— Прекрасна.

Мужчина с нежным взглядом провел рукой по щеке девушки. Она задрожала.

На ее хладнокровном лице проскользнуло выражение отвращения.

Юрия сделала глубокий вдох, чтобы не дать своим настоящим чувствам вырваться наружу, и сжала руку в кулак.

— …Только не обольщайся слишком сильно из-за моих комплиментов. В мире еще множество женщин, красивей чем ты. Тебе несказанно повезло стать моей избранной среди всех простолюдинов.

Она чуть было не усмехнулась от этих слов – ей, скорее, жутко «не повезло».

Мужчина взял девушку за руку и ласково поцеловал. Вдруг он встал с кровати и потянул за веревку рядом, будто вспомнив о чем-то.

Спустя некоторое время в комнату вошла прислуга с какими-то подарочными коробками. Они расставили их вокруг Юрии и графа и сразу же ушли прочь, ведь их работа на этом была закончена.

— Ты ведешь себя так, потому что я тебя легонько ударил прошлой ночью? Смотри, я выехал в город и купил тебе подарков, так что хватит дуться. Не стесняйся, открывай.

Девушка совершенно равнодушно оглядела коробку, прижатую к ней силой. От нетерпения граф прикусил губу, потому что до этого Юрия никогда не благодарила его и не показывала ни единого намека хоть на какую-то эмоцию.

Мужчина отобрал у нее подарок, развязал ленточку и показал ей содержимое. Внутри лежало ослепительно переливающееся украшение. Цвет в точности совпадал с глазами Юрии.

— Как тебе? Женщинам такое нравится, не так ли?

Но девушка все еще сохраняла невозмутимое выражение.

Джеймс принялся торопливо распаковывать остальные коробки, разбросанные по полу. Оттуда появлялись различные дары: то ободки, то сорочки с ювелирно вышитым кружевом, то платья. Однако не было ничего, что бы пришлось по душе Юрии.

Поскольку отправитель этих подарков не получил желаемой реакции от получателя, то эти роскошные вещи теряли всю свою красоту, обращая истинную их ценность в ничто.

— Почему ты не улыбаешься? Я ведь даже купил тебе подарки! Так перестань строить такую мину и улыбнись! Сейчас же улыбнись!

Девушка молча посмотрела графу в лицо. Как он смел приказывать ей улыбаться? Неужели ему ни капельки не стыдно и его совсем не мучает совесть… Полагаю, человеку без сердца подобные чувства попросту чужды.

Представляя себя сейчас на этом месте, Юрия подумала, что даже ценой жизни не приподняла бы уголки губ. Однако в тот момент выражение лица мужчины заставило ее выдавить из себя улыбку. И только тогда граф довольно ухмыльнулся.

Он схватил девушку за руку, и та осторожно открыла рот, все ещё глядя в глаза Джеймсу:

— …Граф… С моей сестрой все хорошо, верно…?

— Да.

— Она хорошо питается?

— Да…

— Она высыпается?

— …Разве я не говорил прекращать разговоры о твоей сестре? Что ни день, то сестра, сестра, сестра! Я устал, как же устал от этого! С ней все нормально, хватит суетиться.

Ложь.

Чистой воды ложь. После этого Юрия прознала о том, что он на самом деле сделал Лайле и, прежде чем успела опомниться, порезала себя.

— Как вы могли меня вот так обманывать?! Вы же пообещали, что отпустите сестру, если я буду хорошо себя вести!

Ваза разбилась и намочила ковер.

— Почему… Почему я?

Капала кровь.

— Почему мы с Лайлой…?

Крики, вопли и умоляющие рыдания звучали вперемешку, из-за чего было сложно понять, какие именно звуки издавала девушка.

— …Я красивая… Я, я…это потому, что я красивая?

Так, может, просто сделать вот так? Гляди, какая прелесть, да? Теперь-то меня отпустят? На лице Юрии образовалось несколько красных царапин. И тут, как по волшебству, высокомерный, самовлюбленный аристократ упал перед ней на колени со слезами на глазах.

Даже с неясным зрением девушка четко разглядела тянущуюся к ней руку. Затем эти руки стали умолять ее. Они принадлежали графу. Это были руки человека, который обманывал и унижал ее. Как только Юрия поспешно ударила по ним, послышался женский вскрик.

Девушка очнулась и вскочила с места. Комната графа превратилась в вестибюль для работников поместья, а вместо пугающего мужчины перед ней стояла Бьянка, ее подруга.

Все, что так ярко предстало перед глазами Юрии, оказалось не более, чем сном.

Она плохо спала прошлой ночью из-за постоянных мыслей о Лайле. Девушка так вымоталась, что Бьянка отвела ее в комнату для отдыха. Во время небольшого перерыва она, судя по всему, задремала.

— Юрия, уже все хорошо. Кажется, тебе снился кошмар… - потирая отбитую руку, протараторила горничная.

— Это я тебя так…? Прости. Я-я немного не в себе всякий раз, как вижу этот странный сон…

— Зачем ты извиняешься за это? Ой, да ты не на шутку вспотела. Что такого тебе приснилось? Думаю, тебе не помешало бы умыться.

Бьянка приблизилась, чтобы вытереть пот подруги. Однако сейчас Юрия не хотела ни к кому прикасаться. Она отказалась от помощи, и сама протерла влажный лоб рукавом.

В данную минуту ей отчаянно хотелось увидеться с Лайлой. Еще с самого детства одного только взгляда на зрелую и надежную сестру ей хватало, чтобы успокоить нервы.

С тех пор ничего не изменилось.

С другой стороны, Юрия не хотела видеть ее несмотря ни на что. Сестренка врала и скрывала столь важную для нее информацию. Впрочем, на месте Лайлы девушка бы тоже не горела желанием встретиться с собой. Юрия сжала кулаки, вспоминая, что ее сестра так и не появилась за обедом.

***

— …ух…

Я провела рукавом под носом и потерла глаза рукой. Мой плач не прекращался так долго, что уголки глаз покалывали.

После того, как мне наконец полегчало, воспоминания о том, что я натворила, стали всплывать один за другим, и я не могла не постучать себя по лбу за это.

Почему я расплакалась? Подумаешь, небольшая ссора с сестрой! И с чего тут вообще плакать?! Еще и… Почему, в конце-то концов, я разрыдалась на глазах не у абы кого, а у Изли? Умоляю, не дразни меня при нашей следующей встрече.

Помимо этого, как, наверное, удивилась проходившая мимо прислуга, увидев убегающую меня в слезах? Нельзя плакать, нельзя быть слабачкой. Ведь именно из-за этого у меня не получилось уберечь сестрицу в прошлом.

Вдруг из кустов донесся шорох, после которого оттуда кто-то выпрыгнул.

— Апельчинчик…?

Передо мной сидел кот с рыжей шерсткой.

— …Почему ты здесь? Опять бродил по саду? Если тебя поймает господин Оссес, то может выгнать…

— Мяу, - пискнул пушистик, не сводя с меня глаз, и стал тереться носиком о ноги.

Эй! Чего это вдруг? Ты же раньше так себя не вел..? Ты всегда был просто вредным котом, который только и делал, что игнорировал меня и цапал всякий раз, стоило мне только приблизиться. Но его внезапная перемена мне даже пришлась по душе.

Я почувствовала себя более непринужденно, понимая, что котик, должно быть, пришел утешить меня, пока я горевала. Тут ветви куста снова зашуршали, но на этот раз сверху пролился яркий солнечный свет.

— Апельсинчик, почему ты вдруг побежал сюда…

Оттуда показался Артур. Он поймал на себе мой взгляд и, широко распахнув глаза, оглядел меня. Что он тут забыл? Я не хотела ни с кем видеться, но вот мы опять встретились.

Насколько же я невезучая, чтобы сразу после Изли столкнуться еще и с его братом? У меня с трудом получилось проглотить рвавшийся наружу вздох. Я подскочила с места и вышла из зарослей:

— …Здравствуйте, молодой господин. Доброе утро, - официально поприветствовала его я.

— Мне кажется, ты перепутала слова. Уже день.

— Да? Уже день…?

Парень достал из брюк карманные часы и показал мне, на что указывали стрелки. Пробило уже давно за час. Начал подступать голод – время обеда? Я что, ревела так долго? О боже…

— Хорошо, но что привело сюда господина?

— …Это все кот. Он разгуливал по саду с высоко поднятой головой, даже не подозревая в каком бедственном положении находится, - объяснил Артур и протянул руки, чтобы поднять зверька.

Он нежно его обхватил и бросил на меня невыразительный взгляд:

— Что ты делала в кустах?

— А, я?

— А что, здесь есть кто-то еще?

— Ха-ха… верно… Ум, бывают времена, когда хочется просто спрятаться в кустах, не правда ли?

— …в самом деле, где ты найдешь того, кто бы так сделал? Я и раньше размышлял об этом, но ты действительно хорошо придумываешь всякий бред. Кстати… почему у тебя такие глаза, будто… - парень протянул ко мне руку со странным выражением лица, - Будто ты плакала.

А? Его рука дотронулась до меня, бережно утирая остатки слез – столь неприятно мягкий и заботливый жест. От неожиданности я отступила назад, но споткнулась и упала, плюхнувшись на землю.

Однако изумление от происходящего не позволили мне даже успеть ощутить боль от падения. Эй, что это с ним? Разве Артур не тот самый персонаж романа, который терпеть не может чужие прикосновения? Зачем тогда тянешься ко мне? Для чего? Если мне не изменяет память, в прошлый раз после моего легкого касания по волосам Артур тут же смылся. Мне стало не по себе.

— …я пойду. У меня осталось еще много работы. До свидания.

Нутро кричало, что останься я с ним наедине хоть на мгновение дольше, то просто бы грубо оттолкнула его в сторону, так что я поспешно попрощалась с дворянином, а затем встала и побежала прочь.

И только рядом со входом в особняк я наконец-то облегченно вздохнула полной грудью.

Успокойся, Лайла. Артур коснулся меня? Ничего страшного. Наверное, в моменте просто закружилась голова. Одно ясно точно – я немного подзабыла изначальный сюжет. Около глаз все еще сохранялось ощущение человеческого тепла, из-за которого по спине пробежали мурашки.

Я потерла их рукавом и прикусила губу, как вдруг в голове всплыло обещание, данное мною старшей горничной.

Мы же собирались встретиться с ней после обеда. Сейчас не было времени для ненужных мыслей. Мне нужно отправляться в ее кабинет.

Все-таки сегодня тот день, когда я наконец-то получу рекомендательное письмо и поведаю женщине о своих планах покинуть герцогское поместье.

Сначала я умылась холодной водой, чтобы снять отечность с опухших глаз. Я не хотела выставлять свои проблемы всем на обозрение, потому что слышать вопрос Артура о том, плакала ли я, было очень неловко.

Убедившись, что теперь мое лицо более-менее вернулось в первоначальный вид, я зашагала прямиком к старшей горничной. Я постучалась, на что голос за дверью попросил меня войти.

Зайдя внутрь, я первым делом разглядела женщину, сидевшую за столом, которая вела какие-то заметки пером:

— Проходи, Лайла. Ты немного опоздала, и в столовой тебя не было видно, - сказала она.

— Прошу прощения. У меня были дела…

— Пока присаживайся на диван.

Я села на указанное место. В ту же секунду старшая горничная поднялась и уселась напротив меня, достав откуда-то чайник с двумя кружками. Она разлила горячий чай, поставив одну из кружек рядом со мной, а вторую рядом с собой.

— Я же говорила, что мне нужно было тебе кое-что рассказать?

— …да.

— Лайла, у меня для тебя очень хорошие новости, - улыбнулась женщина и сделала глоток напитка, - Ты слышала о том, что личный слуга господина Изли взял декретный отпуск? Говорит, его жена родила ему прелестную дочь.

— Да, я слышала об этом.

Эта история уже какое-то время ходила по всему особняку. Из-за того, что все случилось во время празднования дня рождения герцогини, мы не смогли как следует его поздравить, так что ограничились лишь короткими поздравлениями и пожеланиями в дальнейшей жизни супругов.

— Но причем тут эта новость...?

— Итак, мне нужно выбрать следующего личного слугу для господина Изли и… им станешь ты.

— …что…?

На миг мне показалось, что сердце замерло. Пребывая в состоянии шока, я даже прижала руку к груди, дабы убедиться, правда ли сердце еще не остановилось. Что за черт?

Я не понимала ни единого ее слова. Нет, вернее будет сказать — я не хотела их понимать.

— Почему ты так удивлена? Словно совсем этого не ожидала. Сама подумай, не чудесно ли? Я порекомендовала тебя господину, и тот тоже согласился. Да, Лайла, ты и никто другой. Ты, кажется, выглядишь очень мило в глазах господина, правда?

— …вы сейчас шутите?

— Зачем мне шутить о таком?

Старшая горничная широко улыбнулась, а мне было совершенно не до смеха.