— Эй, Лобо, тебе сегодня быть капитаном, — огорошил военного второй сотник. — Собирай свою свору и вперед, только новичка не забудь.

— Но выходной, — начал было мужчина, и тут же прервал свое возмущение. — Цель, детали? — Лобо Грис несмотря на свои внушительные габариты резво подпрыгнул со стула и вытянулся струной перед своим начальником.

— Спуститесь на минус второй с детишками, покажете, как у нас тут все устроено.

— Состав груза?

— Пятеро из Белой, три девчонки, два пацана, — второй сотник Карнер сделал небольшую паузу, — расслабься, это те чудоковатые, которые почти всю волну муравьев положили.

«Нас пять, их тоже пять. Итого, по одному на каждого в самом плохом случае», — отметил про себя мужчина.

— Их нужно шлифануть? — хищно улыбнулся Грис.

— Только не перегни палку, — ответил согласием Карнер, — после завтрака выступаете.

— Выполняю.

Идея таскать с собой детей из Белой Академии временному капитану Лобо Грису сразу не понравилась. Это [рудник]! Это то место, где отбывают наказание как мелкие воришки, так и убийцы, насильники и те, кто перешел черту, встав на сторону некромантов. Кроме того тут же обитают чудовища, способные одним движением оборвать жизни сотен неподготовленных бесклассовых. [Рудник] — не место для мелких детишек, только вчера выползших из-за своих безопасных парт!

Недовольно стиснув зубы, Грис подумал о куда более приятной вещи. Ну и что, что это опасно — никто и слова ему не скажет, если кто-то из детишек помрет. Выговор, возможно, будет, но он никак не скажется на неминуемо приближающемся повышении. А вот миссия на должности временного капитана, наоборот, это повышение ускорит.

Вообще, система временных должностей в [руднике] давала массу привилегий всем здесь служащим. Первый, второй и третий сотники представляли здесь вершину власти, и, выйди они наружу, смогли бы потеснить всю верхушку армии Белого Альянса. Потому, временных должностей сотников в [руднике] не было. Зато были должности временного капитана, которые хоть и не позволяли брать в подчинение десятки военных, но давали капитанский стаж.

Набрав сотню миссий в должности капитана, Грис планировал сдать экзамен на повышение и выйти на пенсию. Капитанская пенсия позволила бы ему еще в тридцать с небольшим напрочь забыть о необходимости работать и дала бы возможность вдоволь отдохнуть за пределами вечно одинаковой унылой пещеры, которой он отдал уже пятнадцать лет, и это только по внешнему времени. Витая в своих мыслях, Лобо Грис поднялся в комнаты, где жили его подчиненные.

— Вермел, — окликнул он лежащего на кровати юношу. — Где все?

— Выходной сегодня, Лобо, ты чего? — лениво отозвался молодой военный.

— Сегодня у нас задание, вытаскивай всех из пивнушки и живо на склад.

— А завтрак?

— Какой им завтрак, — махнул рукой Грис и вышел из комнаты.

По его задумке, Амар и Сав должны были прийти к дверям склада сразу за ним, и они легко пристыдят детишек из Академии за медлительность. Амар — слишком исполнительный, так что появится сразу, и это сыграет временному капитану на руку. Но стоило Грису подойти к складу, как на него с бесконечным потоком претензий налетела синеволосая девчонка. И ведь были бы ее претензии касательно обеспечения безопасности в столь ужасном месте, но нет! Ее не устроило, что их сопровождающие так долго возятся! Сопровождающие! «Да кем себя возомнила эта сопля мелкая!» — бесился Грис, стараясь не выдать свое внутреннее состояние.

О мысли пристыдить детишек временный капитан попросту забыл из-за нескончаемых выпадов в свою сторону. Благо, особенно сильно достать его девчонка не успела — за какую-то четверть часа собрались все участники спуска, и последним, к бесконечному удовольствию Гриса, пришел ученик Академии. Беловолосый парень, немного вялый, потерянный, словно его отправили с патрулем в качестве наказания, почти никак не реагировал на приветствия своих друзей и не обращал внимание на военных. Полная противоположность Гоена — уверенного и общительного юноши, с которым Амар, был знаком раньше, а Сав и Азул быстро нашли общий язык. Даже когда все детишки удивились появившейся из стены скрытой двери, этот беловолосый лишь едва проследил за отодвинувшимся полотном глазами. С ним что-то точно не то!

Но ничего, совсем скоро все эти яркие, упрямые и готовые свернуть горы детишки пожалеют, что сунулись в столь опасную авантюру! Останется только подгадать удобный случай, а уж во время спуска этот случай неизбежно найдется.

Вся команда военных забрала собственную экипировку, что и было вполне логично, а вот выбор детей Гриса удивил. Он ожидал, что детишки либо откажутся выбирать тяжелые и мешающие доспехи, либо нахватают всякий мусор, но произошло иное. Несмотря на некоторые отдельные странности, все ученики Академии взяли вполне подходящую броню и оружие. Разве что одна из девчонок едва не заставила Гриса взорваться от злости, она напрочь отказалась брать с собой хоть какое-то оружие! Ну что за дура? Да даже банально перерезать лямки рюкзака, если его схватит крыса, будет нечем. Плевать. Грис не обязан учить детишек тонкостям выживания. Вот столкнется с проблемой, и поймет, зачем нужно носить с собой меч и небольшой кинжал.

Получив экипировку, дети расслабились и начали болтать, только синеволосая истеричка никак не хотела отстать от Гриса и продолжала заваливать его бесполезными вопросами и претензиями.

— Заткнулись все! — не выдержал временный капитан.

Грису хотелось лично придушить каждого из пятерых детишек. Нет, ладно, четверых. К спокойному Гоену, который о чем-то тихо болтал с Азулом, временный капитан неприязни не испытывал, но вот оставшиеся четверо выводили Гриса из себя.

— Детишки, — временный капитан взял небольшую паузу, подавляя желание вывалить на них ворох оскорблений, работа важнее, — вы идете под нашей охраной одной колонной. Гоен первый, девчата за ним, и ты, — Грис пристально посмотрел на парня с белыми, кажущимися седыми, волосами, — Аске, да? Ты идешь последним. В голове и хвосте колонны мои парни, чтобы вы не потерялись. Идем быстро, если отстанете — тащить за шкирку никого не будем, кинем на месте. Мы идем на два этажа вниз, это не очень опасно, но потери тоже бывают, так что мне плевать, если парочка детишек исчезнет из сопровождения. Уяснили?

Своим сослуживцам, временный капитан не раздавал никаких указаний, его парни прекрасно знали, что нужно делать. Подавив разгорающееся недовольство мыслями о приближающемся повышении и предчувствием скорой мести этим мелким засранцам из Академии, Грис повел свою команду с вынужденным грузом в виде пяти, четырех мешающих голов к выходу из предбанника. Предбанником местные называли первую от входа и самую большую в [руднике] пещеру, которая соединяла нижние уровни с внешним миром. Здесь жили первая и вторая сотня, а также рабочие и некоторые преступники.

Спуск начался бодро. Среди детишек из Академии оказалась неплохая волшебница, которая, растянув свою способность огромным куполом над группой, избавила патруль от необходимости тратить энергию артефактов для освещения. Первые километры спуска дались Грису и его команде легко, даже детишки не особо утомились. Но в какой-то момент все начали быстро уставать.

За своими размышлениями временный капитан не заметил, как его патруль влетел в пузырь — неприятное явление, возникающее в длинных тоннелях [рудника] время от времени. Пузырь вытягивал силы и приглушал звуки, в таком только тренироваться, Грис даже пожалел, что не может остановиться тут на пару дней, чтобы немного улучшить свои навыки. А вот детишки, похоже, не поняли, от чего они так внезапно устали.

Пока дети отдыхали, Грис следил за ними. Девчонки, несмотря на опасения временного капитана, справлялись, Гоен и вовсе вел себя, как опытный военный. Только этот, с белыми волосами, чье имя Грис постоянно забывал, показался ему странным. Короткий кивок, и Вермел понял опасения командира и подошел к парню. Тот вполне нормально ответил, лишь выдавая непомерную усталость из-за прохождения через пузырь.

Не говоря ничего детям, Грис лишь жестами обозначил, что спуск дальше пойдет через спящие тоннели, где монстры впадают в некое подобие транса и почти никогда не нападают на проходящих мимо. Временный капитан рассчитывал, что кто-нибудь из детишек решит проявить излишнее рвение и набросится на [пещерного льва]. Спящие тоннели хорошо известны своей обманчивой безопасностью. Монстры в них не нападают на людей ровно до того момента, пока люди сами не побеспокоят какое-нибудь чудовище, и вот тогда тварь придет в ярость и набросится на своего обидчика с ужасающей силой. Грис планировал вмешаться только тогда, когда детишки окажутся перед фактом, что они не в состоянии справиться с разбушевавшимся чудовищем.

Временный капитан даже предположить не мог, что его подчиненные разболтают столь важную для исполнения плана деталь Гоену, но ведь услышал не только он, но и все его дружки. Произошло даже более ужасное событие — решение временного капитана обернулось против него же. Да и откуда Грису было знать, что в команде окажется самый настоящий монстр?

Еще в середине пути по спящим тоннелям, Сав решил проверить беловолосого Аске еще раз, и началось. Пацаненок сначала закатил абсурдную детскую истерику, а потом набросился на военного, словно тот попытался его убить. И, несмотря на щуплое детское тело, ученик теснил Сава, отвешивая ему быстрые тяжелые удары, пуская в ход руки, ноги, голову, не стесняясь пользоваться когтями, подставляться под неуверенные атаки своего противника, который попросту боялся причинить ребенку вред. Осознав, что противостояние может длиться еще долго, Грис подбежал к ребенку и одним точным ударом отправил его спать.

— Буди гаденыша, — приказал временный капитан Амару.

Военный легко сформировал шар из воды и облил им ребенка, заставив прийти в сознание.

— Эй, пришел в себя? — Грис злобно навис над пацаном.

— Что такое? — спросил тот, словно не понимая, что он только что натворил.

— Это я у тебя спрашиваю, что такое ты тут устроил, поганый ублюдок? — временный капитан патруля чудом удержался, чтобы не отвесить ему затрещину.

На мгновение в глазах ученика мелькнула искра ярости, он дернулся, заставив мужчину потянуться к короткому мечу на поясе, но лишь издал короткий стон и тут же обмяк.

— Чего это с ним? — подошел Вермел, который большую часть времени следил за тоннелем впереди и не видел всего произошедшего.

— Да черт его знает, — пожал плечам временный капитан, — расскажет, как очнется. Амар, помоги Саву.

— И все же, ты переборщил, он всего лишь ребенок, — недовольно цокнул Амар.

— Переборщил? — Грис чуть не задохнулся от возмущения. — Просто посмотри, что он сделал с Савом.

— Сав сам виноват, что его отлупила малолетка, — скептично ответил Амар, осматривая раны сослуживца.

— Эта малолетка ведет себя как монстр, — попытался оправдаться покрытый кровавыми потеками военный.

— Не ной, как девчонка, тебе даже зелье не нужно, — хохотнул Амар, очищая тонкие порезы.

Лежавший без сознания ребенок дернулся, и все внимание Грис переключил на него.

— Спящая красавица очнулась. Покажи статус.

— Статус, — едва слышно пролепетал ученик.

— Да ну нахер! — Грис не знал, стоит ему смеяться или злиться. — Вот ублюдок сотник этот! Ребят, а вы гляньте, какой сюрприз нам подсунуло руководство.

Встретить бракованного человека, статус которого перестал адекватно отображаться, непросто. Такие люди стараются жить среди бесклассовых и как можно меньше выделяться. Временный капитан никак не ожидал, что бракованный будет среди учеников Академии. Нет, мужчина знал, что время от времени в Белой Академии встречаются эксцентричные или даже совершенно абсурдные личности, но откровенно бесполезных бракованных там никогда не было. Нечего делать в академии тому, кто не в состоянии даже взаимодействовать с самим мирозданием!

Плевать! Ничего не поменялось. В изначальном плане Гриса все пятеро детей были лишь обузой, мешающей деталью, которую необходимо придавить пониже, чтобы сильно не мозолила глаза. Его злило, что несмотря на произошедшее, одноклассники этого чертова Аске не отвернулись от него, напротив, они, словно сговорились, и каждые десять минут проверяли, в порядке ли тот.

Не страшно, скоро им всем будет не до этого. Грис злорадно улыбнулся, дав команду своим парням молчать о происходящем. Временный капитан специально свернул в узкий коридор, где начинался очередной пузырь.

Каждый пузырь представлял собой участок искаженного пространства, и было почти невозможно угадать, какой именно эффект он окажет, пока не окажешься внутри.

Войдя в пузырь, Грис не сразу понял, что изменилось. Патруль продолжил идти своим маршрутом, сворачивая на знакомых поворотах. Догадка посетила временного капитана лишь после того, как он во второй раз встретил метку, оставленную им перед входом в пузырь. «Кольцо!» — обрадованно подумал мужчина, предвкушая, какой ужас испытает балласт от невозможности выбраться из бесконечной петли повторяющихся коридоров.

Три первых круга никто из детей не заметил, что они ходят кругами. И это бесконечно радовало Гриса, потому что он уже начал паниковать. Кольцевые пузыри всегда представляли собой простейшие иллюзии, разрушить которые можно даже неосторожным чихом. Но в этот раз все было иначе. Может быть, на особенности пузыря повлиял недавний магический взрыв, может быть что-то еще, но проблему это ничуть не уменьшало — временный капитан за три полных круга так и не нашел способа выбраться из ловушки.

На четвертом круге Грис заметил, как Кинтана, поддерживающая все это время свет вокруг патруля, отделила почти незаметную полоску света и пустила ее по полу тоннеля. Мужчина хотел было отругать девчонку, но потом остановился. Если он сейчас запретит ей самой считать круги, это лишь выдаст его, а вместе с этим может вскрыться и тот факт, что он до сих пор не смог найти выход.

К тринадцатому кругу Грис окончательно отчаялся выбраться из пузыря. Сколько бы он не проверил известных ему, ветерану спусков, уловок, иллюзия пузыря никак не разрушалась. Вместе с этим все ученики Академии поняли, что ходят по кругу. Особенно сильно временного капитана задело замечание Гоена, который чуть ли не прямым текстом сказал, что не нужно считать его друзей за идиотов, и пора выходить. Но Грис не знал, как выйти, а потому не смог ничего вменяемого ответить ребенку. Ребенку! Зеленому новичку, который до сих пор вел себя поразительно сдержанно и спокойно, и это в такой ситуации!

Хуже всего было то, что все пятеро учеников никак не реагировали на возникшую проблему, они шли, болтали, обсуждали способы выхода и просто шли дальше, словно у них не тратились силы, не заканчивалась еда, словно на них не давила бесконечная серость узких низких коридорчиков. Даже опытные военные, не один раз побывавшие в подобных пузырях заметно нервничали, что никак не помогало найти этот чертов выход.

После двадцатого круга, Грис мысленно попрощался со своим повышением и беззаботной пенсией. Еда заканчивалась, а выхода так и не было. Даже если он продержится здесь неделю или месяц, он все равно никогда не выберется отсюда.

Двадцать четвертый круг, прошло четыре дня по внутреннему времени и лишь пять часов в предбаннике. Он как мог старался изменить привычный детям режим сна и приема пищи, чтобы им казалось, будто прошло меньше времени, но это не помогало ни ему, ни его команде. Опытные патрульные прекрасно понимали поступки командира, что не добавляло им уверенности.

Прислонившись к стене, Грис уставшим взглядом окинул группу, пытаясь найти хотя бы самую сомнительную подсказку на лицах своих подчиненных или учеников Академии. Все восемь человек медленно пережевывали засушенные продукты из своих рюкзаков. Четыре военных, четыре ученика — по одному на каждого. Мысли неохотно возились в голове Гриса, не собираясь в сколько-то конкретные образы. Тяжелое чувство безысходности навалилось на временного капитана, он окончательно опустил руки.

Сухой электрический треск разнесся по тоннелям, взбудоражив прижавшихся к стенам людей.

— Руки в ноги и бегом! — проорал Грис.

Пузырь лопнул. Что-то все же разрушило иллюзию, заставило ловушку открыться, и сейчас ее узники получили шанс вырваться на свободу. Но этот шанс невелик, он может исчезнуть в любой момент, а потому нельзя терять ни секунды.