— Нагулялся? — вопросом встретил меня раздраженный Рейкраг.

Профессор стоял возле ворот Академии и внимательно разглядывал всех проходящих мимо учеников.

— Добрый вечер, профессор Рейкраг, мне пришлось немного задержаться, — кивком поприветствовал я преподавателя.

— Пришлось, говоришь? — чуть не сорвавшись на крик ответил пожилой мужчина. — И что же такое тебя вынудило?

— Поручение учителя Бриона, — выкрутился я, вовремя вспомнив про полученный щит.

— Хм, — Рейкраг сжал губы и медленно подвигал ими, раздумывая. — Ладно... Хотя нет, не выкрутился. Сейчас мне некогда тобой заниматься, а утром придумаю тебе наказание за то, что не поставил в известность ответственного за урок.

— Простите, профессор Рейкраг, — едва сдерживая довольную улыбку отозвался я. — После выхода из разлома, я отметился у профессора Милина, так что был уверен, что этого достаточно.

— Говоришь, Милин знал, что ты выбрался? — с нескрываемым сомнением спросил Рейкраг.

— Абсолютно точно! Он лично отправил меня к лекарям за целебным зельем.

— И зачем тебе понадобилось целебное зелье? — попытался меня подловить профессор.

— Вот, — я продемонстрировал следы от укусов и царапин на своей одежде.

— Эк тебя угораздило! — воскликнул мужчина. — И кто же это?

— Пара мелких крыс, — соврал я, — просто не был готов, что меня вот так закинут в разлом.

— Если нужно еще лечение, загляни в медблок, и иди уже, — отмахнулся профессор. — Завтра придумаю, что с тобой делать, а пока не мельтеши тут.

— Что-то случилось? — беспокойство победило нежелание вмешиваться в чужую проблему.

— Да, патруль не вер... — начал было Рейкраг, но остановился на полуслове. — Да, но тебя не касается.

Вернувшись в комнату, я понял как сильно устал. Не могу даже вспомнить, как помылся и заказал новый комплект одежды. Организм действовал скорее по привычкам стажера, чем по указке моего мозга. Последний попросту отключился от реальности и вернул меня в мир лишь утром, когда организм отдохнул, а я обнаружил себя на кровати в собственной комнате.

Утро было удивительно холодным. Даже внутри здания я чувствовал себя неуютно от каждого дуновения ветерка. Спасала только шерсть, которой я не брезговал окутывать тело, чтобы спастись от неприятной ночной прохлады, которая еще не уступила место столь же противной дневной жаре.

Радовало лишь то, что я в очередной раз увеличил лимит маны, подняв значение ОМ до сорока трех. В остальном же день обещал быть ужасным. Профессор Рейкраг при всем классе отчитал меня за вылазку в город. И хотя под горячую руку пожилого профессора попали и другие ученики, настроение это не поднимало.

Досталось Кинтане, девчонке, которую я встретил в очищенном от противников подземелье, Очаме, которая сбежала с занятия, даже Вараду, который не смог сказать, почему я оставил его одного в разломе и куда-то ушел. Помимо нас четверых под раздачу попали еще трое парней, которых пришлось силой вытаскивать из подземелья. Они обнаружили в канализации колонию мха с очень специфичным эффектом и решили поупражняться в алхимии.

— А чтобы вам неповадно было в следующий раз нарушать правила и творить неизвестно что, — проревел Рейкраг под конец утреннего собрания, — вы все отправляетесь в [Рудник]! Поживете там несколько дней, посмотрите, как живут те, кто так и не научился следовать правилам.

Его слова заставили меня непроизвольно улыбнуться. Даже если бы профессор очень сильно хотел нас всех наказать, он никогда бы не отправил учеников в [Рудник].

[Рудник] занимает половину столицы, почти всю ее северную часть и является огромнейшим подземельем, в котором сутками трудятся должники, преступники, рабы. Это место можно назвать чем-то средним между тюрьмой и трущобами. В [Рудник] принудительно отправляют преступников и рабов. Но сюда же стекаются и все неудачники, желающие тяжелым, но простым трудом заработать денег. Получается это у них крайне редко. Чаще глупцы становятся заложниками местных авторитетов или стражей и большую часть своих доходов оставляют у своих «защитников».

Есть в [Руднике] и еще одна категория, которая сильно выделяется на фоне обычных чернорабочих, — наемники.

Поскольку все работы проходят внутри подземелья, да и большинство жилищ и камер тоже построены за границей разлома, обитатели [Рудника] нуждаются в защите. С этим чаще всего справляется городская стража. Хотя и для охраны нередко привлекают наемников. Но есть и вторая потребность — разведка нижних уровней. Чем глубже удается спуститься добытчикам, тем более ценные ресурсы они могут вынести из разлома. Вместе с этим повышается и риск наткнуться на монстров, которые становятся только сильнее с каждым новым уровнем спуска.

Для разведки и зачистки еще небезопасных уровней [Рудника] столица нанимает воинов и магов, которые не служат Альянсу. И с этим все вполне логично. Свои силы Белый Альянс поддерживает солидными суммами, и в случае даже несерьезных травм служащему полагаются компенсации. Если же он умрет на нижних уровнях подземелья во время разведки, то столица будет вынуждена выплатить его семье огромную сумму золотом.

С наемниками все намного проще. Они соглашаются на рискованные спуски за сущие копейки, и сами же несут ответственность за свою безопасность. Не уверен в своих силах — не спускайся.

Все учащиеся Белой Академии спускаются в [Рудник] минимум трижды за время своего обучения. В первый раз, чтобы познакомиться с местом и испугаться его. Во второй — чтобы помочь складам с товарами и лучше узнать условия работы. В третий — для участия в поддержании безопасности на уже зачищенном уровне. Дальнейшие посещения [Рудника] были возможны, если ученик становился наемником. И такие случаи бывали, поскольку правила не запрещают этого, хотя и не поощряют.

В любом случае первое посещение самого главного городского разлома не было наказанием, только плановой экскурсией. Хотя, стоит отдать профессору Рейкрагу должное, он умудрился напугать учеников даже такой банальной вещью. После его слов дети в классе притихли и начали опасливо переглядываться, не понимая, серьезно ли говорит их преподаватель.

— Ну и что застыли? — рявкнул пожилой профессор. — Руки в ноги и на тренировочное поле!

Перечить ответственному за класс никто не решился, и все неохотно выбрались из уже нагревшегося кабинета на еще прохладную улицу.

День точно не будет хорошим. Возле тренировочных полей не было свободного места, — создавалось ощущение, что все классы были выведены на свежий воздух. Даже ученики, готовящиеся к скорому выпуску были здесь.

— Учащиеся! — голос ректора Кармела заставил всех замолчать. — Ваши ответственные профессора уже должны были рассказать, зачем и куда вас отправят. Сегодня еще до обеда вы на несколько дней покинете стены Академии. И, надеюсь, через три недели все из вас вернутся.

Мне показалось, или слова упитанного ректора, вещающего откуда-то из толпы, где я не мог его увидеть, дрогнули на последней фразе? И вообще, что за странные вещи творятся в последнее время? Когда выпускался стажер, а к его воспоминаниям мне обращаться стало очень легко в последнее время, обучение было совершенно иным. Стажер учился опираясь на теорию, вылазки в подземелья и экскурсии в опасные места, вроде [рудника], были редкостью. Кроме того, эти события происходили после длительной подготовки и массы объяснений. Сейчас же я с трудом мог предположить, куда нас отправит руководство академии уже завтра.

Хотя нет, я совершенно точно знаю, где проведу ближайшие три недели. И, если вспомнить, как тяжело было сражаться даже с небольшой стаей крыс, эти дни будут настоящим кошмаром.

— Профессор, — обратился к Рейкрагу один из учеников, — получается, не такое уж это и наказание?

— Нет, ну что ты, — успокаивающе начал пожилой профессор и зловеще продолжил, — всего лишь тебе придется три недели пахать как проклятый на [руднике]. И, поверь, я сделаю все, чтобы ни один ученик моего класса не остался без дела ни на минуту.

Никто из детей не рискнул что-либо ответить своему преподавателю. Ученики лишь испуганно переглядывались, предполагая, что профессор Рейкраг говорит без шуток. Его тон даже меня пронял, несмотря на то, что я был уверен в своих шансах избежать сложностей во время экскурсии. Да какая, ко всем демонам, экскурсия! Три недели! Три бесконечно длинных недели в адском [руднике]! Даже за два дня экскурсии происходили неприятности. Порой мелкие, вроде небольших травм: переломов, потерь конечностей, лишения сил. Но каждый год в [руднике] погибало три-четыре учащихся. Что произойдет с классом за три недели?

— Успокойся, — тяжелая морщинистая рука профессора легла на мое плечо. — [Рудник] действительно опасен, — он обратился ко всему классу, — и вам всем придется как минимум непросто. Но все вы вернетесь живыми.

Слова лучшего дуэлянта Белого Альянса вселили некоторую уверенность. Хотя бы живыми, но мы вернемся. Правда, не стоит забывать, что это лишь обещание одного человека, к тому же, он и слова не сказал про то, что мы останемся невредимыми или даже просто целыми.

Выбивающее бешеный ритм сердце на мгновение заглушило мысли, заставив обратить на себя внимание. Только сейчас я понял, что от волнения весь покрылся густой шерстью. Нужно успокоиться. Но три недели!

Левая нога непроизвольно дернулась, а правая отказалась твердо стоять на земле. Меня повело немного в сторону и назад. Хорошо, что вовремя сработала привычка волчицы, — я шумно выдохнул и заставил нижние конечности напрячься, вгрызться в землю, чтобы удержать равновесие. Мгновение слабости, похоже, не заметил никто из детей, только Рейкраг сочувственно посмотрел на меня и, повернувшись в сторону ворот Академии, скомандовал следовать за ним.