Что же делает подарок на день рождения хорошим?

Ответ на этот вопрос оказался куда ближе, чем я ожидал.

«Лучше всего — совет опытного человека».

Матушка. У меня была матушка. Она вышла за Главу семьи и сохранила брак на протяжении двадцати лет — живой свидетель.

За это время они, должно быть, обменялись бесчисленным множеством подарков. Каким бы стоиком, суровым и серьезным ни был Глава семьи, он наверняка дарил что-то жене.

Если я смогу опереться на то, что получала моя мать, выбрать подарок будет проще простого. Не знаю, почему я так усложнил легкую задачу.

[— Подарки…]

Но вид матушки, погрузившейся в серьезные раздумья, заставил меня занервничать.

Неужели он ей вообще ничего не дарил? Серьезно? Если бы он пренебрегал женой, её семья не стала бы это терпеть. Мог ли Глава семьи совершить подобную оплошность?

«Может, зря я спросил».

Холодный пот покатился по спине. Неужели я случайно разбередил в женщине двадцатилетнюю обиду из-за того, что она не получила ни одного подарка?

[— Молодой леди понравится всё, что она получит. Мне было дорого всё, что дарил Билли.]

— Вот как?

К счастью, ответ был весьма позитивным, и я испытал облегчение. Она задумалась не потому, что ей нечего было вспомнить, а из-за того, что выбор был слишком велик.

[— Да. Я получала от Билли многое, и каждая вещь была воистину драгоценной.]

Глядя на нежную улыбку матушки, я почувствовал некое замешательство. Судя по её словам, он задаривал её подарками весьма агрессивно, что совершенно не вязалось с образом Главы семьи.

Я не мог этого представить. Он просто приносил необработанный самородок из какой-нибудь шахты и говорил: «Подобрал по дороге»?

— Но наверняка есть что-то особенно запоминающееся?

[— М-м-м.]

Я заговорил, пытаясь отогнать мысли об отце.

Я связался с ней не за очевидным советом вроде «ей всё понравится». Само собой, Маргета оценит любой знак внимания. Она до сих пор таскает с собой веер, который я подарил ей в прошлом году.

И всё же, поскольку это мой первый подарок ей на день рождения, я хочу преподнести нечто действительно впечатляющее и незабываемое.

[— Есть кое-что.]

Я невольно подался ближе к кристаллу связи.

Да, конечно, было. Как бы сильно ей ни нравилось всё остальное, должно быть нечто выдающееся.

[— На нашу первую годовщину Билли внезапно отвез меня в одно место.]

Матушка на миг прикрыла глаза, словно возвращаясь в то время. Тонкая улыбка коснулась её губ — верный признак приятного воспоминания.

[— Он подарил мне небольшой холм… целиком усыпанный цветами, которые я люблю.]

— Что?

Что за чертовщина? Что я только что услышал?

[— Мой пятый день рождения после свадьбы тоже был невероятным. В Аузене тогда открылся салон одного довольно известного дизайнера, и Билли выкупил для меня весь этот магазин.]

— Ах, да…

В это было так же трудно поверить. Я слышал про «всё, отсюда и досюда», но про покупку магазина целиком — никогда.

Погодите, этот дизайнер разорился сразу после открытия, что ли?

[— Тот мастер также подписал пожизненный контракт с семьей Красиус. Он до сих пор шьет для нас с Билли, так что подарок служит нам до сих пор.]

Ну, это хорошо…

Я лишь ошарашенно кивал, пока матушка с теплой улыбкой продолжала изливать на меня воспоминания.

[— И самое недавнее—]

«Еще что-то?»

Странно всё это. Образ Главы семьи в моем сознании становился всё более причудливым.

Я-то думал, это человек, у которого при ранении потечет расплавленный чугун, а он, оказывается, совершал поступки, которые показались бы дикими даже для мыльной оперы.

[— Мадам.]

[— Ах.]

В голове туманилось всё сильнее, пока матушка вещала. К счастью, вмешалась главная горничная, положив конец этому бесконечному потоку мемуаров.

Матушка запоздало осеклась и тихо откашлялась — вероятно, ей стало неловко от того, что она выставляла напоказ интимные подробности своих отношений перед сыном. Но если честно, я не запомнил и половины из услышанного.

— …Должно быть, вы были очень счастливы.

Короткое молчание. Именно я прервал эту неловкую тишину. Хотя матушку занесло, возможность для этого предоставил я сам.

В ответ на мои слова она снова улыбнулась.

[— Мне было неловко.]

— Простите?

Она говорит это с такой уверенностью после всего рассказанного?

[— Тогда мне действительно было неловко. Мне бы хватило и обычного букета, а тут внезапно холмы, магазины и прочие грандиозные жесты.]

Несмотря на слова о смущении, голос матушки оставался безмятежным.

[— Но если мне было неловко получать это, как ты думаешь, что чувствовал Билли, когда дарил? Карл, кажется ли тебе Билли ласковым человеком?]

— Нет.

На мой твердый ответ матушка горько усмехнулась, но согласно кивнула.

[— Верно. Но такой человек беспокоился обо мне и переступил через своё смущение, чтобы сделать подарок. Я получила от Билли не просто материальные ценности, а его время и искренность.]

— ……

Не просто вещи, а время и искренность.

Другими словами, она была счастлива получить это, потому что знала: другой человек старался и думал ради неё.

[— Мои слова были полезны?]

— Конечно.

Матушка осторожно спросила, когда я замолчал.

Честно говоря, совет не был особенно полезным. В итоге всё сводится к тому, что «ей понравится что угодно, если ты приложишь усилия».

И всё же, это был искренний совет, данный сыну, который внезапно к ней обратился. Я не могу назвать такие слова бесполезными. К тому же, похоже, матушку больше всего радовала именно искренность Главы семьи.

[— Я тоже подготовлю подарок со всей искренностью.]

— Да. Она наверняка будет в восторге.

Надеюсь на это.

Завершив звонок, я снова погрузился в раздумья. После всего этого я вернулся к исходной точке. Мне всё еще нужно подготовить подарок самому.

Тем не менее, на душе стало спокойнее. Я отпустил навязчивую мысль, что подарок обязательно должен быть особенным и впечатляющим.

«Может, мне тоже купить холм?»

На миг шальная мысль промелькнула в голове. Экстравагантные жесты отца были столь эффектны, что это инстинктивно пришло на ум.

А затем я прикинул свои текущие активы.

«…Я бы, наверное, мог позволить себе парочку».

Чудо чиновничьей жизни — доходы растут, расходы падают. Благодаря этому моё богатство расплодилось как кролики.

Хотя я не могу распоряжаться недвижимыми активами вроде графства, пока я лишь молодой господин, денег, заработанных на посту Директора Департамента инспекции, у меня накопилось немало.

Но это была лишь мимолетная мысль. Какой смысл дарить Маргете, застрявшей в Академии, холм, который она увидит только после выпуска?

К тому же, есть куда более веская причина.

«У неё таких холмов, небось, уже десяток».

Печальная реальность: Маргета наверняка богаче меня.

Каким бы высоким ни было жалованье госслужащего, оно не идет ни в какое сравнение с активами герцогской семьи. Более того, Маргета монополизировала любовь своего дома вне зависимости от порядка престолонаследия. Она, небось, в детстве золотыми монетами в классики играла.

Холм для такой девушки? Она бы наверняка обрадовалась милому подарку. А я бы сгорел со стыда.

«Муж-аксессуар».

Даже такая мысль посетила меня. Богатая жена, муж рангом пониже.

Да. Похоже, я рожден для участи трофейного мужа. Неудивительно, что кресло Директора Департамента инспекции кажется таким тяжелым и неудобным. Это потому, что я живу не по судьбе, а взвалил на себя непомерно высокую должность.

…Так ведь?

«Черт».

Голова снова разболелась. Трудно что-то дарить человеку, который вырос, не зная нужды ни в чем.

Может, просто сказать, что подарок — это я? Выдать ей купон на «Безлимитное использование Карла в течение дня»?

«Я могу пользоваться тобой только один день? Ты бросишь меня послезавтра?»

Нет, это обернется против меня.

Тогда просто пустой бланк, обещающий исполнить любое желание?

«Я хотела получить хотя бы один цветок, подаренный с искренностью Карла… Неужели это было слишком жадным желанием…?»

Черт, тоже мимо.

Это сводит меня с ума. Я не вижу идеального исхода, зато худшие варианты будущего предстают передо мной во всей красе.

Что ж, может, это и к лучшему? По крайней мере, я могу предугадать проблемы до того, как они случатся.

[- Когда законная жена сходит с ума от ревности, тут же начинаются поножовщина. Не относитесь к ней как к пойманной рыбе — заботтесь о ней с нежностью.]

Внезапно я вспомнил слова Начальника Второго отдела. В каком-то смысле, именно этот фундаментальный совет и породил все мои тревоги.

Законная жена, ревность, нежность…

«А».

В голову пришла весьма неплохая идея подарка.

Подарок, который утихомирит тревогу Маргеты, — и лучший дар, который я могу ей преподнести.

Я сам себе всё усложнял и рыл яму на пустом месте.

......

Когда четвертая сестра внезапно связалась со мной, я была и озадачена, и обрадована. Четвертая сестра не раз давала мне советы по поводу любви. На самом деле, её руководство мне очень помогло.

Конечно, мы с Карлом близки и без этих советов, но разве более глубокие отношения не были бы еще лучше?

И я тут же пожалела о том, что ответила на вызов с такой легкостью в сердце.

[— Мар. Ты в порядке?]

Взволнованно спросила четвертая сестра. Но я не смогла ответить вовремя и лишь тупо уставилась на кристалл связи.

Я не могла осознать услышанное. Мне хотелось верить, что сестра неудачно шутит. Тогда я могла бы просто немного подуться и простить её.

Но я знала: это не так, моя сестра не стала бы так шутить. Именно поэтому я сейчас не могла вымолвить ни слова.

— Сестра…

[— Да, Мар. Говори мне.]

Когда я наконец смогла заговорить, сестра поспешно закивала.

— Что… что мне делать… в этой ситуации?

Мой разум попросту отказывался работать. Я не знаю, как справиться с этим.

Я даже не знала, что Карл ездил в Аузен. На самом деле, это не так важно. Это могло быть по службе, какой-то секретный приказ, который он должен был исполнить быстро, вот и уехал, не сказав ни слова.

Но то, что случилось в Аузене — через это я не могла просто переступить.

«На кладбище…»

Слезы покатились сами собой. Я видела, как сестра засуетилась, но не могла отреагировать.

Если Карл пошел на кладбище — очевидно, кого он там встретил. Тех друзей, которых он потерял, и свою возлюбленную.

Ревность — нет, дело не в ней. Досадно, что я не стала первой любовью человека, которого обожаю, но я не настолько ревнива к той, кого уже нет в живых. К тому же, если бы я ревновала, разве я запретила бы ему ходить на кладбище? Это лишь причинило бы Карлу боль.

Просто мне было больно от того, что Карл рухнул перед могилами. Что он, тот, кто терпеть не может алкоголь, так напился.

«Он, должно быть, был в большем замешательстве, чем кто-либо».

Чувства наконец вернулись ко мне. После банкета в честь дня рождения Её Высочества Кронпринцессы я была в жуткой тревоге. Вот почему я так спешно подталкивала леди Луизу и леди Ирину.

И пусть я этого не показывала, я немного злилась на Карла, совсем чуть-чуть. Если бы мы обручились раньше, ничего бы этого не случилось. Мне не пришлось бы так сильно переживать.

«Какая же я эгоистка».

Это ужасно эгоистичная мысль. На какое-то время я забыла обо всём, потому что Карл улыбался так, будто всё в порядке, обнимал меня и любил. Прошло совсем немного времени с тех пор, как Карл открыл мне свою израненную душу.

Воспоминания о прошлом, былые привязанности — всё это до сих пор живет в нем. Он всё еще восстанавливается после ран.

«И всё же…»

И всё же я злилась на Карла. Мне стоило быть благодарной за то, что он смотрит на меня, а я хотела большего.

Вместо того чтобы обнять Карла, который наверняка страдает сильнее всех, вместо того чтобы утешить его.

«Я просто… злилась на него…»

Ну почему я такая близорукая?

И в тот день Карл не пришел в кабинет студенческого совета.

Той ночью я тоже молча плакала одна в постели.

Это печальный день. И не будет дня печальнее, чем сегодня.