Выслушивая доклад Рэйвена, граф не мог перестать гадать, отчего Лидия была так зла вчера. Отчего ей так сильно было нужно то печенье? Неужели это достаточный повод для того, чтобы кричать: «Ненавижу?»

– Оставшиеся три – просто рабочий персонал, убирают в особняке, но все четверо давно знакомы. Всем им известно, что леди Отред исчезла, так как они часто говорят друг с другом.

Более того, когда тот никчёмный слуга предложил ей печенье, Лидия выглядела очень счастливой.

– Они пытались расспросить горничную, давно тут работающую, об ожерелье. Неясно, пытаются ли эти ребята провести собственное расследование или нет.

На его подарки она никогда не реагировала так восторженно. Графу очень хотелось избавиться от этого глупца.

– Лорд Эдгар.

– Что? А, ожерелье "Regard". Оно – ключ к шкафчику с драгоценностями.

Уже в то время, когда графиня дебютировала, было известно, что она обладает драгоценностями на приличную сумму. Многие в особняке знали, что дверь, за которой лежат драгоценности, отпирается ожерельем, так что желающие завладеть драгоценностями должны были украсть его в первую очередь.

– Остаётся возможность, что Билл – один из тех, кто нацелился на драгоценности леди Отред. Доказательств обратного нет.

– В ту ночь Билл находился недалеко от комнаты графини и не присутствовал на ужине. Если предположить, что преступник – он, Билл мог вылезти через чердачное окно на крышу, а затем тем же образом проникнуть в комнату леди Отред. Или, возможно, он помогал своим товарищам… решившим подставить черноволосую женщину.

В таком случае появление Лидии возле покоев мадам тоже должно иметь свои причины.

Его невеста, хоть и появилась в доме недавно, занимала должность личной горничной хозяйки. Из-за этого могло создаться впечатление, что девушка что-то знает о драгоценностях хозяйки.

– Рэйвен, ты можешь какое-то время присматривать за Лидией и оберегать её?

– Да. Сейчас мисс Лидия должна быть с миссис Бойл, но, когда она останется одна, я глаз с неё не спущу.

– Хорошо. Рассчитываю на тебя.

Лидия сбегала, едва завидев Эдгара, так что другого пути у графа не было. Похоже, его невесте не хотелось, чтобы её видели за работой горничной. Или же она не доверяла ему из-за истории с Люсиндой.

Поэтому девушка избегала жениха и даже не позволяла себе ревновать. Она сказала, что верит ему, но если её чувства остыли, будет очень больно.

– Эй, граф! Это просто ужасно. Сделай что-нибудь!

Раздумья Эдгара прервал с криком подбежавший Нико. Эдгар уже хотел сказать, чтобы тот подошёл позже, но…

– Лидия плакала всю ночь. Что ты с ней сделал?

– Что ты сказал?

– У неё испортилось настроение с тех пор, как она здесь. Даже когда выматывалась из-за фейри, Лидия никогда не плакала. Она послала меня искать графиню. Эй, граф, ты сделал ей больно?

– Эм, ну…

– Тогда извинись. Немедленно! И пообещай, что больше никогда не будешь ходить налево.

– Ходить налево? Не говори глупостей.

– А что ещё ты мог натворить?

– Простите… – робко подал голос Рэйвен. – Лорд Эдгар, мне очень жаль. Мисс Лидия просила не говорить, поэтому…

Хадиец рассказал, что Люсинда ревнует к Лидии и потому распустила о ней слухи.

– Девушки, отвечающие за питание слуг, возненавидели мисс Лидию и теперь портят её еду.

Эдгар был потрясён и вскочил с кресла.

– Так Лидия ещё не ела?

– Мы говорили после завтрака…

– Рэйвен, это очень важно. Ты должен был сказать раньше.

– …Извините. Я не знал, что делать.

И всё же Рэйвен не рассказал ничего по просьбе Лидии. До недавнего времени он следовал лишь командам Эдгара, однако теперь старался угодить и будущей хозяйке. Юноша никогда не заботился ни о ком, кроме своего хозяина, так что это – большое достижение.

– Нет, ты ни в чём не виноват.

«Ошибку допустил я сам».

Он слишком беспокоился о большой опасности, которой могла подвергнуться любимая, и забыл, что Лидия может пострадать и от мелких неприятностей, связанных с появлением интриганки. Лидия стала горничной только потому, что со вниманием относилась к желаниям леди Отред. Но знавшая правду графиня отсутствовала, и никто не мог подтвердить истинный статус его невесты. Только Эдгар понимал, что она не заслуживает подобного отношения.

– Нико, я действительно виноват. Из-за меня печенье, которым угостил её Билл, рассыпалось и пропало. Я был в ярости от того, что она так обрадовалась сладостям из рук другого мужчины.

– Что! Лидия просто хотела есть, а ты…

– Она сильно разозлилась, а потом убежала.

– Эх, что же делать? Отобрать еду – самое страшное.

– Нико… не суди по себе…

– Лидия такая же!

– Рэйвен, что думаешь? Как бы ты себя чувствовал в такой ситуации?

– Я бы никогда такого не забыл.

Искренний ответ камердинера действовал подавляюще.

Но сейчас не время предаваться депрессии. Граф решил, что будущая супруга немедленно бросит работу горничной, чего бы это ни стоило, и вышел из комнаты.

Однако судьба была не на его стороне: в другом конце коридора возвышался силуэт тучного лорда.

Констебл. Он сказал, что увезет Люсинду домой, но оба по-прежнему в особняке. Естественно, его дочь всеми силами оттягивала возвращение, но гнев лорда это не уменьшило.

Всё общество знало, что Люсинда – дочь гувернантки. Некоторые аристократы без сомнений сделали бы ей предложение, надеясь легко повысить свой статус. Лорд Констебл верил, что Эшенберт был одним из них и считал его довольно неплохой партией. Именно поэтому он, несмотря на личную неприязнь, хотел, чтобы тот взял на себя ответственность.

Итак, лорд остановился перед графом, словно дурной вестник.

– Лорд Эшенберт, вы и горничная моей сестры, кажется знакомы.

«Он о Лидии?»

– Эта девушка ужасна. Украсть брошь Люсинды! Это возмутительно!

– Она бы никогда такого не сделала.

– Девушка настаивает, что ничего не брала. Но, раз вы знакомы, не могли бы вы попросить её вернуть брошь?

– Почему ваша дочь выдвинула настолько абсурдное обвинение?

– Абсурдное обвинение? Эта горничная знала, что шкатулка с украшениями находилась под кроватью.

«И это всё?»

Эдгар был ошеломлён, но такая малость не могла остановить сердитого отца.

– Комнату горничной обыскивают. Мне бы хотелось, чтобы вы присутствовали в качестве свидетеля.

Так вот какова цель его прихода. Люсинда хотела опозорить Лидию перед графом. Он тут же позвал Рэйвена и, отдав шепотом несколько приказаний, вместе с Констеблом отправился в комнату несчастной жертвы.

Эдгар не допустит подобного. Посметь обыскивать комнату его невесты без каких-либо доказательств… это дурная шутка. Будь здесь леди Отред, она бы не допустила такого оскорбления для своей подопечной. Но в отсутствие графини домом заправляла экономка.

Эдгар доверил Лидию хозяйке дома, а не экономке. И всё же досадное недоразумение обнаружилось слишком поздно и стало большой неожиданностью. Нужно ли говорить, что граф собирался прекратить обыск. Раз графиня пропала, ответственность за невесту нёс он сам. Эдгар не собирался молчать, пока любимую подвергали оскорблениям.

На лестнице, которой пользовались только слуги, толпилось множество людей.

Здесь были Лидия, Люсинда, дворецкий и экономка.

– Папа…

Люсинда, вцепившись в отца, театрально смахнула слезы.

– Та брошь, которую папочка привёз из Венеции… Дорогой подарок от тебя…

– Уверяю, её скоро найдут.

Лидия стояла с бледным личиком, но голова её была высоко поднята, а в глазах светилась уверенность. Однако на Эдгара она не смотрела. Тот, конечно, не ожидал, что девушка бросится к нему с мольбой о помощи, но её равнодушие ранило.

«Я не собираюсь полагаться на тебя», – казалось, говорила Лидия всем видом.

Он отправил невесту к леди Отред. Из-за него Люсинда начала преследовать её. По крайней мере, так считал Эдгар. Или, возможно, возлюбленная всё ещё злилась из-за печенья. Как бы то ни было, фейри-доктор отказывалась от его помощи. Но он всё равно останется рядом с ней.

– Прошу, немедленно прекратите. Чем вызвана необходимость обыскивать её комнату? Ни к чему поступать так с невинной девушкой.

– Мы узнаем, невинна она или нет, когда обыщем комнату. Если горничная украла раз, то обязательно сделает это снова. Лучше разобраться с этим сразу же.

– Лорд Констебл, вы многое ещё можете сказать, но я этого не допущу. Она…

– Всё в порядке, – вдруг прервала Лидия жениха. – Умоляю, поторопитесь. Даже если граф Эшенберт защитит меня, подозрения никуда не денутся.

Наступила тишина.

Граф Эшенберт? Впервые с того момента, как они познакомились, Лидия так холодно говорила о нём, словно они чужие друг другу. Сердце Эдгара наполнилось отчаянием и разочарованием, но желания избавить любимую от унизительной работы это не умалило.

В итоге брошь Люсинды так и не нашли. Лидию освободили, но словам её так и не поверили. Люсинда заявила, что брошь не могли не найти. Верно, экономка и дворецкий плохо искали. Хотя Констебл активно утешал дочурку, у него и в мыслях не было извиняться перед пострадавшей горничной.

Пока длился обыск, Лидия ни разу не посмотрела на Эдгара и не дала возможности поговорить с ней. Когда она собиралась вернуться к работе и вместе с экономкой хотела выйти из комнаты, жених всё же схватил её за руку. Но вместо злости увидел на лице девушки страх. Как будто девушка решила, что граф хочет разоблачить её перед остальными. Это было очень неприятно. Так получилось, что между ними возникло недопонимание, и Лидия отдалилась от Эдгара раньше, чем он понял это.

– Прошу, поговори со мной.

Сейчас Эдгар не знал, как поступить.

– Позже.

– Когда? Пообещай. Иначе мне придётся самому найти возможность.

Лидия многое знала о прошлом жениха и, скорее всего, решила, что его задумка окажется недалёкой от преступления. Не желая подобного, она назвала время, когда должна была закончить работу. Граф хотел сказать, что ни за что не отпустит свою невесту, но ему пришлось промолчать – на лестнице появилась одна из горничных и позвала девушку к экономке.

Эдгар последним вышел из комнаты. В коридоре его уже ждал верный камердинер. Хадиец молча показал, что обнаружил в комнате. На ладони лежала брошь-камея с ярко-красным камнем.

– Она лежала в комнате мисс Лидии.

– Да. Хорошо, что ты смог найти эту безделушку.

– Я видел, как горничная мисс Констебл выходила из комнаты мисс Лидии.

– Как и ожидалось.

– Лорд Эдгар, не могли бы вы проследовать за мной?

Рэйвен повел господина в конец коридора. Спрятавшись за одной из колонн, он указал на другой конец двора. Оттуда слышались голоса, а среди листвы мелькало яркое платье. Люсинда и её горничная.

– Что это значит, Анна? Ты точно подбросила брошь в комнату Лидии?

Служанка кивнула.

– Её там не было. Немедленно отправляйся туда, где спрятала брошь и принеси мне… Или собираешься отказаться?

Анна отчаянно замотала головой. Люсинда продолжала ругать горничную ещё какое-то время. А затем раздался звонкий шлепок. Только после этого мисс Констебл ушла.

Служанка не двигалась с места, словно ждала, пока её госпожа скроется из виду. Когда Люсинда ушла достаточно далеко, она, словно не выдержав, открыла рот.

– Ха, дура. Скоро ты пожалеешь о своих выходках. Я тебе не безвольная кукла.

На удивление, немая горничная всё-таки могла говорить.

По завершении работы она обещала встретиться с Эдгаром. Но экономка выдала ей ещё несколько заданий и Лидия не успела закончить к оговоренному сроку. Тем не менее, граф не опоздал ни на минуту. Когда будущий супруг нашёл её, девушка мыла посуду рядом с колодцем у задней двери кухни.

– Я не могу больше ждать.

– Прости, но я должна вымыть всё это.

Рядом с колодцем стояли несколько огромных бочек и кастрюль.

В кухне горела одинокая лампа, а все горничные уже разошлись по своим комнатам. Лидия слегка отодвинула огонёк, будто пытаясь спрятаться в тени, и присела.

– Мытье посуды – обязанность кухонных работников, разве нет?

Эдгар был прав, но эта работа стала её наказанием за утреннее происшествие. Лидия не крала брошь, но наказание всё равно пало на её голову, потому что так хотела Люсинда. Более того, мисс Констебл потребовала проверить всех горничных: видимо, брошь действительно украли. Однако после долгих возмущений она сказала миссис Бойл, что забудет об этом инциденте, если Лидию накажут, так как – прошептала девушка, будто по секрету – была уверена, что брошь стащила именно эта развратница.

– Кто-то должен это делать.

Чтобы вороватая горничная забыла о дурной привычке, экономка исхлестала ей руки прутом. Сейчас на когда-то нежных пальцах краснели длинные следы, поэтому Лидия всеми силами старалась спрятать их от графа. Девушка не хотела, чтобы тот видел обвинение в краже, а тем более наказание за неё. Хотя Эдгар пытался защитить возлюбленную, ей совсем не хотелось втягивать жениха в разборки между той, что являлась его невестой, и той, кого все считали таковой.

Поэтому утром Лидия ни разу не посмотрела на графа, боясь, что если их взгляды встретятся, то она даст слабину и вцепится в жениха. Даже сейчас фейри-доктор старалась не смотреть на Эдгара, подавляя рвущиеся наружу чувства. И соблюдение этих запретов сильно выматывало.

Девушка вздрогнула, когда почувствовала руки на плечах. Эдгар крепко обнял её со спины. Тепло его тела успокаивало, в то же время заставляя сердце биться быстрее. Лидия замерла.

– Пожалуйста, не принуждай себя.

– Н-нет, всё хорошо. Я не принуждаю…

Чувственный поцелуй обжёг шею. Вмиг охрипшим голосом девушка попросила остановиться, но её слова были слишком тихими и нерешительными.

– …Ты безропотно выполняешь их приказы, потому что считаешь себя горничной? – ослабив объятья, спросил граф. – Не забывай, ты не прислуга.

– Но здесь я горничная.

– …По крайней мере, отдохни немного. Ты устала, верно?

Как истинный джентльмен, Эдгар усадил невесту на одну из пустых бочек, забрал из рук щетку для мытья посуды, а вместо неё положил в ладони пакетик из бумаги.

От него пахло печеньем.

– Лидия, ты всё ещё злишься на меня?

– Если ты говоришь о вчерашнем случае с угощением… Прости, я была не в себе.

– Если ты простила, пожалуйста, посмотри мне в глаза.

Хоть граф сидел перед невестой на корточках, она по-прежнему отводила взгляд.

– Разве ты не разочаровался во мне?

На самом деле, это всегда её тревожило.

– Я-я никто. Если я не твоя невеста, то я никто. Приехав сюда, я ясно поняла это.

Ни один человек даже не подумал усомниться в том, что она должна быть горничной, потому что девушка изначально была простолюдинкой. Люсинда гораздо больше подходила на роль невесты Эдгара. Такова была правда, и потому люди поверили ей. А вот Лидию никто и представить не мог в таком обличье. Похоже, она так и не сможет стать достойной Эдгара.

– Я тоже никто, если забыть о том, что я – твой жених. Моё имя и графский титул – ложь. Для меня ты – незаменима, потому что одна поддерживаешь меня, человека, который ничего собой не представляет.

Эти слова очень обрадовали Лидию. Но почему же она не могла искренне выразить свою радость? Наверное, из-за разочарования в самой себе. Она работала над собой, однако все усилия были бесплодны.

Эдгар встал. Невеста так и не смотрела на него, хотя краем глаза напряженно следила, страшась ухода любимого. Но тот просто снял сюртук, повесил его на ближайшую ветку и принялся вычищать бочку отнятой у Лидии щёткой.

– Эдгар, не надо.

– О чём ты? Отдохни, я закончу.

– Но…

– Для меня это легче, чем для тебя.

Эдгар, улыбнувшись, легко поднял кастрюлю, которую девушка едва могла сдвинуть. А затем плеснул в посудину колодезную воду, не обращая внимания на вмиг промокшие лакированные туфли и рубашку.

– Когда-то так я зарабатывал на жизнь.

Похоже, он набил руку в мытье посуды, скрываясь от организации.

Эдгар родился в знатной семье, но его родители были убиты, а он отправлен в Америку. После побега сын герцога оказался в трущобах, где ему пришлось выживать. В то время графу приходилось намного тяжелее, чем Лидии сейчас.

– Пока я с тобой, то согласен даже на жизнь фермера.

Высокий и красивый Эдгар выглядел типичным денди, но широкая спина, сильные плечи и руки превращали его в настоящего мужчину, даря чувство защищённости. Не будь он дворянином, Лидии было бы проще воспринимать графа своим женихом. Но что бы тот ни делал, казалось, будто его занимают совершенно другие мысли: Эдгар постоянно беспокоился о том, как упрочить своё положение. Богатство, титул графа… всего лишь пара способов добиться желаемого.

– Эдгар, ты даже в поле не был бы похож на обычного фермера.

Благодаря этому он смог вернуться в высший свет. Глядя на жениха, Лидия думала, что каждому от рождения дано определённое место в обществе.

– Никто даже не подумал, что я могу быть твоей невестой.

Граф замер от удивления и перевёл взгляд на упрямицу.

– Мы собираемся пожениться. Какая разница, что думают другие? Мы знаем правду, верно?

– Правду… Иногда я думаю, неужели это действительно происходит со мной? Ведь я мало что знаю о браке.

Лидия была здесь только потому, что так захотел возлюбленный. Девушка искренне желала полностью принять предложение, но слишком плохо понимала, что значит быть графиней.

Псевдогорничная встала. Лидия не могла позволить Эдгару сделать всё за неё и собиралась хотя бы помочь. Она взялась за вторую кастрюлю.

– Не нужно. Отдыхай.

– Я уже достаточно отдохнула.

– Осторожно.

– А!

Не заметив ямку в земле, Лидия споткнулась и упала.

«Ну что ты! Не можешь выполнить даже порученную работу».

Подняться сразу истощённая морально и физически девушка не смогла. Нет, боли не было. Только всепоглощающая усталость. Но Эдгар, испугавшись, подбежал к ней и усадил на каменную ограду у деревьев.

– Ты подвернула лодыжку?

– Нет… я в порядке.

– Всё-таки слегка повредила ногу.

Граф стоял на коленях перед ней, аккуратно поглаживая появившиеся царапины. Прикосновение мужских рук тревожило. Но гораздо больше её напугал отблеск гнева в глазах любимого, когда тот вдруг поднял голову и их взгляды встретились. Наверное, он злился на неё за слабость.

– Прости…

– Почему ты извиняешься?

– Я не смогу стать частью аристократического общества. Мы… ещё можем разорвать помолвку…

Лидия замолкла на середине фразы. Больше всего она боялась, что Эдгар возненавидит её и действительно аннулирует их соглашение. Хотя он не понимал страхов невесты, гнев в его взгляде никуда не исчез. Вдруг касавшаяся её лодыжки рука скользнула вверх. Подол юбки приподнялся, оголяя красивые ножки, которые посторонние не должны были видеть. Лидия ахнула. Рука графа легла на колено и остановилась.

Такое действие точно причислялось к неприличным. Случившееся было настолько неожиданно, что Лидия лишилась дара речи.

Эдгар не отрывал от неё взгляда.

– О чём ты сейчас думаешь? Хочешь сбежать от меня? Я тебе не нужен? Неужели я даже не имею права защищать тебя в тяжёлое время?

Опустив голову, он через ткань запечатлел на её колене поцелуй.

– Эти руки приносят тебе только несчастья? – в шёпоте слышалась боль. – Сколько бы я ни касался тебя, не могу понять, что чувствует моя любимая. Мне хочется большего, но не тебе. Верно?

Несмотря на эти слова, во взгляде и руках Эдгара чувствовалась страсть. Лидия не понимала, как ему удаётся подавлять огонь такой силы.

– Нет, это неважно. Я просто не хочу потерять тебя.

Граф осторожно убрал руки.