— Прочь с дороги. У меня нет времени на таких, как ты.

Внутри у Алтузиуса все клокотало от нетерпения. Однако Каз Алмейра, словно издеваясь над чувствами старика, неспешно шагнул навстречу, кривя губы в холодной усмешке.

— Всегда было интересно, как какой-то жалкий маг умудрился убить заместителя главы Ордена Убийц.

Каждая секунда была на счету, но убийца по имени Каз преградил путь с такой вальяжностью, будто прекрасно знал, насколько спешит его противник.

— Не хочешь умереть — исчезни.

— Видимо, тот маг был прав. Раз ты так нервничаешь, когда тебя прижали, значит, у тебя и правда рыльце в пушку.

Каз Алмейра с жестокой ухмылкой двинулся на Алтузиуса. Лицо старика перекосилось:

— Тот маг? О ком ты говоришь?

Впрочем, он уже знал ответ. «Леонард. Неужели этот ублюдок...?!»

Вместо ответа убийца лишь презрительно фыркнул и выхватил два кинжала. Вжик. Холодные лезвия сверкнули прямо перед глазами Алтузиуса.

Ким Сончхоль проник сквозь Безмолвный барьер.

Ба-бах!

Угол второго этажа разлетелся в щепки. Наблюдая, как во все стороны летят куски дерева, Сончхоль понял: в Обители Раскаяния идет бой.

«Кто с кем сражается?»

Сквозь пролом в стене было видно, как светловолосая девушка в плотной мантии, разворачивая магический круг, отступает назад. Это Сараса. Ее преследовал парень в форме с красноватым отливом.

«Леонард?»

Он хохотал, как безумный, и без разбора поливал Сарасу «Сиянием».

— И-хи-хи-хи! Сдохни! Сдохни!

Они скрылись в глубине здания, и вскоре до ушей донесся очередной грохот взрыва. Ким Сончхоль бесшумно скользнул в пролом и оказался в коридоре второго этажа.

Сараса и Леонард стояли друг напротив друга, продолжая противостояние. Равновесие в схватке еще не нарушено, так что вмешиваться пока рано. Сончхоль скрыл присутствие и растворился в темноте.

— Почему ты нападаешь на меня? — выдохнув облачко пара, спросила Сараса.

Леонард Санктум ответил с улыбкой:

— Ничего личного. Ты и так уже труп, какие могут быть обиды на мертвеца?

У внезапной агрессии Леонарда должна быть причина. Хоть он и был психически нестабилен, дураком его не назовешь. По крайней мере, он знал о защитном барьере вокруг покоев Сарасы и понимал: стоит его задеть, как тут же примчится ужасающий Алтузиус. И все же он решился на это.

Ким Сончхоль нашел разгадку во внешнем виде Леонарда. Лицо парня отливало мертвенно-синим цветом, как у зомби. Одежда на спине, начиная от лопаток, была разорвана, открывая кожу, испещренную бугристыми отверстиями.

Сончхоль знал, что это значит.

«Кто-то подсадил в его тело яйца ядовитых насекомых. Почерк семьи Гримальда, одного из четырех великих домов Ордена Убийц. И почему у него нет одного уха?»

Яйца в теле. Отрезанное ухо. Сложив два факта, Ким Сончхоль пришел к выводу: «Вмешался Орден Убийц».

Причины их вмешательства неизвестны, да и гадать не стоит. Эта группировка готова на все за достойную плату, так что поводом для убийства может стать сущий пустяк.

— Я не плохой, это твой дед плохой. Если бы этот старый лис передал мне Секреты Школы Небес, ничего бы не случилось, — прошипел Леонард, угрожающе изрыгая пламя из посоха.

Сараса, окутанная холодом, стояла неподвижно, сверля врага ледяным взглядом. Однако она не могла использовать всю свою силу. Причина крылась в крошечной царапине на ее лице. Леонард нанес подлый удар и повредил часть магии сохранения, наложенной на ее тело. Казалось бы, пустяк, но для Сарасы это стало критическим ударом. С нарушенным балансом заклинания любое использование магии привело бы к стремительному увяданию ее лица.

Типичная для Леонарда подлая и грязная тактика.

Сараса молчала. Она не хотела терять лицо, поэтому действовала осторожно.

«Нужно просто выиграть время. И тогда я победю».

— Кю-инг...

Белка-летяга в кармане страдала от исходящего от хозяйки холода.

— Потерпи немного, — тихо прошептала девушка.

Глядя на ухмыляющегося Леонарда, она сконцентрировала ману.

— «Ледяная стена»!

Между ними выросла преграда изо льда. Сараса попыталась использовать этот момент для отступления, но Леонард словно ждал этого хода: едва стена появилась, он ударил накопленной магией, разнеся ее вдребезги.

— Куда собралась?! Давай еще поиграем, мертвая кукла!

Хоть Сараса и не сражалась в полную силу, она умело парировала атаки. Но чем дольше длился бой, тем больше жизни уходило из ее кожи — она начала сморщиваться.

После серии обменов ударами наступила короткая пауза. Серьезных ран ни у кого не было, но Сараса выглядела явно более измотанной.

— Фух...

Тем не менее, она не теряла боевого духа. У нее была надежда.

«Еще немного продержаться, и дедушка придет».

Словно прочитав ее мысли, Леонард заговорил:

— Думаешь, надо просто потянуть время?

Удар в самое больное место. Сараса пронзила его взглядом ярко-синих глаз. Леонард самодовольно ухмыльнулся:

— Дура. Сколько ни тяни, Алтузиус не придет. Его сейчас задерживает очень страшный человек. К тому же снаружи установлен Безмолвный барьер. Так что никто не придет тебя спасать. Помощи ждать неоткуда.

Леонард, способный использовать два Магических отпечатка, зажег в одной руке свет, а в другой — пламя. Он собирался покончить с ней.

— Думаешь, почему я напал на тебя? Мог бы сделать это давно. Но раз уж все так обернулось, пощады не жди.

— Делай что хочешь, — глаза Сарасы полыхнули холодом.

Леонард фыркнул.

— Скажу тебе, что я собираюсь сделать. Слушай внимательно. Я одолею тебя, но оставлю в живых, чтобы создать из твоего тела одно произведение искусства.

— Произведение искусства?

— Ага. Настолько прекрасное, что твой дед упадет в обморок, едва взглянув на него.

В глазах Леонарда плескалось безумие.

— Ты спятил, — холодно бросила Сараса, но внутри нее шевельнулся страх. Безумие во взгляде Леонарда было абсолютно искренним.

— Повторяю, ты не виновата. Вини во всем этого старика! Это он довел меня до такого состояния!

Леонард Санктум развернул магию на полную мощь. Сараса мобилизовала все доступные резервы, чтобы отразить свет и жар, но силы были на исходе.

И тут случилось непредвиденное.

— Кю-инг...

Белка-летяга в кармане не выдержала холода и потеряла сознание. Почувствовав это, Сараса на мгновение утратила концентрацию. Раздался взрыв, и девушку отбросило к стене. Она сползла на пол.

Бой окончен.

— И-хи-хи-хи!

Леонард медленно шагал к поверженной противнице.

— Вот что называется «нет худа без добра», а? Когда этот ублюдок избивал меня, сажал в тело яйца и резал уши, я думал, что мне конец. Кто бы мог подумать, что это кратчайший путь к такой сладкой мести.

Леонард Санктум ненавидел семью Алтузиуса даже больше, чем изувечившего его убийцу. К чувству предательства примешивалась горькая обида: если бы старик не выгнал его, ничего бы этого не случилось.

— Но не волнуйся. Когда вы сдохнете, я скоро последую за вами.

— Что? — с мукой на лице спросила Сараса.

— Тот ублюдок не оставит меня в живых, когда узнает, что вы не связаны с Врагом Мира. Ну и ладно. Зато даже после смерти смогу мучить вашу семейку.

Леонард достал из-за пазухи кинжал.

— Ну что, какое произведение искусства сотворим?!

Лезвие сверкнуло, готовое опуститься. Но в этот момент из темноты вышел мужчина.

Леонард, почувствовав чужое присутствие, резко обернулся. Его безумные глаза забегали.

Это был Ким Сончхоль.

— А это еще кто?

Леонард, словно хищник, заметивший добычу поаппетитнее, забыл про Сарасу и повернулся к новому врагу.

— Я как раз собирался тебя поймать и развлечься.

— Отвечай на вопрос, — произнес Ким Сончхоль.

— Чего?

— Я слышал, убийца ищет Врага Мира. Это правда?

Вместо ответа Леонард усмехнулся:

— Какое твое дело, ничтожество...

Договорить он не успел. Огромная ладонь Ким Сончхоля впечаталась в лицо Леонарда и с силой вбила его в пол. Доски разлетелись в щепки, затылок Леонарда наполовину ушел в перекрытия.

В глазах мага мелькнул ужас, но было поздно. Ким Сончхоль схватил его за волосы, приподнял и снова ударил головой об пол.

Бам! Бам! Бам!

Удары следовали один за другим. Из горла Леонарда вырвался нечленораздельный визг:

— П... Пощади! Сп... си! Те!

Сончхоль разжал пальцы на его лице. Вместо этого он перевернул Леонарда и с силой наступил армейским ботинком на то место, где под кожей копошились личинки.

Хрусть! Хрусть!

Раздавленные тяжелой подошвой твари внутри тела начали биться в агонии. И эта агония мгновенно передалась хозяину.

— А-а-а-а-а!

Леонард забился, как пораженный молнией зверь. Сараса, прижимая к груди белку-летягу, с ужасом и изумлением наблюдала за этой сценой.

Закончив короткую пытку, Ким Сончхоль повторил вопрос:

— Отвечай, маг. Если забыл вопрос, я напомню.

Стоило прозвучать его суровому голосу, как Леонард, давясь воздухом, истерично затараторил:

— Д-да! Верно! Тот тип... нашел Врага Мира! Мне велели узнать, где он... найти его... поэтому...

Он был уже наполовину безумен. Ким Сончхоль схватил его за правую руку и буквально вырвал ее из сустава.

— А-а-а-а-а-а!

Говорят, магия концентрируется в правой руке. Потеряв ее, человек лишается способности колдовать.

Отбросив искалеченного Леонарда, Ким Сончхоль подошел к Сарасе.

— Ты не ранена?

— Ран нет, но... кто вы такой?

Глаза девушки блестели.

— ...Я просто проходящий мимо первокурсник.

В этот момент снаружи раздался знакомый крик:

— Сараса! Сараса! Ты здесь?!

Голос Алтузиуса. Хоть старик и запыхался, в его тоне по-прежнему звучала властность. Сончхоль заметил, что за ним следует черный туман.

«Этот туман и есть убийца?»

Ким Сончхоль протянул руку Сарасе.

— Иди и покажи деду, что ты жива.

Сараса кивнула и приняла помощь. Рука была грубой и жесткой, но большой и надежной. Поднявшись, она подошла к окну и помахала деду, метавшемуся перед общежитием.

— Дедушка! Я здесь! Здесь! Я цела!

Услышав голос внучки, Алтузиус резко обернулся. В уголках его глаз блеснули слезы облегчения. Но уже через мгновение он отвернулся, излучая чудовищную ауру.

— Ну что, теперь можно показать истинную силу?

Черный туман, преследовавший его, тут же отпрянул и рассеялся.

— Хм. Похоже, этот идиот провалился.

Каз Алмейра, превращавшийся в туман, чтобы изматывать Алтузиуса, снова принял человеческий облик и отступил. Он с безразличием посмотрел в сторону Сарасы.

«Опа».

На него смотрел какой-то парень. Каз напряг память и вспомнил, что видел его в учебном корпусе Школы Небес. Самый непримечательный из троицы.

Однако сейчас, глядя на этого парня, он ощутил странное, не поддающееся описанию чувство. Впрочем, размышлять было некогда: в него летело мощнейшее «Сияние» от Алтузиуса.

Каз снова обратился в туман и поспешно ретировался. Убедившись, что враг исчез, Алтузиус бросился к внучке. Последовала трогательная сцена воссоединения. Ким Сончхоль отошел в сторону, равнодушно наблюдая за встречей.

— Леонард Санктум. Как ты мог опуститься до такого?

Узнав все подробности, Алтузиус с жалостью посмотрел на умирающего ученика.

— Когда я впервые увидел тебя, то принял за неограненный алмаз. Я видел в тебе талант и потенциал, верил, что ты станешь моей опорой и сможешь поддержать Эрфурт.

Зная, что бывшему ученику осталось недолго, старик говорил искренне. Распластанное на полу тело Леонарда, издававшее нечленораздельные стоны, слабо дрогнуло.

— Но ты не смог обуздать себя и совершил слишком много грехов. Бог дал тебе талант, но сосуд для него оказался слишком мал. Это все, что я могу тебе сказать, Леонард Санктум.

Понял ли он слова учителя? Леонард свернулся калачиком, бормоча что-то невнятное. Из его спины что-то выползло. Клоп с панцирем, сверкающим как драгоценный камень.

Ким Сончхоль без колебаний подошел к трупу Леонарда и раздавил насекомое ногой.

— Вы... спасли мою внучку? — дрожащим голосом спросил Алтузиус.

Ким Сончхоль кивнул.

— Но как вы... Ведь он был вам не по зубам.

— Это не важно. Мне нужно лишь одно. Секреты Школы Небес.

Алтузиус снова увидел этот взгляд. Непоколебимая, абсолютная уверенность в глазах Ким Сончхоля.

«Да кто же этот парень на самом деле?»

Даже мудрость, накопленная десятилетиями, не давала ответа. Ясно было одно: за этим человеком стоит некая магическая судьба. Алтузиус решил больше не противиться року и кивнул.

— Хорошо. Я не могу не отплатить за спасение внучки. Школа все равно разрушена, так что какая разница, если один из Секретов уйдет на сторону?

Тайное знание Школы Небес было уже почти в руках.

Но в следующий миг Ким Сончхоль услышал топот множества сапог, прорывающихся сквозь Безмолвный барьер.

— Кю-кю! — тревожно запищала белка-летяга на руках у Сарасы.

Вскоре незваные гости предстали перед ними.

— Алтузиус Зеро!

Инквизитор и его подручные. Мужчина развернул длинный свиток и громогласно объявил:

— Вы обвиняетесь в ереси, пособничестве еретикам, убийстве верующих и еще по тринадцати пунктам! Мы пришли взять вас под стражу.