Стоило Ким Сончхолю появиться в тронном зале, как атмосфера мгновенно переменилась. Противоборствующие стороны поспешно отступили, со страхом глядя на сильнейшего из смертных. Взгляд же самого Воина был прикован исключительно к представителям Культа Судного Дня.

— Сараса Зеро. И Декард Зеро.

Сегодня Ким Сончхоль намеревался раз и навсегда разобраться с культистами, чего бы это ни стоило. Как нельзя кстати здесь присутствовала сама Сараса Зеро, известная в рядах Культа Судного Дня как Святая в маске. Ей придется выложить всё об истинных целях организации. Если не заговорит она, то это сделает Декард. Нельзя сказать, что Воин не испытывал личной неприязни, но в первую очередь им двигала память о сотнях тысяч жителей Порта Эге, погибших в водовороте вызванного сектантами Бедствия.

Подобное больше не должно повториться.

Твердо решив покончить с этим, герой уверенно зашагал прямиком к верхушке Культа Судного Дня.

— Рассказывайте всё, что знаете.

Лезвие Крамбуя хищно блеснуло в воздухе. На лицах Декарда и его дочери одновременно отразилась растерянность. В особенности потрясена была Сараса. Увидев пугающее, искаженное гневом лицо Ким Сончхоля и ощутив подавляющую ауру, исходящую от его тела, девушка могла лишь дрожать, даже не помышляя о сопротивлении. В отличие от нее, обладающий богатым боевым опытом Декард сумел сохранить самообладание.

— Защищайте Сарасу! — скомандовал он.

Одетые в черные мантии сектанты немедленно заслонили собой отца и дочь. Однако это сопротивление было абсолютно бессмысленным. Стоило фанатикам преградить путь, как с кончиков пальцев Воина сорвались свирепые разряды тока. Молнии безжалостно заметались между культистами, мгновенно испепеляя их заживо.

Грохот!

Тела грузно рухнули на пол. Наблюдавшие за этой сценой дварфы застыли в изумлении. Сильнее всех был шокирован Дайнкрафт.

«Да когда этот ублюдок успел овладеть такой магией?»

В памяти короля Ким Сончхоль всегда оставался прямолинейным, безрассудным и жестоким бойцом, который, несмотря на человеческое происхождение, сражался как истинный дварф. Фанатики, с которыми не могла справиться даже отборная королевская гвардия, были уничтожены в мгновение ока. Теперь на ногах остались лишь Сараса, Декард и двое сектантов. Выжившие последователи оказались не воинами, а простыми слугами. Фактически, противостоять Воину теперь могли только отец с дочерью.

Закинув Крамбуй на плечо, Ким Сончхоль смерил родственников холодным взглядом и произнес своим фирменным бесстрастным тоном:

— Выложите всю правду и покиньте Культ Судного Дня. Тогда, так и быть, в этот раз позволю вам уйти отсюда живыми.

Это была величайшая милость, на которую только был способен герой. Сараса и Декард переглянулись. За долю секунды между ними пронеслось множество невысказанных эмоций. Наконец, девушка шагнула вперед.

— Почему ты так жестоко загоняешь нас в угол?! — резко выкрикнула Сараса.

Глаз на неприкрытой маской половине лица нервно подергивался.

— И у тебя еще хватает наглости спрашивать? — Воин слегка склонил голову набок. — Я прекрасно знаю, что вы натворили в Порту Эге.

Одной этой фразы оказалось достаточно, чтобы вдребезги разбить все козыри, имевшиеся на руках у Святой в маске. В этот миг Сараса физически ощутила, как все заготовленные оправдания рассыпаются в прах. Теперь между ней и Ким Сончхолем оставалась лишь давняя история из прошлого.

— Ты!

Крик, в котором смешались отчаяние, ярость и целый водоворот неописуемых эмоций, эхом разнесся по тронному залу.

— Из-за тебя мы потеряли абсолютно всё! Если бы ты не явился в Эрфурт, город не был бы разрушен! Наша семья продолжала бы мирно жить в родном доме, на своей земле!

— Вот как? Вполне возможно, — на удивление покорно согласился Ким Сончхоль.

Услышав это, Бертельгия возмущенно задрожала в кармане, призывая напарника к благоразумию. Однако мужчина еще не закончил. Переведя взгляд с пустоты обратно на Сарасу, герой невозмутимо добавил:

— Но даже в таком случае, чуть больше года назад вы бы всё равно бесследно исчезли, растоптанные ногами Колосса.

Сараса вновь потеряла дар речи. Всем своим видом показывая, что не намерен выслушивать дальнейшие возражения, Ким Сончхоль властно поднял руку и тяжело произнес:

— А теперь вопросы буду задавать я.

Покоящийся на плече Крамбуй скользнул вниз, указывая острием на врагов.

— Эй, там! Красотка-лич! Мой приятель сегодня не в духе, так что не советую выкидывать глупости, — радостно подал голос меч.

Теперь Сараса и Декард оказались в абсолютном тупике. Их судьбы целиком и полностью находились в руках Воина. И тот не собирался отпускать пленников ни на шаг, пока не получит желаемые ответы.

— Сараса, — тихо пробормотал Декард, глядя на дочь.

Родственники снова обменялись полными смысла взглядами. В широко распахнутых глазах девушки промелькнуло удивление, которое тут же, словно растекшаяся краска, сменилось глубокой печалью.

— Даю вам пять секунд, — строго, словно смертный приговор, прозвучал голос Ким Сончхоля.

Декард сделал шаг вперед.

— Что именно ты хочешь от нас узнать, Номер 34? — на его лице, как ни странно, появилось расслабленное выражение.

Сверля мужчину равнодушным взглядом, герой ответил:

— Истинную цель Культа Судного Дня.

Уголки губ Декарда медленно поползли вверх, а затем сектант расхохотался во всё горло, схватившись за живот. Естественно, Воин не собирался терпеть подобное поведение и резко взмахнул Крамбуем. Ужасающий порыв клинка поднял ураганный ветер, яростно растрепав волосы и полы мантии смеющегося культиста. Смех Декарда мгновенно оборвался.

— Это последнее предупреждение. Вздумаешь тянуть время — следующим на вопросы будет отвечать твоя дочь, — ледяным тоном процедил Ким Сончхоль.

Однако Декарда, казалось, ничуть не напугала эта угроза. Он продолжил смотреть на Воина с неизменной улыбкой на губах, а затем, криво усмехнувшись, бросил:

— Если скажу, что спасение мира... поверишь?

Крайне неожиданный ответ.

— Если предоставишь весомые доказательства и логичные аргументы, не вижу причин сомневаться, — ровно произнес герой, но тут же саркастично добавил: — Вот только для организации с такими светлыми намерениями у вас развелось слишком много Последователей Бедствия. Сильно сомневаюсь, что эти фанатичные идиоты откажутся от своих извращенных убеждений после пары проповедей.

— Последователи Бедствия стремятся исключительно к истине. Наш лидер даровал нам абсолютную правду, подобную лучу света в непроглядной тьме.

— И в чем же она заключается? — устало вздохнул Воин.

Декард широко ухмыльнулся и обернулся через плечо.

— Сараса. Покажи ему.

Взгляд Ким Сончхоля мгновенно переместился с отца на дочь.

— Я же сказал, без глупостей! У этого парня рука не дрогнет! — насмешливо предупредил Крамбуй.

Пальцы Сарасы Зеро плавно поднялись вверх. Их целью оказалась маска, скрывающая добрую половину лица. Ким Сончхоль мысленно нахмурился.

«Маска? Что она задумала?»

Под ней наверняка скрывалось уродливое, изуродованное гниением лицо, которое девушка ненавидела больше всего на свете. В голову приходил лишь один возможный сценарий: Сараса решила продемонстрировать свои жуткие увечья, чтобы надавить на жалость. Однако на Воина подобные дешевые трюки не действовали. Он молча продолжал наблюдать за действиями Святой.

Как и ожидалось, рука девушки медленно потянула край маски вверх.

— Ух... — Бертельгия, обладающая поразительным чутьем на всякие странности, мелко задрожала.

Наконец преграда упала на пол. Долгое время скрываемое под завесой тайны лицо Святой вот-вот должно было предстать перед миром. Но секунду спустя Ким Сончхоль просто не поверил собственным глазам. Под маской скрывался не гниющий череп нежити, а абсолютно нормальная половина лица Сарасы Зеро. Внешность девушки чудесным образом вернулась к первозданному виду.

«Этого просто не может быть».

И это не иллюзия. Жалкие фокусы смертных не могли одурачить сверхъестественные чувства Воина. Но, если отбросить магию иллюзий, развернувшаяся перед глазами картина противоречила здравому смыслу. Будучи живым трупом, Сараса могла с помощью магии замедлить или остановить процессы гниения, но возродить отмершие ткани — никогда. Дар воскрешения для тех, кто уже пересек черту смерти, был парадоксом по своей природе. А парадокс означает невозможность.

И тем не менее, эта самая невозможность только что воплотилась в реальность прямо у него на глазах.

— Теперь понимаешь? Почему наша семья с такой радостью следует учению Культа Судного Дня? — с торжествующей улыбкой спросил Декард. — Знания нашего ордена способны посягнуть даже на божественную силу Творения.

Лицо Ким Сончхоля окаменело. Творение — это исключительная прерогатива божеств. Всё остальное — лишь различные формы трансформации, происходящие на уже существующем фундаменте мироздания. Изготовление предметов, зачатие и рождение новой жизни, сложнейшие химические реакции, возникшие в результате случайного стечения обстоятельств — всё это не более чем изменения в рамках заложенных законов.

Но сейчас Декард открыто заявил именно о Творении.

Произнеси это кто-то вроде Экхарта до того, как его истинная суть была раскрыта, Воин лишь усмехнулся бы. Собственно, именно так он и отреагировал, впервые услышав титул Творца, сочтя громкое слово лишь пафосной метафорой. Однако из уст человека, только что наглядно доказавшего превращение невозможного в возможное, понятие Творения обретало совершенно иной вес.

— Кто ваш лидер? — глаза Воина опасно сверкнули.

В этот самый момент пришло четкое осознание: во главе Культа Судного Дня стоит вовсе не Шнельмеркер. Этот человек мог быть гениальным стратегом, но у него попросту не хватило бы способностей и знаний, чтобы вмешиваться в фундаментальные законы вселенной. Пришло время сорвать маски и вытащить правду на свет. Ким Сончхоль сделал решительный шаг к Декарду.

— Сараса! — внезапно истошно завопил культист.

В ту же секунду девушка вонзила ненавидящий взгляд в Дайнкрафта и пронзительно завизжала:

— Дайнкрафт! Поплатись же за свою неблагодарность!

Тело Сарасы мгновенно окуталось сиянием магических кругов. Она начала чтение заклинания.

«Ах вы ублюдки».

Не теряя ни доли секунды, герой бросился наперерез Святой, чтобы защитить короля. Но уже в полете наметанный глаз безошибочно расшифровал структуру формирующегося узора. Внезапное озарение пронзило разум:

«Защитная магия?»

В следующее мгновение от тела девушки хлынула чудовищная волна холода, и огромная глыба льда сковала не только саму заклинательницу, но и всё пространство вокруг нее. Догадка Ким Сончхоля оказалась верна. Сараса применила модифицированную версию защитного заклинания «Ледяной Стены». Громкие угрозы в адрес Дайнкрафта были лишь дешевой уловкой, чтобы отвлечь внимание Воина.

Разгадав хитрость противницы, герой резко перевел взгляд на Декарда. Тот не стал терять времени даром и уже сжимал в руках тускло мерцающий свиток цвета черного железа. Ким Сончхоль нахмурился.

«Что он собрался с ним делать?»

Совсем недавно Сараса и ее свита отчаянно пытались всучить этот нечестивый манускрипт королю дварфов. Подобно проклятию, пожравшему Хорнеко, такие артефакты раскрывали свою истинную силу лишь в руках конкретной жертвы. Но прямо сейчас Декард крепко сжал края пергамента обеими руками, явно собираясь разорвать его на части.

— Сараса! Я буду ждать тебя в Утопии! — сорвавшимся голосом прокричал фанатик.

Ткань свитка с треском разорвалась. Запертая внутри нечестивая энергия бурлящим потоком вырвалась наружу, мгновенно поглотив тело культиста.

— Гх-х-ха-а!

Привлекательное лицо Декарда исказилось в нечеловеческих муках. Замурованная в глыбе льда Сараса с абсолютно пустым выражением лица наблюдала за последними мгновениями жизни своего отца.

Ким Сончхоль тут же развернулся в воздухе и обрушился на укрывшуюся за ледяным щитом Святую. Крамбуй с оглушительным звоном врезался в толщу замороженной преграды. Лед треснул, окатив всё вокруг градом осколков, однако результат оставлял желать лучшего. Меч предназначен для того, чтобы резать, а не дробить камни, да и сам Крамбуй не был артефактом, способным в полной мере выдержать божественную силу Воина.

«Меня провели».

Эта парочка оказалась куда опаснее, чем он предполагал. Тем временем зловещая аура, окутавшая Декарда, уже полностью растворила его физическую оболочку. Почувствовав леденящий душу холод, Ким Сончхоль торопливо отскочил назад. Невероятная, подавляющая жажда крови начала стремительно расползаться от места, где стоял сектант.

— О-о...

— Что это за тварь?!

Сквозь густую пелену тумана, клубящегося вокруг останков Декарда, медленно проступили очертания чудовищного силуэта. Существо напоминало гигантского бронированного жука. Сверхчувство мгновенно среагировало.

[ Бессмертный Янке Лайман ]

* Хозяин Арсенала, Узник собственной тюрьмы

Тронный зал содрогнулся.

«Опять начинается».

Гигантский жук вонзил одну из лап в сковавшую Сарасу ледяную глыбу, с легкостью поднял ее в воздух, а затем распахнул хитиновые пластины на брюшке, обнажая глубокую пасть.

Ву-у-у-ух!

В зале поднялся ураганный ветер, по силе не уступающий морскому шторму. Сквозь пыль и хаос Ким Сончхоль увидел, как перед глазами вспыхнула еще одна строчка, описывающая монстра.

* Отец некой девочки

Человек по имени Декард, не сумевший даже сохранить собственное имя в статусе, проломил массивную стену тронного зала и, крепко сжимая дочь, вылетел наружу. Замок снова содрогнулся, но благодаря Сверхчувству Воин точно знал: разрушения, вызванные Декардом, и в подметки не годились катастрофе, устроенной Хорнеко.