Они выглядели как близнецы, но оружие держали разное: один сжимал меч, другой опирался на посох. От остальных Пещерных эльфов их отличала одна решающая деталь.

Глаза.

Они сверкали, словно искусственно вживленные рубины.

— Это вы? — сверкнув алыми глазами, спросил мечник.

Голос звучал мрачно и подавляюще. Одного его звука было достаточно, чтобы люди почувствовали необъяснимую тяжесть.

— Молодой господин, — прошептал Одриас Михаэлю Гилфорду, — у меня плохое предчувствие.

Михаэль тоже ощутил, что ситуация выходит из-под контроля, но отступать не собирался.

— Нет. Я так не думаю.

Он не хотел упускать с таким трудом добытую возможность. Единственным его желанием было как можно скорее вернуться к отцу с трофеями, подтверждающими успех.

«Победа прямо перед глазами! Еще немного, и я наконец добьюсь своего. Неужели вы думаете, что я уйду сейчас?!»

Унизительные дни, когда его, заклейменного посредственностью, постоянно сравнивали со старшими братьями и сестрами, пронеслись перед глазами как в калейдоскопе.

— Вы — Короли Авианов? — расправив плечи, гордо выкрикнул Михаэль Гилфорд.

Два Пещерных эльфа с горящими глазами замерли и уставились на него.

— Я воскресил вас. Поэтому требую справедливого вознаграждения. Не может же тот, кто именует себя королем, нарушить слово?

Михаэль, не моргая, сверлил взглядом существ. Эльфы некоторое время молча смотрели на него в ответ. В повисшей тишине сердце Гилфорда колотилось так, словно готово было разорваться.

«Давайте, скорее отдайте мне награду. Корону Нахака, которая убедит всех!»

Эльф с мечом поднял палец и указал на Михаэля. В глазах юноши вспыхнули надежда и восторг. Но лишь на мгновение.

— Мы не короли. Мы верные слуги Короля.

Следом заговорил эльф с посохом:

— Мы — Хранители, оберегающие гробницу великого монарха. Мы выявляем лжецов и уничтожаем их.

Улыбка сползла с лица Михаэля, сменившись гримасой ужаса. Надежда разлетелась вдребезги.

— Молодой господин! — Одриас поспешно дернул его за рукав.

Всё пошло прахом. Разумом Михаэль это понимал, но сердце отказывалось принимать правду. Пока он барахтался в пучине шока, оба Пещерных эльфа одновременно указали пальцами на Гилфорда и его свиту.

— Как вы посмели предложить кровь ничтожного простолюдина перед лицом величественного владыки небес и земли?! — в унисон взревели стражи.

Воздух вокруг мгновенно остыл. Зловещая тишина, полная враждебности, окутала зал. Наблюдавшие издалека мечники Древнего Королевства, осознав провал, молча переглянулись.

— Те, кто осквернил покой Короля грязной кровью, заслуживают лишь смерти.

— Мы смоем грязную кровь вашей же грязной кровью.

Два Пещерных эльфа одновременно обнажили оружие.

— Молодой господин!

Одриас выхватил меч, заслоняя собой Михаэля.

— Сейчас! Беги...!!

Договорить он не успел. Невидимые магические оковы сковали тело Мастера Меча, и в следующее мгновение украшенный драгоценными камнями клинок пронзил его шею.

— Ста... Старик!!!!

Пронзительный крик эхом разнесся над Гробницей Короля Авианов.

Увидев, как могущественный Мастер Меча Одриас погиб от одного удара, остальные воины Древнего Королевства мгновенно утратили волю к битве. И Михаэль Гилфорд не стал исключением.

«Бесполезно! Отец... нужно позвать отца!»

Он тут же развернулся и бросился наутек. Но слуги короля Нахака не собирались его отпускать. Магические путы сковали конечности, а острый клинок полоснул по ногам.

— А-а-а-а-а!

Михаэль Гилфорд с перерезанными сухожилиями взвыл, как раненый зверь, и покатился по полу перед королевской усыпальницей.

Расправившись с ним, Пещерные эльфы переключились на остальных мечников Древнего Королевства. Зачистка не заняла много времени. Пятерых выживших, за исключением мертвого Одриаса, с отрубленными ногами затащили внутрь черной гробницы.

— Легкая смерть для вас — непозволительная роскошь.

— Вы умрете от удушья в кромешной тьме, слушая собственное дыхание.

Эльф с посохом пробормотал заклинание, и одна из стен обрушилась, извергая лавину человеческих костей. Мечник начал по очереди хватать живых людей и швырять их в нишу стены.

— Н... нет!

— Прекратите!

— Мы... мы виноваты! Пощады!

Их мольбы оборвались, когда стена, повинуясь магической силе, сама собой заделалась, похоронив пленников заживо. Из-за камня еще некоторое время доносились приглушенные рыдания и крики, но вскоре всё стихло.

— ...

Ким Сончхоль внимательно наблюдал за происходящим.

«Похоже, Мими Азраэль видела ту же картину. И сбежала одна».

В этот момент эльф с мечом повернул голову в сторону укрытия Сончхоля.

— Кто там? Назовись.

Ким Сончхоль остался в тени, не выдавая себя. Пещерные эльфы некоторое время всматривались в темноту, но затем направились к своей гробнице. Слуги Короля так и не обнаружили его.

«Вот каков их уровень».

Сончхоль тихо вздохнул и неспешно вышел из мрака.

— Ко-ко! Ко-ко!

В его руке, трепыхаясь, как птица, пищал детеныш Нахака. Услышав звук, Пещерные эльфы резко обернулись. Вживленные рубины в их глазницах зловеще сверкнули.

— Кто ты? — в один голос спросили стражи.

Ким Сончхоль поднял руку с птенцом и спокойно ответил:

— Как видите. Человек, пришедший принести жертву.

Эльфы уставились на Нахака в руке Сончхоля. Птенец с белоснежными перьями. Глаза стражей снова вспыхнули.

— Принести ничтожные белые перья... Неужели ты ничего не понял, глядя на то, как умирали твои сородичи?

— Видимо, таков уровень примитивных людей.

Слушая их, Ким Сончхоль лишь утвердился в своих догадках.

«Как и ожидалось, проблема в белых перьях».

Он мысленно вернулся к сцене в Питомнике. Из-за темноты было плохо видно, но в его памяти в клетках находились только Нахаки с белым оперением. Это означало, что особи с другим цветом перьев — редкость.

«Та женщина знала всё с самого начала».

Впрочем, сейчас нужно было решить другую проблему. Слуги Короля Авианов излучали неприкрытую враждебность.

Ким Сончхоль опустил Нахака на землю. Птенец, с любопытством оглядевшись в незнакомой обстановке, вскоре обнаружил труп Одриаса и своим острым клювом принялся выклевывать ему глаза.

Пока раздавался чавкающий звук проглатываемого глазного яблока, Сончхоль медленно вытянул правую руку. Из Хранилища Душ появился Фал Гараз. Божественный артефакт, выкованный из осколка небес.

— ...!!

Увидев молот, оба Пещерных эльфа попятились. Им не нужны были объяснения — они нутром чувствовали, что в этом оружии заключена необычайная сила и история.

— Вы! Вам всем конец! — завопила уже привыкшая к подобному Бертельгия за спиной Сончхоля.

Сончхоль небрежно положил молот на плечо и направился к эльфам. Страж с посохом начал читать заклинание на непонятном языке. Вокруг его рта, подобно кругам на воде, расходились магические волны.

Когда Сончхоль пришел сюда впервые, он не понимал природы этой магии, но теперь знал точно.

«Оковы».

Невидимые путы крепко стянули руки и ноги Ким Сончхоля. Гравировка Души «Глаз Истины» подсказала, что его связали мертвые души.

«Действительно грязная магия».

Эльф с мечом уже мчался к нему. Та же тактика, что и с Одриасом. Но их методы на Ким Сончхоля не действовали.

По телу мужчины пробежала волна божественной силы. Почувствовав этот импульс, Сончхоль напряг мышцы и слегка повел плечами.

— Кья-я-я-я-я!

— Гха-а-а-а-а!!

Духовные оковы, сковывавшие его конечности, лопнули, как гнилые веревки, и с жутким воем, достойным преисподней, развеялись в воздухе.

— ...?!

Лицо мага исказилось от ужаса. Произошло то, что противоречило здравому смыслу.

В тот же миг атакующий мечник, сосредоточив всю волю на клинке, уже наносил удар, метя в сердце Сончхоля. Он предвкушал ощущение пронзаемой плоти.

Но его ожиданиям не суждено было сбыться. Вместо этого глухой удар сотряс его тело.

Хвать.

Мощная человеческая рука сомкнулась на горле Пещерного эльфа. В рубиновых глазах стража промелькнули шок и изумление. Почувствовав сокрушительную силу хватки, эльф выронил меч и вцепился обеими руками в душащую его кисть, пытаясь разжать пальцы. Он яростно царапал кожу острыми когтями, но на стальной руке человека не осталось даже царапины.

Хруст!

Раздался звук ломающихся костей. Сознание эльфа погасло, а следом, под аккомпанемент глухого удара о землю, исчезла и жизнь.

— ...

Оставив позади труп с размозженной головой, Ким Сончхоль двинулся к следующему противнику. Эльф с посохом, отчаянно махая руками, пятился назад и торопливо заговорил:

— Стой. Человек! Я скажу тебе способ. С синими перьями...

Бам!

Стало на один труп с размозженной головой больше.

— Значит, синий цвет, говоришь?

Пазл сложился. Оставалось лишь вернуться в Питомник и найти Нахака с синим оперением.

— Эй, а что делать с этим? — спросила Бертельгия, глядя на птенца, клюющего труп Одриаса.

— ...

— Ты же не собираешься использовать его как ингредиент для готовки?

— Я не ем разумных существ.

— Правда?..

— ...Кроме драконов.

Ким Сончхоль убрал Фал Гараз в Хранилище Душ и направился в сторону Питомника. Однако стоило ему подойти к выходу, как с другой стороны гробницы донеслись голоса.

— Госпожа Мими! Вот он! Здесь черный квадрат!

Голос Гомункула.

Ким Сончхоль остановился и присмотрелся. Из-за угла скрытого прохода закованный в броню Гомункул вел под руку окровавленную женщину. Мими Азраэль, лишенную глаз.

Слепая женщина водила головой из стороны в сторону:

— Уджича. Тот Мастер Меча... он точно мертв?

В ее голосе сквозил неподдельный страх.

— Да! Уджича видел собственными глазами! Госпожа Мими! Того Мастера Меча убил Пещерный эльф с блестяшками! Вон там лежит его труп!

— А Хранители гробницы?

— А? Кажется, они собирались войти в гробницу, но теперь все мертвы.

— Мертвы? Хранители?

— Да. У всех головы разбиты.

— Как такое возможно? Кто мог убить Хранителей... Неужели сам Вилли Гилфорд...?!

Она затаила дыхание, прислушиваясь. В подземелье царила лишь мертвая тишина, признаков присутствия живых не было.

— Нужно спешить. Уджича.

— Понял!

Гомункул подвел Мими Азраэль к алтарю. Женщина нащупала каменную плиту. Найдя опору, она достала из Хранилища Душ два магических посоха и, используя их как костыли, с трудом поднялась на ноги.

— Кх-х...

Стоя перед алтарем, Мими Азраэль «посмотрела» вниз, туда, где должен был стоять Гомункул, и ласково произнесла:

— Уджича. Можно я тебя обниму ненадолго?

— А? Госпожа Мими хочет обнять меня?!

— Это моя последняя просьба.

Гомункул, растроганный до слез, всхлипнул. Ким Сончхоль и Бертельгия молча наблюдали за этой сценой издалека.

— Что она делает? — спросила Книга.

Сончхоль тоже задавался этим вопросом.

«Что она задумала?»

Он продолжал следить за действиями Мими Азраэль. Гомункул прильнул к ее груди.

— Сними шлем, — мягко попросила она.

— А можно?

— Можно, — кивнула она с нежной улыбкой.

Гомункул снял железный шлем. Под ним открылось ужасающее зрелище. Это было не лицо, а сшитые вместе куски плоти, образующие уродливый мясной ком.

— Угх...

Бертельгия, не в силах на это смотреть, спряталась за спину Сончхоля, но тот продолжал пристально изучать истинный облик Усиленного гомункула. Одна странность бросилась ему в глаза.

Он отличался от обычных Гомункулов. Сквозь жуткие шрамы, бесчисленные нарывы и ожоги проглядывало нечто знакомое.

«Как и думал, это не простой Гомункул. А этот рот... неужели... след от отрезанного клюва?»

В этот момент тело Гомункула внезапно напряглось. Острый кинжал вонзился ему в шею.

— Ми... Госпожа Мими?..

Заливаясь кровью, Гомункул повернул голову, дергаясь, словно сломанная заводная кукла. Мими Азраэль швырнула его на алтарь и, вгоняя кинжал глубже, ласково прошептала:

— Прости. У меня нет выбора.

— Эта жизнь все равно была подарена госпожой Мими. Значит, госпожа Мими вправе забрать её. Но в глазах темнеет... Так больно...

— ...Когда я обрету силу, я верну вас к жизни.

Мими Азраэль провернула кинжал в ране. Раздался хруст, и Гомункул затих. Кровь из его тела хлынула потоком, заполняя желоба алтаря.

В глазах Ким Сончхоля читалось удивление.

«Неужели этот Гомункул... был создан с использованием крови синеперого Нахака?»

В следующее мгновение земля содрогнулась. Мощная вибрация пронзила все подземелье, отдаваясь в каждом камне. Черная гробница начала подниматься в воздух. Истинная Гробница Короля Авианов, скрытая внутри, наконец являла себя миру.

[ Живые и мертвые, падите ниц. ]

[ Шествует Король Погибели Маракия. ]

В то же время.

Башня Отшельника.

В древней башне, почитаемой как самое священное и таинственное место в Ином мире, хранилась реликвия, пришедшая из незапамятных времен.

Имя ей — Книга Бедствий.

В этом артефакте, страницы которого заполнялись не рукой человека, а волей богов, прямо сейчас происходили значительные изменения.

— Быть того не может...! В Книгу Бедствий добавляется новая запись?!

Хозяин башни, Святой Порфирий, даже не поправив сбившуюся одежду, поспешил в священное святилище, где покоилась Книга.

И он увидел.

Текст о семи бедствиях изменялся, и одновременно с этим в первой строке появлялось новое пророчество.

[ Король с клювом и крыльями, пожравший собственный род, вновь расправит крылья греха и покроет мир тьмой. ]