— Вон там ещё один встал.

Малый голем, сновавший по кораблю, замер. Дело привычное. Осколок Бедствия, безусловно, обладал колоссальной мощью, позволяя не только создавать любые предметы, но и доводить конечный продукт алхимии до совершенства. Все големы, обслуживающие «Сильфиду», были созданы именно так.

Обычно создание големов требует сложного процесса ковки после алхимического преобразования, что является прерогативой кузнецов. Опытные воины часто берут подкласс кузнеца низкого ранга для починки снаряжения, но Ким Сончхоль, владеющий Крамбуем и Фал Гаразом — оружием, не требующим ухода, — никогда этим не озабочивался. Он считал создание големов невозможным для себя, но мистическая сила Осколка Бедствия позволила пропустить производственный этап и сразу синтезировать готовых существ.

Возможно, именно это упрощение и стало причиной сбоев. Големы часто ломались: то рука застынет, то внезапно прекратится подача энергии. Проблемы мелкие, но их частота изрядно портила удовольствие от путешествия.

— Хм.

Сончхоль постучал по застывшей руке голема, а затем слегка потянул за плечо.

Шурх.

Из суставов посыпалась металлическая крошка, похожая на ржавчину. Похоже, эти инородные частицы и блокировали механизм. Малый голем, управляемый Камнем души №5 — бывшим Меркитским Карбункулом, — покрутил починенной конечностью и благодарно кивнул. Бертельгия тут же подлетела и погладила уголок книги о голову голема, словно утешая ребенка:

— Ну-ну. Вот так. Хороший мой, маленький.

— ……

Ким Сончхолю оставалось лишь молчать. То, что Камни души слушаются Бертельгию охотнее, чем его самого — неоспоримый факт. В конце концов, именно она занималась их пробуждением после того, как Сончхоль притащил их из Туманного Странствия.

Закончив с ремонтом, он направился на мостик. На палубе, словно огромный дворовой кот, распластался Барон, занимая изрядную часть пространства. Единственный его минус — прожорливость, в остальном же грифон был ценнейшим ресурсом «Сильфиды»: помощь при швартовке, переноска грузов, высадка десанта и разведка. Сончхоль погладил спящего зверя по шее и вошел внутрь надстройки.

На мостике, служащем мозгом Воздушного корабля, находились Маракия и малый голем под управлением Карбуна — Камня души №1.

— Кхе-кхе-кхе...

Маракия, забившись в угол, издавал неприятные смешки и вырезал что-то магией на обсидиановой плите. Сончхоль, давно переставший обращать внимание на странности птицы, прошел мимо и обратился к Карбуну, державшему штурвал:

— Как успехи, Карбун?

Голем не мог говорить, поэтому ответил миганием глаз-индикаторов. Несколько ритмичных вспышек означали: «Никаких проблем!».

Сончхоль опустился в капитанское кресло позади пилота. «Прокруст», принадлежавший ранее Аквироа, обладал функциями, недоступными даже новейшим судам Человеческой Империи. Даже Сончхоль, немало полетавший на своем веку, не мог сдержать восхищения, изучая возможности командной рубки.

Стоило сесть в кресло, как перед глазами возникло магическое меню. Карта с точным местоположением, статус всех систем корабля, боевое управление, дальняя связь через магов и даже телепортация на большие расстояния — правда, последние две функции сейчас были неактивны.

«Технологии Парящего архипелага поражают. Они выжали максимум возможного, остановившись в шаге от появления Гремлинов».

Чем больше он узнавал «Сильфиду», тем глубже осознавал её величие. Внешне она походила на имперские корабли, но скорость, стабильность, тишина хода, маневренность и прочность превосходили стандартные модели на порядок. А уж в плане комфорта и мелких удобств человеческие суда и вовсе не годились ей в подметки. Будучи Главнокомандующим Империи, Сончхоль считал флагман Аквироа просто дорогой игрушкой в красивой обертке, но став его владельцем, кардинально изменил мнение.

«Парящий архипелаг. Кто они такие?»

Легенды гласят, что это последнее убежище потомков великих древних, скрывшихся от Бедствий. Раньше Сончхоль принял бы это за чистую монету, но теперь, приблизившись к истине мира, он подвергал сомнению всё. Однако их технологии реальны. Этого отрицать нельзя. По словам Андроа, Парящий архипелаг находится на западном краю света. Точное местоположение неизвестно, но Сончхоль предчувствовал, что рано или поздно эти силы появятся перед ним.

«Если встретимся снова — просто уничтожу».

С этой мыслью он уставился на карту континента. Сейчас «Сильфида» на полной скорости шла на юго-запад. Цель — прибрежный регион Иллеборо, расположенный на краю материка.

Когда-то, в начале правления династии Рутегинея, здесь возвели крепости для защиты от набегов рыболюдей. Со временем они разрослись в королевства, и теперь в этом месте сосредоточены четыре из восемнадцати существующих корон континента. Близость к Башне Отшельника и высокая плотность монархов делали Иллеборо идеальной первой целью.

Но Ким Сончхоль знал: истинный правитель Иллеборо — не четвёрка королей, а один торговец без короны.

Один из Тринадцати Героев Континента. Глава Объединенной Гильдии Торговцев Хорнеко. Губернатор Эге, богатейшего торгового города, и человек, стоящий на вершине коммерческого мира. Он — фактический хозяин региона и враг Ким Сончхоля.

В списке проклятий Сончхоля значилась следующая запись:

[ Внесение в черный список Объединенной Гильдии Торговцев ]

* Эффект: Невозможность торговли с Гильдией и всеми её дочерними структурами.

Само по себе проклятие не несло магического вреда, являясь скорее декларативным, подобно отлучению от церкви. Для торговца это могло быть страшнее смерти, но для Сончхоля, отбросившего законы мира, оно не значило ровным счетом ничего.

Зато Хорнеко назначил за его голову астрономическую награду, годами преследовал и даже нанимал убийц из Ордена Убийц. Причина не только в статусе Врага Мира, но и в том, что Сончхоль подчистую обчистил так называемое «Бесконечное хранилище» Гильдии. Для торговцев, ценящих золото выше жизни, это было непростительным грехом.

У Сончхоля имелось оправдание. С момента создания Всемирного Совета Торговая Гильдия подмяла под себя торговые пути, ранее контролируемые Рутегинеей, и сказочно разбогатела. Вероятно, они получили наибольшую выгоду от новой мировой структуры. Но, разжирев благодаря Совету, они первыми выступили против решения проблемы Бедствий, плели интриги и загоняли в угол сторонников активных действий, таких как Сончхоль.

Не питая к ним теплых чувств, сразу после получения Фал Гараза Сончхоль проник в их сокровищницу и устроил там тотальную зачистку.

«Встреч с Торговой Гильдией лучше избегать. Быстро навещу четырех царьков, уведомлю о созыве Всемирного Совета и покину этот регион».

Алый корабль перевалил через заснеженный хребет и вошел в воздушное пространство Иллеборо.

— Ух ты! Как быстро и удобно. Знала бы, давно уговорила бы тебя раздобыть Воздушный корабль! — восторженно воскликнула Бертельгия, глядя в иллюминатор.

Путешествие и впрямь было комфортнее всего, что им доводилось испытывать. Сончхоль откинулся на мягкую кожу кресла, ожидая прибытия.

«Примерно через три часа будем у границ первого королевства».

К нему подлетела Живая книга.

— Слушай.

— Что такое, Бертельгия?

— А когда мы полетим на Иксион?

В глазах Сончхоля мелькнула тень, но он ответил спокойным тоном:

— Позже.

— Хм-м. Интересно, мы бы уже добрались до Колосса, если бы полетели сразу?

— Неизвестно. Океан велик, а Колосс медлителен. Лучше выбрать надежный путь, чем гоняться за призраками, не так ли?

— Ну, это логично, но...

К счастью, Бертельгия приняла объяснение без подозрений, хотя и не скрывала разочарования.

— Ладно, зато я вдоволь попрактиковалась в алхимии. Но, честно говоря, думала, ты сразу рванешь на Иксион!

Бурча под нос, она залетела в своё персональное гнездо — книжную полку в углу мостика, которую Сончхоль набил пухом, выдранным из Маракии. Теперь это место заменяло ей карман Сончхоля.

Глядя, как книга устраивается на полке, он с облегчением выдохнул.

«Прости, Бертельгия».

Он мог бы взять курс на Иксион. Но что-то его останавливало. Слова 55-й звучали в голове как проклятие, вызывая колебания. Гарантий, что она сказала правду, не было, но Сончхоль рассудил, что разумнее сначала разобраться с насущной проблемой — третьим Бедствием, чем проверять её слова.

— Эй, Разрушитель. У нас незваные гости.

Маракия, закончивший разминку на палубе, вошел на мостик. Малый голем-наблюдатель тоже застучал по звуковой трубе, сообщая о появлении объектов в небе. С левого борта.

Сончхоль встал с кресла и вышел наружу. Действительно, на западе маячили черные точки.

— Кто это? — спросил он у зоркого Маракии.

Птица прищурилась, делая вид, что ничего не видит.

— М-м... Атмосфера мутновата, плохо видно. Вот если бы у меня была Эссенция Духа Огня, зрение стало бы намного острее...

Сончхоль молча уставился на него, вкладывая во взгляд отчетливую жажду убийства. Маракия тут же скосил глаза и небрежно бросил:

— Виверны. Четыре штуки. Наездники — люди.

— ……

Сончхоль кивнул.

«Рыцари Иллеборо».

Полет на Воздушном корабле всегда сопряжен с риском обнаружения. Поэтому суда обычно несут флаги, позволяющие издалека определить их принадлежность. Но на «Сильфиде» флагов не было. У корабля не было официальной приписки, да и сам Сончхоль этого не желал.

«Если это рыцари Торговой Гильдии, будет немного хлопотно».

Он лично взял зеркало и подал сигнал Рыцарям на вивернах: «Враждебных намерений нет, посадка разрешена». Вскоре пришел ответный сигнал: «Немедленно высаживаемся, капитану и экипажу построиться на палубе».

Проблема в том, что из людей на борту был только Ким Сончхоль. Он, для вида, поставил по бокам от себя двух малых големов и стал ждать приближения гостей.

Когда дистанция сократилась, Сончхоль разглядел гербы на щитах и мысленно выдохнул. Рыба на вертеле, молния, рассекающая море, волна, бьющая о скалы... Самого опасного символа не было. Трех золотых слитков, сложенных пирамидой — знака Объединенной Гильдии Торговцев — здесь не наблюдалось. Значит, незваные гости — рыцари четырех местных королей.

Виверны сделали круг над «Сильфидой» и одна за другой приземлились на палубу.

— Гр-р-р...

Дремавший Барон, почуяв чужаков, поднял орлиную голову.

Топ.

Рыцари спешились. Оглядевшись, они направились к Сончхолю.

— Ты капитан этого судна? — спросил один из них. Голос звучал высокомерно и раздраженно.

Сончхоль кивнул:

— Да.

— «Да»? — внезапно повысил голос рыцарь. Сняв шлем, он шагнул вперед. — Ты смеешь летать в небе Иллеборо без флага, да еще и дерзишь? «Да»... говоришь? Совсем страх потерял?

Под шлемом оказалась опухшая физиономия мужчины средних лет. Он тыкал в Сончхоля пальцем и орал:

— Думаешь, если корабль красивый, тебе всё простят? Это небо Иллеборо! Пересекать его без опознавательных знаков — наглость неслыханная!

С первого взгляда было ясно: этот человек слишком растолстел для рыцарского звания. К тому же, от него разило перегаром так, что хоть закусывай.

«Хоть это и мелкое королевство, но чтобы рыцарем служил такой опустившийся тип...»

Пока Сончхоль размышлял об упадке нравов, рыцарь продолжал брызгать слюной, читая нотации на повышенных тонах. В этот момент один из его спутников, взглянув на лицо Сончхоля, вздрогнул.

«А? Это лицо...?!»

Он тут же подскочил к командиру и попытался его остановить:

— Господин барон, прошу прощения. Кажется, возникла проблема.

— Что? Какая еще проблема? Этого наглого пирата надо вышвырнуть за борт, и то мало будет!

Средневековый рыцарь не собирался униматься. Однако всего одной фразы хватило, чтобы погасить его гнев.

— Тот человек. Кажется, это Враг Мира.

Шепот подчиненного заставил багровое лицо командира мгновенно побелеть.

— А...?

Он протер глаза и наконец-то внимательно посмотрел на того, кого только что распекал. Сквозь алкогольный туман в мозгу начал проступать узнаваемый образ. Лицо с верхней строчки имперских розыскных листовок. Враг Мира.

— Хи... Хи-и-и!..

— Не будем тратить время. Ведите меня к вашему королю.

Сончхоль с выражением скуки на лице развернулся. Заметив, что рыцари замешкались, он добавил спокойным, но леденящим тоном:

— Пока я сам не пришел и не разнес там всё к чертям.