Хвать!

Жесткая рука Ким Сончхоля вцепилась в воротник противника. Времени на уклонение не было, да Разрушитель и не дал бы такого шанса. Крепко удерживая врага, воин произнес пугающе спокойным тоном:

— Мой старый друг крепко у тебя в долгу.

Глаза Кромгарда в шоке расширились, но лишь на мгновение.

Бах!

Тело тирана с силой впечаталось в землю. Рухнув вниз, чернокнижник не просто проломил вымощенную черным камнем дорогу, но и пронесся по ней, оставляя глубокую борозду. Силуэт Разрушителя на миг растворился в воздухе, чтобы тут же возникнуть за спиной поверженного врага. Стальная хватка вновь сомкнулась на маге — на этот раз за загривок. Из глотки избитого вырвался сдавленный стон: Король-Странник без усилий оторвал мужчину от земли, сжимая шею.

— Прекрати!

— Что ты творишь?!

Оцепеневшие от внезапной бойни остатки сектантов наконец пришли в себя и бросились наперерез. Однако их повелитель уже находился в безжалостных руках Разрушителя. Ким Сончхоль, не отпуская хватки, снова впечатал Кромгарда лицом в грунт.

— Гр-р-а-а-а!

Смазливое лицо тирана проехалось по камням, оставляя за собой густой кровавый след. На этот раз воин перехватил жертву за лодыжку, вздернул вверх и с размаху приложил об пол. Раздался тошнотворный хруст ломающихся костей, во все стороны брызнула багровая кровь. Впрочем, удар не был смертельным. Мечник филигранно контролировал силу, намереваясь лишь хорошенько проучить ублюдка. Хоть предводитель фанатиков и обрел колоссальное могущество в Подземелье Бога, перед Королем-Странником тот оставался ничтожеством. Ким Сончхоль даже не стал доставать Фал Гараз. Хватило одной лишь грубой физической силы.

Только Разрушитель замахнулся для очередного броска, как сзади раздались полные ярости вопли:

— Ах ты ж выродок Призванный!

— Сдохни!

— Проклятый ублюдок!

Обнажив клинки, адепты Культа Судного Дня бросились в атаку. Но поле боя уже было полностью просчитано.

Треск!

Даже не оборачиваясь, Ким Сончхоль вытянул свободную руку. Заранее подготовленная «Цепная молния» сорвалась с пальцев, мгновенно превратив нападающих в обугленные куски мяса. Истошные предсмертные вопли разорвали воздух.

Под аккомпанемент жутких криков Разрушитель извлек черный посох Лизе Хаймер и навел острие на Воздушный корабль. Скрытые под полами плаща Камни души резонировали с самого начала избиения, непрерывно читая мощнейшее заклинание. Первозданный свет «Звездный Свет». Находящиеся на палубе Алтузиус и Сараса с застывшими лицами наблюдали за направленным на них оружием. Вскоре четыре ослепительно белых луча прорезали пространство. Атака целилась как в судно, так и в бывших знакомых, неся в себе четкое послание: Король-Странник больше не цепляется за привязанности прошлого. За мгновение до попадания смертоносного света старику с внучкой удалось телепортироваться. Один луч ушел в пустоту, но оставшиеся три прошили Воздушный корабль насквозь. Раздался оглушительный взрыв, и транспорт рухнуло. Кромгард лишился путей к отступлению.

Ким Сончхоль медленно направился к распластавшемуся на земле тирану, который тяжело хватал ртом воздух. Чернокнижник давно лишился сил и воли к сопротивлению — любой сломался бы под градом столь первобытной, подавляющей мощи. Ожидание оказалось долгим, и Разрушитель совершенно не собирался упускать с таким трудом добытый шанс. Войска противника уничтожены, судно пылает в руинах, а сам предводитель Культа валяется в бессознательном состоянии прямо под ногами. Единственной переменной оставались выжившие Алтузиус, Сараса и семь Личей, облаченных в разноцветные мантии. Вероятно, именно эта нежить представляла собой самых доверенных слуг.

Внезапно среди обломков рухнувшего транспорта показался незваный гость.

— ...Ким Сончхоль.

Старый товарищ, Шамал Раджпут. Титул главы Ордена Убийц явно не был пустой декорацией, раз мужчине удалось пережить катастрофу в Лагранже. Проблема заключалась лишь в том, что беглец выбрал крайне неудачное место для укрытия. Видимо, при крушении осколок задел висок — половина лица Шамала была залита кровью.

— Ким Сончхоль! — надрывно повторил ассасин.

Король-Странник проигнорировал оклик. Этот человек навсегда остался в прошлом. Вместо разговоров воин достал всегда лежащую в инвентаре веревку и туго обмотал её вокруг шеи Кромгарда. Стоило дернуть за конец, как обмякшее тело вздернулось, обнажив изуродованное лицо.

— Кх-х-х...

Половина лица превратилась в кровавое месиво. Из разбитого рта, где почти не осталось целых зубов, вместе с жалкими стонами пузырилась кровь. Невероятно ничтожное зрелище для основателя Рутегинеи и теневого владыки, веками дергавшего за ниточки мировой истории.

«Даже после такого Адельгейт не появляется».

Постороннего присутствия не ощущалось. Внимание Разрушителя привлекло лишь поведение выживших слуг: один из Личей явно пытался с кем-то связаться. Ким Сончхоль позволил мертвецу закончить. В конце концов, главной целью был отнюдь не Кромгард, а спасение Бертельгии.

— Что ж, пока мы ждем появления ведьмы, может, поведаешь пару интересных историй? — холодно бросил мечник.

Очередной рывок веревки заставил тирана волочиться по земле словно побитую псину, пока перепачканное грязью и кровью лицо не уткнулось в армейский ботинок Короля-Странника. Кромгард крупно дрожал, судорожно вгрызаясь пальцами в почву. С разбитых губ сорвалось невнятное бормотание, из которого удалось разобрать лишь обрывок:

— ...без божественной силы ты никто.

Услышав это, Ким Сончхоль схватил пленника за волосы и задрал голову вверх. Один глаз чернокнижника, судя по всему, остался на камнях после броска, но второй безумно таращился на Разрушителя. Встретившись с этим взглядом, воин почувствовал мимолетный холодок. В единственном уцелевшем оке не осталось ничего человеческого — лишь необузданная ярость дикого зверя.

«Разве у него когда-нибудь был такой взгляд?»

Раньше подобного замечать не доводилось. Тиран всегда прятал лицо за глухим шлемом, а в те редкие моменты, когда открывал его, в глазах читались лишь пустота и бесконечная скука. Внезапно в памяти всплыли предсмертные слова Императора, объятого пламенем Креста Клятвы: «Алеокгос знает истинную сущность Кромгарда. Ты обязан его остановить. Не дай ему... стать Нерожденным богом...»

Жуткий, звериный оскал побежденного мага служил прямым доказательством тех самых слов об истинной сущности. В голове Ким Сончхоля пронеслась тревожная мысль: враг смертельно опасен. И это был не логический вывод, а проявление чистейшего первобытного инстинкта.

— ...

Взгляд Разрушителя потемнел от густой жажды крови. «Эту мразь нельзя оставлять в живых».

Воин едва подавил порыв немедленно свернуть ублюдку шею, в последний момент вспомнив о главной цели. Пусть Кромгард и подлежал безусловному уничтожению, приоритетом оставалась Бертельгия. До появления похитительницы Адельгейт приманка должна дышать. Загнав вспыхнувшую ярость поглубже, Ким Сончхоль сомкнул пальцы на горле чернокнижника и оторвал того от земли. Жизнь тирана полностью зависела от воли Короля-Странника: малейшее усилие — и шейные позвонки хрустнут как сухие ветки.

Удерживая добычу в воздухе, мечник окинул взором вражескую свиту. Поведение сектантов казалось странным. Повелитель висел на волоске от смерти, но никто даже не шелохнулся.

— Я убью вашего короля, — бросил Ким Сончхоль в качестве проверки и слегка сжал ладонь.

Тело Кромгарда забилось в конвульсиях, из сдавленного горла вырвался непроизвольный предсмертный хрип:

— Кх... кх-х!

Угроза сработала. Позади семьи Зеро и семерки Личей развернулся магический круг, из которого шагнула женщина. Адельгейт. Цель достигнута.

Однако результат расходился с ожиданиями. Бертельгии — той самой говорящей Живой книги, которую Разрушитель так отчаянно искал, — нигде не было видно. Не ослабляя хватки на шее пленника, воин ледяным тоном задал вопрос:

— Где Бертельгия?

Ведьма Призрачного Леса лишь едва заметно улыбнулась, не проронив ни слова. В ответ Ким Сончхоль усилил нажим.

Хрусть.

Шейные позвонки начали сминаться. Дергающееся тело тирана безвольно обмякло. Давление вплотную приблизилось к критической отметке, за которой следовала неминуемая смерть. Но Адельгейт продолжала неподвижно стоять на месте, наблюдая за происходящим с безразличием случайного зрителя. И не только она. Семь Личей и Алтузиус с внучкой так же молча смотрели, как их господин испускает дух.

«Какого черта? Они что-то задумали?»

В голове молниеносно пронеслись все возможные варианты развития событий, и ответ пришел незамедлительно. Здесь попросту нет никого, кто мог бы бросить вызов Королю-Страннику. Кто осмелится встать на пути силы, способной сокрушить Главного Бога? Коронные проклятия Адельгейт и её пресловутые яды не представляли угрозы при должной подготовке. Внезапно в удушающей тишине тело Кромгарда пробила сильная дрожь.

«Проклятье».

Меж бровей Разрушителя пролегла глубокая складка. Предсмертные судороги. Хрупкая шея чернокнижника всё же не выдержала давления, сломавшись под пальцами. Жизненная энергия стремительно покидала изувеченную оболочку. И тем не менее, приспешники продолжали бездействовать. Причина стала ясна мгновение спустя. Мертвую тушу окутало золотистое божественное сияние, и разорванная плоть начала стремительно регенерировать. Гравировка Души Воскрешения.

— Ах ты ж мусор! Скопировал мой козырь! — взревел Тайгон, наблюдая за процессом с мостика «Сильфиды».

Пока Кромгард восстанавливался в ореоле святого света, Адельгейт наконец подала голос:

— Предлагаю пари.

— Пари? — переспросил Ким Сончхоль, неторопливо обходя возрождающегося врага. В руке воина материализовался Фал Гараз.

Лицо ведьмы омрачилось глубокой печалью. Превращение былого соратника в заклятого врага оставляло горький осадок даже в душе существа, прожившего целую вечность. Со скорбным выражением Адельгейт продолжила:

— Вызови на дуэль того, на кого я укажу. Победишь — и я верну Живую книгу... то есть девочку по имени Бертельгия.

Ким Сончхоль лишь насмешливо хмыкнул.

— С какой стати мне соглашаться?

Мечник многозначительно перевел взгляд на восстанавливающегося Кромгарда, демонстрируя, что у него тоже имеется заложник. В этот момент один из свиты сектантов сделал шаг вперед. В глазах Разрушителя мелькнуло удивление. «Алтузиус».

Человек, некогда ставший наставником в освоении магии, слегка махнул рукой, ясно давая понять: он и есть тот самый противник для дуэли.

«Битва ученика и мастера?»

Старик был невероятно могущественным чародеем. Однако даже в прошлом он не годился Королю-Страннику в подметки, а уж сейчас, после обретения божественной мощи, разрыв стал и вовсе непреодолимым. На что рассчитывает этот глупец? Жажда мести? Непоколебимая вера? Или банальное безрассудство? Плевать. Ким Сончхоль впился взглядом в Адельгейт. Никаких подозрительных движений, ни капли нервозности. Ведьма явно плела интриги, но это не имело значения — у воина тоже припрятан туз в рукаве.

Пока стороны буравили друг друга взглядами, золотистое сияние над телом тирана угасло. Стоило Кромгарду вернуться из-за грани смерти и распахнуть глаза, как жестокая хватка вновь сомкнулась на его теле. Разрушитель безжалостно раздробил плечо свежевоскресшего мага.

— А-а-а-а! — раздался душераздирающий вопль.

Не останавливаясь, Ким Сончхоль методично переломал ублюдку оставшиеся конечности. Оглашая округу мычанием раненого животного, чернокнижник извивался на земле подобно жалкому червю. Омерзительная картина. Сам Король-Странник на его месте даже бровью бы не повел, не то что орать. Подобная боль — сущая мелочь по сравнению с бесконечными пытками в мрачных подземельях Арены Рутегинеи.

«Впрочем, этот слизняк тысячелетиями правил из тени, играя чужими жизнями. Откуда ему знать, что такое настоящие страдания».

С переломанными руками и ногами тиран ползал по грязи, прокусывая губы в кровь.

— Я не прощу... тебя!

Несмотря на убогое положение, первобытная ярость в глазах Кромгарда никуда не делась — напротив, стала ещё свирепее. Встретившись с этим взглядом во второй раз, Ким Сончхоль принял окончательное решение. Каким бы ни был исход, чернокнижник сдохнет прямо здесь. С этими мыслями мечник едва слышно прошептал стоящей под невидимостью спутнице:

— Я принимаю вызов. Но если эти твари выкинут хоть что-то подозрительное — убей Кромгарда.

Амугэ была тем самым тузом. Ни прихвостни Культа, ни даже сама Адельгейт не подозревали о присутствии наемницы. Натянутая веревка, связывающая шею пленника и руку воина, едва заметно дернулась. Сигнал принят. Выпустив веревку, Разрушитель оставил стонущего тирана позади и шагнул вперед. Навстречу ему шел Алтузиус — бывший ректор академии Эрфурт и учитель, открывший тайны Магии света.

Ким Сончхоль плавно поднял Фал Гараз и с силой взмахнул им, обрубая воздух. Ясный жест — пощады не жди. Глядя поверх головы старика на невозмутимую ведьму, Король-Странник ровно произнес:

— Спрошу на всякий случай: уговор в силе?

Адельгейт кивнула, озарив лицо лучезарной улыбкой.

— Безусловно. В качестве бонуса даже сниму с твоего тела проклятие.

— ...

— Нельзя же вечно жить с «поникшей головой», верно?

Фыркнув, Разрушитель перевел взгляд на Алтузиуса. Лицо чародея сохраняло всё то же благородное, упрямое выражение, что и в день их первой встречи.

— Уверен в себе? — сухо поинтересовался мечник.

— Немного, — ответил старик.

В глазах мага вспыхнул ослепительный свет. Просторная мантия взметнулась, а вокруг тела бутонами распустились замысловатые магические круги. Ким Сончхоль намеревался закончить бой одним ударом. Но стоило мышцам напрячься для рывка...

Тело Адельгейт внезапно озарилось бледным сиянием.