Этой зимой Лидия, пересекающая море на корабле, благополучно прибыла на остров Мэнен, потому как в течение всей поездки море было спокойно.

Мерроу, вероятно, поняли, что их гости не были опасны и не стали поднимать бурю.

Остров Мэнен находился в Ирландском море, на западе Англии. Последний раз фейри-доктор бывала на нём ранней весной, когда весь остров был покрыт зеленеющей травой, однако сейчас, посреди зимы, его покрывал тонкий слой снега, из-за чего земля выглядела как сахарный глазированный торт, который лизали морские волны.

– Ух ты… А остров немаленький. Кажется, у Эдгара есть весьма и весьма неплохие владения.

Лота тоже поехала вместе с Лидией.

– Это место находится далеко от центра, так что здесь живёт множество фейри, но, так как изначальные лорды не смогли управлять этими землями, остров был отдан в собственность графа Блу Найт.

– Ясненько, но пейзажи тут точно миленькие. Эй, разве там вот не замок, а? Внушительно, чёрт возьми!

– Лота, ты отлучилась из дома на довольно длительное время и не возвращаешься. Всё в порядке? Разве твой дедушка не просил тебя вернуться в Лондон вместе со мной вчера?

– А-а… Ничего страшного не произойдёт, если я проведу тут пару ночек и несколько дней.

Замок, стоящий на вершине острова, был очень изысканен, стены его имели голубоватую окраску, из-за чего он выделялся на фоне белых снежинок.

В прошлый раз в порту не было ни оного корабля, но сейчас у берега виднелось множество лодок, и люди, не смотря на холод, продолжали заниматься рыбной ловлей и разгрузкой грузовых судов, из-за чего от острова веяло жизней и энергией.

Девушки сошли с корабля, собираясь направиться к единственной гостинице на острове.

– Нико уже ушёл, эх.

Лота оглянулась, ища серого кота, который должен был сидеть в лодке вместе с ними.

– Он просто встретил парочку маленьких фейри и выглядел таким счастливым; наверное, он решил немного поиграть с ними.

– Вместе с тем невидимым старичком?

– Да, думаю, Коблинай тоже увязался с ним.

– Простите… Вы мисс Карлтон?

Кто-то окрикнул Лидию, так что она остановилась.

Неподалёку стоял мужчина. Он сказал, что является служащим постоялого двора и пришёл, чтобы отвести девушку в её комнату, поскольку ещё до своего отбытия она отправила им письмо, уведомив, что остановится в их гостинице.

– Добро пожаловать. Так как местные дороги плохи, мы подготовили для вас соответствующий экипаж.

Смотря на Лидию, человек указал на коляску, стоящую на обочине.

– Но гостиница

Лидия не могла не растеряться, но служащий, не обращая на это внимания, попросил её занять место в экипаже.

Поскольку гостиница, ранее управлявшаяся Томпкинсом, принадлежала к владениям древней графской семьи, Лидия послушно села в коляску.

Однако, когда в экипаж попыталась забраться Лота, дверца резко захлопнулась, словно преграждая ей путь, и она чуть не упала.

– Погодите, это ещё что? Немедленно откройте дверцу!

Лидия, оказавшись запертой в коляске, кинулась к двери, но экипаж уже тронулся.

Девушка видела, как грубо остановили попытавшуюся догнать коляску Лоту.

Бывшая пиратка старалась вырваться, но экипаж завернул за угол и быстро поехал в лес.

– Прошу, не беспокойтесь, мы всего лишь выполняем приказ. Позже мы вернёмся за той леди.

Кэбмен, кажется, был связан с тем служащим.

Естественно, коляска направилась совсем не в гостиницу, а прямиком в лес, и сейчас, минуя холмы, направлялась к голубеющему впереди замку. Лидию била дрожь.

Он уже несколько раз, используя подобные методы, силой увозил её.

«Но это же невозможно, разве он не в Лондоне?»

Пока девушка напряжённо думала, экипаж преодолел ворота и въехал в сад. Проехав ещё немного, он остановился у дверей замка.

Навстречу вышел слуга, и Лидию отвели в небольшую приёмную.

Но, к сожалению, она не успела спросить, было ли её «похищение» очередной проделкой Эдгара, поскольку слуга тут же вышел.

Она решила осмотреться. Внутреннее убранство замка отличалось от того, которое Лидия помнила с прошлого своего визита сюда.

Хоть замок и был построен в XVI веке, после того, как остров Мэнен, попал в руки Эдгара, его, кажется, немного подновили, а внутреннее убранство стало простым и чистым.

Старинная мебель и произведения искусства всё так же оставались на своих местах, но после проведённых работ они уже не смотрелись так, словно стояли здесь веками.

В комнате также был камин, дарящий своё тепло, который был ещё одним неоспоримым преимуществом этого замка. Фейри-доктор опустилась на диван, и усталость от поездки сразу же накатила на неё.

«Возможно, Эдгар приехал сюда».

Лидия совершенно не ожидала встречи с графом, голова начинала пульсировать от боли: как-никак, она по-прежнему не знала, как с ним себя вести.

Эдгар, в любом случае, не имел ни малейшего намерения долго преследовать её.

Рядом с ним всегда было огромное множество женщин, так и жаждущих его внимания, так что он без труда мог найти ей замену.

Вероятно, Эдгар приехал на Мэнен лишь за тем, чтобы сказать, что накопилось порядком работы для фейри-доктора и что связанные с маленьким народцем события происходят тут и там в городе.

«Я и вправду совсем не хочу это делать», – пронеслась в голове девушки мысль, наполнившая её разочарованием.

Но она не знала, действительно ли по-настоящему полюбила Эдгара, и поэтому была растерянна.

Мерное тиканье часов сопровождало утекающее время, а за окном тихо падал снег.

Не сумев долго сопротивляться соблазну мягкого дивана, Лидия случайно заснула.

И хоть она почувствовала, как в комнату кто-то вошёл, объятья сна уже столь крепко обхватили её, что девушка смогла лишь удивиться, так и не открыв глаза.

Тело мужчины источало запах снега и морского ветра: вероятно, он только что был на улице. Покорённая дремотой Лидия ощутила как рука стоящего рядом мужчины нежно провела по её волосам.

Нежное прикосновение, кажется, ещё больше мешало сбросить с себя оковы сна.

– …Без тебя мне было так одиноко.

Лидия была в полусне, но всё равно ей было отлично известно, кем был этот мужчина.

– Наконец-то ты вернулась, моя фейри.

Только один человек называл Лидию фейри без намёка на насмешку или издевательство.

– …Эдгар?..

– Да, Лидия.

Мягкое дыхание защекотало ушко, из-за чего она резко открыла глаза.

Прямо перед девушкой висели пепельно-лиловые глаза склонившегося над ней графа, а его золотистые волосы едва не касались её лица.

Лидия не только уснула на диване, но и каким-то образом её голова оказалась на коленях у Эдгара. Осознав это, она спешно села.

– Т-ты, ты что делаешь?!

– Эх, почему бы тебе не полежать ещё немного?

Лидия вскочила с дивана и, глубоко вздохнув, попыталась успокоиться.

– Я просто смотрел на твоё милое спящее личико. На колени мне ты легла сама.

– Не… не говори так. Почему ты здесь?

Девушка только-только увиделась с Эдгаром, но уже успела полежать у него на коленях, и, что ни говори, пока она спала, ей было очень удобно, так что смущённая Лидия немного злилась.

– Я всего лишь приехал поприветствовать тебя. Ты редко сама решаешь посетить мой особняк. Как я мог пренебречь подобной возможностью?

– Я спрашиваю, откуда ты об этом узнал?!

– Из письма.

– Я ничего такого не писала.

– Да, но Нико прислал мне письмо, поскольку я подарил ему печать с его инициалами. Кажется, он по существу оценил удовольствие, которое дарит переписка.

…Получается, тем, кому Нико писал, был Эдгар.

Другими словами, если графу хотелось что-то знать, ему только и надо было спросить об этом Нико.

Неудивительно, что после того, как они сошли с корабля, он исчез так быстро, как только мог.

– Да, я должен был получить твой ответ раньше, так что подумал, что почтальон пренебрегает своими обязанностями, и потому прокрался в почтовое отделение, где, наконец, увидел первое написанное тобой письмо, и не стал предъявлять жалобу. Истинная страсть должна сейчас же оказываться в руках адресата, а не проходить через руки почтальонов.

До чего же он проблемный сладкоречивый аристократ.

– Потому что, когда я писала письмо, от тебя уже приходило следующее.

– Это неважно. Я и получил от тебя лишь пять, и, хоть их было так мало, был несказанно счастлив услышать тебя.

Получив три письма, Лидия хотела ответить, чтобы не быть грубой, но ничего не могла поделать с тем, что, когда она думала об Эдгаре, её рука сама собой опускалась.

Но теперь Эдгар уже не был вдалеке от неё: он стоял прямо перед девушкой и смотрел на неё.

– Однако последние несколько дней я не смог писать тебе. Ты не обиделась?

– Нет, всё-таки мы не договаривались списываться, да и Лота сказала, что таким образом ты просто заставляешь меня беспокоиться.

– Я бы никогда не сделал подобного; единственной причиной послужило то, что я был невероятно занят несколько дней и не мог выкроить ни минуты… Ну, вновь встретиться с тобой было довольно трудно, давай не будем об этом.

Наполненными одиночеством глазами граф пытался показать, что его действия неправильно поняли, но на его губах по-прежнему сияла улыбка.

Лидии оставалось только гадать, насколько можно было доверять его действиям.

– Я приготовил для тебя приветственный ужин. Я прекрасно помню, как нравится тебе яблочный пирог нашего повара, так что захватил его с собой, чтобы он сделал его для тебя. Вкус горячего яблочного пирога, увенчанного холодным маслом, должен быть великолепен.

Повар графа обучался во Франции. Несмотря на то, что ей придётся весь вечер выносить сладкоречивость Эдгара, она не могла отказаться от ужина: будет жаль, если все труды этого прекрасного человека пойдут насмарку.

Поскольку Лидия не произнесла ни слова, Эдгар произнёс тоном победителя:

– Лидия, мне нужно столько всего тебе рассказать. Прошу, не спеши уходить. Могу я придвинуться чуть ближе к тебе?

Лидия колебалась мгновение, но тут дверь резко отворилась.

В неё ворвалась покрытая снегом, тяжело дышащая Лота.

– Ах вы, господа мрази, я гналась за этой чёртовой драндулетиной даже, когда они выплеснули на меня грязную воду! Сказала же, стоять, так какого чёрта ты притворился, что не увидел меня?!

– О, я подумал, что тебе хочется увидеть снег и насладиться прогулкой под ним. В Америке время от времени падало несколько снежинок, но разве ты тогда не была столь возбуждена, что кричала и носилась вокруг, как собачка?

Эдгар явно воспринимал её как дурочку, что ещё сильнее злило Лоту.

– Ну и что, что снега было немного?! Да все были в восторге и скакали от радости!

– Лота, ты сама пришла сюда?!

Лидия, ахнув, подбежала к бывшей пиратке и стряхнула с её волос снег.

– Эти уроды из гостиницы твердили что-то странное и не давали мне пройти. Лидия, я так волновалась, что с тобой что-нибудь случится.

– Извини, я не знала, что ты так беспокоилась.

– Это всё этот придурок.

Лота зло буравила графа взглядом, но судя по тому, как он скрестил руки на груди, неудобно он себя под её взглядом не чувствовал.

– Лота, позволь объяснить тебе: это мой дом, тебя сюда никто не приглашал, так что у меня нет никаких оснований радушно приветствовать тебя.

– Эй, Эдгар, ты хочешь выгнать Лоту? Тогда я пойду с ней.

– Мне, наконец, выпал шанс поужинать с тобой наедине.

Эдгар явно был недоволен, но он прекрасно понимал, что девушка не согласится с уходом Лоты, так что он, признавая поражение, пожал плечами.

– Ничего не поделаешь, однако на официальных обедах леди должны носить вечерние наряды, а вы слишком грязные.

– Я слишком грязна?! Ты же сам меня грязью облил!

Эдгар, полностью оставив без внимания гнев Лоты, подошёл к Лидии и поцеловал её руку.

Это было так внезапно, что у девушки просто не было времени, чтобы что-то сделать.

– Хоть мне очень нравится то, как выглядишь ты в своей простой одежде, та красота, которую ты излучаешь, надев роскошное платье, принадлежит только мне.

Эдгар продолжал сладко улыбаться.

– Ну что же, я зайду за тобой позже.

У Лидии просто не было времени ответить, когда граф развернулся и вышел, оставив её.

Эдгар был всё таким же.

Лидия видела, что его отношение ничуть не изменилось, и ничего не могла сделать с тем, что чувствовала облегчение, но одновременно ей казалось, что, чем дольше она находится с ним, тем меньше знает его.

«Что у Эдгара на уме?

Если он, как раньше, собирается заваливать меня красивыми словами, надеюсь, он знает, когда нужно остановиться. Не хочу, чтобы потом оказалось, что я всё неправильно поняла».

– Вот же чёрт, ничуть не изменился.

Устало проговорила Лота, смотря на закрывшуюся дверь.

– Он сказал мне надеть вечернее платье, но я ничего подобного не брала.

– Я тоже.

– У него что, с собой они?

Лидия уже привыкла к этому, а вот Лота чувствовала себя беспомощной и встревоженной.

– Лота, ничего страшного. У тебя такое же телосложение, как у меня, верно? – с улыбкой Лидия попыталась успокоить её.

В этот момент в комнату зашла Армин и повела их в туалетную комнату.

– Так и ты со своим братцем-арабчонком здесь?

Армин и Рэйвен были сводными братом и сестрой, и ещё до того, как Эдгар стал графом, они верой и правдой служили ему.

– Да, Рэйвен и мистер Томпкинс тоже приехали.

Территория поместья была его настоящим домом, можно сказать – его замком, однако в особняк в Лондоне было нанято много прислуги.

Сюда же он взял лишь некоторых из них, и это значило, что он не намерен долго оставаться на острове.

Армин аккуратно выложила платья перед двумя леди, ожидая их решения, а Лидия, смотря на неё, думала, что молодая женщина по-настоящему красива.

Армин всегда одевалась, как мужчина, но даже простая мужская рубашка и галстук не могли скрыть источаемого ей женского очарования.

Армин всегда следовала за Эдгаром и любила его. Для Эдгара она была важным членом его семьи, о котором он трепетно заботился. Лидия, узнав, что их отношения, вроде как, далеки от обычных взаимоотношений слуги и хозяина или членов семьи, в глубине души она почувствовала себя беспомощной.

Эдгар, специально держась на расстоянии и не приставая к ней, защищал Армин. Чтобы отвлечь себя от любви к ней, он переходил от одной женщины к другой, и Лидия не хотела быть частью его игр.

– Лидия, ты это платье хочешь?

Голос Лоты вырвал девушку из мыслей.

– Что?.. Э-э…

– Тогда возьму это. И вообще, в конце концов, сколько Эдгар для тебя заказал одежды?

– Не знаю, никогда не считала.

– Этот парень слегка сумасшедший. Но ты ведь не кукла, разве нет?

«Но в глазах Эдгара я, возможно, именно кукла».

Лидия выбрала светло-розовое платье. Она чувствовала, что цвет не подходит ей, но если бы она начала тщательно выбирать, впустую тратя на это время, то выглядела бы как дура, поэтому решила надеть его.

– Эй, Эдгар! Ты специально меня сюда усадил?

Лота, переодевшаяся к обеду в ярко-синее платье, сердито задала вопрос хозяину поместья.

– Что? Вы что-то хотели?

– Я спрашиваю, ты специально?!

В обеденной зале стоял огромный стол, за которым могли разместиться десятки человек. Лота сидела в дальнем конце, и ей приходилось сильно повышать голос, чтобы сидящий вдалеке от неё Эдгар мог её слышать.

Она сидела напротив графа, то есть как можно дальше от него, в то время как Лидию разместили по левую руку{1} от него.

– Как я могу допустить грубость в отношении княжны Великого княжества, заставив её сидеть на месте, предназначенном обычным дворянам?

Дедушка Лоты был Великим князем Кремонским, хотя их правление уже подошло к своему концу. Князь так же находился в изгнании, но принял назад воспитанную пиратами Лоту.

Но сама она никогда не считала себя ни княжной, ни принцессой. Хоть сейчас она жила с дедушкой, она не могла влиться в дворянскую жизнь и от скуки поехала к Лидии.

Лота когда-то была главой пиратов, и Эдгар, несмотря на требование бывшей капитанши, всё-таки отвёл ей почётное место, что её раздражало. И он явно сделал это намеренно.

Несмотря на то, что их было всего трое, обед оставался официальным. И Лидия, плохо разбирающаяся в этикете высшего общества, нервничала.

– Лидия, попробуй этого фазана, уверен, он понравится тебе.

Эдгар счастливо улыбался.

«Мясо, конечно, превосходно, но…»

– Я хотела бы спросить, если нас всего трое, почему мы в такой большой столовой…

– Если ты ужинаешь со мной, комната сразу окрашивается счастьем. Было бы чудесно, если бы мы могли делать это каждый день.

Если Эдгару попадались вещи, которые он не хотел слышать, он волшебным образом становился глухим.

Лота, прекратив пытаться достучаться до Эдгара, залпом выпила своё вино, после чего грубо отдала бокал прислуживающему ей Рэйвену.

В этот момент в комнату вошёл мужчина и что-то прошептал графу.

На лице Эдгара появилась хитрая улыбка, словно он опять замыслил что-то нехорошее. Посмотрев на Лоту, он сказал:

– Лота, поприветствуйте одного из своих людей.

– Что? Одного из своих?

– Вы, после некого инцидента, лишь набросав несколько слов кривым почерком о том, что собираетесь навестить Лидию, исчезли. Ваш дедушка о вас беспокоился.

– Ох, ну уж простите, что почерк кривой.

– Ваш дедушка был встревожен и желал, чтобы вы оставались в Лондоне до тех пор, пока не научитесь как следует говорить на английском, но не так давно он получил приглашение от голландской королевской семьи, и, поскольку дата отъезда приближается, вы не хотите возвращаться в Лондон, я не прав?

– Лота, то, что говорит Эдгар, правда?

Лота раздражённо мотнула головой.

– …Эти дворяне слишком надменны. Если я поеду с дедушкой, из-за меня он потеряет лицо.

– Но ты не можешь заставлять его беспокоиться о себе.

– Лота, вам не нужно волноваться. Дворянам отлично известен благородный характер князя Кремонского, и только потому, что вы побили нескольких из тех, которым вы теперь не по душе, его репутация не упадёт, так что я рассказал Великому князю о вашем местонахождении.

Лидия была удивлена. Лота же на самом деле не била дворян, правда? Похоже, всё-таки била, и именно поэтому сбежала из Лондона и спряталась у Лидии.

– Эдгар, ну ты мерзавец…

– Не стоило быть столь одержимой моей Лидией.

– Поверить не могу, что ты ревнуешь к женщине!

– Это не ревность. Лидия станет графиней Эшенберт, и если вы желаете оставаться подле неё в дальнейшем, вы должны вести себя соответствующе, леди.

– Погодите, это два разных дела. Если между мной и Лотой сохранятся те отношения, которые мы сейчас имеем, она всегда будет моим другом.

– Только не говори, что собираешься мешать чужой дружбе.

– Надеюсь, вы не говорите обо мне ничего такого, что помешает нашей с Лидией любви.

В глазах Эдгара светилась ревность, но тут дворецкий Томпкинс резко открыл двери столовой.

Два высоких человека вошли в комнату.

Один из них извинился перед графом за вторжение, а другой в это время схватил Лоту за руку.

– Эй, а ну отпусти! Не видишь: я ем!

– Миледи, мы опоздаем.

Кажется, здоровяки не собирались уступать.

Лота отчаянно боролась и не смотрела на Лидию.

– Лидия счастливо проведёт здесь время, так что вам больше не нужно о ней беспокоиться.

Девушка поняла, что Лоту сейчас силой уведут, и поспешила к ней.

– Ох, будь осторожней на дорогах.

– Да, но ты тоже осторожничай: что бы тебе большой злой волк ни врал, ты не должна открывать дверь, а уж тем более не впускай его в спальню, а то он тебя обманет. Так что осторожней!

Лота упорно напоминала ей об этом, пока её уводили, после чего двери столовой захлопнулись прямо перед Лидией.

Фейри-доктор думала, что поездка на остров Мэнен поможет ей оттянуть встречу с Эдгаром на некоторое время, но, поскольку данные территории принадлежали графу, как и находящийся на них замок, то, что он оказался здесь, было естественным. Однако Лидия не ожидала такой неприятности.

Теперь она осталась наедине с Эдгаром.

– Мы, наконец, остались вдвоём.

Лидия услышала из-за спины голос графа и инстинктивно подпрыгнула.

– Ну вот, из-за Лоты всё заработанное мною доверие исчезло, как снег в лучах солнца.

«Насколько помню, доверять тебе никто не собирался».

– Но теперь, Лидия, я знаю, что всё так, как должно быть, и потому тебе не о чем беспокоиться.

«Я бы так не сказала».

– Давай насладимся десертами. Здесь слишком просторно, так что пойдём в более тихое и уютное место.

Лицо девушки, обращённое сейчас к графу, явно носило на себе печать сомнений, когда он, быстро взяв её за руку, повёл в другую комнату. И хотя Лидия послушно села на диван, стоящий рядом с камином, отпробовав десерт, ей хотелось лишь как можно скорее вернуться к себе.

– Тебе нравится этот замок?

Якобы без всякого умысла, Эдгар улыбнулся и сел рядом с девушкой.

– Его немного подновили, и я хотел бы услышать твоё мнение.

– Это твой замок, так что можешь делать с ним, что хочешь.

– Но в будущем он станет и твоим.

– Не будет такого!

– Замок стар, но просторен и величественен, архитектура тоже прекрасна. После того, как мы поженимся, было бы чудно поселиться здесь.

«Он вообще меня слушает?!»

– Это поместье принадлежит графу Блу Найт, так что вряд ли возможно…

Несмотря на то, что граф Блу Найт являлся фактическим правителем страны фейри, Эдгар не обладал магическими силами, что позволяли бы видеть фейри или помогать им.

Лидия глубоко жалела из-за этого, но всё же немного ему сочувствовала.

– Это не меняет того, что сейчас ты граф Блу Найт.

– Ты так добра.

Граф смотрел на Лидию печальными глазами, и она быстро отвернулась.

Из-за него она совсем забыла, что столик рядом заставлен всякими вкусностями.

Девушка протянула руку к еде, перенося на неё всё своё внимание.

– Эдгар, если ты не будешь есть, масло совсем растает.

Лидия попыталась избавиться от витавшей вокруг них романтической атмосферы.

Но граф по-прежнему не сводил с неё страстного взора.

– Я слышал, что, поскольку остров находится под защитой мерроу, Келпи не смог попасть сюда. Ты не думаешь, что он невероятно подходит для нашей семейной жизни?

Что тут скажешь: даже келпи со всей своей силой не смог пробить барьер мерроу.

Большинство фейри боялось Келпи, однако мощная магия мерроу могла прогнать его.

«Но как Эдгар узнал? Опять Нико проболтался?

Вот уж находка для шпиона!»

Келпи здесь не было, даже Лоту отправили прочь, а Нико так и не появился. Лидия не ожидала, что она окажется одна с Эдгаром в его замке, и ничего хорошего для неё в этом не было.

Она должна была быть бдительной, чтобы Эдгар не смог получить над ней преимущество.

– Не будет у нас семейной жизни!

– Но ты же носишь обручальное кольцо?

Следуя за взглядом Эдгара, глаза Лидии опустились на лунное кольцо на её руке.

– Из-за Коблиная я не могу снять его, так что приходится. Но его всё равно никто не может видеть, то есть ни мой отец, ни кто-либо другой не знают об этом.

Эдгар слегка нахмурился, словно жалея об этом, но почти сразу же вернулся к своему обычному состоянию.

– Вкусно? Я положу тебе ещё.

– Я больше ничего не хочу. Почему тебе самому не поесть?

– Для меня нет ничего слаще, чем мягкий вкус карамели. Один взгляд на этот непревзойдённый десерт дарит мне наслаждение.

«Будь добр, не трогай мои волосы!»

Эдгар опять сравнил ржавые, красновато-коричневые волосы с карамелью и сейчас поигрывал прядками. А Лидия, наблюдая за ним, всё думала, когда же принесут яблочный пирог.

– Лидия, пока тебя не было, одиночество душило меня. Я думал, мы, наконец, стали настоящими влюблёнными, но ты резко уехала.

«Прекрати уже».

Во время этого отпуска девушке удалось убедить себя, что те чувства, которые она испытывала к графу, не более чем иллюзия.

– Мы никогда не станем влюблёнными. Ты можешь сколько угодно говорить мне красивые слова и заваливать подарками, но потом ты поймёшь, что это не любовь. Я оставила тебя на время, и у меня не было никакого желания видеть тебя или чувствовать твою боль.

Так ли было на самом деле? Лидия не знала, но продолжала говорить:

– Ведь совершенно ясно, что я для тебя не единственная.

– В моём сердце только ты.

Эдгар видел, как девушка отвела взгляд, и обречённо вздохнул.

– Сколько бы я ни повторял, ты всё равно не поверишь моим словам, не так ли? Если так, тогда, пожалуй, мы больше не будем об этом говорить.

Лидия с облегчением вздохнула, подумав, что Эдгар всё-таки понял.

Нынешний граф не мог видеть фейри, поэтому сделал её своей невестой, чтобы привязать к себе, и, хоть она пыталась выяснить, что он самом деле думает об этом, девушка боялась, что их отношения станут неустойчивыми.

– Мы не виделись так долго, но я заговорил о неприятном, испортив тебе настроение.

Лидия чувствовала, что Эдгар не изменился, однако он казался немного другим.

Раньше, даже если Лидии было неприятно, он продолжал своё дело, наслаждаясь её ответами, но теперь в таких случаях его, вроде как, грызла совесть за подобное поведение.

Вероятно, из-за того, что Лидия не выказывала ответных чувств, он решил больше не преследовать её.

Она постоянно отказывала Эдгару, так что, если бы он обнаружил, что добился успеха, на её сердце мог бы появиться огромный шрам, когда они расстанутся.

Всякий раз, как девушка думала об этом, она боялась, что не сможет подавить свои чувства к графу.

– Ах да, мне до сих пор неизвестно, зачем ты приехала на Мэнен. Расскажешь мне?.

– А? Точно…

Лидии всегда казалось, что Эдгар может преспокойно читать человеческие мысли, так что она поспешно стала думать о другом.

– На самом деле, мне необходимо во всех мелочах исследовать историю графа Блу Найт. Поэтому я решила посетить остров Мэнен.

– Тебе не стоит беспокоиться обо мне, когда у тебя отпуск.

– Ничего подобного. Я делаю это потому, что я личный фейри-доктор графа Блу Найт.

– Как быстро ты опровергла моё предположение.

– …В общем, я услышала новость, которая обеспокоила меня.

– Что за новость?

– Судя по всему, последний граф Блу Найт должен был жить 300 лет назад, но фейри говорят, что встречали потомка всего лишь столетие назад. Борьба между Принцем и графом могла начаться тогда.

– То есть это было около ста лет назад, во времена Красавчика Принца Чарли? Во времена восстания принца Эдуарда?

– После того, как Джеймса II изгнали из Англии вместе с его внуком Чарли? Чарли Эдуард, то есть Красавчик Принц Чарли, поднял восстание, чтобы присвоить английский трон, но потерпел неудачу, из-за чего полностью разбитые Стюарты потеряли свою власть в Англии

Когда Эдгар был ребёнком, его похитила и увезла в Америку таинственная организация, которую возглавлял человек, унаследовавший кровь Стюартов. И новый, самопровозглашённый Принц, кажется, в тайне планировал занять английский трон.

Эдгар знал, что Принц ненавидел графа Блу Найт, и его приспешники истребили всех потомков этого дома, но причины этой ненависти ему известны не были.

Принц охотился за Эдгаром, однако, поскольку он приобрёл титул графа Блу Найт, которым владеть не должен был, Принц, кажется, побаивался некой таинственной силы. Хоть граф должен был по-прежнему защищать свою жизнь, честь и репутацию, Лидии хотелось помочь ему в качестве фейри-доктора.

И хоть между Эдгаром и Лидией не всегда всё было хорошо, тот факт, что они помогали друг другу, был неоспорим.

– Кроме того, для того чтобы выяснить правду об Улиссе, мы также должны разузнать как можно больше о прошлом графа.

– Да, Улисс может знать намного больше, чем мы, и если он каким-то образом воспользуется подвернувшейся возможностью, боюсь, наши шансы на победу нельзя будет назвать высокими.

Как только речь заходила о врагах, Эдгар мгновенно становился серьёзным.

Его лицо резко потемнело; возможно, тёмным пламенем освещала его ненависть и жгучее желание отомстить. От такого взгляда перехватывало дыхание, но нельзя было отрицать, что даже так он был красив.

Кроме того, в такие моменты Эдгар полностью отличался от того себя, каким был, когда нашёптывал Лидии нежные словечки: в такие моменты было отчётливо видно его прошлое, полное лишений и несправедливости. И Лидию не могло это не печалить.

Она не могла оторвать от Эдгара глаз.

Скорее всего, он не знал, что пережитое им горе и хранимая внутри печаль привлекали Лидию намного больше, чем медовые речи.

– В любом случае, я думаю, что мерроу должны что-нибудь знать о графе, так что завтра я попробую расспросить их.

На лицо Эдгара моментально вернулось нежное выражение, а его взгляд, направленный на Лидию, стал ласковым.

– Ты хочешь поговорить с мерроу, могу я пойти с тобой?

– Конечно, твоё присутствие даже может сыграть нам на руку.

Сказав это, Лидия привстала.

– Ну, спасибо за угощение. Пожалуй, я пойду в спа…

Лидия даже не успела договорить, как её схватили за руку.

Он молча смотрел на неё пронзительным взглядом, из-за чего сердце Лидии забилось, как бешенное, а её тело мгновенно напряглось.

– Что, что такое?

– Ты же не исчезнешь завтра, правда?

В прошлый раз Лидия, не попрощавшись, отправилась в Шотландию ещё до восхода, так что, возможно, тот случай не давал графу покоя.

– …Завтра я должна увидеться с мерроу.

– Пожалуйста, не исчезай. Если я сделал что-то не так, если я заставил тебя чувствовать себя несчастной, прошу, скажи.

– Ничего подобного, твоей вины тут нет, это я… Я устала. Я знаю, что тебе действительно нужны способности фейри-доктора. Я немного увлеклась и хотела успокоиться. Я понимаю, что это было некрасиво, так что постараюсь разузнать как можно больше о прошлом графа.

Рука Эдгара соскользнула с запястья Лидии, но особо довольным её объяснением он не выглядел.

– Также я обещаю, что, если мне потребуются выходные, я заранее сообщу тебе.

Эдгар вздохнул – в его вздохе сквозила боль – после чего спросил:

– Могу я поцеловать тебя на ночь?

– А?

Пока Лидия хлопала глазами, Эдгар поцеловал её в щеку.

– Спокойной ночи, моя милая фейри.

– …Доброй ночи.

Должно быть, она покраснела. Лидия не хотела, чтобы граф видел это, так что быстро выбежала из комнаты.

Когда Эдгар остался в комнате один, он, прикоснувшись рукой к щеке, позвал Рэйвена.

– Мне кажется, Лидия стала ещё настороженнее, чем раньше.

Эти слова были неожиданны, и смуглый парень наклонил голову, словно никак не мог понять своего хозяина.

– Я думал, она обвинит меня, но она сказала, что устала. Я считал, что она чувствует то же, что и я, но неужели я ошибался? Кажется, мне не на что надеяться.

Рэйвен застыл на месте. Похоже, он пытался думать над словами Эдгара, но ему всё же было трудно понять, что такое любовь.

– Если она хоть немного любила меня, разве по прошествии столького времени не должна была зародиться тоска? Разве она не скучала по мне? Я каждый день писал ей, я сдержался и не поехал к ней, но она не только не соскучилась по мне, но и, видимо, готова была полностью отказаться от всего?

Схемы, основанные на психологии, на Лидии работали плохо, так что Эдгар перестал преследовать её, но из-за этого она стала считать, что он был неискренен.

– Лорд Эдгар, так вы не собираетесь отказываться?

– Отказываться? От чего?

– Раньше вы говорили мне, что в мире очень много женщин, и если с одной из них не на что надеяться, то вы просто откажитесь от неё, избрав новую цель, так что я думал, что вы перестали преследовать мисс Лидию, потому что отказались от неё.

– Мне не совсем не на что надеяться. Она согласилась поужинать со мной, а ещё спокойно приняла поцелуй на ночь.

Того, что Лидия согласилась на ужин, можно было ожидать, но вот поцелуй был непредвиденным, и Эдгар не мог оставить её поведение без внимания.

– Да, Рэйвен, в мире много женщин, но сейчас для меня есть только Лидия.

Рэйвен кивнул: кажется, он всё понял. Но в голове Эдгара эти слова положили начало череде мыслей.

То есть… если Лидии рядом с ним не будет, всё потеряет смысл?

Лидия была восхитительна. Эдгар хотел держать её рядом с собой и надеялся, что однажды она сможет влюбиться в него. Лидия была готова работать с ним, но он больше не мог сдерживать порывы своего сердца.

Чем больше он узнавал о Лидии, тем сильнее его влекло к ней; настолько, что Эдгару это казалось чем-то невероятным.

Однако действительно ли Лидия не любила его?

Если, в конце концов, они с Лидией так и не смогут быть вместе, он влюбится в кого-нибудь ещё. Эдгар знал свой характер, но признавать это не хотел.

– Слишком рано сдаваться, существуют методы, которые я ещё не пробовал.

– Тогда вы должны воспользоваться самым быстрым и эффективным из них.

– К чему такая спешка?

– Думаю, у нас осталось не так много времени.

Недавно Улисс предпринял нечто крупное, чтобы Принц мог вернуться в Англию, и это нечто, видимо, требует много времени для подготовки, так что в ближайшее время Эдгару, скорее всего, придётся вновь столкнуться со своим врагом.

Если он не хотел навредить Лидии, он должен был, наконец, набраться решимости и отказаться от неё.

Лидия уже знала о существовании Улисса. Эдгар мог защитить её, отпустив сейчас, но он не хотел терять свою фейри, так что ему нужно было осознавать, что она также втянута в эту войну, и всеми силами оберегать её.

– Рэйвен, не поможешь мне?

– Конечно.

Эдгар позвал слугу, и он тут же подошёл к нему с серьёзным лицом.

– Для начала, иди к Томпкинсу и укради ключ от комнаты Лидии… А! Стой, Рэйвен!

Эдгар спешно остановил араба, уже развернувшегося и чуть ли не вышедшего в коридор, и сказал ему, чтобы тот не воспринимал его слова слишком серьёзно.

Хоть его фраза была лишь шуткой, искушение сотворить подобное всё же присутствовало, но его разум удержал его от этой глупости.

Рэйвен остановился и повернулся – на Эдгара уставились извиняющиеся глаза.

– Лорд Эдгар, кажется, запасной ключ от комнаты мисс Лидии у Армин, и его невозможно украсть.

«Ясно», – подумал Эдгар, почувствовав облегчение.

– Рэйвен, на самом деле быстрого способа завоевать сердца девушки не существует. Нам с Лидией нужно ещё немного времени. Тебе не придётся беспокоиться об этом, потому что я уже решил, что мне нужно делать.

Эдгар никогда не терял волю к жизни и, после того как его соратники умерли, шёл только вперёд. Единственным человеком, способным отнять их свободу, был Принц, и, чтобы подтвердить свою свободу, ему было необходимо дорожить своей жизнью и её целью

Когда Лидия только-только оказалась втянута в борьбу, Эдгар не знал, хочет он жить или же умереть, но сейчас отказываться от жизни просто так он намерен не был.

Однако бывший пленник по-прежнему не знал, сможет ли он жить ради защиты других, а не ради мести.

Так что, когда Эдгар заметил, что у Лидии могли начать зарождаться чувства к нему, он вдруг ослабил хватку, и она выдумала отпуск, чтобы сбежать, и это ощутимо его ударило.

Сам Эдгар не был уверен, сможет ли снова выдержать, если Лидия будет далеко от него. Долгое время не касаясь девушки, он только теперь вспомнил, какими раньше были её прикосновения, и понял, что она была столь же напряжена, как и в прошлом.

– Лидия, я стучал. Почему ты не отвечала мне?

Следующим утром Нико всё-таки появился в комнате, забравшись через окно, причём весь хвост его был запорошен снегом, а на мордочке застыло злое выражение.

Снег пошёл ранним утром и до сих пор не прекращался, к тому же, он выпадал намного обильнее, чем вчера, из-за чего казалось, будто сад вдруг решил сменить стиль на английский, где дорожки были вымощены белым кирпичом.

– Потому что именно тогда я не могла открыть.

В тот момент, когда Нико начал стучать и завывать под дверью, она как раз переодевалась, после чего расчесывалась.

– Только поэтому?

Нико, стоя на задних лапах и прищуренным взглядом смотря на наваленные у двери стол и кресла, задал ей этот вопрос, наклонив голову.

– Ну...

Лидия не хотела, чтобы Эдгар проник в её комнату под покровом ночи, так что забаррикадировала дверь той мебелью, что была в комнате.

Хоть она не считала, что Эдгар пустится на такое, она ничего не могла сделать с тем, что прислушивалась к малейшему шороху, из-за чего совсем не могла спать.

Проснувшись, Лидия поняла насколько глупо повела себя. Эдгар так и не появился, она не интересовала его. Девушке стало стыдно.

Пока она размышляла, Армин и Томпкинс расставляли всё по своим местам. Но вдруг один из стульев начал двигаться.

– Могу я вам помочь?

– Простите за беспокойство...

«Э-э... Кто это?"

Обернувшись, Лидия увидела Эдгара, с лёгкостью поднявшего стул.

– Т-ты что забыл в моей комнате?!

– Рано утром я услышал от Армин, что дверь не открывается, так что я позвал ключника.

В большинстве дворянских резиденций были особые слуги, которые хранили ключи от внутренних и внешних дверей, и Лидия совсем забыла об этом.

Если подумать, кувшин прошлой ночью был пуст, но сейчас в нем плескалась чистая вода.

Конечно, к ней заходила Армин.

– Значит, ты ждала, что ночью я тайно приду к тебе?

– Что?! Не издевайся. Если бы ты пришёл ко мне ночью, разве ты мог бы назваться мужчиной?

– Однако, так как теперь я знаю, что ты ждёшь меня, я обязан нанести тебе визит вежливости.

Где здесь вежливость?»

– Не ждала я тебя!

– Когда мы вот так стоим перед дверьми твоей комнаты и обсуждаем, увидимся ли, мы так похожи на влюблённых.

Лидии уже безумно хотелось, чтобы кто-нибудь избавил Эдгара от такого искаженного восприятия.

– Слушай, Лидия, тут тебя видеть кое-кто хочет.

Нико дергал её за край платья.

– Граф, наш гость попросил меня спросить тебя, не мог бы позволить соединить замок с морем, чтобы он мог спокойно попасть сюда.

– С морем? Не совсем понимаю, что это значит, но если потом всё вернётся на своё место, то я не против.

Эдгар явно был озадачен, но всё же кивнул.

Пейзаж внезапно изменился.

Вместо темноты, среди которой занималась заря, приглушённая облаками, вдруг появилась водная толща.

Создавалось впечатление, будто весь замок в мгновение погрузился в море: вокруг можно было видеть водоросли, покачиваемые подводными течениями, и привольно плавающих рыб.

Лидия сразу же поняла, что это была магия мерроу.

Охваченный любопытством, Эдгар попытался открыть окно, из-за чего фейри-доктор встревожилась. Однако ничего не произошло: оконные створки не сдвинулись ни на дюйм.

– И что это?

– Замок действительно соединился с морем.

– Так мы и вправду в море? Но вон то дерево за окном, это же северный белый кедр{2} из сада.

– Это просто что-то вроде моста между реальностями. Если бы наш мир совсем размылся, замок не смог бы вернуться.

В комнате появился мужчина с красной шапочкой на голове.

– Извиняюсь, – слегка приподнял он шляпу, кланяясь Эдгару и Лидии.

Хоть он и казался человеком с близко посаженными глазами и большеватым ртом, его крупное тело было покрыто чешуей, имело плавники и некоторые другие особенности, благодаря которым с первого взгляда становилось понятно, что он мерроу.

Должно быть, он был одним из старейших в клане мерроу и собирался говорить с Лидией, поскольку был не в человеческой форме, а в своём нормальном обличье.

– Вот видишь, и к мерроу ходить не пришлось. Я сам его сюда привёл.

Нико гордо стоял рядом с мерроу.

– Ну же, Лидия, не злись.

Видимо, так он извинялся за то, что рассказывал всё Эдгару.

Девушка смотрела на Нико, желая ему кое-что высказать, но, несмотря на то, что он, видимо, немного побаивался – на это указывал слегка вздыбившийся мех – фейри-кот продолжал притворяться сильным и гордым.

– Я услышал, что фейри-доктор хотел встретиться с нами, так что сам пришёл, – объяснил своё присутствие мерроу.

– Я подумал, это был Томпкинс, – пробормотал себе под нос Эдгар.

– Милорд, вы звали меня?

Откуда-то вынырнул дворецкий. Группа людей, стоящая перед кучей стульев, выглядела нелепо.

– А, Томпкинс, отведите гостя в приёмную.

Томпкинс кивнул, после чего прошёл сквозь границу измерений. Лидия подумала, что внешностью и телосложением он очень похож на другого мерроу.

– О древние! Так ты жив, Том.

– …Должно быть, вы хотите сказать, что Том должен быть моим предком.

– Ты почти человек, но просто вылитый Том.

– Наверное, это так называемые атавизмы.

Говорили, что семейство Томпкинса унаследовало кровь мерроу, однако он был первым, кто родился похожим на них. Дворецкий по-прежнему притворялся спокойным.

– Граф, вы уж извините, что я вас так поздно поздравляю. Благодаря вам, мерроу вновь в прекрасных отношениях с островитянами. Мы очень счастливы.

– Это я должен благодарить вас, поскольку именно вы доверили мне меч, так что, как только у меня появилась возможность сделать кое-что для вас, я тут же ею воспользовался.

Пройдя в приёмную, Эдгар ласково обратился к мерроу, предложив ему сесть.

– О, кажется, вы помолвлены, так что я должен ещё разок вас поздравить. Если бы граф смог жить вечно, то мы не напрасно передали вам меч.

Его слова застигли Лидию врасплох, и, хоть она быстро прикрыла кольцо, было уже слишком поздно.

Существовала небольшая проблема: благодаря лунному камню люди не могли видеть кольцо, однако на фейри это не распространялось.

– Так вы будете молиться за то, чтобы у графа как можно скорее появился наследник?

«Он просто невозможен».

– О, конечно.

– Давайте не будем об этом… Старейшина, я хотела бы спросить у вас…

Лидия вмешалась в разговор, переводя его в другое русло.

– Я слышала, что столетие назад фейри встречали графа Блу Найт. Если тот человек действительно был графом Блу Найт, то почему он не пришёл за мечом? Вы жили сто лет назад, можете что-нибудь предположить?

– Сто лет назад? А… и вправду.

– Эй, вы что-то знаете?

– Граф Блу Найт исчез примерно в то время, и многие люди пытались украсть меч, но, кроме вас, только один человек смог добраться до нашего моря. Только вот, он умер, потому что не смог выполнить условия. Но он говорил, что род графов Блу Найт вымер ещё сто лет назад, и поэтому хотел, чтобы мы отдали меч ему.

– Когда он появился?

Эдгар прервал мерроу, задав ему вопрос.

– Несколько лет назад, немногим раньше, чем вы.

– Он не назвался Улиссом?

Лидия с удивлением посмотрела на Эдгара.

– Ну да, это был мужчина средних лет.

– …Это не тот Улисс, которого мы знаем.

– Наверное, там умер его родственник, – пробормотал Эдгар, после чего продолжил: – Тот человек делал упор на том, что кровный потомок графа Блу Найт, верно?

– Он не мог этого доказать, так что его слова не имели смысла.

– То есть он не разгадал загадку стихотворения, которое вело к Мечу мерроу.

Фейри кивнул.

Истинный наследник графа Блу Найт был убит беспощадным Принцем, и потому Улисс, бывший потомком незаконного отпрыска этой семьи, естественно, подчеркнул тот факт, что имеет право получить меч, и, скорее всего, сделал это по совету Принца.

Но в результате его утопили.

Поскольку Улисс не смог получить его, Принц отказался от меча, но он наверняка даже и не думал, что Эдгар сможет завладеть мечом и, таким образом, стать графом.

– Кажется, Принц имеет какое-то отношение к несчастью, произошедшем с графом Блу Найт век назад.

– Очевидно, что этот граф не появлялся на острове Мэнен. Но предыдущие графы всегда приходили сюда, так что это довольно необычно… К сожалению, мы знаем только это.

– Старейшина, вы знаете ещё что-нибудь о прошлом графа? По-прежнему неизвестно, что случилось с ним сто лет назад, и я хотела бы знать больше об Улиссе и Мече мерроу.

– Настоящие члены семейства графа Блу Найт должны знать об этом, но сейчас тут ничего не попишешь. Если граф прав, что нынешний Улисс всего лишь родственник того, тогда остаётся только спросить баньши.

– Баньши?

Эдгар посмотрел на Лидию, прося объяснить.

– Баньши – это фейри, которые служат благородным домам, к тому же, говорят, что баньши появляются из человеческих душ, принадлежащих к той или иной семье. В общем, баньши защищают ту семью, к которой принадлежат, а её слезы предсказывают смерть одного из её членов.

– Где они обитают?

– В основном, в старых домах дворянских семей.

– Так баньши графа должна быть неподалёку? Мы не встречали её.

– В прошлый раз граф приезжал в замок вместе со своей баньши.

– Если подумать, когда граф уходил, он должен был взять баньши с собой.

– Мы можем только надеяться, чтобы баньши всё ещё была в человеческом мире. Но как её узнать?

– В основном, баньши – это молодые девушки с длинными волосами, одетыми в зелёные одежды. И у них всегда опухшие глаза.

Эдгар на мгновение задумался.

– А слезы баньши превращаются в янтарь, правильно?

– О, а вы и вправду много знаете.

– Милорд, к вам мистер Поль.

Дворецкий вновь появился в комнате, сообщая о прибытии Поля.

– Граф, мне очень жаль, я не мог ждать, пока вы вернётесь, поэтому приехал сам. Я не знаю, что делать, она постоянно плачет…

Поль, не дожидаясь позволения, ввалился в приёмную с извинениями, но Эдгар радостно встал.

– Поль, ты как раз вовремя. Извини, что не встретил тебя по прибытии.

– Ну, это неважно… Я вам помешал?..

– Я собирался отправить тебе письмо, в котором хотел позвать сюда, но ты действительно достоин быть моим другом: ты приехал сюда намного раньше, чем я думал.

Большинство людей были недовольны прихотями Эдгара, но Поль просто не обращал на это внимания. На его лице засияла успокоенная улыбка.

Похоже, последователи Эдгара были совсем не против его взбалмошности.

– Правда? Тогда хорошо… Я на самом деле не знал, что делать. Думал, нужно поговорить с мисс Лидией.

Поль ввёл в комнату девушку, на которой был плащ с капюшоном, полностью закрывающим её лицо.

Затем она потерла опухшие глаза и подняла взгляд.

– Чего?! Это же баньши графа Блу Найт!!

– Что?!

Лидия, услышав слова мерроу, уставилась на девушку.

– Помнится, граф её как-то к нам приводил.

Это действительно правда? Вы баньши графа Эшенберта?

– Лидия, кажется, она потеряла память.

Лидия, совершенно не обращавшая внимание на сложившуюся ситуацию, в это время думала, почему баньши сюда привёл Поль.

– Что значит, потеряла воспоминания?.. Она забыла о графе?

– Похоже, именно так. А, но она, видимо, помнит имя своей владелицы.

– Моя хозяйка леди Глэдис… – прошептала баньши.

Крупные слезы катились по её лицу и превращались в янтарные бусины.

– Мы, мерроу, должны бы знать, но в семействе графа не было ни одной Глэдис…

– Другими словами, именно она появлялась век назад.

– Графиня? – нежно проговорил мерроу.

– Если она была единственной наследницей, неудивительно, что она не поехала в Англию.

– Только мужчины имеют право наследовать титул графа Эшенберт, так что для неё не было смысла забирать меч и являться на аудиенцию к английскому королю.

Эдгар, кажется, прекрасно понимал эти тонкости.

– Человеческий мир такой странный. Вот фейри нет дела до пола. Всё равно она была графиней Блу Найт.

– В таком случае, зачем графиня Глэдис приезжала в Англию? Баньши, ты помнишь только её имя? Ты не могла бы попытаться вспомнить, когда твоя хозяйка умерла и когда она приезжала в Англию? Пожалуйста.

Баньши помотала головой.

– Я блуждала по человеческому миру и совсем не чувствовала течение времени.

– Её воспоминания запечатали. Скорее всего, леди Глэдис, её хозяйка, сделала это, – предположил мерроу.

– Но зачем было запечатывать её воспоминания?

– Я не знаю, что случилось с её хозяйкой, но если воспоминания баньши были запечатаны и она всё это время блуждала одна, её хозяйка могла умереть. Сто лет назад она была графиней Эшенберт, но не оставила наследников, так что она могла доверить баньши важную тайну, из-за чего и запечатала её воспоминания.

Услышав, что её хозяйка, скорее всего, умерла, Баньши заплакала навзрыд и чуть не упала, но стоявший рядом Поль поддержал её.

– Интересно, что это за тайна? – обратился Эдгар к мерроу.

– Я не могу снять печать, так что и узнать это для меня невозможно.

– Как только я встречусь с хозяйкой, я должна всё вспомнить. Но если леди Глэдис мертва, то я уже никогда…

– Всё равно должен быть какой-то способ вернуть твои воспоминания. Теперь твоим хозяином должен быть Эдгар, он нынешний граф Блу Найт.

Если предположить, что леди Глэдис знала, что её род прервётся, она могла пожелать, чтобы Баньши увидела следующего владельца титула. Это значило, что она, возможно, хотела, чтобы кто-нибудь унаследовал дом Эшенберт.

– Вот как. Мисс, возможно, вам нужно взять меня за руку.

– Нет!

Эдгар протянул баньши руку, но Лидия бросилась вперед, загораживая её собой, и строго посмотрела на него, после чего, повернув голову к девушке, проговорила:

– Баньши, думаю, ты должна знать, как развеять заклятье. Возможно, леди Глэдис, когда давала тебе задание, сделала так, чтобы, увидев нового хозяина, ты сама поняла, как снять печать. Посмотри на Эдгара, думая, что он граф Блу Найт. Посмотрим, удастся ли тебе что-нибудь вспомнить.

Баньши с недоумением посмотрела на Эдгара, но затем покачала головой.

– Я не могу поверить, что он мой лорд. Я не чувствую от него силы, исходившей от леди Глэдис.

Эдгар отвёл взгляд от Баньши и слегка пожал плечами.

– Кажется, меня вряд ли признают истинным графом Блу Найт.