Само путешествие до Бояра пролетело без сучка и задоринки. Маршрут был скрупулезно отобран Студенческим советом с учетом того, что по нему поедут сотни людей, а лорды территорий по пути из кожи вон лезли, обеспечивая общественную безопасность, — они до смерти боялись малейшего пятнышка на репутации академической процессии.

Травма студента Академии на их землях была бы равносильна полномасштабной катастрофе. И речь не просто о детях знати — среди них были члены Императорской семьи, королевской крови и даже будущий Святой. Стоило бы хоть одному из них обронить: «Скверные места в том поместье», — и это устелило бы дальнейший жизненный путь лорда адским пламенем.

Как я узнал в самый последний момент, даже этого оказалось мало — Золотой герцог дополнительно «простимулировал» местных правителей. Случись авария по пути в Бояр, люди запомнили бы не точное место происшествия, а лишь факт, что «несчастье произошло на дороге в Бояр». Должно быть, они следили за порядком с горящими глазами.

«Знай я об этом, не стал бы ввязываться сам».

Простите, я действительно не ожидал, что Золотой герцог зайдет так далеко.

Я тоже раздал завуалированные предупреждения лордам вдоль маршрута, переживая, как бы по дороге в Бояр не случилось какой-нибудь нудятины вроде камнепадов, оползней или бандитов. Трудно даже вообразить, что почувствовали несчастные владельцы земель, оказавшись между молотом и наковальней в лице Золотого герцога и Директора Департамента инспекции. Мне правда жаль. Но разве не чудесно, что все так дружно сосредоточились на безопасности?

— Я немного осмотрюсь в округе. Мы отправляемся через тридцать минут, верно?

— Да. Желаю хорошо провести время.

И вот, преодолев путь без происшествий, мы остановились в городе для короткой передышки. По сути, это была последняя остановка перед въездом на «платный терминал», после которой нам придется безвылазно сидеть в карете до самого Бояра. Воздух в кабине стал бы удушающим, так что мне стоило проветриться.

К сожалению, у единственного человека, которому меньше всего следовало со мной сталкиваться, возникла точно такая же мысль.

— Ирина?

— А-а, здравствуйте-е...

Ирина заскрипела, словно сломанная заводная кукла. Я наткнулся на эту девчушку, когда та в одиночестве бродила по улице. Встреться мы во время прогулки, я бы легко свернул на другую тропу, но это случилось по дороге обратно к карете. Путь был единственным, и бежать мне было некуда.

Я намеренно вернулся пораньше, предвидя подобное, но, похоже, Ирине пришла в голову та же идея. Мы на редкость синхронны... хотя подобная телепатия меня совсем не радовала.

На миг я всерьез задумался: рвануть ли мимо неё спринтом или развернуться, притворившись, будто что-то забыл, но если уж мы столкнулись лицом к лицу — столь явное бегство сделает ситуацию еще более неловкой.

«А может, так было бы даже лучше?»

Если подумать, наши отношения и так не могли стать еще более натянутыми, чем сейчас. Этот вариант казался куда предпочтительнее, чем пребывание наедине с Ириной.

Глядя на стоящую рядом Ирину, я видел, как жалко она дрожит. В глазах скопились слезы, а губы были плотно сжаты, словно она силой сдерживала рыдания.

«С ума сойти можно».

Начальник Третьего отдела, истинный виновник этого кошмара, после извинений даже не встречался с семьей графа Йоруна, зато я — тот, кого Министр распекал, а я даже не знал за что — до сих пор разгребаю последствия. Будь Ирина искушенной дворянкой, я бы хоть откупился чем-нибудь для сглаживания углов, но она всё еще невинная юная леди.

Карма Департамента инспекции поистине неисчерпаема.

......

Я едва сдержала крик. Энен, должно быть, меня по-настоящему ненавидит. Я ведь молюсь каждое божье утро и исправно приношу подношения. Это так несправедливо...

«Надо было оставаться в карете».

Я мысленно кричала от запоздалого сожаления. Удушающее чувство от пребывания в тесном пространстве с Директором Департамента инспекции; тревога от незнания того, когда он может внезапно на тебя наброситься; страх, что даже если спать лучше, чем бодрствовать, я могу как-то потревожить спящего Директора и разгневать его. Терзаемая всеми этими чувствами, я сбежала под предлогом прогулки.

Я знала, что Директор вышел из кареты раньше меня, но каковы были шансы встретить его в таком огромном городе? И всё же на всякий случай я постаралась побыстрее вернуться, но всё равно вышло вот так. Я вышла, чтобы успокоить трепещущее сердце, а сделала только хуже.

По крайней мере в карете были Луиза и Эрих — двое людей, способных защитить меня в случае опасности. К тому же Директор почти всё время спал, так что мне даже не приходилось встречаться с ним взглядом. Но я зачем-то вышла и в итоге оказалась с ним с глазу на глаз.

«Может, убежать?»

Но как? Мы встретились на узкой тропинке — куда мне идти? К тому же, можно ли показывать ему, что я явно его избегаю? Что если Директор из-за этого расстроится?

Я знаю, что невиновность нашей семьи была доказана, и мы получили извинения от Департамента инспекции. Но это ведь не значит, что ничего не было, верно? Подобно тому как на нас внезапно обрушилось то испытание, нет никакой гарантии, что оно не повторится.

Возможно, чтобы загладить свою ошибку, они планируют снова найти в нас изъян и окончательно уничтожить нашу семью. Давным-давно бывали случаи, когда Департамент инспекции фабриковал несуществующие преступления и вырезал целые роды. Если я сделаю хоть малейшую оплошность, которую они смогут использовать, за нами придут немедленно.

Что же мне делать? Как поступить?

— Ирина.

— Д-да!

Мое тело рефлекторно вздрогнуло от голоса Директора Департамента инспекции. Я никогда не стояла перед судьей, но не такое ли чувство испытываешь, когда он тебя окликает?

— Ступай вперед. Я кое-что забыл.

— А, да.

Я тупо уставилась в спину уходящему Директору, который развернулся и зашагал обратно. Забыл что-то? Из багажа у него была только маленькая сумка. И ту он оставил в карете.

Но это не моё дело. Верно, он, должно быть, купил что-то в городе. Что бы это ни было, я была искренне благодарна судьбе за то, что он это забыл. Благодаря этому я смогла спастись бегством.

— Фух...

Напряжение оставило мои ноги, и я опустилась на землю. На душе было паршиво, будто Департамент инспекции до сих пор меня терзал, а на глаза даже набежали слезы. Но я заставила себя встать и поспешила к карете. Будет худо, если Директор быстро вернется, и нам снова придется идти бок о бок.

— О, Ирина. Ты уже вернулась?

— Ага. Просто подышала свежим воздухом.

Когда я вошла в карету, Луиза тепло меня поприветствовала. Глядя на неё, я ощутила необъяснимую волну чувств и бросилась ей в объятия. Что со мной? Кажется, я сейчас снова разплачусь.

— Хе-хе, щекотно.

Она так сказала, но я была безумно благодарна ей за то, что она не оттолкнула меня — вместо этого она улыбнулась и обняла в ответ. Так тепло... Кажется, мое сердце понемногу успокаивается...

Эрих наблюдал за мной со стороны со странным выражением лица, но я на время его проигнорировала. Пожалуйста, пойми — мне было правда страшно из-за твоего родственника.

— Хорошо, что я не опоздал.

Вскоре прибыл и Директор Департамента инспекции.

«С пустыми руками?»

Вопреки его словам о забытой вещи, Директор вернулся точно в таком же виде, в каком я встретила его ранее. Неужели это была ложь? Но зачем? Почему? Неужели... он хотел уйти от меня?

«...Зачем?»

В замешательстве я обнаружила, что тупо пялюсь на руки Директора. Похоже, именно так чувствуешь себя, когда видишь, как кто-то плюет на улице, а потом подбирает мусор. Это вроде бы проявление заботы или доброе дело, но сам человек при этом кажется странным.

......

Да какого черта я мог там забыть? Это была просто отговорка, выдуманная наспех — я решил, что лучше разделиться, пока у Ирины не случился припадок. В итоге я совершил незапланированную лишнюю прогулку и вернулся к карете в самый последний момент. Едва не опоздал.

Когда я открыл дверь экипажа, то увидел Ирину, которая забилась в объятия Луизы и что-то всхлипывала. Если этого достаточно, чтобы успокоить её душу — что ж, и славно. Сиди так.

— Теперь мы едем прямиком в Бояр, верно? Ну и дикая же там глушь.

— И не говори.

Я дал дежурный ответ на жалобу Эриха. Бояр располагался на самой южной окраине и без того необъятной территории Империи. Если мерить от столицы — это было самое дальнее из Пяти герцогств. Даже я всегда брал с собой мага телепортации, когда у меня были дела в Бояре.

Трястись в карете до Бояра — это как в моей прошлой жизни отправиться в командировку на остров Чеджу на лодке вместо самолета. Будь это отпуск, я бы с удовольствием насладился поездкой. Но делать такое по работе? Нужно быть совсем поехавшим ублюдком.

Впрочем, сейчас важно не ворчание Эриха и не расстояние до Бояра, а совсем другая проблема.

«Почему она так себя ведет?»

Когда мы встретились на дороге, она дрожала, отчаянно пытаясь убраться подальше. А теперь она то и дело бросает на меня косые взгляды. Конечно, она не пялится в открытую, но в таком тесном пространстве я не могу этого не замечать. Если бы я не мог почувствовать даже взгляд простой студентки, мои четыре года службы пошли бы прахом.

Но стоило мне перевести внимание на Ирину или пошевелить рукой, на которой она особенно зациклилась, как она тут же сжималась и начинала мелко дрожать. Её реакция напоминала ребенка, который до смерти боится получить затрещину от взрослого, и это заставляло меня чувствовать себя не в своей тарелке.

«Её и впрямь нехило приложили».

Пусть я не бил её физически, её семья была основательно растерзана на государственном уровне — так что если это и была порка, то знатная. Чем больше я об этом думаю, тем больше убеждаюсь, что Начальник Третьего отдела — сукин сын. Нанести такую травму юной леди, которой полагалось бы расти жизнерадостной и светлой...

Так что я решил молча сносить необъяснимые взгляды Ирины. Учитывая удар, который Департамент инспекции нанес по дому графа Йоруна, я могу стерпеть этот легкий дискомфорт.

Стоило нам пересечь границу Бояра, как дорога до центра земель пошла быстро. Золотой герцог, в конце концов, был человеком, который посвящал себя строительству дорог с упорством ремесленника, вытачивающего идеальную форму — и всё ради процветания торговли.

— Как величественно...

На слова Луизы, глядящей в окно, и Эрих, и Ирина согласно кивнули. Величественно — не то слово. Будучи одним из главных экономических узлов Империи, регион поражал уровнем развития.

Конечная точка всех дорог, пронзающих Бояр; исполинский порт, где швартуются корабли со всей Империи и континента; Золотой город, где обитает Золотой герцог — сам властелин золота. Можно было бы задаться вопросом, уместно ли столь громкое звание «Золотого города» для любого другого места, кроме столицы, но...

Так или иначе, мы прибыли в Пукопе — сердце герцогства Бояр и один из Десяти Великих Городов Империи.

«Долго же мы добирались».

Наконец-то я смогу сбежать от этой удушающей тишины в компании Ирины.

Я бросил мимолетный взгляд на Ирину: она, как и Луиза, приникла к окну, с изумлением любуясь пейзажами Пукопе. Рад, что она выглядит счастливой. По крайней мере, во время этой поездки я постараюсь лишний раз не попадаться тебе на глаза.