Вырвавшиеся отовсюду слепые щупальца без разбору атаковали всё живое.

— А-а-ак!

— Помогите!

Бесчисленное множество невинных горожан гибло под безжалостными ударами плотских хлыстов, даже не понимая, что происходит. Однако Бедствие на этом не заканчивалось.

— Цель зафиксирована. Начинаю атаку на врага.

— По приказу Экхарта-1 уничтожаю все формы жизни в этом месте.

Книги с голосами маленьких девочек кружили вокруг, убивая всех на своем пути магией и лезвиями, спрятанными прямо между страниц. Место проведения фестиваля в мгновение ока превратилось в сущий ад.

Сверхчувство Ким Сончхоля кричало об одном: в эту самую секунду одновременно гибли тысячи людей.

— Всем немедленно эвакуироваться! — рявкнул мечник.

Впереди Древний бог, позади Администратор. Даже оказавшись меж двух огней, воин в первую очередь переживал за безопасность окружающих. Его взгляд метнулся вдаль, выискивая Бертельгию, находившуюся рядом с Адельгейт. Но пробиться к ним было невозможно. Стоило сделать шаг, как из-под земли вырвался лес щупалец, наглухо перекрывая путь.

— Гха-а-а!

Бросившийся бежать первым Дмитрий Медиов оказался насажен на шипы, словно на кавалерийские пики, и мгновенно испустил дух.

Кап-кап.

Смесь крови и мочи щедро оросила арену.

[ Куда собрался? Орудие Бога. ]

Подло поглотившая Императора тварь с громким хохотом возвысилась над полем брани. Непрерывно разрастаясь, она приняла форму исполинского, сочащегося слизью гиганта. Точная, но многократно увеличенная копия Останков Души. Однако у этого монстра имелось одно кардинальное отличие.

Грохот!

Земля содрогнулась. Хрупкий фундамент Арены Рутегинеи, испещренный коридорами и подсобными помещениями, не выдержал и обвалился.

— Хаседейн!

Вместе с обрушившейся породой Принц эльфов полетел вниз. Макарейд в панике протянула руку, но тот не успел ухватиться за спасительную ладонь, срываясь в кромешную тьму, подобную бездонной пропасти.

— А-а-а-а!

— Хаседейн!

В следующее мгновение, разбрасывая фонтаны крови и ошметки плоти, из образовавшегося провала показалось нечто колоссальное.

Тудук.

Сердце Древнего бога. Зеленый гигант протянул лапищу и крепко сжал пульсирующий орган. Сончхоль мгновенно понял: тварь собирается вставить сердце обратно в грудь. Неизвестно, к каким последствиям это приведет, но допустить подобного было нельзя. Воин вновь бросил взгляд за стену извивающихся щупалец, где находились Бертельгия и Адельгейт.

Ведьма Призрачного Леса крепко прижала к себе книгу и едва заметно кивнула. На душе у мечника немного отлегло. Рядом с Адельгейт напарнице ничего не грозит. Коротко кивнув в ответ, Сончхоль сорвался с места, устремляясь к гиганту. Но не успел он преодолеть и половины пути, как за спиной взвыл ветер, а предплечье туго обхватило нечто тонкое и прочное.

Нити.

[ Бестиаре. Бестиаре. Куда ты идешь? ]

Обернувшись, мечник увидел гигантскую деревянную марионетку с перевернутым лицом, которая мерзко клацала челюстью. Позади уродливой куклы роились бесчисленные копии Бертельгии. Между бровей воина залегла глубокая складка.

Они размножались.

Из огромного черного кристалла, вмонтированного прямо в грудь деревянного монстра, словно на конвейере, одна за другой вылетали новенькие книги. Истинная мощь Класса Творца — сила копирования. Свежесозданные клоны сбивались в стаи и безжалостно пикировали на мечущихся внизу людей.

— Ваше Величество!

Арканайта и Гангаса Арона плотным кольцом обступили левитирующие фолианты. Остальные подчиненные давно пали, искромсанные острыми, как бритва, страницами. Два мечника Древнего Королевства, отбиваясь от десятка летающих убийц, лишь оттягивали неизбежный конец.

— Гангас Арон. И почему ты не сбежал? — горько усмехнулся король.

— О чем вы говорите, Ваше Величество? — прокряхтел командир, отбивая очередной выпад стального переплета.

— Неужто думал, я ничего о тебе не знаю?

Арканайт прекрасно осознавал, что за гниль скрывалась в душе Гангаса Арона. Просто на тот момент не нашлось подходящей замены, вот и пришлось назначить мерзавца на должность. Прагматичный выбор правителя, свято верившего, что идеальных людей попросту не существует. Однако сейчас командир смотрел на сюзерена на удивление ясным, честным взглядом.

— Может, я и паршивый человек, но моя преданность короне и лично вам, Ваше Величество — непоколебима.

В этот момент одна из копий выскользнула из слепой зоны и метнулась к незащищенной спине монарха. Гангас Арон, не раздумывая, бросился наперерез, закрывая правителя собственным телом. Предсмертных речей не последовало. Лезвие насквозь прошило сердце, и солдат делом доказал искренность своих слов. Оставшись в одиночестве, Арканайт с кривой усмешкой посмотрел на смыкающееся кольцо.

— А я ведь нутром чуял, что всё складывается слишком гладко. Будь на моем месте отец, он бы сомневался до самого конца.

Книги роем набросились на жертву. Увидеть гибель короля не удалось — Экхарт-1 с нечеловеческой силой рванул нити на себя.

Сончхоль беспомощно полетел вслед за куклой, словно пустой мешок, но вовремя перехватил Фал Гараз и с размаху вонзил его в землю.

Бам!

Боевой молот вошел в грунт, как корабельный якорь, вспахивая на арене длинную, глубокую борозду. Это дало воину драгоценную долю секунды, чтобы восстановить равновесие. Как только подошвы коснулись твердой поверхности, мышцы ног налились поистине божественной мощью. Скольжение прекратилось. Перехватив опутавшие предплечье нити обеими руками, мечник сам с силой потянул их на себя.

Исполинская марионетка жалобно скрипнула и пошатнулась.

[ Сокровенная тайна Экхарта! ]

Бормоча откровенную бессмыслицу, кукла покорно потащилась за Сончхолем. Сконцентрировав всю доступную силу в руках, воин дернул волокна с такой яростью, что порвал бы стальные тросы.

Грохот!

Деревянный гигант с размаху рухнул на арену. Удар был такой силы, что во все стороны брызнули комья земли, поднимая густое облако пыли, в котором еще витал запах свежей травы. Отбиваясь заклинанием «Сияние» от наседающих, словно назойливые мухи, книг-клонов, мечник резким рывком разорвал путы и обернулся. В глазах мелькнула тень разочарования.

Потеряно слишком много времени. Зеленый исполин уже вдавил сердце в собственную грудь. Как только пульсирующий орган занял законное место, в бесформенных глазницах растекающегося лица вспыхнул зловещий, леденящий душу огонь.

[ Энкиадуса и Дирго наверняка мнят себя гениями, но я всегда был на голову выше этих тупоголовых жрецов Кире, ] — пророкотал Алеокгос.

[ То, что я позволил им разорвать свое тело на сотню кусков и сбросить в нижний мир, было лишь подготовкой к этому самому моменту. ]

С этими словами божество встряхнуло руками. Потоки сочащейся зеленой слизи дождем хлынули вниз, накрывая с головой копошащихся людей.

— А-а-ак!

Капля размером с валун рухнула прямо на Макарейд. Девушка мгновенно потеряла сознание от удара, а едкая субстанция начала медленно, сантиметр за сантиметром, поглощать хрупкое тело.

«Макарейд».

Перед внутренним взором промелькнуло воспоминание: совсем еще юная, рыжеволосая принцесса-сорванец, невинно смеющаяся во время очередной проказы. Но спасти её было невозможно. Почувствовав, как в груди разгорается обжигающее, неконтролируемое пламя ярости, Ким Сончхоль вскинул голову, сверля взглядом возвышающегося над ним Алеокгоса.

[ Воистину, Орудие Бога. Потрясающий взгляд. Сразу видно древесину, которую отобрал Кункиду — единственный смертный, чью силу я признал. ]

Древний бог перевел презрительный взор на гигантскую марионетку, которая со скрежетом поднималась за спиной мечника.

[ Чего не скажешь об этом Алхимике. Слишком уж жалкий и ничтожный человечишка. ]

Экхарт-1 снова встал в полный рост. Перевернутая физиономия куклы со щелчком встала на место, и челюсти угрожающе заклацали.

[ Экхарт собственными руками задушил жену! Он собирался прикончить и дочь, но в последний момент дрогнул и просто запер её в Реалме! Вот она — сокровенная тайна Экхарта! Га-ха-ха-ха-ха! ]

Марионетка окончательно слетела с катушек. К этому чудовищу были неприменимы ни здравый смысл, ни остатки логики.

Позади куклы с яростным ревом отмахивался от роя книг Дайнкрафт, сжимая в мозолистых руках тяжелую секиру. Шея Экхарта-1 со скрипом провернулась на сто восемьдесят градусов. Уставившись пустыми глазницами на отчаянно сражающегося короля Дварфов, монстр издал пронзительный, нечленораздельный визг. В ту же секунду бесчисленные копии Бертельгии, до этого вырезавшие обычных зевак, единым роем обрушились на Дайнкрафта.

Остро отточенные страницы изрешетили коренастое тело, не оставив живого места.

В свои последние мгновения монарх протянул окровавленную руку в сторону Сончхоля, пытаясь что-то произнести.

— Мое... королевство... Фал Гараз...

Но слова утонули в какофонии битвы. Пал еще один король.

«Дайнкрафт».

Сердце Сончхоля болезненно сжалось. Но времени на скорбь не оставалось. Настоящая бойня только начиналась. Древний бог и творение Алхимика методично, не зная усталости, стирали в порошок мечущуюся в панике толпу. Какая злая ирония — трибуны, возведенные ради созерцания чужих смертей, сами превратились в кровавую арену.

Люди гибли в мгновение ока. Повсюду раздавались истошные вопли, сменяющиеся хриплыми, булькающими стонами умирающих. Гордость столицы превратилась в гигантскую скотобойню. Наблюдая за развернувшимся адом, мечник чувствовал, как грудь разрывается от боли.

— А ведь вам стоило просто согласиться и занять место отца. Этот кошмар — всецело результат вашего эгоистичного выбора, — язвительно бросила зависшая над плечом Бертельгия-55.

Внезапно небеса разорвал оглушительный драконий рык. Канес. Обернувшись, Сончхоль с ужасом понял: те самые нити, что минуту назад сковывали его руки, теперь плотно оплели чешую древней рептилии.

— Канес! — выкрикнул воин.

Драконица яростно билась, пытаясь вырваться из плена деревянной марионетки. Но чем сильнее она сопротивлялась, тем туже затягивались прочные лески, всё глубже врезаясь в плоть. Перехватив Фал Гараз, мечник рванул на выручку. Но стоило сделать шаг, как земля взорвалась зеленым гейзером, и дорогу преградил десяток толстых щупалец.

[ Куда торопишься? Орудие Бога. ]

Путь заступил Алеокгос — сущность, в далеком прошлом носившая титул Древнего бога. Сверкнув жуткими бельмами, исполин тяжело зашагал навстречу. С каждым громыхающим шагом гигант стряхивал с себя галлоны слизи. Падая на землю, жижа начинала неистово извиваться, принимая искаженные человеческие очертания, и, подобно Зомби, бесцельно брела вперед. За считанные секунды вокруг Алеокгоса выросла целая армия из десятков новых Останков Души. Глядя на своих омерзительных миньонов, монстр залился раскатистым смехом.

[ Я, божество во плоти, еще не давал тебе разрешения уйти. ]

В это же самое время Канес, зажатая в тисках гигантской марионетки, медленно испускала дух.

Хрусь.

До ушей воина донесся тошнотворный звук ломающихся драконьих позвонков. За спиной эхом прокатился жалобный, полный отчаяния предсмертный крик. Канес тоже была мертва.

«Канес».

Сердце Сончхоля дернулось, словно от удара током. В глазах полыхнула неприкрытая, первобытная ярость. Он отчетливо почувствовал, как к горлу подступает знакомая аура черного пламени — та самая разрушительная мощь из мира снов. Однако мечник волевым усилием подавил наваждение. Одно неосторожное движение, потеря контроля — и он рискует стать послушной марионеткой в руках Бога Хаоса.

Придется сражаться своими силами, даже если ситуация кажется абсолютно безвыходной. Радовало лишь одно: Бертельгия, находясь под защитой Адельгейт, судя по всему, сумела благополучно выбраться. В какой-то момент обе девушки бесследно растворились в царящем вокруг хаосе. Последний лучик надежды был в безопасности.

Подавив эмоции, Сончхоль смерил холодным взглядом зеленую громаду. Как именно убить эту тварь — непонятно. Знай он заранее арсенал способностей врага, можно было бы выстроить тактику. Но бросаться в слепую атаку равносильно самоубийству — лишь повторение того самого разгромного поражения от Бога Порядка. Пока воин выравнивал дыхание и просчитывал возможные варианты, ситуация вновь изменилась.

Грохот.

Земля содрогнулась. Экхарт-1 тяжелой поступью направлялся в их сторону.

[ Бестиаре! Я чую запах Бестиаре! ]

Огромная кукла рыскала по арене, низко опустив уродливую морду, словно ищейка, взявшая след. Вскоре она остановилась прямо перед Сончхолем и Алеокгосом.

[ От вас несет Бестиаре! ]

Громко принюхиваясь, Экхарт-1 бросился на мечника и Древнего бога. Но стоило кукле сделать шаг, как заполонившие арену щупальца синхронно ударили по нарушителю территории. Однако мерзкие отростки даже не успели коснуться деревянной брони — рой копий Бертельгии обрушил на них шквал заклинаний и рубящих ударов.

Пока в воздухе кипела ожесточенная битва между плотью и бумагой, марионетка вплотную приблизилась к Сончхолю. Исполинская тень нависла над воином, погружая всё вокруг в непроглядный мрак.

[ Бестиаре! Я чую Бестиаре! ] — исступленно ревела кукла, нависая над парочкой. Кого именно из них имел в виду сумасшедший голем, оставалось загадкой. Тем не менее, для оказавшегося в патовой ситуации мечника этот непредвиденный фактор стал настоящим подарком судьбы.

«Почему эта деревяшка вообще заладила про Бестиаре?»

В этот момент со спины метнулись два толстых щупальца, метя прямо в шею. Даже не потрудившись поднять Фал Гараз, Сончхоль небрежно отмахнулся левой рукой, облаченной в Руку Вознесшегося, размазывая плоть в кровавую кашу. В голове лихорадочно выстраивалась логическая цепочка, вспоминая обстоятельства гибели самой Бестиаре. Девушка умерла, будучи пронзенной Ум Брук — одним из Оружий Бедствия.

Изначально этот клинок принадлежал верному слуге Древнего бога. Легенды гласили, что всякий, услышавший перезвон колокольчиков судьбы, будет утянут в бездонную пучину. В ту самую Бездну, сотканную волей самого божества.

«Так вот в чем дело».

Глаза воина хищно блеснули. В затянутой в Руку Вознесшегося левой ладони материализовался Ум Брук.

[ Нюх-нюх! Бестиаре! Несет Бестиаре! ]

Сончхоль с силой метнул Ум Брук прямо в зеленую грудь Древнего бога. Зазубренное лезвие копья без сопротивления вошло в сочащуюся слизь и полностью скрылось внутри.

[ Использовать против меня мое же собственное творение? Какая непроходимая глупость. Сила Ум Брук на меня не действует! ] — надменно рассмеялся Алеокгос.

Но в следующее мгновение массивное тело гиганта болезненно пошатнулось. Это огромная деревянная марионетка с разбегу врезалась в зеленую тушу. Экхарт-1 мертвой хваткой вцепился в плечи Алеокгоса и принялся неистово трясти врага.

[ Бестиаре! Отдай мне Бестиаре! ]

С каждым рывком куклы во все стороны летели ошметки плоти, тут же превращаясь в новые Останки Души. Почувствовав угрозу, из-под земли позади Алхимика вырвались сотни свежих щупалец. В ответ на это рой копий Бертельгии спикировал с небес, врезаясь в извивающуюся массу. Началась эпохальная битва: книги против плоти, марионетка против бога.

Поистине бесценный шанс.

Оставив монстров рвать друг друга на куски, Сончхоль сорвался с места и бросился к зрительским трибунам. В царящем там аду тысячи выживших всё еще отчаянно цеплялись за жизнь, отбиваясь от летающих страниц и ударов хлыстов. Королей и лордов спасти не удалось. Но этих простых людей он вытащит любой ценой. В глубине души воина ярким пламенем вспыхнула непреклонная воля.

— Всем немедленно в сторону! — раскатился над трибунами командный бас.

Тело Сончхоля окутало сияние сложных магических кругов. В следующее мгновение ослепительный луч Первозданного света насквозь прошил ряды кресел, сметая на своем пути и мерзкие щупальца, и летающие фолианты. Прямо по центру сектора образовался широкий, оплавленный по краям тоннель, ведущий наружу.

— Эвакуируйтесь через этот проход!

Выпущенный луч был настолько ярким, что его отлично разглядели даже обитатели верхних ярусов, откуда открывался панорамный вид на арену. Удобно расположившись в кресле-качалке, Курт Асам наблюдал за пронзившей небеса вспышкой, неспешно потягивая остывший чай.

— В конечном счете всё обернулось именно так, — меланхолично вздохнул старец.

А за его спиной уже неслышно извивалась, подбираясь всё ближе, отвратительная склизкая масса. Бесформенный, сочащийся ядом монстр. Останки Души. Не проронив ни звука, Курт Асам смиренно прикрыл глаза.