Внезапно закружилась голова. В романе Лайла тоже стала личной служанкой Изли? Не припоминаю такого. Я не знаю, почему все так обернулось.

Личный слуга, по сути, занимался работой секретаря, а именно: находился рядом с нанимателем все 24 часа в сутках, выполнял поручения, связанные с планировкой расписания и встреч, собирал необходимую информацию и, конечно, всячески помогал своему господину. Вследствие чего, на роль личного служащего обычно выбирали человека, хорошо справлявшегося со всей работой, или просто кого-то сообразительного.

Но вы хотите назначить на эту должность меня? Меня? Почему? Разве у нас не самые обыкновенные отношения господина и служанки? До того, как я вернула память о прошлом, помнится, мы немного сдружились, но теперь все изменилось. Он лишь подшучивал надо мной, а я всё это терпела — ни больше, ни меньше. Неужто ты хочешь продолжать измываться надо мной, только теперь держа еще ближе? Уже с праздника герцогини у меня складывалось впечатление, будто весь первоначальный сюжет пошел наперекосяк. Нет, всё точно перепуталось.

Я больше не хотела добавлять себе головной боли, но непредвиденные ситуации все всплывали и всплывали, словно сам Бог всеми возможными способами пытался меня погубить.

От злости тряслись руки, и мне вновь захотелось выплеснуть ее в слезах.

…Я в порядке. Как ни крути, когда мы покинем герцогство, всё наконец-то закончится.

— …Госпожа старшая горничная, я очень вам благодарна, но не думаю, что обладаю достаточными навыками для того, чтобы становиться личной прислугой.

— Возможно. Но у кого получается с первого раза? Мы уже решили отдать это место тебе, так что, начиная с сегодняшнего дня, ты получишь дополнительное образование, нужное для успешного выполнения работы. Как только усвоишь его, то будешь отлично со всем справляться.

— Госпожа старшая горничная, я не хочу быть личной служанкой господина Изли, - ответила я со вздохом.

— Тогда как насчет господина Артура? О, быть может, ты хочешь работать на господина Оссеса, как Лемон с девочками. Мне жаль, но это невозможно. В будущем он займет место главы, поэтому герцогиня сама отбирает ему приближенных.

Я разочарованно покачала головой. Кажется, она всё не так поняла. Нужно прояснить это недоразумение.

— Нет, мне нужно рекомендательное письмо.

Женщина сделала еще один глоток чая с лицом, выражающим абсурдность услышанного:

— Ты планируешь покинуть поместье?

— …да, - медленно кивнула я.

— Так быстро? Прошло ведь только чуть больше месяца.

— Да, я знаю. Но… у меня есть на то причина. Сестренка Юрия тоже уезжает со мной. Я была бы очень признательна, если бы вы написали рекомендательное письмо и ей тоже.

— Ох, боже правый, невероятно. Такого я точно не ожидала, - пробормотала старшая горничная, перебирая пальцами. – Из-за того, как активно ты стала ко мне подлизываться, я думала, ты жаждешь власти. И я не хочу тебя в этом винить: искренние люди всегда нравились мне больше. Но ты вела себя так мило, просто чтобы уйти? Тебя вовсе не интересует ни становление личной слугой, ни деньги — все это бесполезно, так?

— …

Я поторопила события? Или сказала что-то не то?

Машинально вцепившись в подол своего платья, я взглянула на женщину. Я внимательно следила за каждым ее движением, поэтому, когда она резко поднялась с дивана, все мое тело непроизвольно сжалось.

Старшая горничная подошла к своему рабочему месту и принялась рыскать по ящикам, открывать их один за другим. Затем она взяла в руки какой-то лист и присела на стул. Сначала женщина колебалась, но вскоре перо в ее руки заскрипело по бумаге. В комнате раздавался только его скрежет.

Что она делает?

Я наблюдала за ее действиями до тех пор, пока та не подняла голову. Всего за минуту она заполнила весь лист и, поставив в конце свою подпись, показала документ мне.

На печатном бланке с печатью розы, символизирующей герцогство, была написана похвала Юрии и Лайлы Хэнсон за их профессиональные навыки, прекрасное взаимопонимание и яркие черты личности.

Это было рекомендательное письмо.

— Очень жаль… Но да, это все, что я могу вам написать. Пусть вы пробыли здесь недолго, но вы мне очень нравились. Вот, держи.

— Благодарю…!

Ах, я наконец-то его заполучила? Вся моя упорная работа, направленная на завоевание симпатии старшей горничной, все взятки, всё чем я пожертвовала, все рассказанные мной забавные истории — всё это не пропало даром. Именно это письмо позволит мне сбежать от трех злобных братьев и графа Нигора. Когда я буду уходить, то даже не оглянусь на них.

Я протянула руку, чтобы взять столь желанную бумажку, но тут чья-то ладонь притянула листок обратно к себе:

— Но все-таки я не могу понять. Почему ты так хочешь покинуть герцогство? Работать здесь – мечта каждого, но ты так отчаянно рвешься отсюда.

— Простите. Это личное, поэтому я не могу сказать.

— Ладно, я поняла. Не буду настаивать. Так что, когда вы планируете уйти?

— Чем раньше, тем лучше. Ах… мне нужно будет еще написать увольнительную записку?

— Да, нужно. Согласно правилам, заявление об увольнении подписывают через неделю после его подачи. За это время следует собрать все вещи и найти замену на свое место. Я подробно расскажу обо всех нюансах после того, как ты принесешь мне записку.

— Мы не можешь уехать раньше?

— Раньше, чем через неделю? – переспросила старшая горничная, оглядывая меня широко раскрытыми глазами

— Я не могу рассказать полностью, но из-за кое-каких обстоятельств я хочу покинуть поместье как можно скорее… Знаю, что прошу многого, но не могли бы вы отпустить нас через три дня? …заранее благодарю.

Женщина вручила мне два конверта, содержащих копии заявлений об увольнении и соглашение о неразглашении конфиденциальной информации. Один предназначался для меня, а второй — для Юрии. Точно такой же документ мы подписывали, когда только приехали в поместье, суть которого заключалась в том, что в случае раскрытия нами какой-либо внутренней информации о герцогстве за его пределами, мы понесем суровое наказание.

— О, и еще кое-что, Лайла, - окликнула она меня перед тем, как я собиралась поклониться на прощание.

— …да?

— Почему бы тебе еще раз хорошенько не обдумать это решение? Оно все еще не укладывается у меня в голове.

После этого дверь в кабинет захлопнулась. Выйдя наружу, я спрятала лицо в ладонях и мысленно закричала. Щеки горели.

О боже мой, а я уж думала, что после того инцидента с холодной водой, она не будет ко мне столь снисходительна. Я взглянула на окно и вздохнула.

— …надо будет позже отнести заявление сестре. А сейчас следует привести нервы в порядок.

Отдам ей, когда приду в себя. Да и она точно будет злиться за то, что я снова действовала без ее ведома. Я хотела помириться с сестренкой как можно быстрее. Надеюсь, для этого еще не слишком поздно…

Я запихнула рекомендательное письмо в один из конвертов и убрала его в карман, направившись в уборную. На сей раз я провела намного больше времени за умыванием, затем смочила полотенце холодной водой и положила его поверх глаз. Только после этой процедура я приступила к работе.

Эми, убиравшая те же комнаты, что и я, возмутилась, где я так долго пропадала. Но после того, как я склонилась перед ней, прося прощение, она смутилась и забрала слова обратно, заметив мои опухшие глаза.

— Но, Лала, что там у тебя за бумаги? – неловко потирая затылок, поинтересовалась она.

— А… это?

Если честно, я пыталась придумать какую-то отмазку, но в итоге решила сказать все, как есть. Даже если утаю правду, все равно скоро и так поползут слухи.

Горничная по имени Лайла, выполняющая обязанности в определенной части особняка, вышла из кабинета старшей горничной с рекомендательным письмом в руках со словами, что скоро, судя по всему, уволиться со своей должности. Что-то в этом духе. Лучше поведать обо всем своими словами.

— Это рекомендательное письмо.

— Что?! Рекомендательное…? Погоди, я не ослышалась? Так ты все это время была в кабинете старшей горничной? Думаешь уйти с поста служанки? Сестрица Юрия тоже? – удивленно раскрыла глаза Эми.

— Да.

— …Почему…? Лучше работы не найти…

— Причина немного личная, поэтому мне трудно объяснить.

— …Ах…прости.

Девушка закатила глаза и постучала пальцами по метле. С ее лица так и читалось выражение растерянности, смешанное с печалью:

— Раз ты уходишь, то будешь работать на другую семью? Или вообще сменишь род деятельности?

— Я буду работать горничной в другом доме.

— Понятно…Очень жаль, что ты покидаешь поместье… Я думала, мы всю жизнь будем работать плечо к плечу…

Я робко рассмеялась. По секрету, я тоже так считала. Но жизнь не может идти только так, как нам того хочется, правда? Было бы оно так, то мы с сестрицей бы всегда жили вместе с родителями, не оказались бы в лапах графа Нигора и ни за что бы не вступили на порог этой благородной семьи.

…Кажется, я слишком много думаю. С момента нашей ссоры мою голову наполняют только мрачные мысли. Как бы то ни было, как только ко мне вернулись воспоминания о прошлой жизни, наш уход из особняка стал лишь вопросом времени.

— Когда вы уезжаете?

— Возможно, через три дня…?

— Тогда давайте устроим вам прощальную вечеринку до этого! Я позову Мари, Бьянку и остальных ребят.

— Было бы славно. Я заберу с кухни остатки хлеба и фрукты, чтобы мы разделили их все вместе.

После моих слов лицо Эми озарила яркая улыбка.

Я добыла рекомендательное письмо и заявления об увольнении. Теперь одна проблема, что не давала мне покоя столько времени, наконец-то решена. Но в то же время другая все еще вызывала опасения. И проблема эта — Изли.

Одна только мысль, что мне придется вновь увидеться с ним после того, как я разревелась прямо перед его носом, сводила меня с ума от неловкости. Я волновалась, что столкнусь с парнем в комнате во время уборки, но, к счастью, его там не оказалось.

А когда мы случайно встретились в прихожей, он прошел мимо, словно нарочно меня избегал. Было немного стыдно, но… разве такое положение дел не лучше, чем если бы он подошел и принялся в открытую насмехаться надо мной?

Обычные рабочие деньки пролетали один за другим. Однако, в отличии от вчерашнего дня, сегодня в нашей комнате на кровати сидела Юрия.

— …сестра?

Я думала, что она не хочет меня видеть и будет еще долго увиливать… Ты все-таки решила расставить все точки над «и»?

Но мои наивные мысли разбились, стоило мне только разглядеть, какое выражение застыло на ее лице - сестра неспешно подняла голову, выглядя так, будто из последних сил сдерживала приступ ярости:

— Я… Я правда ненавижу злиться на тебя. Я не хочу сердиться… Но почему…

Она закрыла лицо руками и медленно провела ими, испустив глубокий вздох.

— Тогда, на ужине… Эми подошла ко мне и кое-что сказала. Сказала, что не может поверить в то, что мы покидаем герцогство, чтобы работать на других дворян, и ей грустно нас отпускать… Сказала, что очень удивилась, увидев в руках Лайлы рекомендательное письмо… Лайла… Почему я должна слышать это от кого-то другого?

Примерно такого я и ожидала. Слухи разлетаются очень быстро, так что я смутно представляла, что Юрия может узнать обо всем раньше, чем я бы рассказала ей сама. Правда я не ожидала, что виновницей станет Эми.

Я вздохнула и вынула из кармана два конверта:

— …сестра, успокойся.

— Это и есть рекомендательное письмо?

Сестренка встала и подошла ближе. Она взяла из моих рук документ и прочитала его содержимое.

— …Просто смешно. Как ты вообще его достала?

Рука, сжимавшая бумажку, задрожала.

— Не понимаю. Какого черта ты так жаждешь покинуть поместье…? Это как-то связано с твоей внезапной неприязнью к господам? – усмехнувшись, произнесла она. – Или это из-за того, что на празднике присутствовали люди графа? Это причина кажется мне более убедительной… Пожалуйста, ты можешь мне во всем признаться? Прошу, расскажи, это ведь не так трудно…! Я взрослый человек и твоя старшая сестра. Я не так уж и глупа, как ты считаешь. Понимаешь, я ведь не ребенок, нуждающийся в защите…

— Но… - мой слабый голос прозвучал почти как мольба.

Сестрица обхватила меня за руки и опустила голову. Из ее глаз текли слезы, скатываясь на пол.

От ее несчастного вида в сердце что-то болезненно закололо. Если так продолжится и дальше, то мы лишь вновь повздорим, как в прошлый раз.

Внутри зародилось предчувствие. Стоит ли мне просто ей обо всем рассказать? Граф Нигор все еще ищет сестру. Он продолжит наведываться в поместье, и я не знаю, что произойдет с сестренкой, если граф вдруг прознает, что она пряталась здесь. Сможет ли она это принять? Что, если это станет для нее сильным потрясением? Что, если это только сделает ей больнее?

Тихо наблюдая за сестрой, я наконец решила заговорить.