На столе лежали лишь черствый хлеб и стакан воды. Для человека, держащего в кулаке половину мировых богатств, трапеза выглядела вызывающе скромной. Глава Объединенной Гильдии Торговцев и наместник Эге отправил в рот кусок жесткого черного хлеба, долго жевал его, словно корова жвачку, и наконец проглотил, запив водой. Подобный аскетизм Хорнеко был известен всем членам гильдии, но так было не всегда. Раньше он, как и любой богатый купец, носил роскошные одежды, наслаждался деликатесами и коллекционировал дорогой алкоголь многолетней выдержки.

Всё изменилось в одночасье после одного-единственного случая воровства. Впрочем, назвать это кражей было бы преуменьшением — речь шла о Великом разграблении Бесконечного хранилища. Тот, кого некогда величали Главнокомандующим Империи, обернулся разбойником и подчистую выгреб золото и сокровища из Бесконечного хранилища — источника силы как самого Хорнеко, так и всего торгового союза. В мире, где деньги приравниваются к власти, влияние гильдии мгновенно рухнуло, а все шишки посыпались на голову наместника. Именно тогда, чтобы хоть как-то унять общественное негодование, любитель роскоши внезапно превратился в скромного монаха-аскета.

Разумеется, титул одного из Тринадцати Героев Континента и поддержка Всемирного Совета сыграли главную роль в сохранении поста, но хитрый купец прекрасно понимал силу общественного мнения: даже малейшая деталь в поведении способна переломить ситуацию. И он не прогадал. Спустя девять лет после ограбления именно репутация праведника оставалась последним бастионом, защищающим его шаткое положение. Без этого Хорнеко давно бы лишился кресла наместника и закончил дни владельцем жалкой лавчонки, особенно когда поддержка Совета ослабла после объявления Третьего Бедствия.

Однако и этот щит дал трещину. Стоило надежному тылу исчезнуть, как акулы бизнеса начали скалить зубы на его место. И если молодежь все еще восхищалась характером Хорнеко, то старые торговцы прекрасно помнили события девятилетней давности. Со всех сторон сыпались упреки, и сейчас наместник столкнулся с серьезнейшим кризисом в своей карьере.

— Что ж, продолжим разговор? — закончив трапезу, Хорнеко взглянул на человека в черной мантии, стоявшего у шторы.

Седые волосы, резкие черты лица — наместник знал лишь то, что этот гость когда-то был профессором известной магической школы. Старик кивнул, сверкнув глазами:

— ...Наш орден готов предоставить всё вышеперечисленное безвозмездно.

— Звучит прекрасно. Но не слишком ли щедро для инвестиции в старого, уставшего торгаша?

На колючий вопрос собеседник выложил на стол пергаментный свиток.

— У нас есть условие, но оно совсем не сложное. Вам нужно лишь принять этот свиток.

На вид — старый, грубый пергамент без украшений. Но Хорнеко знал, что это такое. «Неужели это формула призыва, взывающая к силе Полубога?» От свитка исходила невероятно мощная, подавляющая аура. Опытный оценщик, через руки которого прошли горы сокровищ, узнал предмет с первого взгляда.

— Похоже на Божественные письмена. Тип немного другой, но форма и аура знакомы.

Человек в капюшоне промолчал. Хорнеко с кривой усмешкой потянулся к пергаменту.

— Поверишь ли, если скажу, что когда-то эти письмена были самым ходовым товаром? Кромгард, бездарный правитель, ставший Королём-Странником, собирал эти жуткие документы с маниакальным упорством.

Рука с перстнем из янтаря коснулась пергамента, но так и не сжала его. Пальцы замерли.

— Получить нечто подобное даром... Странно, — глаза купца блеснули. — Мой опыт подсказывает: бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

Хорнеко с юных лет выделялся острым умом и осторожностью, но на вершину его вознесла именно интуиция. Вспышки озарения, подобные небесному откровению, не раз приносили успех и спасали от смертельной опасности. И сейчас внутренний голос шептал: «Сделка опасна». Купец сжал кулак и резко отдернул руку.

Человек в черной мантии повернул голову.

— Хотелось бы узнать ваше истинное условие, — прорезал тишину тихий, но острый голос Хорнеко. — Даже если я потеряю всё, моя старость обеспечена. Я подготовил надежную почву, чтобы доживать век в достатке. С чего бы мне рисковать ради непонятной сделки с незнакомцем, где невозможно просчитать выгоду?

Наместник отвернулся, всем видом демонстрируя потерю интереса.

— ...Мы желаем, — наконец раздался скрипучий голос гостя. — Хаоса.

В мутных голубых глазах Хорнеко вспыхнула искра.

— Хаоса?

— Этот свиток отличается от тех, что мы давали ранее. Он обладает особой, более мощной силой. Достаточной, чтобы потрясти небеса и землю. Именно такого хаоса мы и жаждем.

— Думаешь, я стану это использовать?

Ответа не последовало. Решение оставалось за ним. Лицо купца просветлело.

— А мне нравится.

Это станет его козырем. Последним доводом, когда он окажется загнанным в угол. Хорнеко не знал, к чему это приведет, но представитель Культа Судного Дня вкратце обрисовал последствия. Хаос. Для человека, стоящего на краю пропасти, это слово звучало на удивление приятно.

«Культ Судного Дня, возможно, и есть слуги Бога Хаоса».

Он решительно схватил свиток. Нечестивая энергия пронзила пальцы, заставив тело содрогнуться, но на губах осталась лишь улыбка. «Охо-хо. Культ Судного Дня... Передать мне такую вещь». Искушение оказалось непреодолимым. Свиток, или, точнее, скрытая в нем сущность, тянула к себе. Ощущая головокружительное падение в бездну, Хорнеко спрятал пергамент во внутренний карман.

Едва свиток исчез в одежде, в дверь яростно застучали. Хорнеко, оставив пергамент, подошел к столу и позвонил в колокольчик. Вошел торговец и, поклонившись, доложил ледяным тоном:

— Сообщают, что Враг Мира появился в Нимфасе.

— Враг Мира?

Глаза Хорнеко загорелись. Он тут же убрал руку от груди, где лежал свиток. Представитель культа вздрогнул, а купец, сжимая и разжимая кулак, произнес изменившимся голосом:

— Постойте. Сделку пока отложим.

Интуиция снова ударила в голову, но на этот раз она указывала на невероятную удачу. Шанс, от которого настоящий торговец не может отказаться.

Рыцари на вивернах, оседлавшие «Сильфиду», прибыли из страны под названием Нимфас. Это имя было незнакомо даже Ким Сончхолю, обошедшему весь мир. Во времена создания Всемирного Совета ему не пришлось посещать Иллеборо — наместник Хорнеко, представлявший местных мелких лордов, сам прибыл в Лагранж.

Топ.

Барон посадил Ким Сончхоля в центральном саду старой крепости. Оглядев столицу с высоты птичьего полета, бывший Главнокомандующий понял: страна слаба, а её мощь ничтожна. «Столица государства уступает даже второсортным имперским городам». Называть местного правителя королем было смешно, но они мудро поддерживали повстанцев в трудные времена, удачно выбрав сторону. Это тоже своего рода талант.

— Сюда, пожалуйста.

Присмиревшие Рыцари на вивернах проводили гостя во дворец, который больше напоминал богатый особняк. Король Нимфаса сидел в холле, прямо за главными воротами, в обычной одежде. Лицо незнакомое и очень молодое — едва за двадцать. Очевидно, он принадлежал к «Поколению Гибели», чудом избежавшему Проклятия Истребления.

— Приветствую тебя при дворе Нимфаса, бывший Главнокомандующий Империи.

Молодой монарх встал навстречу. Ким Сончхоль уловил странную эмоцию. Король смотрел на него не со страхом или холодом, а с восхищением, словно ученый на редкий экземпляр или фанат на любимого актера. Это было непривычно. Заметив, что придворные, в отличие от правителя, напряжены и насторожены, Сончхоль достал Фал Гараз и мягко произнес:

— Я, Ким Сончхоль, клянусь этим молотом, что не держу на вас зла и не имею дурных намерений.

С этими словами он поднял Фал Гараз над головой. При виде легендарного артефакта по залу прокатился вздох, но реакция короля превзошла все ожидания.

— О... О-о-о-о! — забыв о достоинстве, он вскочил с места и разинул рот. — Это... Тот самый молот, выкованный из осколков неба?!

Бертельгия, обычно дрожащая при виде психопатов, затряслась с удвоенной силой.

— Какое-то странное чувство...

Сончхоль кивнул, наблюдая за поведением монарха. Советники тем временем шептали правителю:

— Ваше Величество, так нельзя. Соблюдайте этикет!

Но молодой король, казалось, потерял рассудок. Отмахнувшись от придворных, он подошел вплотную к гостю.

— Какая честь! Увидеть его вживую! Невероятно!

— ...

Сончхоль отступил на шаг. Чрезмерный энтузиазм и сияющие глаза парня вызывали инстинктивное отторжение.

— Прошу прощения, а можно потрогать?! Ну хоть разок?!

«Что с этим ублюдком не так?»

С трудом сохраняя невозмутимость, Сончхоль неохотно протянул Фал Гараз.

— Ух ты... Выглядит ледяным, а на ощупь совсем не холодный. Настоящее чудо! — король гладил оружие, как святыню, с блаженным выражением лица.

Атмосфера в зале становилась всё более ледяной. Подданные явно испытывали смесь разочарования и стыда за поведение своего лидера. В этот момент раздался цокот каблуков и холодный женский голос:

— Ваше Величество!

Молодой король, до этого игнорировавший мольбы советников, вздрогнул и медленно обернулся. Там стояла молодая женщина в наряде куда более роскошном, чем у самого монарха, и грозно хмурила брови.

— Хм. А эта женщина, похоже, королева этой страны размером с гусеницу, — высокомерно прокомментировал Маракия, выглядывая из заднего кармана Сончхоля.