Подо мной медленно растекалась все еще теплая лужа густой темной жижи. Правый бок горел, а все ниже ребер едва чувствовалось, отзываясь лишь мелким частым покалыванием. [Защита волка подземелья.] отработала как надо. Густая белая шерсть вовремя закрыла кожу и лишь пара острых осколков пробились сквозь нее. Большая же часть досок врезалась в меня, оставив только ушибы.

Тихий стон, перемешиваясь с недовольным шипением, вырвался изо рта, когда я приподнялся на локтях. Очень много досок и очень много ушибов. В паре мест на белоснежную защиту упали головешки, из-за чего в воздухе витал запах паленой шерсти.

В темноте было сложно понять, что именно было в том ящике, где пыталась спрятаться крыса, но там точно были запечатанные вазы с какой-то жидкостью. К счастью она лишь немного пахла чем-то едким, но, похоже, никак не реагировала с кожей.

Прислушавшись, я убедился, что рядом никого нет, и попытался выбраться из-под завалов досок. Едва пальцы коснулись первого обломка, как рука сразу же дернулась, и лишь мгновением позже я почувствовал болезненное жжение. Найдя менее горячее место, мне удалось столкнуть придавившую меня груду дерева.

К счастью, доски оказались достаточно легкими, и меня лишь немного оглушило. Кроме пары ушибов, ладно, пары десятков ушибов и нескольких царапин никаких серьезных повреждений я не получил. Оставалось выбраться из подвала.

На свету все оказалось куда печальнее, чем я представлял. Защитный мех уже пропал, и под ним обнаружились как мелкие царапины от щепок, так и достаточно глубокие порезы, из которых медленно вытекала кровь. Если доберусь до лекарей, выживу. А вот одежда была испорчена. Яркая густая краска пропитала ткань, приклеила прожженные обрывки разорванной рубахи к коже. В паре мест краска попала на раны, закрыв их, но не остановив кровотечение.

Если я в таком виде попадусь на глаза преподавателям, ничего особенного не случится, меня лишь отругают за порчу имущества и отведут в медблок.

— Но если я встречу кого-нибудь из ректоров, то придется рассказывать о неизвестных в подвале, а это нехорошо, — пробубнил я, даже не осознавая этого.

— И что же там произошло с гостем столицы? — раздался за спиной доброжелательный голос, заставивший меня дернуться и обернуться.

Его там не было! Я готов поклясться, что когда выходил из подвала возле меня не было ни души. Но откуда здесь он? Ректор Кармел стоял напротив меня ожидая ответа, и вместе с этим копошился в небольшой поясной сумке, откуда доносился отчетливый звон стеклянных бутыльков.

— Ректор Кармел? — удивился я. — Добрый день, рад вас видеть.

— И все же, — сохраняя улыбку, надавил мужчина, — что именно произошло в подвале, и как на вас оказалась краска, которую должны со дня на день отправить в Южный Регион.

Кармел не оставил мне выбора, так что я быстро рассказал о подозрительных личностях, шатающихся по коридорам Академии, опустив некоторые подробности.

Пока я говорил, пухлый ректор вытащил из поясной сумки небольшую бутылку и протянул ее мне, потребовав выпить. Жидкость оказалась прохладной и практически безвкусной, лишь после проглатывания оставила легкий горьковатый травянистый привкус.

— И ты сможешь узнать, кто это был, когда встретишь? — уточнил мужчина.

— Да, почти наверняка, — отозвался я.

— Ладно, вот тебе зелье лечения, — ректор протянул мне небольшой глиняный флакон, — пей его и иди на поле для тренировок, а новую форму получишь чуть позже.

— Что-то произошло? — я удивился подобному требованию.

— Да, у нас гости, должны присутствовать все первогодки, а твое состояние позволяет.

Мне осталось лишь пожать плечами и отправиться к выходу из корпуса, попутно откупоривая флакон с зельем. Стоп! А что за первую жижу он мне подсунул? Я обернулся с этим вопросом, но ректора уже нигде не было. Может, спустился в подвал, чтобы посмотреть, насколько велик ущерб? Придется спросить его позже.

Зелье сработало почти мгновенно. Боль быстро ушла, а порезы затянулись. Стоило мне это осознать, как перед сознанием выскочила табличка с каким-то текстом, я хотел было ее прочитать, но случайно смахнул. Ладно, не страшно, вечером, когда этот странный день закончится, можно будет посмотреть, что изменилось.

На тренировочном поле возле ограды собрались все первогодки. Дети тихо переговаривались друг с другом, ожидая появления того, с кем они должны были познакомиться.

Такие знакомства в Академии происходили каждый год. Детям представляли именитых исследователей, воинов, отшельников и разных влиятельных людей, которые в свою очередь набирали учеников, либо предлагали стажировку. В прошлый раз мне довелось увидеть отшельника, который из всех первогодок выбрал двоих детей, но обоих позже нашли мертвыми на полпути к своему учителю. Кто же будет в этот раз?

Стоило вопросу сформироваться в моей голове, как сознание тут же повисло и выдало критическую ошибку. Я протер глаза и непонимающе уставился на вышедшую в центр тренировочного поля четверку людей.

Двое из них по краям были слугами, но правого я узнал — это он забирал утром посуду! Мужчина слева был старше, и его я видел впервые. Но куда интереснее была пара в центре — определенно, хозяева этих слуг.

— Учащиеся! — голос одного из ректоров пронесся над тренировочным полем, заставив детей замолчать. — Сегодня вы узнаете больше о том, зачем мы регулярно отправляем экспедиции в [проклятые земли]. А расскажут об этом наши выпускники и ответственные за ход экспедиций верховные ведцы Ванва и Брион.

Первой говорить начала девушка. Ей вряд ли было больше двадцати пяти, стройная и ухоженная она была одета в обычную одежду преподавателей Академии. Так могло показаться новичку. Но память стажера услужливо подсказывала, что на самом деле все совершенно иначе.

Костюмы преподавателей сильно отличались от одежды учеников, они содержали в себе массу заклинаний, усилений и были собраны с использованием как артефактов, так и частей редких монстров. Но даже в сравнении с ними одежда Ванвы сильно отличалась.

Тонкая фиолетовая куртка с тремя крупными пуговицами, обтягивающая ее небольшую грудь, была сшита из чешуи виверны или похожей твари. Сами пуговицы были небольшими аккумуляторами маны, соединенными нитями в единый контур, который пронизывал всю куртку.

Белая водолазка, закрывающая горло, была связана из кажущейся белой нити. Но на самом деле эта нить состояла из переплетения сразу трех материалов. В лаборатории профессора-предателя мне довелось видеть, как создавался один из этих материалов — каменное волокно. Сложнейший и затратнейший процесс, который давал безумно малое количество продукта. А в водолазке Ванвы это каменное волокно было самым дешевым и простым материалом. Стажер лишь слышал рассказы о такой ткани, но никогда не видел в живую.

Юбка с множеством складок по всей длине вообще оказалась произведением искусства. Разглядеть из-за ограждения поля все детали было невозможно, но я отчетливо увидел, что поверх каждой складки на ткани лежат огромные обработанные чешуйки какого-то монстра. Надо быть дураком, чтобы не понять, насколько мощной и опасной было это существо при жизни.

Уходящие под юбку белые колготки тоже не были простой декорацией. Сложный узор из фиолетовой нити медленно переливался на солнце, говоря о том, что по нему течет магия.

Обувь. Я заставил себя перестать разглядывать аккуратные сапожки на небольшом каблучке, чтобы случайно не пустить слюну от удовольствия. Одна только подошва заставляла меня завидовать.

А вот содержание речи Ванвы оказалось скучным и банальным. Сначала она восхваляла Академию и ее преподавателей, затем рассказала, что путь обучения был сложным, но все сумевшие его преодолеть выпускники нашли свое место под солнцем, и все в таком духе.

Спустя минут пятнадцать переливания из пустого в порожнее, девушка начала рассказ про свою работу в качестве одной из начальниц экспедиций, об угрозах, что таятся в глубинах [проклятой земли] и прочих не слишком значимых вещах.

Когда слово взял ее спутник, Брион, я окончательно убедился в своей догадке. Озвучивать ее, правда, я пока не стал — никто не даст мне прервать речь двух высокопоставленных гостей.

Бесит! Как же меня раздражают эти трое! Кто вообще дал им право шататься по Академии, портить имущество и подставлять под удар учеников? Не настолько они и хороши, раз не смогли заметить слежки первогодки, а как хорохорятся-то! Все такие сильные, умные, в шикарных одеждах, зазнавшийся мусор! Мой злобный взгляд поймал Брион, но никак не отреагировал на это.

Его болтовня тоже не содержала ничего интересного. Маг призывал учеников усердно учиться, чтобы в конце выпуска суметь взобраться как можно выше и обеспечить себе хорошую жизнь.

Да что он вообще знает о хорошей жизни? Надменный гад! Пока у ребенка не обнаружатся способности, он может заживо гнить и медленно умирать от голода и холода в одном из приютов столицы. И никому не будет до него дела. Стажер... Я видел это, жил в этом! Всем откровенно плевать на тебя, как бы усердно ты ни учился. Что бы ты ни делал, ты всегда остаешься бессильной бесправной букашкой, пока у тебя не появится класс. И одного только его появления достаточно, чтобы возвыситься над бесклассовыми. Мы здесь все уже обеспечили себе хорошую жизнь, и твои тупые разглагольствования в этом никак не помогут ни нам, ни тем, кто сейчас пытается выжить.

— Обычно, — слова Бриона начали пробираться через затихающий гул вспыхнувшей злости, — приглашенные мастера объявляют о наборе учеников, но не в этот раз. [Проклятые земли] слишком опасны для первогодок, и взять любого из вас с собой в экспедицию мы попросту не можем. Однако, приложите максимум усилий, чтобы через два года вы смогли с гордостью пройти свою первую экспедицию.

На этом он закончил, и после нескольких секунд тишины ректор обозначил окончание выступления:

— Вы можете задать вопросы нашим гостям, есть желающие?

Рука потянулась вверх еще до того как я это осознал.

— Слушаю? — удивился Брион, вновь столкнувшись с моим взглядом.

— Скажите, а твари на [проклятых землях] сильно опаснее крыс в подвалах? — злобно спросил я, перелезая через ограду.

— Прошу прощения? — опешил Брион.

— Говорят, некоторые высокопоставленные лица экспедиции орут от ужаса при виде крыс, так еще и раскидываются огненными заклинаниями по всему подвалу, совершенно не считаясь с потерями, или крысы настолько опаснее? — этот вопрос я задал уже глядя на Ванву.

От такого заявления оба гостя опешили, а их слуги уверенно пошли ко мне навстречу, намереваясь выкинуть меня с поля.

— Хотя, знаете, у меня другой вопрос, когда вы начнете тренировать меня, учитель? — последнее слово я выплюнул громко и по слогам. — Или вы уже не очень удивлены, что ученики могут преодолеть ауру стр...

Договорить я не успел. Мир вокруг в мгновение ока потерял краски, звуки и запахи пропали. Я стоял на тренировочном поле перед тремя людьми. Слуга Ванвы тоже замер, выставив далеко вперед одну ногу.

— И как это понимать? — гневно проревел Брион.

— Что именно? — спросил я, подавляя растущее чувство ужаса и выпуская белую шерсть.

— Твою истерику! — маг сделал шаг ко мне.

— Это не я пытаюсь сжечь имущество Академии от вида небольшой мышки.

— Да что ты вообще знаешь! — возмутилась Ванва.

— Например, что ты теперь можешь издеваться над своим дружком, ведь у него появился ученик.

— Нет у меня никакого ученика!

— Проспорил девчонке и даешь заднюю? — насмешка вылетела изо рта против моей воли, но заставить себя остановиться я не мог. — Или думаешь, что раз уж можешь кататься как сыр в масле, то можешь разбрасываться обещаниями, а соблюдать их перед мусором необязательно?

— Ах ты мелкая тварь! — Брион выпустил волну ужаса в мою сторону.

— А ну хватит, — тихий голос ректора Кармела заставил всех замереть.

— Кармел? — удивился маг.

— Для тебя ректор Кармел, пацан, — отрезал мужчина. — Все четверо за мной.

Способность Бриона развеялась и мир вновь наполнился звуками, запахами и цветами. Со стороны ограды послышались возгласы удивления, и я догадался, в чем была причина. Похоже, навык мага вырвал нас из потока времени, и неожиданное перемещение четырех действующих лиц вместе с появлением ректора, вызвало ожидаемую реакцию у наблюдавших за происходящим.

— И как все это понимать? — устало спросил у меня Кармел, когда мы вошли в его небольшой кабинет.

— Эти трое разрушили подвал, поранили меня и уничтожили краску, ректор Кармел, — ответил я и тут же добавил, — также они использовали ауру страха в стенах Академии, чтобы перемещаться незаметно.

Злость внезапно пропала, и сейчас я винил себя за необдуманную детскую выходку. Но повернуть вспять произошедшее уже невозможно, так что мне оставалось лишь как-то выкручиваться из сложившейся ситуации.

— И ради чего же вы трое уничтожили наши экспериментальные образцы? — толстяк недовольно поджал губы и впился взглядом в Бриона.

— Я пытался ее остановить! — как нашкодивший ребенок завопил маг.

— Ах ты гад, — прошипела Ванва.

— Так и? — Кармел перевел взгляд на девушку. — Ты серьезно? Из-за крысы?

— Прошу прощения, ректор Кармел, — Ванва опустила взгляд. — Я возмещу затраты.

— Возместишь, — согласился мужчина, — но проблема в другом. Неужели в Академии настолько плохо учат, что вы двое оказались не в состоянии проверить, не пострадал ли кто от вашей войны с грызунами?

— Мы не ожидали... — заступился за спутницу Брион.

— А в [проклятых землях] тоже говоришь, что не ожидал? — перебил его Кармел.

— Это другое! Здесь не должно было быть никого, — тут же отозвалась девушка.

— А, так ученики для вас никто? — злость вновь начинала кипеть во мне.

— Нет, но... — Ванва посмотрела на меня виноватым взглядом.

— Но сорок два ученика все же отправились на койки с приступами паники, — вновь не дал ей договорить Кармел.

— Мы не могли предположить, что так выйдет, — подал голос Брион.

— Мне начинает казаться, что назначить вас двоих на место верховных ведцев было ошибкой. Кто вообще в здравом уме будет использовать рядом с детьми [ауру страха]? Ей можно убить вражескую армию, ты вообще думал, что будет с учениками?!

— Мы поможем с лечением учеников, — в разговор вмешался слуга Бриона.

— Хм, — задумчиво произнес Кармел, сменив свое настроение, — ладно, пусть так. Возмещение ущерба и лечение пострадавших в целом будет достаточно для исправления ситуации. А в качестве наказания, со следующей экспедиции все ресурсы в первую очередь предложите Академии и с хорошей скидкой. Поняли?

— Да, ректор Кармел, — хором ответили все трое.

— А что с моим обучением? — напомнил я.

— А что с ним? — удивился Кармел.

— Брион обещал взять в ученики того, кто не сбежит под действием его ауры.

— Когда это я обещал? — возмутился маг.

— В коридоре как раз перед спуском в подвал, — ответил я, ехидно улыбнувшись, — ты поспорил с Ванвой.

Глаза девушки расширились, она явно поняла, о каком моменте идет речь, что не скрылось от взгляда Кармела. Но вперед вопроса ректора, смех девушки подтвердил мое заявление.

— Ты попал, — обрадованно заявила она, хлопая по плечу Бриона, — все произошедшее фигня на фоне этого.

— Мелкая, но вечная издевка стоила того? — вопрос я задал Ванве, но смотрел на Бриона, повторяя его же слова.

— О да, шкет, — не переставая смеяться ответила девушка, — точно стоила.

Брион недовольно сверлил меня взглядом и скрипел зубами, но возразить не мог, поскольку его спутница своим заявлением отрезала все пути к отступлению.