Как же мне везет, ведь тараканы не хищники! Разросшееся до размеров огромной собаки насекомое попыталось укусить щит, но его зубы лишь слегка поцарапали древесину. Черное как смоль существо бесцельно било лапами по каменному полу, пытаясь добраться до меня. Но таракан лишь заставлял меня сильнее упираться ногами, чтобы не потерять равновесие.

Видимо, осознав тщетность своих усилий, тварь отползла назад, все еще перегораживая мне выход. Если она наберет скорость, то точно сумеет уронить меня на пол. Я подошел к углу с ящиками, надеясь, что когда таракан помчится вперед, мне удастся увернуться, а монстр врежется в угол и застрянет в обломках досок.

Реакция черного таракана-переростка на мое движение не заставила себя ждать. Огромное насекомое кинулось ко мне. Я прыгнул к стене, стараясь уйти из-под атаки, и чудовище пронеслось вперед, уперлось быстрыми тонкими лапами в ящики и заползло на стену.

Только этого мне не хватало! Даже если я сейчас выбегу из комнаты, этот монстр проползет по потолку и нагонит меня и свалится на голову. Защититься в узком коридоре от него у меня было еще меньше шансов, чем сейчас. Нет, сейчас все очень даже хорошо.

Поборов свое отвращение, я бросился вперед, хватая щит за ребро, поднял руки и, замахнувшись, ударил углом своего особого оружия под треугольный панцирь на голове. Что-то под ним противно хрустнуло, булькнуло, щит ушел глубже, а таракан отцепился от стены и полетел на меня.

Выпрыгнуть из-под падающей туши было не просто. Хаотично дергающимися лапами тварь больно задела меня, оставив, к счастью, лишь синяк но ноге. Оставшийся в ней щит врезался в каменный пол и еще глубже вошел в тушу монстра.

Голова гигантского таракана отвалилась, щит упал на камни, а вот туша твари продолжила дергаться. Ну да, без головы эта гадина может жить, пока не умрет от голода или жажды. Важные органы не пострадали, так сказать.

Попытка отозвать щит, чтобы призвать его уже в руке, провалилась, тот остался на полу. Обойдя дергающуюся тушу монстра, лежащего на спине и не способного изогнуться, наверняка из-за своих размеров, я подошел к своему «особому» оружию ближе и в какой-то момент буквально почувствовал, как от него ко мне тянется тонкая нить. Стоило ей появиться, как щит послушно исчез из этого мира и через мгновение вновь появился уже в моей руке.

Голова таракана валялась ко мне ближе и не подавала признаков жизни. Ну хоть что-то радует, — без добычи я сегодня не остался. Небольшой треугольный панцирь все еще остался на голове чудища. Аккуратно поддев его ножом, я без особого труда срезал твердую часть. Под панцирем оказалась плотная масса, что-то вроде мозга, в которой красными огоньками блестели вкрапления сконцентрировавшихся магических камней. Увы, они оказались слишком мелкими, чтобы даже пытаться их достать, и больше напоминали крупные пылинки.

Рассмотреть их было сложно, несмотря на достаточно яркий свет от ламп. Я наклонился чуть ближе, завороженно наблюдая за неуловимым мерцанием. Но оно вспыхнуло и исчезло. Ну и ладно. Так или иначе это магическая энергия, а она обязана была поглотиться ближайшим подземельем.

Убрав панцирь в рюкзак, я окинул взглядом трепыхающегося обезглавленного таракана. Будь у меня меч, можно было бы отрезать лапы, перевернуть монстра и содрать с него плотный хитиновый панцирь, под которым скрываются бесполезные крылья. Но вот ножом провернуть такое не получится.

Я уже почти вышел из комнаты, когда глупая идея появилась в голове. Все внимание невольно сосредоточилось на лапах монстра, они двигались не очень быстро. Нет, это слишком опасно! Или стоит попытаться? Без головы таракан не сумеет меня найти, да и съесть без своих челюстей у него не получится.

Выхватив нож, я подбежал к ближайшей лапе и со всей силы резанул по ней возле самого туловища. Раздался противный хруст, и лапа легко упала на пол. За ней последовала вторая, третья и все остальные. Поразительно! Этот таракан не пытался меня ударить, не перевернулся, а с каждой отрезанной конечностью становился все более и более тихим. Он смирился со своей участью?

Перевернуть лишенного конечностей таракана оказалось тоже достаточно просто. Он вряд ли весил больше двадцати килограмм. Может и вовсе помер? Оторвать верхние половины панциря оказалось совершенно несложно. Они чуть ли не сами отвалились, стоило только слегка потянуть хитиновые пластины.

Закрепить их на рюкзаке оказалось сложнее. Прочные с острыми краями они могли в любой момент перерезать веревку. А другой у меня не было. Решение нашлось простое. Лапы таракана представляли собой полые трубки, достаточно прочные, чтобы не быть разрезанными панцирем, но имеющими круглую форму, которая не будет перетирать веревку. Единственный надрез вдоль всей длины превращал лапу в идеальную защиту для веревки.

Где-то за час я управился с разделыванием таракана, и уже направился к выходу из комнаты, когда в тоннеле раздались какие-то звуки. Что-то тяжелое негромко клацало чем-то небольшим и твердым по каменному полу. Неужели мое везение на этом закончилось?

Заранее призвав щит я осторожно выглянул в темный коридор с серыми стенами. Что-то небольшое двигалось в мою сторону. Темный силуэт напоминал небольшой бугор, нарост, состоящий из такого же темного камня, как и все вокруг. Но я уже знал, что сюда неспешно подбирается та, ради кого я и спустился в канализацию.

Вот только эта крыса была раз так в десять крупнее моей цели! И если безмозглый таракан не представлял реальной угрозы, то подросший в пропитанном магией пространстве грызун мог стать серьезной проблемой. И сражаться мне с ним нечем.

Я пробежал взглядом по комнате с пустыми ящиками стараясь найти для себя хоть какое-нибудь оружие. Досками крысу не забить. Можно было попытаться зарезать ее острыми краями хитинового панциря, но только в теории. На практике же у меня вряд ли получится махать метровым куском хитина, за который даже взяться негде.

Должно же быть решение! Если попробовать поставить баррикаду из ящиков, то можно понадеяться, что крыса не пойдет за мной. Мало вероятно. Эти ящики для нее ничего не значат. Пробьет их или вовсе обойдет по каналу со стоками. Попытаться поймать крысу в ящик и оглушить? Нет, тонкие потрепанные временем доски не выдержат даже одного удара. Щит? Даже если он спасет от зубов грызуна, то никак не поможет от массивных когтей, которыми крыса неспешно клацает по единственной спасительной дорожке. Взгляд остановился на оставшейся от таракана тушке. Может быть так?

Вытолкнуть остатки таракана из комнаты было вопросом десятка секунд. Стоило мне показаться в тоннеле, как крыса замерла. Я не видел ее, но отчетливо ощущал внимательный изучающий взгляд монструозного грызуна. Медленно, стараясь не делать резких движений, я продолжил толкать тушу насекомого в сторону огромной крысы.

До серого холма оставалось метров пять. Если бы в этот момент хвостатое чудовище решило бы напасть, я не успел бы даже среагировать. Но серый холм лишь медленно двигал ушами, которые теперь легко было разглядеть.

Оставив на этом расстоянии мертвого таракана, я медленно начал отходить назад. Когда я уже оказался возле проема, ведущего в единственное светлое место в этом тоннеле, крыса наконец сдвинулась с места.

Грызун один быстрым движением оказался возле подношения и начал его обнюхивать. Неужели он что-то чувствует в царящем вокруг смраде? Нет, сейчас это не важно. Мне нужно продолжать отходить дальше.

Пока ноги нащупывали место для очередного шага назад, я не отводил взгляда от начавшего теряться в темноте грызуна. Тот долго обнюхивал таракана, а затем принялся его поглощать. Чавкающие звуки, перемежающиеся со скрежетом когтей и хрустом чего-то разламывающегося внутри насекомого, постепенно начали ускоряться. Крыса ела мое подношение все увереннее и быстрее.

Тело само прекрасно понимало, что пора бежать. Сознанию даже не пришлось отдавать команды, весь организм действовал сам. В ближайшие несколько минут эта тварь будет занята трапезой. За это время я обязан добраться до следующей лучевой дороги и выбраться на поверхность. Поэтому сейчас остается только бежать, бежать как можно быстрее.

Глухие удары тканевой подошвы о камень были едва слышны за оглушающим громом биения сердца. Пора начать привыкать к этому? С каждым новым шагом ноги двигались все быстрее. Не останавливаться, не оглядываться, только бежать!

Совсем скоро я выберусь из этого серого коридора, бесконечно тянущегося вперед. Главное — не останавливаться. Как бы я не устал, нельзя останавливаться. Крыса уже должна была закончить пожирать таракана и вполне могла отправиться за мной.

Ослепительная вспышка света тяжелым молотом ударила мне в лицо. На мгновение я подумал, что упаду, но тело зависло в воздухе, не желая падать. Нога тут же нащупала пол, и я восстановил равновесие, будто уже знал, как вести себя в подобной ситуации. На коже появилось легкое тянущее ощущение, словно что-то прилипло к ней. Но обращать внимание на такие мелочи попросту не было времени.

Залитый ярким солнечным светом тоннель был один в один похож на тот, который был под основной лучевой дорогой. Только здесь было действительно светло. Солнечные лучи под самыми разными углами попадали под землю, отражались и превращались в ослепительные звезды, за которыми едва угадывались очертания.

Все же отдельные белесые силуэты остались. Этот тоннель оказался до боли в глазах ярким после лишенного света коридора. Тут и там мне мерещились стены, подпорки, решетки, но всякий раз они оказывались лишь легкой дымкой, которая неохотно рассеивалась по мере моего продвижения вперед.

Лестница наверх нашлась не сразу. Ее тоже окутывала невозможно яркая пелена света, но спутать винтовой подъем с чем-либо еще было невозможно. На ощупь я вскарабкался по ступенькам на поверхность.

Мир сразу же стал темнее. Бесконечные пятна света исчезли, предметы обрели четкие границы, и все вокруг наполнилось красками. Вот только люди вокруг старательно обходили меня стороной. Не удивительно. Я бы тоже шарахался от того, кто только что вылез из канализации. Наверняка от меня чудовищно несет стоками, вот только я уже привык к запаху.

Дорога к дому Артея заняла не больше двадцати минут. Пока еще день, мне нужно было поскорее отдать ему хитин, в надежде, что мужчина выкупит его хоть по какой-нибудь цене. После я собирался отправиться к реке, чтобы избавиться от окружающей меня вони, а то надоело, что меня обходят за полсотни шагов.

Я постучался в дверь к ремесленнику. Артей открыл не сразу, но стоило ему взглянуть на меня, как он разразился пятиминутной гневной тирадой.

— Эй, не так уж сильно от меня и воняет! — возмутился я. — Сам, знаешь ли не в восторге.

— Да дело не в этом! — удивил меня ремесленник. — Ты на себя вообще смотрела?

Он скрылся в доме, чтобы через минуты вытащить круг чистого зеркала. Стоило мужчине повернуть его ко мне, как в глаза ударил нестерпимый свет.

— Это что еще такое? — испугался я. — Ничего не видно!

— Что же с тобой делать то, — недовольно протянул Артей, утаскивая меня в дом.

Вместе с помощью ремесленник объяснил, что именно так пугало людей вокруг. На самом деле их пугало сразу две вещи. Первой была моя белая шерсть. По всей видимости, стоило мне испугаться, как я потерял контроль над способностью и та начала действовать по своему усмотрению, стараясь защитить меня от возможных атак. Проблема заключалась в том, что в столице мало кто имел класс, и даже среди обладателей классов почти не было людей, способных к подобной трансформации внешнего вида. Так что хорошо еще, что меня не приняли за монстра, либо я просто не встретил патрульных.

Вторая вещь, которая не столько пугала людей, сколько лишала их желания даже смотреть на меня, была вовсе не запахом, как я предполагал. Ей оказалась ослепляющая паутина [стеклянного паука].

Так вот, что удержало меня в воздухе, когда мне показалось, что я запнулся! Это были сети паука, который облюбовал один из тоннелей канализации. Я попытался вспомнить об этом существе, но у стажера были слишком расплывчатые знания о нем.

На выручку пришел Артей. Пока ремесленник помогал мне распутаться, закрыв перед этим все окна плотными шторами, мужчина рассказывал о пауке. С его слов [стеклянные пауки] сами по себе вырастали достаточно крупными, чтобы ловить в свои сети мелких животных и даже детей.

Страшно даже подумать, что случилось бы, окажись там такой же монстр как тот таракан или крыса. Даже для обычного паука эти два переростка могли стать обедом. А ведь на их месте мог оказаться и я.

— Вот и готово, — ремесленник отряхнул руки и, закрыв паутину тряпкой, направился открывать окна.

— Так что, купите хитин? — вспомнил я о своей основной цели.

— Хитин? — старик недовольно цокнул языком. — Нет, хитин мне не нужен. Крупные панцири можешь отнести алхимику. А вот паутину я бы у тебя купил, если продашь.

— А что можно сделать из того куска, что я оторвал от головы?

— Да ничего ты с ним не сделаешь. Он твердый, недостаточно хрупкий, чтобы его можно было перемолоть в зелья, но и слишком непрочный, чтобы из него можно было сделать броню или оружие.

— Только выкинуть? — расстроился я, вспоминая, что треугольный фрагмент с головы таракана достался мне с наибольшим трудом.

— Ну... — Артей на минуту замолчал, повернувшись спиной к окну. — Есть вариант обработать его, сформировать из него фрагмент щита и улучшить тот кусок дерева, что есть у тебя.

— Почему я слышу в этом варианте десятки но? — ответ ремесленника заставил меня насторожиться.

— Ну смотри. Нужно зелье [пластичных жуков], либо общей пластичности, чтобы можно было работать с панцирем. Затем нужна смесь, которая поможет панцирю снова затвердеть, это еще четыре разных зелья. После заготовку нужно будет покрыть укрепляющей пропиткой. Все это должны делать алхимик и оружейник, чтобы можно было интегрировать панцирь в твой щит. Это твой навык?

— Вроде того.

— Так вот это уже шесть зелий и работа двух мастеров. Каждое зелье стоит не меньше серебряного, скорее по три или четыре монеты. С работой все обойдется где-то в половину золотого. Потянешь?

Половина золотого? Да ты шутишь! Мне повезло достать восемь монет.

— Сомневаюсь, что получу половину золотого за те обрывки паутины, что ты с меня снял, — развел я руками.

— Тебе спасибо придется сказать, если я половину серебряного за них дам, — хмыкнул ремесленник.

Сходив на второй этаж, Артей отдал мне пятьдесят медных монет. Мужчина хотел что-то еще сказать, но стоило ему раскрыть рот, как в дверь постучали. Ремесленник открыл дверь, и в дом вошли двое стражей.

— Так это сюда зашел монстр в паутине? — тяжелым голосом спросил один из патрульных.